Зачем русским людям жить по-русски? Часть вторая
Во-первых, потому что о русских людях никто кроме нас самих не позаботится. Возрождение русскости находится в руках самих русских людей.
Во-вторых, потому что для возрождения русской жизни в наше время необходимы особые личные качества и склонности человека. Важно понимать, как русский человек поведёт себя в тех или иных обстоятельствах; каковы его вера, верность и совесть, жизненные установки; что он способен совершить в общественной жизни, каков его общественный облик, насколько он деятелен, честен, нравственно чист, надёжен, правдив, прямодушен и смел.
При этом, мы говорим про русских людей в их обычной повседневной жизни. Рассуждаем о людях, обладающих в обществе определённой свободой действий, правами и обязанностями. Не рассматриваем людей, страдающих безумием, сумасшедших или душевнобольных.
Итак, продолжим.
Не являются чертами русских людей и русского народа и не имеют к ним отношения готовность к бесконечному самоосуждению, самоуничижению, самобичеванию и доносительству, вечный страх, безволие и бессилие, слепая покорность и рабское послушание.
Пресловутый так называемый «подвиг» непротивления злу, заведомая готовность быть жертвой русским людям не свойственны. Равно как и принятие оскорблений, позора и бесчестья от людей и нанесение им оскорблений, бесчестья и позора.
Русским чужды душевная чёрствость, бессердечность и бессовестность; притворство, ложь и лицемерие, льстивое раболепство, показное лизоблюдство и пресмыкательство; непомерное тщеславие и необузданное честолюбие, самопревознесение, чванство, спесивость и самодовольное невежество.
Любовь и особое отношение к любви, понимание ценности любви во всём её многообразии – это отличительная черта русских людей. Об этом сказано много и многими. Единственное, что было и остаётся неприемлемым для русских людей во все времена, – это требование или вымогательство любви, одновременно жалкое и наглое по своей сути. Силой заставить любить невозможно. Чувства силе неподвластны.
Неприемлемы для русских и вызывают устойчивое осуждение и отторжение беззаконие и чиновничий произвол, преступления против личности и собственности, вымогательство, склонность к мошенничеству, клевете, издевательствам, унижению слабых и беззащитных, пошлость и насилие, жадность, подлость и продажность.
Русские люди не работают «спустя рукава» и не бросают начатое дело на полпути. Русских не привлекает бесплодная деятельность и бессмысленное занятие, под которыми понимается работа ради работы. Для русских людей имеет притягательную силу достижение в заявленные сроки поставленных целей и конечный итог приложенных усилий.
В переломные времена в жизни страны и общества особенно ярко проявляется присущая русским людям неукротимость, яростность, щедрость, страстность, любовь к жизни. Может быть, прямота и резкость суждений. Возможно, гневливость в сочетании с отходчивостью. Бывает и мстительность. Русским не свойственна «короткая» память. И долги русские люди возвращают в полном объёме и в прямом, и в переносном смысле этого слова.
Замечу, что речь не идёт о безоговорочном приравнивании «русского» к «хорошему» или о перечислении проявлений, черт и свойств «правильной» русскости – «русских добродетелей». Мы говорим про обеспечение единого понимания основ русскости большинством русских, о доведении до большинства русских людей свода приемлемых образцов поведения, действий, поступков, примеров русской нравственности и русского мироощущения.
То, что объединяет русских с другими народами, послужит основой для развития хороших отношений между ними. Но каждый русский точно должен знать отличительные черты русских людей и русского народа в целом. Русские люди должны безусловно уважать и любить великий народ-победитель, к которому они принадлежат, и понимать, за что уважать и почему любить.
Надеюсь, нет причин возражать тому, что русский народ, как государствообразующий, имеет право на полноценное во всех смыслах существование, свободное развитие своей самобытности и установления подлинно равноправных дружественных отношений со всеми народами России. Беспочвенны, безосновательны, не являются русскими по своему происхождению и неприемлемы для русских людей рассуждения о «самомнении и самодовольстве» русского народа, под которыми понимаются разговоры о «полноценности и превосходстве» одного народа над другими. Вот чего нет, того нет!
Нет у русских ненависти ради ненависти и тяги к разрушению ради разрушения. Не по-русски это – делать что-либо беспричинно. Противоречит глубоко укоренившимся за столетия представлениям о рачительности и проке.
