4-12. Как я чуть не попал на гауптвахту

Вам представлен небольшой рассказик о каком-то этапе моей жизни.
Я назвал такие рассказики вспоминашками. В них всё правда.
Они относительно хронологичны и, соответственно, пронумерованы.
В принципе каждая вспоминашка имеет свой особый сюжет и имеет смысл сама по себе.
Но иногда в рассказе может быть что-то не совсем понятно, если вы не знакомы с предыдущими. Поэтому, лучше читать подряд.
Всего имеется пять разделов:
1. 1956-1964. До школы. Школа № 10;
2. 1965-1973. Школа № 4. Школа № 2;
3. 1973-1977. Учёба в институте;
4. 1978-1980. Армия;
5. Школа. Институт (1980-1982).
   Стажировка (1982-1984).
   Аспирантура (1984-1987)
   Институт (1987-1994).
   Сибирь (1994-1999).
В названии вспоминашки первая цифра - номер раздела,
второе число - номер вспоминашки в разделе.
Пока общее число вспоминашек - 77.
---------------------------------------------------

                4-12. Как я чуть не попал на гауптвахту,
                или
                Петропавловск – Омск - Петропавловск

Наступил март 1980 года. Я продолжал свою армейскую службу в Семипалатинске в славных войсках авиации ПВО. К этому времени я уже отслужил год и почти пять месяцев. До дембеля оставался месяц с небольшим. Настроение у меня, да и у всех армейских дедов было, как говорится, чемоданное. Парадная форма была подогнана и отутюжена, сувениры в виде всяких там самолётиков из цветного оргстекла были тщательно упакованы. Многие дедушки часами сидели в Ленинской комнате за завершением оформления дембельского альбома с фотографиями.
 
Было воскресное утро 2-го марта, и комната нашей казармы на окраине Семипалатинска была залита ярким солнечным светом. Мы только-что пришли с завтрака и находились в весьма благодушном настроении.  Кто-то подсел к телевизору и, не отрывая глаз, смотрел почему-то очень популярную в армии программу «Ритмическая гимнастика», где девушки в обтягивающих костюмах и с хорошими фигурами под ритмически захватывающие мелодии в такт махали руками и ногами.
 
Менее популярной, но условно обязательной к просмотру, была программа «Служу Советскому Союзу». Там отсутствие красивых ножек компенсировалось наличием у мужиков автоматов Калашникова, настоящих танчиков и самолётиков. Впрочем, на настоящие боевые самолётики обитатели этой казармы уже насмотрелись вдоволь.

А я и мой хороший армейский друг Олег Терехов из Львова подсуетились, вовремя заняли стол для настольного тенниса, и вовсю рубились в эту увлекательнейшую игру. Но доиграть нам партию не удалось. 
— Дежурный по роте, на выход, — услышали мы крик бойца, стоящего на тумбочке.
 
Нас с Олегом это особо не обеспокоило — на выход, так на выход. Кому надо — пусть и выходит. Мы-то по роте не дежурили. Но, тут же выяснилось, что приход дежурного по части офицера оказался именно по мою душу.
 
— Рядовой Леонтьев, — дежурящий по роте сержант теперь уже вызывал лично меня. Мы с Олегом переглянулись, положили на стол ракетки и вместе подошли к пришедшему офицеру. Тот долго не разговаривал и вручил мне предписание, по которому я должен в понедельник 10 марта 1980 года прибыть в Омск, в какую-то в\ч № предположим12345, где будут проходить курсы офицеров запаса.

Такие курсы в конце службы организовывались для солдат и сержантов, имеющих высшее образование. После окончания этих курсов им присваивалось офицерское звание лейтенанта. Я ничуть не удивился, что на эти самые курсы нужно было ехать в Омск, потому что именно там находился штаб нашего военного округа.
 
Это был ещё не дембель, но с Семипалатинском и ДАРМом (Дивизионная АвиаРемонтная Мастерская) я должен был распрощаться. И это, конечно, гораздо печальнее, чем расставания в пионерском лагере. Там друзья возникают за месяц, а с моими армейскими друзьями я жил и служил бок о бок целый год, деля с ними и радости и горести.
   
На всякие сборы мне оставалась ещё почти неделя, и с понедельника мне пришлось побегать, чтобы подготовиться к отъезду. Сдав книги в библиотеку, попрощавшись с начальством, обменявшись адресами со своими боевыми друзьями и обняв их напоследок, получив необходимые документы для покупки билетов на самолёт, утром в пятницу я оказался полностью готов к отъезду.

И я пошел в аэропорт, благо, что он был в двадцати минутах неспешной ходьбы от нашей казармы. Я знал, что мой самолёт на Омск, на который я собирался купить билет, должен улететь через два часа, и что проблем с наличием на нём свободных мест, вроде, не предвидится. Я взглянул на информационное табло и … решил в Омск не лететь. Не подумайте плохого, дезертировать я вовсе не собирался.  Оказывается, буквально уже через полчаса, перед самолётом в Омск, должен лететь самолёт в Петропавловск. Регистрация на него уже почти заканчивалась. Я рванул к кассе.
 
— А можно взять билет на самолёт в Петропавловск?
— Да, только давайте быстрее.

