Глава 10

  Вечер понедельника.

- Что ты думаешь, по поводу приглашения на ужин? – спросил Августо у Бальтазара, который кругами ходил по его гостиничному номеру. Он задал этот вопрос, скорее, чтобы убедиться в правильности своих выводов.
- Что я думаю? – Бальтазар достал из пачки сигарету, пытаясь найти зажигалку в кармане своих брюк, хотя она лежала на журнальном столике. Он заметно нервничал. – Я думаю, что решающий день был не тот, когда ты приехал к Анхелю первый, а сегодняшний вечер. Ты прекрасно понимаешь, о чем я говорю, Августо. Анхель Фуентес не дурак и никогда им не был, может, ему, конечно, и не хватает решимости, но, что касается ума, у него этого не отнять. Думаю, что, несмотря на чувство страха, которое он еще испытывает, Анхель понимает, что между вами осталось еще много неразрешенных вопросов, на которые он, рано или поздно, захочет получить ответы. Счет идет на дни, а, может, и на часы. Если ты не ответишь на эти вопросы, то за тебя это сделает кто-то другой.
- Продолжай…
- Ты знаешь на своем опыте, что любую информацию даже с грифом «Секретно» можно достать, ели у тебя есть деньги и связи. Анхель Фуентес относится к тому кругу людей, которые, при желании, могут получить любую информацию. События пятилетней давности были выгодны многим людям, о которых мы даже не знаем, всех тогда устроило то, что произошло – смерть братьев Фернандосов, твоего отца, коменданта полиции и, в конце концов, твоя смерть. Свидетелей практически не осталось, поэтому никто не стал докапываться до правды. Как только ты предстал перед Анхелем во всей красе, все изменилось. Думаю, он попытается достать максимальное количество информации о том, как ты жил эти пять лет. Тем более, есть еще одна серьезная причина, которая стоит перед Анхелем на первом месте.
- И что это за причина?
- Виктория – вот основная причина, по которой он начнет собирать о тебе информацию. Он отец, и хочу заметить, хороший отец – с Викторией у него доверительные отношения. Думаю, он почувствовал волнение в ее голосе, когда она говорила о тебе по телефону. Анхель дал тебе понять, что смерти он не боится, но, если кто-то посягнет на жизнь и честь его семьи, то он ни перед чем не остановится.
- Все верно, друг мой, все верно. Так как же мне поступить? –Августо пристально посмотрел на друга.
- Я предлагаю рассказать тебе все, о чем бы только ни спросил Анхель и отвечать так, как есть на самом деле. Если ты будешь честен, и он поверит тебе, то все, о чем ты мечтаешь, сбудется. Если нет, то будет война, и никто не сможет сказать, кто выйдет из нее победителем. У нас есть еще полчаса до назначенного времени, решать тебе.
«Все так, Бальтазар прав – настал момент истины, все тайное когда-то становится явным. Слишком много тайн, слишком много лжи во имя блага. Каждый человек, скрывая что-то от своих близких, создает невидимую стену вокруг себя. Чем больше тайн и лжи, тем больше стен. Мы чувствуем, когда человек ставит перед нами очередную стену, и тогда настает время сомнений – исчезает доверие. В жизни каждого человека наступает момент, когда необходимо собственноручно разрушить воздвигнутые стены, чтобы заслужить доверие. А его можно заслужить только правдой, какой бы горькой она ни была».

……………………………………………………………………………………….


Через полчаса Росалия и Анхель встречали Бальтазара Гарридо и Даниэля Диеса на пороге своего дома.
- Добрый вечер, сеньора Росалия, - сказал Августо, протягивая шикарный букет алых роз – Здравствуй, Анхель – мужчины обменялись рукопожатиями.
- О, какой шикарный букет! Анхель, ты только посмотри! Я даже не помню, когда в последний раз молодой человек дарил мне цветы! – сеньора Росалия не могла скрыть своего восхищения.
- Не можешь, потому что я уже давно не молодой человек и не забывай что ты – моя жена, а я твой муж. Только очень наблюдательный человек мог заметить, что за улыбкой Анхеля скрывалось неимоверное внутреннее напряжение.
- Сеньора Росалия, сеньор Анхель – Бальтазар склонил голову в легком поклоне.
- Проходите в дом, не стойте на пороге! Анхель, не держи гостей в дверях – ужин будет готов через пять минут! – сеньора Росалия не скрывала своего волнения.
- Дорогая, нам с Даниэлем нужно обсудить несколько вопросов, это не займет много времени, обещаю, а ты пока проводи сеньора Бальтазара в гостиную.
- Анхель, какие могут быть важные разговоры перед ужином – это вредно для пищеварения! Ты лучше посмотри, какой замечательный букет подарил сеньор Даниэль! Ах, какой аромат!
- Прошу прощения, сеньора Росалия, но нам с Анхелем нужно перекинуться парой слов, – сказал Даниэль, обворожительно улыбаясь.
- Ладно, скажу девочкам, чтобы они спускались к ужину через полчаса, надеюсь, вам хватит этого времени, чтобы обсудить все свои вопросы.  Сеньора Росалия изобразила на своем лице недовольство и обратилась к Бальтазару – Вот так всегда, сеньор Гарридо, мало того, что гости – редкое явление в нашем доме, но и еще появляются какие-то неотложные разговоры. Я считаю, что дела нужно вести на сытый желудок, вы со мной согласны?
- Я с вами полностью и абсолютно согласен, – ответил Бальтазар понимающе – Скажите, а вы сами занимались интерьером дома? Чувствуется, что это вам дом обязан таким изысканным вкусом! А что это там за картина на стене
Анхель и Августо поняли, что настал тот момент, когда нужно воспользоваться ситуацией и удалиться для разговора. Они понимали, что рассказ сеньоры Росалии о непосильном вкладе в оформление дома хватит для того, чтобы успеть обсудить накопившиеся вопросы.