Русских отличает скромность в совершении подвига и стремление к победе. Русских людей возбуждает победа в самом широком смысле этого слова. Русские уважают победителей и готовы следовать за победителями. И наоборот. Проигравшие, те, кто не защитил русских и русскость, имея для этого все возможности, становятся ненужными, вызывают раздражение, неприязнь и отторжение, особенно, если продолжают себя по-прежнему навязывать и «требовать любви», как будто ничего не произошло.
Русские внутренне не приемлют непоследовательных и необдуманных предложений, указаний и решений, а также безмозглого управления в любой области: от лечения и обучения до науки и войны. При необходимости, готовы и «на великом и могучем» высказать своё отношение к происходящему.
У русских людей нет безразличия к родному русскому языку. Нет бездумного использования в речи и письме иноязычных слов. Любые мысли, любые определения или понятия русскими выражаются по-русски, на чистом русском языке, с полным использованием его многовекового богатства.
Оставим в этом обзоре без рассмотрения понятия «русская идея» и «русский путь», обсуждение содержания которых длится более двухсот лет, и при рассмотрении которых, в большинстве случаев, под словом «русский» имеется в виду понятие «российский», а это не одно и то же. В последние годы похожая подмена понятий была произведена применительно к «многонациональному населению России», которое выдаётся за «русский» или «российский многонациональный народ».
Даже на уровне здравого смысла, не вдаваясь в подробности, очевидно, что понятия «русский народ» и «российское население» не совпадают, а лишь частично пересекаются. В Московском Государственном Университете имени М.В. Ломоносова, к примеру, с 1985 по 1991 годы за подобную подмену понятий при ответе преподаватель сразу поставил бы «неуд» в зачётную книжку.
Важно понимать, что русский народ не является народом, который совмещает в себе противоположные качества. Кто так думает, кто говорит об исключительной противоречивости и сложности «русской души», тот, по большому счёту, не понимает русский народ и его цельность.
Насквозь лживо «объяснение» несуществующей противоречивости русского народа тем, что на русских землях «сходится Запад с Востоком». На Русской равнине нет и никогда не было никакого «Запада», лежащего к западу от русских земель, и никакого «Востока», находящегося, соответственно, восточнее земель русских. Никто и ни с кем на исконных русских землях не сходился и не сходится. С Русской равнины русскость распространялась во все стороны, подобно тому как подросшие в лесах молодые медведи идут выбирать себе для жизни новые земли. Русский народ разделяет так называемые «Восток» и «Запад», никогда не быв ни тем, ни другим и не имея свойственных им черт, включая западническое стремление к захватам земель и мировому господству или проявления «восточного» «набегового хозяйствования».
Нет и никакого особого «предназначения» русского народа, равно как и любых других народов. Люди рождаются «потому что», а не «для того чтобы». Каждый ищет смысл собственной жизни или живёт «по привычке», пока что-либо не нарушит привычный ход жизни. Глупо обвинять людей в неведении смысла собственной жизни.
Тоже самое и с народами. Они появляются, растут и развиваются. Могут и угаснуть бесследно, растворившись в других народах. Выживают народы сильнейшие в широком смысле этого слова. Народы, обладающие мощным, захватившим умы и сердца и объединяющим большинство людей учением или верой, отвечающими их надеждам и чаяниям. Для русского народа в качестве такового может выступить совокупность воззрений, связанных с русскостью, и убеждённость в их истинности и осуществимости.
Русский мыслитель Николай Бердяев имел основания для противопоставления веры, поверхностно и ошибочно называемой «язычеством», и различных видов христианства в их влиянии на русский народ. Но сам-то русский народ непротиворечив. Его русскость стоит выше вопросов веры, точнее, верой русских людей является вера в русскость, о которой поговорим позднее.
И о двоеверии русских тоже речи нет и быть не может. Вера всегда одна. Или в силы Природы, понимаемые и определяемые в разные времена по-разному, или в иное. Насаждаемая государством и господствующая в государстве вера, какой бы она ни была, во все времена была вынуждена с этим считаться.
Не противоположны между собой по своей глубинной сути вера и «безверие», если под «безверием» понимается всего лишь «другая» вера, вера в «другое», «не в это вероучение», осознаваемая человеком или смутно им ощущаемая. Кроме того, люди могут верить искренне и глубоко или же поверхностно, проявляя лишь внешние признаки принадлежности к той или иной вере – «обрядоверие». Могут находиться в состоянии внутреннего перехода от одной веры к другой. Это глубоко личный вопрос. Русский человек верит в силы Природы, а что он под этими силами понимает – его личное дело. Вопрос же, собственно, русской веры требует отдельного, более глубокого освещения.
