Улица Правды

УЛИЦА ПРАВДЫ

Короткая проза

КАЛЕНДАРЬ РАСШИФРОВАННОГО НОСТРАДАМУСА*

           В 1999 году для заработка я подрядился составлять отрывной календарь на следующий год с таким названием. На 2000 год Нострадамус вроде как предсказал конец света. Хотя на самом деле всего лишь вычислил солнечное затмение.
Издательство специализировалось на нетрадиционной медицине, эзотерике, всяких методиках и прочем. Задача оказалась трудной. Не было ни компьютера, ни интернета с википедией. Кроме «расшифрованных» катренов Нострадамуса необходимо было набрать на каждое число материалы о гадателях, ясновидящих, прорицателях и пр.
Когда стало ясно, что в срок одному не справиться, подключили в помощь Сергея Фролёнка, Виктора Беньковского (оба – уже покойные) и Александра Серова (совсем его не помню). От издательства директивно поступило указание, что на каждый день надо обязательно давать предсказания некоего знаменитого профессора Рогова, автора более 400 публикаций по указанным темам (он, вроде, у них издавался).
Предсказания его были индивидуальными (политикам, артистам, спортсменам, писателям) и «общего плана». Иногда  смешноватые. Напр., на листке 25 августа: «С этого дня и до конца месяца у производителей шариковых ручек в России будут некоторые осложнения...»
Довольно много предсказаний было посвящено Ельцину как президенту России. При этом великий  прорицатель Рогов почему-то не предвидел, что 31 декабря 1999 г. он уйдет в отставку.
Впрочем, сейчас, просматривая календарь, находишь вещи любопытные.
Листок 26 марта. «Граждане, будьте бдительны! Нас ждет начало проведения крупной аферы…» (Напомню: на этот день были назначены выборы нового президента РФ.)
Листок 9 июля. «С этого дня по 15 июля на российском телевидении  период трудных взаимоотношений в руководстве...» (Примерно в этих числах сняли Б. Куркову.)
Листок 18 августа. «Для политической жизни России с этого дня и по 25 августа – тяжелый период...» И листок 22 августа. «К сожалению, нас часто обманывают. А вот когда за обманом последуют тяжелые последствия, это переносится нами очень тяжело. Так вот, с этого дня по 27 августа – период больших обманов.» (19 августа затонула подводная лодка «Курск».)
В итоге, кого только в этот календарь ни подтянули! От Якова Брюса до Ванги, от пифий до календаря майя, предсказавшего конец света в 2012 г. (т.е. он на этом годе заканчивался). В частности, какой-то древнерусский гадатель предсказывал царя, обликом схожего с котом (по всему, Петр Первый). И что в начале 21-го века Россией будет править некий Горшечник. В следующем, 2001 г. в печати и даже на открытках появились фото Путина, делающего горшок на гончарном круге.
Наконец, в июне всё было закончено, материал сдан в печать. С гонораром не обманули, что для девяностых было явлением нечастым.

-----------------------------------------------------
*Календарь расшифрованного Нострадамуса на 2000 год. Составители: Михаил Окунь, Александр Серов, Виктор Беньковский, Сергей Фроленок. ЗАО «ВЕСЬ». Подписано в печать 16.06.99. Тираж 100 000 экз.