Я сунул в кассу свои документы, получил желанный билет в Петропавловск, тут же зарегистрировался и через полчаса уже сидел в АН-24, который разгонялся по взлётной полосе. Кстати, при этом из иллюминатора самолёта прекрасно был виден ангар ДАРМа, находящийся всего в сотне метров от взлётной полосы. Там сейчас находились мои друзья, и там осталась часть моей жизни.
 
Я, конечно, понимал, что несколько нарушил армейскую дисциплину, отправившись не в Омск, куда мне было предписано, а домой в Петропавловск, к любимой Мариночке и Дениске. Но, с другой стороны, в Омске я должен быть в понедельник 10 марта, а сейчас ещё пятница 7 марта. «Так что, — думал я, —  сегодня, накануне 8 Марта, я свалюсь, как снег на голову в виде праздничного неожиданного подарка Марине, погощу денёк, а утром в понедельник, как и положено, отправлюсь на электричке в славный город Омск. В Омске никто и не узнает, что я был в Петропавловске, да и знать им это совсем незачем».
 
Дома — радостный визг Марины и Дениски. Обнимашки, поцелуи, куча вопросов. Словом, сюрприз в виде моего неожиданного приезда прямо перед праздником удался. Естественно, праздничное застолье дома, а на следующий день – у мамы и Вити.
 
А в понедельник я, чувствуя некоторую тяжесть в желудке от всего съеденного и выпитого за два дня, ехал на электричке в Омск. В то время, чтобы доехать до Омска на электричке, нужно было сначала на одной электричке доехать из Петропавловска до станции Исиль-Куль, а там пересесть на электричку Исиль-Куль – Омск.
 
Где-то ближе к вечеру я уже бродил по Омску, выясняя, как я могу добраться в то место, где была расположена нужная мне военная часть, и где мне, следуя распоряжению, нужно было проходить курсы офицеров запаса. Эта часть оказалась у чёрта на рогах, на самой окраине Омска, и я туда добрался, когда уже прилично стемнело.
   
На КП я предъявил дежурному офицеру свой военный билет и распоряжение прибыть в эту самую часть на курсы офицеров запаса. Он внимательно их прочитал, потом посмотрел на меня и строго спросил:
— А почему вы не в Петропавловске?

«Ну, всё, — подумал я, — приплыли. Ещё впаяют «губу» за нарушение приказа. И откуда этот летёха узнал, что я там был? Следили, что ли?  Неужели кто-то заложил, что я был в Петропавловске?»
 ;  ;  ;  ;  ;  ;  ;  ;  ;  ;  ;  ;  ;  ;  ;
Губа — гауптвахта. Место содержания военнослужащих под арестом за совершение грубых дисциплинарных проступков.
 ;  ;  ;  ;  ;  ;  ;  ;  ;  ;  ;  ;  ;  ;  ;

— Товарищ старший лейтенант, — заныл я. — Дело в том, что я в Семипалатинске не смог купить билет до Омска. И, чтобы не опоздать к назначенному сроку, пришлось ехать через Петропавловск.

Короче, по полной включил придурка, преданно и честно глядя на офицера. Но, видимо не поверив моему честному взгляду, старшой лейтенант не сдавался.
— И  всё же, почему вы не в Петропавловске? — опять переспросил он.
 
Я, несколько увеличив честность и искренность своего взгляда, пошёл по второму кругу, объясняя ему, что вообще-то я жутко исполнительный и дисциплинированный, поэтому чтобы не опоздать в Омск, я просто вынужден был ехать через Петропавловск.
 
— Придётся ехать назад, — неожиданно выдал лейтенант. — Почти все курсанты уже в Петропавловске. Около Петропавловска есть посёлок Борки, где стоит часть ПВО, вот там, а не здесь, и будут проходить курсы офицеров запаса. Так что зря вы приехали в Омск, езжайте в Петропавловск.  Конечно, на ночь глядя мы вас не выставим. Сейчас поешьте, переночуйте, а утром чтобы духу вашего тут не было. Кстати, тут ещё один ваш товарищ должен туда же уехать. Поедете вместе.
 
Я, слегка ошеломлённый полученной информацией, прошёл на территорию части, нашёл парня, который тоже по распоряжению свыше приехал в Омск. Мы с ним познакомились, а позже, кстати, и подружились. Его звали Юрий, он был из Новосибирска, окончил Новосибирский политехнический институт. Мы плотненько поужинали, в казарме нам выделили кроватки, где мы и всхрапнули до утра. Утром, позавтракав, мы двинули на вокзал.

Таким образом, уже днём во вторник я, теперь уже с товарищем, опять нежданно нарисовался у дверей нашей квартиры в Петропавловске, чему Марина и Дениска были, конечно, опять удивлены и рады.
 
Мы с Юрой решили в армию не торопиться, уж как-нибудь она денёк без нас перебьётся, и на следующий день в Борки не поехали, а пошли к моей маме, которая пригласила всю нашу честную компанию на пельмени. С пельменями прекрасно монтировалось знаменитое мамино домашнее вино, которое мы, почему-то, ещё с давних времён называли «бургундским». Бургундское и пельмени оказались великолепными, рядом со мной были родные мне люди, в голове был лёгкий туман, звучала негромкая приятная музыка, словом, жизнь налаживалась.

И только на следующий день мы с Юрием явились пред светлые очи командира части ПВО, расположенной в Борках, где должны проходить те самые курсы подготовки офицеров запаса, и куда уже прибыла основная часть курсантов.