Вера в лице своих служителей может выступать силой, объединяющей и вдохновляющей русских людей, если она их защищает или не противоречит интересам русских, или подавляющей русских людей силой, если она ведёт к ущемлению и обоснованию ущемления прав и свобод русских и русскости в целом.
Неоправданно противопоставление «западнической», по сути, власти в России, господствующему виду христианства с его проповедью покорности. Они взаимно дополняют друг друга, обеспечивая управляемость и покорность населения.
Русских людей буквально заставляют делать выбор между ценностями «западного» мира, включая такие как положение в обществе, высокий уровень имущественной обеспеченности и достатка, потребительство, и ценностями христианскими, под которыми понимаются, в числе прочих, «непогоня» за внешним успехом, стремление к имущественной умеренности и самоограничение в потреблении. Как будто ничего другого не существует и не существовало в многовековой истории русского народа. В сущности, отказывают русскому народу в собственной безусловной ценности. Противопоставляют «бездуховное богатство» и «небогатую, но духовно насыщенную жизнь», полагая, что русские попадутся на эту незатейливую уловку. Это попросту неуважительно по отношению к русским людям!
Нет у русских никакого преобладания «духовного» над «земным». Есть две недружественных русскости силы: невежество в различных его проявлениях, необразованность и так называемое «обрядоверие», с одной стороны, и западнические по содержанию воспитание и образование, а также западнический по происхождению общественный строй, с другой стороны.
Нет у русских людей ни врождённого стремления к самопожертвованию, ни чувства вины за собственное существование.
Нет у русских никакой глубоко укоренившейся сознательной тяги к западничеству и слепого ему подражательства. Нет и стремления к «праздному и вредному» заимствованию «вздорных и ядовитых» идей у других народов. А то, что из этого появилось в последние десятилетия – наносное, временное, по сути, хотя и совсем небезобидное. Хуже обстоят дела с тем пагубным влиянием западничества на русскость, которое происходило во времена Российской Империи и СССР, и на основе которого выросло западничество современное, но об этом позднее.
Прошу обратить внимание на отсутствие видимых противоречий между ярко выраженной приверженностью русских людей своему народу, с одной стороны, и дружбой между народами, их взаимоуважением, с другой; между добротой, человечностью и мягкостью по отношению к представителям своего народа и жёстким ответом тем, кто ведёт себя враждебно; между различными проявлениями злоупотреблений, беззакония и произвола со стороны государства и власти и соответствующего противодействия этому со стороны населяющих государство народов, включая государствообразующий.
Также бессмысленно было, например, полтора столетия назад противопоставлять запросы и стремления обособленных единоличников или отдельных членов общины потребностям сельской общины в целом, усматривая в этом покорно воспринимаемое ограничение или подавление личной свободы русского человека общиной на местном уровне. Это всего лишь разные способы взаимодействия людей с природной средой и обществом в различные времена и по различным поводам. Изменятся жизненные обстоятельства или условия, люди поведут себя по-иному.
То же относится и к образцам поведения «как все» и «не как все». В разных условиях люди ведут себя по-разному, решая вопросы самостоятельно или сообща, сливаясь со всеми, или же тем или иным способом отличаясь от всех. Нет никакой природной, «естественной» склонности русских людей к общине и сплочению. Есть прямая выгода от объединения усилий. Есть рачительность, прок, здравый смысл. Отсюда и то, что ошибочно называют повышенной уживчивостью и нежеланием «плевать против ветра». Зачем делать заведомо бессмысленную глупость? Этим же подходом объясняются отношения между народами.
Внутренняя свобода у русских людей всегда была велика. Она и сейчас велика. Но русские люди руководствуются соображениями прока, стремлением к долгосрочной безусловной выгоде, страхуют себя на случай возникновения неблагоприятных условий, взвешивают угрозы. Русские идут на осознанное и оправданное пренебрежение опасностью, действуя «по правде». До поры до времени любовь к жизни у русских людей выше стремления к свободе, но воля к свободе никогда не угасает. Свобода дороже денег. Русский может отказаться от чего угодно, даже от работы, собственного дела и денег, тем более при отсутствии семьи и оравы детей, если у него лопнет терпение от несправедливости.
