Старость - не радость Главы -7, 8

«Уважаемый коллега, честно говоря, я не могу разумно объяснить, что со мной происходит. Кажется, я перепутал реальность с фантазией, и это вызывает у меня сильное беспокойство. Лучше послушайте дальше, чтобы понять, о чем идет речь», — сказал старик, пристально глядя на меня. Его голос звучал взволнованно, а взгляд был пронзительным.

ГЛАВА -7

В результате небрежного отношения к своему здоровью в тот злополучный день, как потом выяснили врачи, у меня развилась простуда щитовидной железы. Через три дня я оказался в больнице, не предупредив никого, вероятно, из-за чувства стыда.

Адаптация к новой обстановке давалась мне с большим трудом. Для подготовки к предстоящей операции мне и другим пациентам приходилось самостоятельно приобретать необходимые медикаменты в ближайших аптеках, потратив немало своих нервов. И все равно  одного из препаратов не хватало. Пришлось обратиться за помощью. По телефону я  услышал хриплый голос Лейлы, которая, очевидно, также была простужена. Поэтому в тот день  она не пришла помочь  капусту солить. Я объяснил ей цель своего звонка и указал адрес больницы, и пожелал ей скорейшего выздоровления.

Когда я лёг и грустно замкнулся в себе, передо мной появилась хрупкая медсестра. Она меня отвезла на коляске к хирургу. Хирург, профессор с выразительным лицом, долго и скептически рассматривал татуировку на моей груди. Я принял его за мясника с крепким телосложением, который  целится, откуда начинать резать.

-Матросом вы служили? — вдруг он спросил хмуро.

-Профессор! — вмешалась медсестра, — Он художник.

-Художники не разговаривают, что ли?

-Нет, он замечательный собеседник, — добавила другая медсестра, подливая  масло в огонь.

 Почему-то я раздражённо ответил, что вижу я их впервые.

-Впервые? — хором удивились девушки. — Вот каким матросом вы оказались. Или рядом с девушками вы такой герой? Трясётесь? Ай-яй-яй! – похихикали они.

-Это правда, боитесь? — спросил профессор удивлённо.

Он попытался продолжить беседу, рассказывая о своём службе на флоте и о возвышенных человеческих чувствах. Однако мои мысли были заняты другим. Возможно, в другой обстановке он мог бы привлечь моё внимание к разговору, но в тот момент я сознательно избегал  назойливых бесед. Вместо этого я изучал светотени, исходящие от яркого операционного осветителя, освещающего лицо профессора. Его добрый и внушительный взгляд не мог остаться незамеченным, а морщины на его лице придавали ему особую мудрость.

-Вы меня слышите? — спросил профессор, дёргая меня за плечо. — Почему вы не отвечаете на мои вопросы?

-Тысячи извинений, профессор!— с натянутой улыбкой ответил я. — Но лучше бы  быстрее начали  меня резать.

Разочарованный моим поведением, он приступил к выполнению своей божественной работы.


+++++++++++++++++++++++++++++++++++++

Честно говоря, коллега, что я действительно был безразличен к исходу операции в какой-то промежуток времени после прихода в больницу. Я надеюсь, что вы с пониманием относитесь к положению старого человека, который имеет взрывной характер, как и многие творческие люди.


ГЛАВА- 8

В небе непрерывно осыпались мелкие частицы, напоминающие конфетти, которые сверкали подобно золоту. Под ослепительными лучами солнца едва можно было различить медленно движущийся парад людей, напоминающий облака, направляющийся к сверкающей вдалеке небесной аномалии, которую можно было назвать «золотой дырой». Параллельно с этим движением перемещались  медицинские инструменты и высокий медицинский персонал, а затем и моя скромная персона, которая являлась одной частью этой Вселенной. Однако, в отличие от других участников этого парада, я находился на носилки в руках у медсестёр, с интересом наблюдая за их профессиональной деятельностью. Тем не менее, иногда они выходили за рамки своих профессиональных обязанностей, проявляя излишнюю любезность, развлекая пациента шутками.

Эта атмосфера, казалось бы, божественная, не соответствовала жутким шипучим дыханиям, напоминающим присутствие змей. Однако эти звуки гармонично вписывались в общую картину реальности, которая на первый взгляд могла показаться сюрреалистичной.

Одна из медсестёр со странной улыбкой спросила меня: «Вам хорошо, дорогой наш больной?» Её карие глаза выделялись особой жгучестью по сравнению с глазами других медсестёр. На мгновение она оставила своих коллег позади, подняла меня с места и слегка подбросила в воздух, как шарик, а затем с подмигиванием вернула на носилки. И внезапно она разразилась взрывным смехом, что вызвало у меня раздражение. «Вот откуда эти шипучие звуки, гадюка!» — пронеслось у меня в голове. Она изящно убрала с лица волосы, и её глаза засияли, как жемчуг. Сняв повязку, она посмотрела на меня колдовским взглядом, как будто готовясь к прыжку.

Я был ошеломлён.

Она начала порхать вокруг меня, и её волосы, словно змеи, касались моего лица, шеи, глаз и губ. Отбросив волосы за спину, она мгновенно приняла иной облик, уже земной, и задорно рассмеялась, что раздражало всех вокруг. «Не уж-то тут балуется Пятница?!» — услышал я свой голос.

-А кто же ещё, дядя Омар, если не я?

-Пятница? – спросил я, не узнавая, то ли она, то ли нет - Ты же болела?

-С вашими молитвами встала.

-А где я нахожусь?

-Я подарила вам рай, добро пожаловать, дядя Омар! Теперь держитесь покрепче!

Пятница отпустила меня, чтобы я мог ознакомиться со своим новым окружением.

Блуждая в неопределённости, я разочарованно вернулся обратно, которая оказалась жуткой пустотой. Солнечный свет слабо освещал панораму круговорота теперь уже знакомой «чёрной дыры».

В шоке я метался в разные стороны, как потерявший орёл своего птенца, и кричал: «Пятница! Не надо мне рай, явись сама!»

Снова оглушили меня шипучие звуки, напоминающие дыхание змей...

-Матрос! Матрос!..

Едва открыв глаза, я почувствовал себя человеком, выпившим две бутылки водки, но ещё сохраняющим способность что-то соображать.
 
Искривлённое лицо профессора светилось передо мной, как в кривом зеркале, медсестра вытирала пот с его лба. Он медленно удалился. В панике я хотел что-то ему сказать, но не смог. Затем раздался непривычный человеческий голос:

-НА КОЛЕНИ!!!

Величественная фигура мгновенно осветилась под сильным громом и так же внезапно исчезла. Я только хотел встать на колени — как будто поражённый молнией, свалился в бездну.


Продолжение следует…