Южный гамбит

 Я работал системным аналитиком в компании в Вест-Депфорде, что в Южном Джерси. Перед Новым годом меня вызвали к руководству и сообщили, что в марте планируется реструктуризация, поэтому мне нужно либо искать другую работу в Джерси, либо перевестись в купленный ими филиал Singing River FCU.
Управляющий отделением посмотрел на меня с немым вопросом, и я ответил: — Я благодарен за десять лет, которые провёл под вашим началом, сэр. За три месяца я смогу продать дом в Кейп-Мей и переехать поближе к новому филиалу. — А ваша подруга Джоан? — У неё прекрасный бизнес в Трентоне. Уверен, она не станет его продавать. Мы ведь не состоим в браке. — Спасибо, Марк. Я ценю вашу преданность компании. Вы не пожалеете о переезде.
С моей зарплатой в Нью-Джерси я едва дотягивал до настоящего американского среднего класса — всё-таки этот штат входит в тройку лучших в стране по уровню жизни. А вот в Миссисипи, которая замыкает экономические рейтинги США, с теми же деньгами я автоматически становился богачом. О своём решении я рассказал вечером Джоан.
— Марк, мне жаль расставаться с тобой, — вздохнула она. — Но я не перееду, и ты сам знаешь почему. Продай мне свой дом на 10% дешевле, я отдам деньги наличными. Мне надоела моя квартира, хочу жить на берегу океана. — Отличная идея. У тебя не будет расходов на оформление ипотеки здесь, а у меня — лишних хлопот там. Я уже проверил цены на недвижимость от Билокси до Мобила и готов уступить тебе даже 15%. Мы ведь хорошо жили вместе. — Марк, ты лучший из всех мужчин-банкиров, которых я знала! Если тебе понадобятся юридические услуги, моя фирма окажет их бесплатно.
Мы рассмеялись и выпили по бокалу вина местной винодельни Villa Milagro, что в округе Уоррен. Их офис расположен на холме, откуда открывается потрясающий вид на виноградную долину.
Работая в банковской сфере, я часто сталкивался с агентами по недвижимости, но агентство Elizabeth Reed Prestige Luxury Realty превзошло все ожидания. Элизабет неизменно реагировала на любые мои запросы, хотя нас разделяла тысяча миль. Предстояла сложная сделка со множеством нюансов, но она справилась безупречно. Именно благодаря её профессионализму я не просто приобрёл дом своей мечты, но и выбил от продавца максимальные уступки — самые значительные, что я видел за последние годы, да ещё и на таком непростом рынке. Покупаете ли вы свой первый дом или десятый, с таким агентом, как Элизабет Рид, вы не пожалеете ни на секунду.
Паскагула быстро стала моим любимым городом. Дом мне подобрали на берегу небольшого озера, как раз там, где Кримсли-стрит сходится с Литтл-стрит. Прекрасная зелёная зона в пяти минутах от реки Паскагула. Элизабет рассказала мне индейские легенды, связанные с этими местами, и теперь меня никакими силами нельзя было заставить уехать отсюда. Она же и стала моим первым гостем на новоселье. К тому же у меня на руках осталась приличная сумма нетронутых наличных. До работы по US-90 теперь было всего двадцать минут езды, а до залива Гранд-Бей в Алабаме — пятнадцать.
Моя новая должность звучным образом именовалась «старший финансовый аналитик», а зарплата оказалась даже выше, чем на прежнем месте. Теперь можно было подумать и о второй попытке создать семью. Однако мужчина за сорок в основном сталкивается с дамами, которые уже побывали в браке и не сумели его сохранить. Для молодых же девиц я выглядел исключительно как «золотой телец» или сытый кабанчик с начинающим расти животиком. О верности в таких союзах говорить не приходится. Три дамы, которые сами нашли меня в Инстаграме ради потенциального романа, лишь отпугнули своей напористостью. Я впервые искренне пожалел, что рядом нет Джоан.
По пятничным вечерам я стал заглядывать в бар Fleur De Lis. В городах Миссисипи до сих пор ощущается наследие французских колонизаторов, и эти исторические атавизмы очень скрашивают южную жизнь. Название бара переводилось просто — «Лилия». Там я впервые попробовал кусочки жареного аллигатора — просто объедение! Я невероятно привередлив в еде, но даже местный жареный сом ушёл на ура. Персонал — само очарование, внимательный, интерьер стильный, а напитки вкусные и недорогие. И главное — совсем рядом с моим домом, на Ингаллс-авеню, 809.
В одну из таких пятниц я заметил за столиком у окна нашу сотрудницу Оливию. Она лениво ковырялась в тарелке и пролистывала ленту новостей в телефоне.
Женщина и телефон — это, скажу я вам, потенциальная измена. И вот почему: они с самого утра мониторят сайты, привыкая к бесконечному потоку новой информации. Политикой, разумеется, не интересуются — разве что пробками на дорогах да идеями о браке. И едва такая дама находит неплохого кандидата, как через пару недель алгоритмы подсовывают ей нового, и всё начинается с нуля. Даже если она выходит замуж, года через два наступает усталость от мнимого «недостатка внимания» со стороны мужа. Это повышенное внимание создаёт  интернет алгоритм, мираж, а не реальное внимание мужчины. Первые два-три свидания на стороне — по сути, поиск измены — быстро сводят на нет интерес к существующим отношениям и разрушают брак, который просто начал казаться рутиной. А потом…у каждой женщины своя незавидная судьба, за редким исключением.
