Часть 2. первые дни

ГЛАВА II
НАЧАЛО ПУТИ

Нам всем нравится читать о героях, будь то на море или на суше. Какими реальными они становятся в наших воображаемых образах, когда мы с нетерпением следим за их приключениями! Нам интересно, какими они были в детстве и совершали ли они тогда что-то удивительное. Ничто не кажется незначительным, когда рядом настоящий благородный герой.
Уильям Карпентер Бомпас был героем в полном смысле этого слова — не из тех, кто стяжал лавры, сражаясь на море или бросаясь в атаку с примкнутым штыком. Он прославился совсем другим образом: поступил на службу к великому королю королей и пронес знамя креста через бескрайние арктические просторы и мрачные заснеженные горы, спасая блуждающих индейцев и эскимосов и приводя их к ногам своего господина.
В его ранних годах мало что указывало на то, что в нем есть то, из чего создаются герои. Он был застенчивым мальчиком, любил уединение и учебу. Но в его жилах текла благородная кровь, а кровь не обманешь. Его семья со стороны матери была наполовину роялистами, наполовину пуританами. Известно, что один из его предков был личным секретарем Генриетты Марии и был повешен парламентариями за помощь Карлу I, а другой одно время был секретарем Хэмдена. Мы увидим, как в последующие годы черты этих двух великих партий удивительным образом соединились в личности Уильяма Бомпаса.
Семья Бомпас имеет французское происхождение, и существует интересная традиция, рассказывающая о том, как впервые было дано это имя.
Именно на поле боя при Креси один из предков совершил подвиг великой доблести и был посвящен в рыцари Эдуардом Черным принцем. Случайный прохожий заметил: “C'est un bon pas”. И Рыцарь ответил, что он взял бы это за свой девиз.
Должно быть, юный Уильям Бомпас с жадностью слушал историю о своем доблестном предке и мечтал сам совершить какой-нибудь великий подвиг! Тогда он и представить себе не мог, что ему предстоит сделать больше, чем всем его предшественникам, и что шаг, который ему суждено сделать, станет лучшим из всех.
Его отец, Чарльз Карпентер Бомпас, был королевским сержантом и одним из самых выдающихся адвокатов своего времени. Говорят, что знаменитый Чарльз Диккенс писал о нем, когда создавал образ сержанта Базфуза в «Посмертных записках Пиквикского клуба». Когда Уильяму было всего десять лет, его отец скоропостижно скончался, оставив вдову и восьмерых детей — пятерых сыновей и трех дочерей.
В раннем возрасте Уильям наиболее ярко проявлял те черты характера, которые отличали его на протяжении всей жизни. Он был спокойным мальчиком, отчасти из-за домашнего обучения, которое в значительной степени лишало его общения с другими детьми. Он не играл в крикет, футбол и другие игры, а его главным увлечением были прогулки и зарисовки церквей и других зданий, которые он встречал во время своих вылазок. Он увлекался садоводством, и полученные знания сослужили ему хорошую службу много лет спустя, когда он планировал создание миссионерских ферм в своей северной епархии.
Религиозная атмосфера в доме произвела на него глубокое и неизгладимое впечатление. Его родители были глубоко верующими христианами, принадлежавшими к баптистской деноминации. Они строго соблюдали воскресный день, и отец взял за правило никогда не читать проповедей и не проводить консультаций в этот день. Также они тщательно следили за тем, чтобы дети читали Библию. Сержант Бомпас придерживался либеральных взглядов и позволял детям безобидно развлекаться, иногда разрешал им ходить в театр и играть в карты, но не на деньги. Уильям с детства был глубоко религиозен и в шестнадцать лет принял крещение погружением в воду.
***
CHAPTER II
EARLY DAYS

We all like to read about heroes, whether on sea or land. How real they become to us as we picture them in our minds, and eagerly follow their adventures! We wonder what they did when boys, and if they performed wonderful things then. Nothing is too small to be of importance when once we have a real, noble hero.
William Carpenter Bompas was a hero in the true sense of the word—not one who gained his laurels by fighting on the sea, or rushing forward, even to the bayonet’s point, in some great charge. His glory was gained in a far different manner, when he enlisted in the service of the great King of kings, and carried the banner of the Cross over great Arctic regions and grim, snow-capped mountains, to rescue wandering Indians and Eskimo, and lead them to the Master’s feet.
There was very little in his early life to show that he contained the stuff of which heroes are made. He was a shy boy, fond of retirement and study. But there was good blood in his veins, and blood will tell. The family, on his mother’s side, was partly Royalist and partly Puritan. One member is known to have been private secretary to Henrietta Maria, and was hung by the Parliamentarians for aiding Charles I.; while another at one time was secretary to Hampden. We shall see how the characteristics of these two great parties were in later years remarkably united in William Bompas.
The Bompas family is of French extraction, and there is an interesting tradition which tells how the name was first given.
It was on the field of Crecy that an ancestor performed a deed of great valour in the fight, and was knighted by Edward the Black Prince. A bystander remarked: “C’est un bon pas.” And the Knight replied that he would take that for his motto.
How often young William Bompas must have listened with intense eagerness to that story of his valiant ancestor, and longed to do some great deed himself! Little did he then think that he would be called upon to do more than all before him, and the step that he was destined to take would be the best of all.
His father, Charles Carpenter Bompas, was a Serjeant-at-law, and one of the most eminent advocates of his day. It is said that the famous Charles Dickens had him in his mind when he wrote about Serjeant Buzfuz in the “Pickwick Papers.” When William was only ten years old, his father died very suddenly, leaving a widow and eight children—five sons and three daughters.
William, in early youth, showed most plainly those characteristics which marked his whole life. He was a quiet boy, owing partly, no doubt, to private tuition at home, which deprived him to a large extent of the society of other boys. Cricket, football, and such games, he did not play, his chief pleasure being walking, and sketching churches and other buildings that he encountered in his rambles. Gardening he was fond of, and the knowledge thus gained stood him in good stead years later when planning for the mission-farms in his northern diocese.
The influence of a religious home made a deep and lasting impression upon him. His parents were earnest Christians, belonging to the Baptist denomination. Sunday was strictly observed, the father making it a firm rule never to read briefs or hold consultations on the Day of Rest. Bible-reading, too, was carefully observed. Serjeant Bompas was a man of liberal views, allowing his children to indulge in harmless amusements, and occasionally permitting them to attend the theatre and to play cards, if not for money.
William from childhood was of a deeply religious turn of mind, and at the age of sixteen was baptized by immersion, on a