СОШАЛЬСКИЙ

Пересмотрел фильм детства «На графских развалинах» (1958) со звездой тех лет Владимиром Сошальским. С удивлением обнаружил, что текст песни для фильма написан Евтушенко: «В каком году мы с вами ни родились, родились мы в семнадцатом году…»
Летом 1999 года был я на одном мероприятии в Москве, точнее, в Одинцово под Москвой. Съезд какой-то карликовой партии. В день отъезда обратно бизнесвумен, руководительница нашей немногочисленной петербургской делегации, состоявшей из четырех человек (позже узнал, что ее посадили), потащила нас в гости к Сошальскому. Чтобы похвастаться знакомством со знаменитостью и убить время до вечернего поезда. Была она весьма тщеславной, уши прожужжала, что около Самсона в Петергофе и ее доля в укладке новой плитки, благотворительность.
Пришли. Сошальский, уже похудевший старичок, сидит с младенцем на руках, своим новорожденным сыном. Был он женат на последней, шестой жене, сотруднице театра Советской Армии, в котором играл. Полная молодая женщина в очках, разница у них была лет тридцать, если не больше.
Говорить было не о чем. Сказал ему, что родители были с ним шапочно знакомы, когда он жил в Ленинграде, и мама на какой-то вечеринке с ним танцевала. Покивал. Долго не засиделись.
После просмотра фильма решил заглянуть в статью о Сошальском в википедии. И вот что обнаруживаю:
«Суд приговорил сына известного советского актера Владимира Сошальского к 11 годам лишения свободы по обвинению в незаконном сбыте наркотиков в крупном размере.
25-летнего Владимира Сошальского-младшего задержали в конце июля 2024 года. По данным правоохранителей, мужчина попытался скрыться при появлении сотрудников ППС, но его удалось остановить. Во время осмотра у него нашли три пакета с веществом, позже идентифицированным как кокаин общей массой 2,78 грамма.
Сошальский-младший проживал один в квартире на улице Советской армии, неподалеку от театра, где до последних дней служил его прославленный отец. По оперативным данным, молодой человек около 7 лет назад увлекся употреблением сильнодействующих веществ».
И стало мне грустно. Значит, тот самый розовый младенчик, уже похоронив и отца, и мать, загремел на срок… Но грустно не от того, что его постигло, дело житейское, а от стремительного бега времени. Для меня-то всё это как вчера…


ЛЕРМОНТОВ

После запроса депутата думы, актера Бурляева в СК о расследовании гибели Лермонтова, сильно удивившись,  решил посмотреть фильм «Лермонтов» с этим актером в главной роли, снятый в 1986 г.
В титрах обнаружил зловещее – оператор-постановщик Мартынов. Да, рисковал будущий депутат...


«ГЕНИАЛЬНЫЙ ДУРАК»

Поэта Леонида Агеева отпевали в Спасо-Преображенском соборе в феврале 1991 года. Стоял теплый солнечный день. Представителей «писательской общественности» было много.
Агеев в своей двухэтажной квартире скатился по пьянке со второго этажа на первый по лестнице и сильно ударился головой. Всё бы обошлось, но образовался тромб, который через несколько дней оторвался, погубив Леонида Мартемьяновича.
 Среди толпившихся перед храмом были писатели Валерий Попов и Евгений Кутузов («дядя Женя», как всегда хмельной). Это он инициировал раскол в Ленинградской писательской организации, отделившись со своими сторонниками от «русскоязычных». Эта отколовшаяся малая часть со временем разбухла представителями паралитературы и стала петербургским отделением Союза писателей России, которое в скором времени поглотит основную часть, отрыгнув «неправильных» писателей. Но речь не об этом.
Меня тогда поразили слова Кутузова. Он обнял Попова и сказал ему:
– Гениальный ты наш дурак!
 Попов в ответ только улыбался своей фирменной улыбкой.