Поэтому на Оливию я посмотрел с лёгкой неприязнью. Около сорока лет, а всё ищет своего сказочного рыцаря.
Вообще, Fleur De Lis — место приятное: бильярд, хорошая музыка, экраны. Отличная точка для свиданий. Как сотрудник Оливия была безупречна — её группа всегда закрывала показатели в плюс, а от клиентов не поступало ни одной жалобы. Внешне — ничего броского, просто стройная женщина. Сейчас многие такие: мода на спортзалы и йогу делает женские фигуры инфантильно-привлекательными, но за спортивной одеждой и дежурным поведением на улице совершенно не видно характера.
Оливия заметила меня и кивнула. Я улыбнулся в ответ, тоже кивнул и вернулся к ужину. Когда я закончил, она уже стояла у моего стола.
— Марк, я тебе на работе настолько надоела, что ты даже не пригласил меня пересесть? — Дело не в тебе, а в твоём телефоне, — прямо ответил я. — Ты ешь и непрерывно смотришь в экран. Меня это бесит. — Я вообще-то не на работе. — Присядь, я тебе сейчас объясню, — довольно нервно буркнул я.
Оливия восприняла мой выпад абсолютно спокойно и опустилась на стул. Подошедший официант поинтересовался десертом.
— Оливия, закажи на свой вкус, — предложил я. — А я посмотрю, угадаешь ты мои предпочтения или нет. — Два эспрессо, пожалуйста. Моему спутнику — мильфей, а мне — тарт татен. — Потрясающе! — я был искренне удивлен. — Ты угадала. — Я вижу тебя здесь уже третий раз, Марк. Это просто ты на женщин вокруг не смотришь.
Уколола она меня красиво. И заслуженно. Когда с десертом было покончено, Оливия с улыбкой спросила: — Мне теперь возвращаться к ленте новостей или ты оплатишь оба ужина? — Оплачу, Оливия. Мне нравится, что ты быстра на язык. — Если бы ты знал, со сколькими мужчинами я встречалась и сколько разочарований они мне принесли, ты бы назвал меня молчуньей. — У тебя богатый романтический опыт? — Ох, нет, с этим как раз не всё ладно. После двух разводов я стала разборчивой. Не хуже тебя.
Я удивлённо поднял брови. — Я прочитала твое личное дело ещё до твоего перевода, — призналась она. — Ты мне сразу понравился. Кстати, когда эту должность только открыли, я временно её заменяла.
Официант забрал счёт с оплатой и чаевыми. Повисла минутная пауза. — Чего умолк, Марк? Думаешь, пригласить меня к себе или нет? — Я хочу поехать к тебе, Оливия. — Поехали. Я знаю, где твой дом, ты ведь приходишь сюда пешком. Мой тоже недалеко. Так что, если у меня тебе не понравится, через десять минут будешь у себя.
Её дом находился на Билбо-стрит, прямо у парка. В парке располагались спортзал, классы карате и йоги, баскетбольная площадка и танцевальная студия Love Line. Когда Оливия устроила мне эту импровизированную экскурсию, я предложил как-нибудь зайти на танцы.
— Ты умеешь танцевать лайн-дэнс? — удивилась она. — Да, мне нравится этот стиль. — Мне тоже. Завтра сходим, сегодня уже поздно. А где ты научился? — В Нэшвилле, в студенческие годы.
Её жилище мне понравилось, хотя мой собственный дом был на порядок лучше — я-то выбирал его с прицелом на будущую большую семью, а её дом подходил скорее для одиночки. Когда она спросила моё мнение, я не стал рассыпаться в дежурных комплиментах и ответил прямо.
— Что ж, хорошо. Тогда я могу переехать к тебе, а этот дом мы просто сдадим в аренду, — деловито подытожила она.
Я буквально оторопел: — Оливия, мы знакомы от силы пару часов… — Марк, ты на Американском Юге, не забывай. Здесь всё решается быстрее.
Я задумался. Действительно, зачем тянуть резину, если она уже всё про меня разузнала и сама сделала выбор? — Оливия, а ты ещё планируешь детей? — Года три или четыре у меня точно есть в запасе. — Меня всё устраивает. Кроме твоей привычки листать новостную ленту в свободное время. — Обещаю тебе, Марк: свободного времени теперь не будет ни у тебя, ни у меня.
Прошло четыре года. У нас подрастала прелестная дочка. Как-то вечером, когда я мыл посуду на кухне, мне на мобильный позвонил тот самый хозяин компании из Джерси и без лишних предисловий спросил: — Марк, мы планируем заменить руководство вашего филиала. Что ты думаешь по этому поводу?
Руки у меня были в мыльной пене, поэтому телефон лежал на столе на громкой связи. — Оливия — лучший кандидат, сэр. Я настоятельно её рекомендую. — Отлично. Она возглавит филиал с первого июня, как раз когда мистер Бендер уйдёт на пенсию. Передай ей это сам.
Он повесил трубку. Оливия, стоявшая всё это время рядом, смотрела на меня огромными, восхищёнными глазами. — Марк… у меня просто нет слов! — Всё в порядке, Оливия. Кто-то ведь должен сидеть с дочкой. И это мой осознанный выбор.