………………………………………………………………………………


Некоторое время они сидели молча напротив друг друга в кабинете Анхеля – оба понимали, что от четкости и ясности вопросов и ответов зависит многое. Первым молчание нарушил Анхель:
- Августо, тебе нравится моя дочь Виктория?
- Да, мне нравится Виктория, и я тебя сейчас понимаю не только как отца, который желает своей дочери счастья, я понимаю тебя, как человека, который может допустить, что его ребенок – часть хитроумного плана мести с моей стороны, Анхель – Августо сделал паузу и посмотрел на собеседника, выдержав его взгляд, - это может прозвучать странно, но Виктория пробудила во мне те чувства, которые я раньше ни к кому не испытывал. Это нельзя называть любовью, и было бы глупо заявлять тебе нечто подобное. Я прошу твоего позволения иметь возможность ухаживать за твоей дочерью и доказать на деле искренность своих намерений.
- Я верю тебе, Августо, потому что ты не из тех, кто бросается красивыми словами на ветер. Я не буду препятствовать вашему общению, но, мне кажется, ты не все мне рассказал. Больше всего на свете мне не хотелось бы, чтобы ты причинил ей боль. Будь честен и с ней, и со мной – это мое единственное условие. Думаю, как отец, я имею право просить тебя об этом – Анхель достал сигарету.
- Ты имеешь право на это условие и имеешь право знать правду. Есть вещи, о которых знает только самый узкий круг людей, людей приближенных ко мне. – Августо подбирал слова, так как понимал, что то, о чем он скажет Анхелю, ему не понравится – Анхель, я женат. Я состою в браке уже три года, и у меня есть сын. Так случилось, что в 2004 году мой брат Рауль расстался со своей девушкой Лаурой по моей вине и вине нашего отца. Мы с отцом сделали все, чтобы эти отношения прекратились. Мы не могли предположить одного – она была в положении. Рауль, поверив в ее предательство, расстался с ней и больше никогда ее не видел. После того, как я полностью пришел в себя и восстановился после взрыва, как только у меня появилась возможность, я стал собирать всю возможную информацию, которая касалась моей семьи. Чувство вины перед Лаурой не давало мне покоя. Мои люди нашли ее и через какое-то время я появился на пороге ее дома. Когда я узнал, что ребенок, которого она воспитывает, от Рауля, решение пришло само собой. Мне удалось уговорить ее заключить со мной фиктивный брак – они были единственными людьми, которые остались у меня в этом мире. У нее хватило мудрости и благородства простить меня и принять мое предложение. Мое возвращение в Город не имело смысла без их присутствия. Мы с тобой знаем, что рано или поздно ложь всплывает на поверхность, больше мне нечего скрывать от тебя. Я не хочу из-за этой лжи потерять Викторию. Что мне делать, Анхель? 
Фуентес прикурил сигарету, он не переставал восхищаться Августо, поэтому еще в середине монолога принял решение. С этого момента доверие к Каррерасу стало безграничным.
- Ты же знаешь, Августо, - начал Анхель, – у меня к тебе только одно условие. Я не хочу, чтобы моей девочке было больно, и, если ради этого придется что-то временно скрыть или не говорить, я тебя поддержу. У меня есть первоклассный юрист, который уладит этот вопрос, но только тогда, когда ты будешь уверен, что любишь мою дочь. То, что ты мне сейчас рассказал, останется между нами, а сейчас давай пройдем в гостиную, нас уже заждались.
Теперь пришла очередь Августо восхищаться Анхелем Фуентесом.
Они не могли предположить только одного – их разговор не только прослушивался, но и записывался, а человек, который установил прослушку, был никто иной, как Мигель Лопес – правая рука и еще совсем недавно возможный зять Анхеля Фуентеса.