Дробушечка

После окончания музыкального училища я  отрабатывала первый год в адыгейском ауле.
Директором нашей ДМШ был настоящий еврей откуда-то с Западной Белоруссии. Оттуда же он привез себе и русскую жену, отец которой был не очень доволен её выбором, что видимо и стало причиной оттуда сбежать в аул.
Но как и все еврейские мужья, мужем он был хорошим, чем она вовсю и пользовалась, что впоследствии и послужило эпизодов, достойным данного рассказа.

В те годы музыкальным специалистам там в строящихся двухэтажных домах сразу же давали квартиры. Мне директор ещё при распределении сказал:"Вы приедете, а квартира вас будет уже ждать!"
Правда никакая квартира меня пока не ждала, дом достроили только через год, поэтому поскольку я оттуда, отработав год, удрала, в неё вселился уже другой коллега, который учился курсом младше меня.

Жена директора хоть и работала преподавателем в ДМШ, но закончила не музыкальное училище, а какой-то культпросвет, то есть "от скуки на все руки". Ученики у неё были слабые, но в ауле это мало кого волновало. Хотя меня там некоторые родители готовы были носить на руках и даже подкармливали копчёным адыгейским сыром и прочими домашними национальными яствами.
Но в один прекрасный день нам пришло сообщение, что в столице Адыгеи Майкопе будет проводиться смотр художественной самодеятельности преподавателей музыкальных школ Адыгеи, и жена директора уговорила мужа самой взяться за это дело.

Я в ту пору была ещё в полной музыкальной силе. Достаточно сказать, что несколько лет потом помнила наизусть свою госпрограмму, а с листа читала сразу всё почти в темпе.
И конечно же было бы проще меня использовать по этому назначению.
Но руководство в лице жены директора решило, что игрой там никого не удивишь, а нам нужно первое место, поэтому я должна не играть, а танцевать!
Это был конечно же полный абсурд, и я, как могла, отказывалась позориться перед людьми в таком амплуа. Тем более что танцевать мы должны были в концертном зале училища, которое я только что закончила, и меня там знала каждая собака.
Но к сожалению кроме меня с женой директора некого было поставить, мы с ней были  одинакового роста и даже чем-то внешне похожими, а она была главной звездой данного мероприятия.
Увильнуть не получилось, потому что жена директора была очень доброжелательна и сумела меня уговорить на этот, не побоюсь сказать, подвиг.

Вообще-то  в детстве лет до 11-12  я занималась балетом, чтобы преодолеть остаточные явления после полиомиелита. Это потом уже, когда времени на музыкальную школу стало совсем уж не хватать, пришлось оставить это дело.
И хотя балерина из меня была никакая, и в концертных выступлениях я стояла всегда до кучи в последнем ряду, но общие представления о танце конечно же имела.
Лет до 25 я часто во сне танцевала где-нибудь на безлюдных дорогах, но это был именно балет со всеми его батманами, позициями и т. д. А здесь  предлагалось танцевать народный русский  танец типа кадрили! И ладно бы ещё просто улыбаться и кокетничать, но там же совершенно другая позиция ног!
Если я привыкла тянуть всё тело и тем более ногу, то здесь нога должна быть полурасслабленной, на каблучках и плашмя. А у меня с детских лет  автоматически ноги становятся в третью позицию!
Короче, ужас.
В конце танца по хореографической задумке там вообще должна была быть дробушечка, которая меня окончательно добила. Это уже был не просто ужас, а ужас ужасный.
Отбить ритм ногами я конечно же смогла бы, но во время дробушечки нужно было в приличном темпе ещё и подпрыгивать, а это мне ну никак не давалось.
Меня дрессировали, как медведя в цирке, и покоя я не имела, пока это выступление не состоялось.

С той поры прошло более 50 лет. Тот равнинный аул наверно уже стал целым городом.
Я не помню, какое в результате мы заняли на этом конкурсе место, какие у нас были костюмы и откуда они взялись, и что из себя представлял сам это танец. Я не помню даже имён директора той ДМШ и тем более его жены.
Но эту чёртову дробушечку помню до сих пор!
И даже другим могу показать.