Призрачная «покорность» русского народа не была связана ни со стремлением, по сути, враждебной русскому народу власти к расширению владений государства, ни с огромностью самого государства, ни с наличием у русского народа сил расширять и осваивать пределы государства одновременно с противодействием непомерному усилению государственной власти.
Прозвучавшие в своё время обвинения «Запада» и западников в том, что русский народ был «ленив», «покорен», «не умел устраивать под себя свою землю» или «мог позволить себе не обустраивать землю» и тому подобные, были насквозь лживы или беспочвенны. Народ обустраивал русскую землю под себя в своём, а не в западническом понимании того, что и как следовало бы сделать.
Стремления народа и государства к расширению границ совпадали. В итоге было создано, по словам Николая Бердяева, «самое могущественное в мире государство». При этом, чаяния и потребности русского народа в расширении своих земель совпадали с целями государства в лице государственной власти до тех пор, пока новые земли мирным путём или после победы русских над врагами присоединялись к русским землям, а не превращались в так называемые «независимые» государства после ухода русских войск. Не в правилах русских людей уходить с занятых земель.
Неверно, что расширение русских земель во все времена было обусловлено «особой сущностью» русского народа, находящегося в руках жёсткой государственной власти. Неверно также, что защита и освоение (обустройство) русских земель «безусловно» требовало предельной жёсткости и непомерности государственной власти, что, в свою очередь, предопределяло стремление государства к захвату новых земель, к насилию над бесправным «ленивым» русским народом и его «истязанию». Нет в этом никакого противоречия и никакой «железной» обусловленности или предопределённости.
Огромность земель как причина возникновения ничем не ограниченной власти государства и как её же следствие здесь ни при чём. Речь о другом, о том, что власть на русских землях со времён так называемого татаро-монгольского ига была враждебна русскому народу. Впоследствии, бояре Романовы, закрепостив крестьян после получения царской власти, а следом за ними и Пётр Первый со своим западничеством сделали высшее (дворянское) сословие нерусским по духу, внешнему виду, образу жизни, а также, во многом, по происхождению («по крови»), по родному и даже разговорному языку. С тех пор русский народ и власть не были едиными никогда. Разве что, исключая десятилетие после Октябрьского переворота 1917 года, и первые несколько лет после распада СССР, пока не развеивались надежды на выполнение обещаний новыми властями.
Вернёмся к вопросу о пресловутой «лени». Нет никакой «русской лени». Есть высокая приспособленность русских к сельскохозяйственной жизни и природным условиям, когда напряжённая почти круглосуточная работа во время страды сменяется относительным расслаблением с поздней осени до ранней весны. Есть и более высокая потребность в ощущении свободы. «Сделал дело – гуляй смело», наслаждайся свободой и полученной от выполненного дела выгодой.
Последние научные исследования свидетельствуют о том, что, чем более разнообразна и изменчива окружающая среда, чем больше размеры страны, тем умнее и приспособленнее к природе и жизни должны быть населяющие её люди. Надеюсь, нет смысла напоминать название страны, занимающей наибольшую площадь в мире по сравнению с другими странами? Не стоит напоминать название государствообразующего народа, обеспечившего стране такой размах?
Огромные пространства, продолжительная студёная зима, опасности, подстерегавшие в бескрайних дебрях и болотах, бесконечные набеги кочевников и войны с недружелюбными «соседями» обеспечили русским людям высокую приспособленность к жизни в условиях постоянных угроз.
Возьмём, к примеру, зрение. Русские по-другому смотрят и по-другому воспринимают видимое. Глубже, быстрее, точнее. Во время Великой Отечественной войны, например, это проявилось в очевидном преимуществе русских военных лётчиков и полевых разведчиков.
Русские по-другому говорят в бою. Отрывисто. Кратко. Точно. И почти непонятно для врагов, знающих обычный русский язык. Это сильно раздражало американцев в ходе Корейской и Вьетнамской войн, но, как говорится, это их сложности.
Особое, русское стремление быть частью общества, общины, сообщества и получить его признание сочетается в русских людях с медвежьей обособленностью, с самодостаточным одиночеством, с «самостью», с жизнью в соответствии с понятиями «моё или не моё».