УЛИЦА ПРАВДЫ

Смотрю на фото в сети: Улица Правды, 1956 г.
Слякотный день, бесцветное небо, мелкий дождичек или мокрый снег, всё как всегда…
В этот сквер, что слева, ходили гулять на продленном дне, с учительницей продленного дня Лидией Владимировной, в школе №300. Здесь я нашел магическую черную с золотом бусину-брелок, возможно она до сих пор где-то у меня.
Здесь два парня повзрослее, увидев, как я стою на воротах, пригласили приехать на Острова, на тренировку в их команду (кто там базировался? «Динамо»?). Приехали с отцом, но на стадионе никого не нашли – то ли они время неправильно сказали, то ли я перепутал. Больше не пытались разузнать.
Это здесь во время прогулок подружился с каким-то толстым взрослым парнем в пальто и кепке, разговаривали о чем-то. Искренне недоумевал, почему Лидия Владимировна, осторожно и деликатно, но всё же запрещает мне с ним «общаться». Я-то гордился этим новым «другом». Вопроса, почему он постоянно торчит в сквере и липнет к младшим школьникам, у меня не возникало.
Сюда ходил и с мамой несколько раз вечерами, когда купили коньки – пытался научиться. Так и не получилось. Однажды ради эксперимента лизнул на морозе железный столб. Ну, понятное дело…
В глубине сквера – вход в бассейн «Труд». Первый в СССР, открытый в 1927 году «для народа». При нем спортзал, где тренировалась гимнастка Наташа Кучинская, «невеста Мехико». Впереди за сквером, на углу Социалистической, – школа №321, знаменитая Первая Санкт-Петербургская гимназия, куда я перейду из трехсотой, в восьмой класс.
За спиной фотографа по этой же стороне – обезглавленная церковь, институт киноинженеров, ЛИКИ.  На другой стороне – прачечная, куда носил белье с Малой Московской, где мы с мамой тогда жили. И травмпункт. В нем мне вправляли перелом со смещением правой руки, который я получил на перемене в классе втором-третьем. А потом на неделю отправили в больницу Раухфуса.
Здесь же, после летних каникул в Сестрорецке, удаляли вросший в пятку мелкий осколок стекла.
И, наконец (бог любит троицу), накладывали швы на разбитый затылок – тоже школьная травма, в гардеробе, в подвале, во время драки треснулся при падении о батарею. Это был 1963 год – запомнил потому, что накануне убили президента Кеннеди.
Знаменитый травмпункт, с интерьерами. Где те врачи? – понятно, где… Вашему неугомонному пациенту уже за семьдесят.
Но всё это в будущем, после 1958 года (я люблю цепляться за даты, это придает некоторую весомость тексту). В тот год пошел в трехсотую в первый класс. Она тогда помещалась в новом здании серого кирпича, в проходном дворе с Правды на Разъезжую. А со следующего года переехала в дом на углу Большой и Малой Московских. А пока, в 1956-м, я еще живу на Большой Московской (она вдали, как продолжение улицы Правды после перекрестка с Разъезжей), меня таскают в детский сад куда-то на Лиговку, где мы гуляем в сквере на улице Черняховского или в саду при Казачьем соборе. И дедушка иногда встречает меня с кульком пряников, сидя на гранитной тумбе у нашего дома номер 13.
Нынешнее имя улицы Правды связано с тем, что 22 апреля 1912 года в типографии, находившейся неподалеку на Ивановской (ныне  Социалистической) улице, был отпечатан первый номер газеты «Правда». Но со временем газета как-то забылась, осталась улица Правды…


ГИЛЬЗЫ

В конце 50-х – начале 60-х годов прибой Финского залива выносил множество ружейных гильз. Летом, живя  на даче в Сестрорецке, я начал было их «коллекционировать», но вскоре бросил – неинтересно, слишком много. Выглядели они красиво – до блеска начищенная донным песком красная медь. На донышке кружочек из желтого металла, – латуни, наверное, с вмятинкой, сделанной бойком. Однажды попалась даже гильза с пулей. В 70-х их уже не стало…


ИДЕАЛЬНАЯ РИФМА

В детстве, в журнале «Крокодил» увидел карикатуру, изображающую человека, заблудившегося в заболоченном лесу. Это был некий мелиоратор. Вместо «Ау!» он громко выкрикивал обещания всё вокруг осушить и расчистить. О чем мы узнаём из прилагаемого стишка. Заканчивался стишок строками, оставшимися в детской памяти своей ловкостью:
Скажу: ходить бы, да почаще,
Мелиораторам по чаще.
Идеальная рифма! Я, конечно, нетвердо знал, что такое мелиоратор, и предполагал, что это тот, кто орет в лесу (мели, оратор!). Вероятно, это была поэзия в рамках кампании по расширению сельхозугодий.
Тяжко поразили воображение и следующие строки Льва Ошанина из журнала «Юность»: «Какой-то свиной или медный заезжий заморский король…» Речь в длинном стихотворении шла о художественном аукционе в Париже, на котором богатый американец покупает картину Ренуара. А «простые французы» в бессильном негодовании сжимают кулаки видя, как их национальное достояние уплывает за океан.
Этот «король» представлялся мне зловещим истуканом из меди или великаном со свиным рылом. Но взрослые разъяснили, что имеется в виду всего лишь капиталист, сколотивший состояние на торговле свининой или медью. Разочарование было велико…


