Закат над морем

Я вышел на берег, когда солнце уже касалось воды. Оно начинало пить её — и опускалось под собственной тяжестью.

Море было спокойное. Не штормило, не блестело — просто лежало серое, тяжёлое. И только дорожка — узкая, золотая — тянулась от горизонта к моим ногам. Шагни — и провалишься.

Я сел на гальку. Она была ещё тёплая. Гладкая. Как ладонь. Я гладил камни и смотрел.

Солнце садилось медленно. Без драмы. Край его расплющился о воду и поплыл. Как масло на горячей сковородке.

Чайки сидели на воде. Далеко. Молчали.

Небо над солнцем было светлое, зеленоватое у горизонта. Выше — чистое, бледно-синее. Ни облака.

Ветер дул с суши. Тёплый. Пах детством и тем, что никогда не случится.

Солнце уходило. Сначала половина. Потом четверть. Потом — щёлочка.

И всё.

Дорожка пропала. Море стало тёмным.

Но над горизонтом ещё что-то горело. Долго. Минуты три. А может, пять. Я не считал.

Потом и это погасло.

Я закрыл глаза.

Свет остался. Он был под веками.

Потом я встал. Пошёл. Свет шёл за мной — по спине, по затылку. Лёгкий. Как чужое обещание.

Дома я не зажёг огня. Зачем?

Лёг. Закрыл глаза.

Море дышало за стеной. Я слушал. И заснул.

Утром вышел на крыльцо.

Море было синим. Весёлым. Солнце поднималось. Громкое. Без спроса.

Я стоял и смотрел. Но уже не так.

То, что было вечером, осталось там. Вчера. У горизонта.

Свет уходит всегда одинаково. А возвращается — разным.

Я знал, что вечером приду опять.

Не потому, что жду чего-то. А потому, что это просто надо.

Сидеть на гальке. Смотреть, как уходит свет. И молчать.

Может, это и есть всё.

То, зачем мы приходим.

Свет. Море. Тишина. И ты — там, где слова кончаются.