Во многом именно этим определяется внезапность «русского восстания». Когда одновременно, без предварительного сговора, великое множество людей объединяется и выступает в едином порыве против кого-либо или чего-либо. Как, например, в 1905 и 1917 годах, когда русские восстания вспыхивали как порох. Только потому, что живут люди одинаково, занимаются одним и тем же, думают одинаково, оценивают одинаково, страдают одинаково и «закипают» одинаково и одновременно.
Нет, «русское восстание» не является неизбежным. И бездействие русских в августе 1991 года является лучшим тому подтверждением. Восстание – это борьба с врагами. Восстание вспыхивает, когда приходит понимание, что власть враждебна и слаба, а русские сильны, и для победы необходимо их участие. Если происходящие без участия русских людей события им безразличны или их устраивают, то никакого восстания не будет.
Если сопоставить черты русских людей с поведением медведей, увидим много общего. Русские люди медлительны, миролюбивы и озабочены поисками вечных истин не более чем любой бурый медведь. Этим же сходством можно объяснить размеры российского государства. Русский народ подобно молодому медведю столетиями подыскивал себе новые земли.
Непонимание русской «самости» или «медвежести» порождает бесконечное соотнесение или противопоставление русской общины с её бесконечным терпением и покаянием безличному советскому товариществу или сообществу работников с его беспощадным единогласным осуждением и самобичеванием. Русские люди всегда оставались и остаются людьми русскими, отмахиваясь от навязываемого чуждого русским мировосприятия и различного рода учений как от назойливых мух.
Завершая вторую часть очерка, не могу не сказать о том, что русские люди любят слушать сказки и готовы им верить. Особенно, если хорошенько перед этим подкрепились чем-нибудь вкусненьким и попивают чай с вареньем, мёдом и печёностями разными.
Во времена стародавние сказители велеречивые могли напутствовать русских людей, им внимавших, такими словами:
«Когда станут люди русские жить по-русски, и могучий, как русский медведь, народ русский наполнит русскостью Землю Русскую, тогда в день дивный под Солнцем Красным наступит в русской стороне жизнь русская счастливая, свободная, мирная, сытая, красивая и богатая. Вернутся в дома, терема и хоромы людей русских да в крепкие семьи русские достаток и благополучие. Навсегда покинет души русские туга-печаль и наполнятся они счастьем и любовью. Глядя на жизнь русскую справедливую, жизнь по правде и совести, засмеётся Природа радостно и осыпет щедро Землю Русскую дарами своими сказочными. Никто без подарка не останется!
Люди русские! Да пребудет с Вами сила Земли Русской!
Жить Вам по-русски, поживать да добра наживать, а горя, лиха и беды никогда не видать!».
Продолжение следует.
ИСТОЧНИКИ:
1. Бердяев Н. А. Русская идея: (Основные проблемы рус. мысли 19 в. и начала 20 в.) / Николай Бердяев. – Париж: ИМКА-Пресс, 1971. – 258 с.
2. Соловьев В. С. Национальный вопрос в России / [Соч.] В. Соловьева. – Москва: Унив. тип., 1884. – 107 с.
3. Большая Российская энциклопедия. Т. 5: Великий князь – Восходящий узел орбиты. Т. 5. – 2006 (М.: Московские учебники и Картолитография). – 782 с.; Большая российская энциклопедия. [Электронный ресурс Интернет]. URL: https://bigenc.ru/ c/vostochno-evropeiskaia-ravnina -e8ecd2?ya_src=serp300
«… Русская равнина, одна из крупнейших равнин земного шара, в пределах которой находятся Европейская часть России, Эстония, Латвия, Литва, Белоруссия, Молдавия, а также бОльшая часть Украины, … часть Польши и северо-западная часть Казахстана. Протяжённость с запада на восток около 2400 км, с севера на юг – 2500 км. Площадь свыше 4 млн. кв. км. На севере омывается Белым и Баренцевым морями; на западе граничит со Среднеевропейской равниной (приблизительно по долине реки Висла); на юго-западе – с горами Средней Европы (Судеты и др.) и Карпатами; на юге выходит к Чёрному, Азовскому и Каспийскому морям, к Крымским горам и Кавказу; на юго-востоке и востоке ограничена западными предгорьями Урала и Мугоджарами. … Исследователи включают в состав … равнины южную часть Скандинавского полуострова, Кольский полуостров и Карелию».
Свидетельство о публикации №226053000117