Банка с тушёнкой. Пост-апокалепсис

Депрессивный пост-апокалипсис о последних мгновениях в бункерах.
Эра сигмамодернизма миновала. Гениальные умники уровня Леонардо да Винчи и Николы Теслы с протезами как у Джонни Сильверхенда и харизматичные словно какой-нибудь девиант Маркус из Детройт Бекам Хьюман - сгорели заживо от стыда и порнографии ложного смысла, вывернувшего наизнанку реальность. Кожа покрывалась мутными чёрными пятнами, как болезненными синяками зимы под блеклым светом мёртвых сторожей мрака - старых советских фонарей перестройки, похоронивших души Цоя, Высоцкого, Летова ещё до того, как зуммера обосрётся в туалете нейро-котла помойки интернета. От синевато-чёрных пятен расползались венообразные щупальца, словно злой мицелия лихорадочного бреда. Больные люди боязливо прятались в бункерах и посматривали в сигма-скоп, который отображали обманчивые поля расколотой пополам, вдоль и поперёк реальность поверхности, которая провались на дно существования, без всякого смысла, тени и замысла - голая изнанка, по которой летали механические нано-комарики, впрыскивающие яд - продвинутую смесь цианистого калия и чего-то ещё. Практически никто не избежал этой малярии последнего скачка неудержимого прогресса. Люди сидели в бункерах и тоннами вкалывали обезболивающие, витамины, микоэлементы и всякую другую химия. Единственной радость и ценность была банка с тушенкой, за которую дрались, вцеплялись в глотки, рвали, резали на части. Она была вкусная и такая живая... Словно последняя осмысленная часть погибшего мира... Банка с тушёнкой... Всё остальное было мёртвое и пустое... Люди дохли... Они были словно мыши. И надежды больше не было. Один лишь неутолимый голод, одна лишь жгучая тоска, злоба и беспросветная тупость. Где-то в чём-то мерцали звёзды, но это был тоже обман, призрак. Комары летали словно назгулы. Реальность была обманчива. Она стала пост-реальностью лихорадочного кошмара мёртвого божества. Итогом бесконечной мышиной возни ослепших от эгоизма политиков. "Паканим дебилиум М-НЕО-666" - свершился. Это было страшное словно, код, который произнёс чудовищный механический киборг-младенец в чреве Тёмной Матери Суперкомпьютера. Он вышел и создал комариный рой, механическую длань, которая задушила оплоты цивилизационных очагов. Споротивление было намертво подавлено и обнажилась Жгучая Пустота, мимикрирующая словно пьяный хамелеон и опасная как сколопендра, которая жалом пронзало очи. Вонь стояла невыносимая. Люди покрывались чёрными пятнами... Где надежда? Нет её. Есть только последняя банка с тушёнкой. И кровь. Кровь. Кровь. Это будущее нам уготовили всякие великие умы, которые делают всё боее продвинутую технику. Красиво? Да. Эффективно? Конечно. Чудовищно? Несомненно. И финал неизбежен. Если не придёт пророк. Не Пол Аттрейдис, а кто-то другой. Мудрый, молчаливый, тонкий, достойный. Словно клинок, соткан из слёз дриад последних девственных лесов, где мерцают родники нетленного величия первозданного царства, то всепоглощающей глупости человека. Тебя там нет, и меня там. И нет этого текста. Есть только звенящая Правда. Только она вернёт Жизнь. И не нужна будет даже тушёнка или какие-то другие сладости, яства, снедь. Просто жизнь. Живая жизнь, живой смысл и реальная реальность. А пока все жрут тушёнку, последние звёзды плодят копии пожирающие оригиналы. И это всё - больной ум сверхчеловека Ницше, который укусил себя за хвост. Это не пророк. Это ложь. Жрите свою тушёнку. Жрите... Но смотрите, как бы не исчез и этот последний уголок живого самоощущения, плоти и подлинности.