Рассказ Одина о гримтурсенах

Я, Один, Всеотец, познавший мудрость через жертву и странствия, расскажу тебе о гримтурсенах — древних великанах, что появились из плоти Имира и стали воплощением первозданного хаоса.

Гримтурсены — потомки Имира, первого великана, рождённого из смешения льда Нифльхейма и жара Муспельхейма. Когда мы, асы, убили Имира и создали из его тела мир, части его древней силы перешли к ним.

Они не были созданы богами, как люди или эльфы. Они существовали до нас — как воплощение стихий, бурь, гор и льдов. Их кровь — это замёрзшие реки, их дыхание — зимние вьюги, их шаги вызывают землетрясения.

Гримтурсены не похожи на асов или людей, их рост выше самых высоких гор. Даже молодой гримтурсен может перешагнуть через долину. Их кожа: серая или синяя, как лёд, покрытая трещинами, напоминающими руны. В мороз она покрывается инеем, в тепле — капает влагой древних ледников. Их глаза холодные, как северное небо, с вертикальными зрачками, видящими сквозь туман и чары. Их голос подобен грому, вызывающий камнепады. Когда они говорят, земля дрожит. Их кровь чёрная, как нефть, или прозрачная, как замёрзшая вода. Если она прольётся на землю, там на века остаётся вечная мерзлота.

Гримтурсены живут в Ётунхейме — земле вечных льдов и бурь. Но их владения простираются и за пределы этого мира. Например, в Нифльхейме, среди источников первозданного холода или на вершинах самых высоких гор Мидгарда, где не ступала нога человека, под ледниками, в пещерах, где время течёт иначе, у краёв мира, где небо касается моря.

Гримтурсены не злы по природе — они просто иные. Их логика чужда асам. Они мыслят веками, а не днями. Ценят силу больше слов. Хранят древние знания, но делятся ими редко и неохотно. Не понимают понятий «договор» и «клятва» — для них есть только сила и необходимость.

Отношения с асами всегда были напряжёнными. Сначала была война — мы боролись за власть над миром. Потом — неустойчивый мир: мы обменивались заложниками, знаниями, иногда — браками, но всегда оставалась вражда: гримтурсены помнили, что мир создан из тела их предка, и считали, что асы украли у них законное наследие.

Среди них есть те, чьи имена гремели в мирах.

Ангрбода — мать чудовищ, жена Локи, хранительница древних знаний.

Трюм — похититель Мьёльнира, могучий и упрямый.

Скрюмир — великан, водивший компанию с Тором, но оказавшийся воплощением самой горы.

Гимир — мореход, знавший пути между мирами.

Утгард;Локи — владыка мира за пределами, мастер иллюзий.

Все они достойны отдельных историй.

Гримтурсены владеют силами, недоступными асам. Они управляют стихиями: могут вызвать бурю, заморозить реку, обрушить лавину. Владеют древней магией: знают заклинания, созданные до появления рун. Могут принимать облик зверей, ветра, гор или тумана. Живут веками, почти не старея. Некоторые из них помнят события до сотворения мира и могут видеть нити судьбы, хотя и не всегда понимают их.

Гримтурсены — не просто враги асов. Они — необходимая часть мироздания, олицетворяющая хаос, который противостоит порядку асов, без их силы мир стал бы застывшим и мёртвым, именно противостояние асов и гримтурсенов движет историю девяти миров.

В день Рагнарёка они выступят против нас — но это не просто война, а завершение цикла, после которого должен родится новый мир.

Когда мы убили Имира, а из тела его создали мир: плоть стала землёй, кости — горами, кровь — морями. Но вместе с прародителем почти весь род инеистых великанов погиб под волнами крови, что хлынули из его ран, и под обломками мира, что мы созидали.

Выжил лишь Бергельмир — сын Трудгельмира и внук самого Имира. Мудр и дальновиден он оказался: ещё до битвы начал строить лодку, чуя грядущее. Когда кровь Имира затопила земли, Бергельмир собрал свою семью — жену, детей и немногих уцелевших родичей — и поднялся на борт.

Долго плыли они среди ледяных волн, пока не достигли далёких земель на востоке — тех, что позже стали называться Ётунхеймом. Там Бергельмир основал новый род — великанов;ётунов, наследников древней силы Имира.

Один из асов — Тюр, бог битвы и справедливости, — хотел догнать лодку и покончить с последним потомком Имира. Он говорил:

— «Пока жив хоть один из рода Имира, угроза миру асов не исчезнет. Мы должны пресечь этот род, чтобы хаос не возродился!»

Но я, остановил его:

— «Тюр, мудрость не в истреблении, а в балансе. Имир был хаосом, мы — порядком. Но без хаоса порядок застынет, станет мёртвым. Пусть ётуны живут — как испытание, как вызов, как напоминание о том, откуда мы пришли».

Я знал: противостояние асов и ётунов будет двигать историю миров. Без врагов доблесть ослабеет, без вызовов мудрость угаснет.

Бергельмир и его потомки заселили Ётунхейм. Они стали хранителями древних знаний, что были до сотворения мира, воплощением стихийных сил — бурь, морозов, горных обвалов, теми, кто испытывает асов — через битвы, загадки и хитрость.

Такова правда о гримтурсенах — не просто великанах;разрушителях, а древней силе, что была до нас и останется после. Пусть знание об их природе предостережёт от легкомысленного отношения к ним: гримтурсен не прощает оскорблений, не забывает обид и не играет по чужим правилам.