Энэмэнзэ...

    Тата - тарара, - та, та, ра, ра, ра. Ти-та, та-ти, та-та. Известный и привлекательный для многих мотивчик в первые годы в России после Гражданской войны, что длилась с тысяча девятьсот восемнадцатого года по тысяча девятьсот двадцать второй. Горожане только что начали более-менее  сытно питаться. И всем хотелось таких песен, и таких развлечений, чтобы, погружаясь в них, люди забывали бы о бедах и горестях только что закончившейся войны.

     А, а-а, а-а-а, а,а,а. А, а, а, а-а-а, а,а,а. А, а-а, а,а, а, аот. Не получается записать правильно! А ведь тоже известный мотив, но он уже о другом, не о том, о чём были мотивчики двадцатых годов двадцатого века. Он уже о готовности сражаться за родную страну. О любви, о том, что тех, которые за Родину воюют честно, девушки любят и обязательно всё у них, у воинов, в жизни и в любви будет хорошо.

     Трам-та ти-та', трам-та ти-та', трам-та-та'. Это уже во время войны пели, потому что любовь даже война не отменяет. Но чтобы быть достойным любви, - нужно сражаться со злобным врагом там, где сейчас стоишь. И, если будешь сражаться хорошо, то девушка, которую ты полюбил, обязательно ответит тебе взаимностью.

      Есть и другие мотивы, которые сохраняются и легко извлекаются из памяти народной, но записать их, хотя бы частично, большереченец Гук Лязгович Теоретикушкин никак не может. Он помнит названия музыкальных нот, но нотной грамотностью не обладает. По мнению Гука Лязговича, музыкальная  грамотность - это такое владение музыкальной гармонией и сольфеджио, которое позволяет чужую музыку нотами записывать и воспроизводить, а, если получится, то и свою музыку сочинять-записывать.

     Но какая гармония? Даже  простого сольфеджио никогда не могло быть в жизни Гука Терретикушкина. По причине полного отсутствия у него музыкального слуха. Но, занимаясь исследованиями ядра сознания народа, он, Гук Лязгович, постоянно наталкивался на разные мелодии. На музыку! И  однажды он понял, какое определение можно дать культурному народному коду, а правильнее, - яэсэну:

     Ядро сознания народа - это совокупность сочетаний звуков, позволяющих представителям рассматриваемого народа заметить наступление обстоятельств, в которых они должны проявить самую высокую степень своего единения (единства).

     И Гук Лязгович очень обрадовался тому, что пришло ему в голову данное определение.  Но не он один в Большереченске занимается поисками научных определений в области исследований народного сознания. Есть, например, ещё Глядец Размышляевич Прикусаев, у которого и музыкальный слух есть, но он почему-то больше ощущениями, чем звуками занимается.

      Гук Лязгович своим определением ядра сознания народа решил поделиться с Глядецом Прикусаевым, но чтобы тот не полез в драку, если ему что-то в определении Теоретикушкина не понравится, передал своё определение Прикусаеву по телефону. А Прикусаев, естественно, по телефону ответил: 

     - Против того, что патриота из человека делает его готовность, при наступлении определённых обстоятельств, достигать высокой степени единения с другими представителями  народа, я ничего не имею. Не возражаю! Но чего это ты, Теоретикушкин, к одним только сочетаниям звуков прицепился?

     - Потому что считаю, что сейчас и патриоты, и предатели действуют исключительно в звуко-зрительной культуре, но картинка в ней менее важна, чем сочетание знакомых звуков, - пояснил своё определение ядра сознания народа Гук Лязгович Теоретикушкин.

     - Тьфу на тебя, Теоретикушкин. Чего ты слово "культура" употребляешь? Ведь иностранное оно!

     - Ну тогда звуко-зрительная область существования человека. Женщины и мужчины.

     - И всё-таки я настаиваю на существенной переделке твоего определения, - перешёл в наступление "телефоноговорящий" Глядец Размышляевич Прикусаев.

     - На какой переделке?

     - Слушай сюда, Теоретикушкин! Ядро сознания народа - это совокупность вкусов еды, запахов, картинок,  осязательных ощущения, сочетаний звуков, связываемых представителями рассматриваемого народа с возникновением обстоятельств, в которых они должны проявить самую высокую степень своего единения. Всего двадцать семь слов. Запомнить можно.

     - Может быть, Глядец Размышляевич, сократим определение до двадцати пяти слов. За счёт вкусов еды. Уберём их из-за греха обжорства.

     - Оставим. Без вкусов еды мы охватим только четыре органа чувств. А охватить надо все пять.

      На том и согласились. Отправили Прикусаев и Теоретикушкин своё определение в соответствующую компьютерную нейросеть, а та прицепилась к слову "картинки". И эту "прицеплённость" заметил Додум Обгоняевич Перехватцев, как и Теоретикушкин с Прикусаевым, большереченец, но живущий и сверкающий умом в Столице.

     Додуму Перехватцеву даже думать долго не пришлось, легко внёс изменения в определение Теоретикушкина и Перекусаева, у него получилось так:

     Ядро сознания народа - это совокупность вкусов еды, запахов, картин действительности, осязательных ощущений, сочетаний звуков, возникающая в сознании представителей народа при обстоятельствах, требующих от них высочайшей степени своего единения.

      - Блин, всего двадцать пять слов в определении! - воскликнул Гук Лязгович Теоретикушкин, когда узнал что их, с Прикусаевым, определение яэсэна связывается исключительно с именем столичного жителя, - Додума Обгоняевича Перехватцева.

     Да, сложное это дело: установление первенства в получении обоснованных и основательных итогов  гуманитарных исследований такого сложного явления, как ядро сознания народа!

     P.S. Автор данного текста хотел бы немного успокоить читателей и читательниц: они могут продолжать произносить такие сочетания слов, как "культурный код народа", "социокультурный код народа", даже "генетический код народа", потому что выражение "ядро сознания народа" применяется только жителями города Большереченска, а этот город, - полностью вымышленный. И это, конечно, полнейшее большереченское безобразие, - сводить патриотическое воспитание к вкусам еды, родным запахам, картинам действительности, осязательным ощущениям и сочетаниям звуков. Тот же выходец из Большереченска, надёжно закрепившийся  в Столице,  Додум Обгоняевич Перехватцев, утверждает, что патриот должен ещё знать и безошибочно произносить имена всех языческих божеств восточных славян. Бог ему судья! Перехватцеву.  А автору данного текста остаётся одно: объяснить читательницам и читателям, что Энэмэнзэ, как название данного текста - это "Не музыка, но звуки..."