14 НОЯБРЯ 2022 ГОДА

Этот день хорошо запомнился мне своими неброскими событиями. В тот год я приехал в Петербург после почти трехлетнего перерыва, связанного с ковидом и войной.
Сначала я приехал на Садовую, к служебному входу Публички (ныне РНБ) и передал два экземпляра сборника стихов «Горсад», вышедшего в 2021 году, в отдел дарений, за что был тут же удостоен благодарственного письма.
Удовлетворенный, я вышел на Невский и сделал фото. Надо сказать, что меня снабдили в дорогу телефоном самсунг галакси-5, и я с увлечением осваивал его, в т.ч. и для фотографирования. Перейдя Невский, зашел в Елисеевский (была там бронзовая люстра или не была?) и сфотографировал тамошний интерьер в его показной и в то же время какой-то убогой роскоши.
Пройдя по Невскому, зашел в «Книжную лавку писателей» и увидел там в кафе своего двоюродного брата А.Б., которого не видел уже лет около двадцати. Когда-то в 60-х гг. мы жили в одной коммуналке на Большой Московской, д. 13. И он, будучи старше меня на те же 13 лет, когда не было взрослых, надевал вывернутую мехом наружу старую шубу и пугал меня неким ужасным персонажем по имени  Румпурпур.
А.Б. сидел вместе с Н.Б., сыном известных советских поэтов Николая Брауна и Марии Комиссаровой. В 1969 г. они проходили по одному делу, по «демократической» 70-й статье – «антисоветская агитация и пропаганда». И получили примерно равное – брат – 4 года плюс 2 года высылки,  Н.Б. – 5 лет и год высылки.
Помню, как 18 апреля 1969 года мама А.Б., тётя Ида, приехала ко мне на день рождения и сев за стол, сказала: «Вчера Толю взяли!..»
В тот день у нашей парадной околачивался упитанный мужичок в клетчатой кепке, с усиками. Не видел его ни до, ни после. Видимо, топтун, наружка.
Мне исполнялось в тот год восемнадцать, и я уже знал, что в следующем месяце меня призовут. И позже, по мере развития событий, даже закралась бойкая мысль: а вдруг меня, как родственника будушего «врага народа», сочтут недостойным служить в доблестной советской армии? Увы, не сбылось…
Вернемся, однако, в ноябрь 2022-го. Сидя за соседним столиком, я краем уха слышал рассказ Н.Б. о своих литературных успехах – его стихи, сопровождаемые биографической справкой,  напечатали в какой-то газете в тем местах, где он отбывал ссыку. Он очевидно радовался этой «дани уважения». А.Б. кивал и вяло поддакивал.
Когда Н.Б. ушел, я пересел за столик к брату. Поговорили. Он сказал, что жена его лежит с переломом шейки бедра, и всё хозяйство на  нем. В тот год ему исполнилось 84 года, жена немного постарше. При выходе он показал мне на стопку газетных листков на столике – что-то типа многотиражки магазина, и сказал, что там напечатаны его стихи. Я ответил, что уже взял газетку на входе.
Мы прошли по Невскому и свернули на набережную Фонтанки. Зашли в книжный магазин «Порядок слов». Там были только два молодых человека изможденного вида. Судя по тому, какими скептическими взглядами они нас окинули, это были «актуальные поэты», завсегдатаи сего культурного заведения. Брат порылся в книгах и ничего не купил.
Я вспомнил, что в последний раз покупал в этом магазине четыре года назад открытку с картинкой, изображающей весёлого хамелеона и подписью: «Хамелеон Могилевский – канал Грибоедова возле пл. Репина. Лидер протестного движения. В Петербурге запрещен». Выйдя из магазина, распрощались. Теперь жалею, что не сделал совместного фото. Не исключено, что это была последняя возможность.
Зайдя в магазин, купил бутылку армянского коньяку. Подивился, как сумели «Пятерочку» втиснуть в старое здание.
Я перешел Фонтанку и пошел в детско-юношеский спортивный диспансер. Там моя давняя знакомая, когда-то в нем работавшая, договорилась для меня о встрече с хорошим спортивным врачом. О коленях поговорить.
Удивляюсь, как этот прекрасный особняк на набережной Фонтанки ни в 90-е, ни сейчас, при любви к таким особнякам многих акторов нынешних  российских властей, у детей не отобрали и не приватизировали. Всё же, есть правда на земле!
Пришел незадолго до начала приема. Врач оказался весьма современным – подтянутый, уверенный, знающий. Выписал мне жидкость меновазин и таблетки. Сказал: «Мениски у вас изношены». «Как это?» – несколько опешил я. «Как старые подошвы изнашиваются…» – ответил он.
В конце разговора вручил ему заготовленный коньяк. «Я не пью, но спасибо!» – сказал он. «А Люда сказала, что вы любите армянский…» – ляпнул я. Он с укоризной посмотрел на меня.
На выходе из кабинета уже дожидались в очереди спортивные девушки лет семнадцати-восемнадцати. С удивлением посмотрели на какого-то хрыча, выходящего от их любимого доктора.
Пройдя по набережной Фонтанки, я свернул на Пестеля, дошел до Моховой. Ни одной забегаловки! Уже все, так сказать, «перепрофилированы»…
В отчаянии, я обратился к молодому человеку интеллигентного вида, с бородкой, – мол, где тут осталось хоть одно «демократическое» заведение? Сразу подумалось, что судя по внешности он может меня не понять. Но, к счастью, я ошибся. Он сочувствующе сказал: «Идите на Маяковского, 20. «Маяк». Далековато, но зато там вы найдете всё, что вам нужно». И оказался в итоге прав.
Я добрел до заведения. На стенах висели портреты Маркса, Ленина и Путина. Хотя, по логике, следовало бы повесить портрет Маяковского.
В очереди к стойке ко мне обернулся нетрезвый восторженный человек и спросил: «Вы не пробовали здешние охотничьи колбаски? Хочу взять». – «Нет, – ответил, – я здесь впервые».
Заказав что нужно, я, наконец, сел (спиной к портретам) и расслабился. Впрочем, держа в голове, что еще предстоит тащиться на автобусе на свою окраину.
Замечательно, что подобные места (или нынче уже надо употреблять слово «локации»?) еще существуют. А позже родилось следующее стихотворение:

