Труба и нет трубы

Когда-то давно, в другой, как кажется, жизни, мы работали в одной конторе. Контора эта была филиалом огромного монстра в довольно большом городе. Каждое утро я туда приходил со стороны улицы, одной из двух больших улиц, огораживавших центр города от железной дороги, они обе были с бульваром посредине, и тянулись с севера на юг параллельно друг другу. На стороне, куда нужно было нырнуть в мелкую перпендикулярную улочку, не было особо ничего интересного. Только административные корпуса какого-то бывшего советского завода (я читал на днях, из любопытства, сочинения Иосифа Виссарионовича, так он там сетовал на то, что вынужденно делает упор на развитие тяжелой промышленности в ущерб лёгкой, но все равно развитие лёгкой промышленности невозможно без развития тяжелой. Как мы знаем, так с лёгкой промышленностью ничего и не получилось). На другой же стороне улицы был большой старинный маслозавод, причем на улицу выходили стены амбаров - срубов, собранные из огромных бревен, крашенные на протяжении десятилетий в какой-то бурый цвет. На территорию маслозавода я даже ходил заниматься в спортзал, так как когда-то там была контора "Северохрана", которой руководил Вася Бобрович, а меня туда пристроили к тренеру Рушану, чтобы я не терял форму. Помню, занимаешься вечером, а потом выходишь по узкой улочке, до ординарного ларька, которых тогда еще оставалось множество с девяностых (у Пелевина хорошо это было описано: ряд бронированых ларьков с маленькими зарешеченными окошками). В том ларьке по совету тренера покупал я себе светлое и легкое пиво и выпивал по пути до дома. Потом конечно почему-то это время кончилось, "Северохрана" исчезла вместе со спортзалом, но воспоминания о том, как я заходил на территорию маслозавода и поднимался по лестнице в довольно уродливое квадратное здание административного корпуса в четыре этажа, сложенное из красного керамического кирпича, остались.
Спустя несколько лет, возвращаясь к началу рассказа, до нас новости донесли, что израильская фирма выкупила старый маслозавод, желает построить там современный торговый центр (в 2005 году в том городе еще никто не строил современных торговых центров), и поэтому в день Х на территории маслозавода взорвут старинную кирпичную трубу, сложенную из красного кирпича. Ко дню Х понемногу исчезли амбары из огромных бревен, стоявшие стеной, и скрывавшие внутреннюю площадь маслозавода, и всем открылся вид на одиноко торчавшую трубу, высотой с десятиэтажный дом, и на квадратную красную коробку административного здания. Утром мы пришли на работу, сделали какие-то обязательные дела, но в назначенное время все вышли на улицу, чтобы посмотреть как взорвут трубу. День был тихий, солнечный. На противоположной от маслозавода стороне улицы выстроились толпы зевак, все ждали. Я думал что щас как жахнет, и как полетят кирпичи во все стороны, но произошло следующее: в нескольких местах, разных по высоте, на трубе возникли белые облачка пыли, затем она как-то начала съезжаться кусками в одну-доугую сторону и все эти куски осели вниз, подняв невероятно большую стену желтой пыли. Вслед за трубой такие же облачка возникли на красной коробке административного корпуса, и он так же осел, превратившись в пыль. Пыльная буря начала опасно приближаться через улицу к нам, поэтому я предпочел улизнуть в контору.
Через некоторое время территорию бывшего маслозавода расчистили, огородили забором, а затем довольно быстро построили там большой торгушник с кинотеатром, но, увы, без фонтана и катка, про которые ходили раньше слухи.
А сейчас тот торгушник уже большим и не кажется.