***
Тот давний Ленинград навечно въелся в поры.
Из круга моего – и это знает всяк –
Хожу я в кабаки нижайшего разбора,
Как например один, с названием «Маяк».

Здесь обретешь на час – нет, не подобье рая –
Убогий интерьер, где ангел ни при чем.
За стойкою стоит, как идол, тетя Рая,
И взгляд ее сравним с рентгеновским лучом.

Здесь угостят меня кривой сосиской в тесте,
Графинчик подадут, потом еще, еще…
Здесь, наконец, себя почувствуешь на месте,
И слезы в винегрет закапают со щек.               


СОБАЧКА, ВЛЕЗШАЯ В СНЫ

В ночь на Пасху я по обыкновению плутал  по закоулкам Ленинграда. Или города, его напоминающего.
Это сон, регулярно повторяющийся в разных вариациях. А город вроде тот и не тот. Немного надуманный. Какие-то неожиданные комбинации. Идешь, к примеру, по Староневскому, сворачиваешь, и вдруг попадаешь в непонятное место. Но всё же смутно знакомое. Или где-то в новостройках мотаешься,  пересаживаешься с автобуса на автобус, никак не достигая нужной точки. Утром встаешь измотанный.
Однажды приснилось, будто я еду на трамвае, и вдруг он сворачивает, въезжает в какие-то арки и начинает протискиваться через них, едва не задевая боками стены. Заезжает в проходные дворы, пробирается сквозь них. Но каким образом? – пусть рельсы чудом имеются, но откуда там взялись контактные электолинии?! Всё это можно списать лишь на абсурдность сна.
 Каково же было мое удивление, когда вычитал, что были с Лиговки повороты трамваев в арки через здание гостиницы «Октябрьская» и на Первую Советскую. Впоследствии их заложили. А как же электролинии? – а трамваи были паровыми. В общем, явь обгоняет сон.
В этот раз, поплутав по переулкам, выводящим к набережным и мостам, я вошел в некий особняк. Что-то типа усредненного дома творчества – писателя (старый, до пожара), или композитора, или архитектора… Зашел в гостиную и сел на небольшой антикварный диванчик с резной спинкой. Никто мне не воспрепятствовал.
Вскоре, однако, на этот же диванчик плюхнулись три увесистых типа и неприязненно посмотрели на меня. Я решил, что пора уходить.
И вдруг, уже на улице, меня охватил ужас – а где же Лиза?!
Лиза – это наша собака, джек-рассел терьер, девочка восьми лет. Когда она пропала, в какой момент? Как ей, домашней собачке, хрупкой нервной натуре, болезненно реагирующей на любую мелкую грубость, даже на легкое повышение голоса, оказаться в черном страшном городе, среди враждебных чужих людей?
Надо вернуться в особняк! Но была ли она там со мной? Или пропала раньше? Мы же всегда водили ее на поводке. Всё пропало! Я больше никогда не увижу ее…
Полупросыпаясь, я почувствовал, что собака на месте, притулилась  в ногах. Но ехидный внутренний голос саркастически сказал: «Не радуйся! Это тут она на месте, а там ты ее потерял навсегда...»

                2024 – 2026

Опубликрвано: Журнал-газета "Мастерская", 29.05.2026