До-волжская радиалка. 2020 год

(Из путевых заметок. Июнь.)

От порога моего дома до берега Волги по прямой – меньше трёх километров: хоть каждый день ходи. Но идти по асфальту, вдоль многоэтажек неинтересно. Да, и что там каждый день делать?

То ли дело шагать лесом, лугами в хорошую погоду, ещё и с желанием продлить это удовольствие! А продлить его несложно: от остановки пригородного автобуса до Волги по известным мне дорогам – хоть беги, хоть шагай неспешно – всё одно: 16 километров.

Да чего ж не шагать: кроме пересечения засорённой валежником овражной поймы Курумки, местность ровная, дороги подсохли. А, грязные в прошлые годы, «проблемные» участки грунтовок оказались отсыпаны щебнем. В общем, цивилизация наступает на пятки. Пришлось даже пластырь наклеить.

Комаров немного – только возле воды и в тени леса; клещей не видел.

Зато видел цапель, уток и коршуна. Ещё было полно разной птичьей голосистой мелочи, да только поди разберись, кто это там чирикает, тенькает, насвистывает. То ли дело – цапля! Трудно с кем-то спутать. Или – коршун с его характерными крыльями и приметной формы хвостом. Правда, цапли летают молча, а вот, чёрный коршун …
С этим пернатым хищником у меня связана давняя история.

Как-то раз, ещё будучи школьниками, мы с приятелями, возвращаясь после удачной рыбалки (несколько щук и полный садок сорожки), переплыли на «резинке» волжский рукав с песчаного пляжа Зелёненького острова на каменистый берег у Сокольих гор. Выгрузили из лодки рыбацкое барахло и перевернули её сушиться, а сами сели перекусить. Рядом на галечнике ещё несколько рыбаков заняты тем же.

Дело к вечеру. Тихо, только вода плещет, да редкая моторка мимо прошумит. И вдруг откуда-то сверху, со стороны поднявшихся за спиной скал раздался незнакомый мне звук. Высокий, протяжный – не то блеяние, не то ржание. Снова повторился.
Поднялся я с камушка, верчу головой: интересно же, что это такое. Рыбаки тоже заинтересовались. И тут один из них уверенно так говорит с видом знатока: «Лосёнок это кричит. Матку зовёт.». А-а-а, ну, тогда понятно. Следы и помёт лосей мы с Гошей в здешнем лесу не раз встречали.

Я и забыл про тот случай. Но спустя много лет узнал из книжки «Хищные птицы леса» - вон, на полке стоит – что так кричит … чёрный коршун, обычный пернатый обитатель долин крупных рек, пойменных лесов. Вот тогда-то и вспомнил про «лосёнка».
-------------

Ну, да, бог с ними, с птицами. А, вот, из млекопитающих мне по пути попадались только … люди. Причём, все с банками, ведёрками, и не пустыми. Клубника луговая (полуница) пошла! 

Я было тоже пошёл, свернув с дороги на луговину, но полуница – не вишня: пока-а-а горсточку наберёшь… Так ведь ещё ягодка эта сверху зелёная, позже белёсая, а потому в траве неприметная: не зря другое её название «земляника зелёная». Эх, была бы клубника луговая размером и расцветкой как клевер луговой! По крайней мере, видно было б издалека, а так… В общем, оставил я затею набить оскомину. Да и спешить надо, путь-то неблизкий.

Дорожка пролегает меж цветущих лугов. Много жёлтого цвета, а белого местами – просто, море. И запахи чудесные. Про то, что донник и таволга – хорошие медоносы, помню из рассказов отца – пчеловода.

Из жёлтых цветов встретил ещё очиток, коровяк, болотные ирисы, а из белых было много тысячелистника. Красного/розового цвета на лугах и в лесу мало: упомянутый клевер, шиповник, гвоздика полевая. Сюда же можно отнести и кровохлёбку с её меленькими цветочками, собранными в компактную головку – шишечку.

А вот чистотел уже отцвёл, образовал стручки, и сплошной жёлтый ковёр в лесу исчез. И ковыли скукожились, стали похожи на неопрятные комки ваты. Ещё немного пройдёт времени, и большинство цветов исчезнет, а в августе и трава пожухнет. Так что надо торопиться – почти как Паровозику из Ромашково. 

 Вначале я думал добраться до Волги, сделав большой крюк к западу, чтобы обойти длинно-протяжённые озёра. Но потом засомневался, спала ли вода в протоке (открылась ли дамба), которую не миновать, и - просохли ли несколько памятных грязных участков дороги, где ни пройти, ни проехать. А ведь там нужно будет возвращаться.

Поэтому сделал «ход конём» и заложил крюк к востоку мимо зелёного озера, рассудив: ежели упрусь в непроход, то вернусь и просто погуляю у крупных чистых озёр. Вода – она и есть, вода … А, вот, если отсюда возвращаться «через запад на восток», - никаких не хватит ног!

Упомянутое зелёное озеро фотографируют многие, проходящие здесь. Уж очень оно выглядит необычно, с торчащими над сплошным бледно-зелёным ковром, кажется, ряски высохшими корявыми пеньками. А ежели постоять и приглядеться – пузыри по поверхности булькают, лопаясь: точно, кикиморы вздыхают! Или, может, кто похуже – из числа тех, кого на пути троих из Леса поселил в болоте Ю.Никитин.

В этот раз озеро меня удивило по-хорошему. Не слишком эстетичное, прямо скажем, его обличье по одну сторону дамбы, чудесным образом превратилось по другую сторону дорожной насыпи в чистый, шумящий на каменистом склоне ручей!

На этом приятные неожиданности не закончились. Оказалось, что дамба на дальней протоке давно открылась и просохла, а ведущие к ней с запада грязно-водно-колеястые участки дороги канули – нет, не в воду, а в Лету: добрые люди (скорее всего, разозлённые дачники-коттеджники) завезли сюда несколько самосвалов крупного щебня и реанимировали дорогу. Поэтому прошёл без помех. Попутно разведал параллельный, очень живописный участок луговой дороги.

После полудня вышел на знакомый, памятный по прежним походам, участок грунтовки вдоль разреженного сосняка. Ну, думаю, до левого своротка в сторону Волги совсем немного осталось. А там – пара километров, и обед … тьфу! - Волга. Конечно же, Волга! Крупнейшая водная артерия Европы! Ну, да, вы знаете …

Вот и свороток. Ага, свороток … Федот, да не тот! Не могли же сосны так подрасти за десяток лет. Или могли? Да, нет, там и дорога отворачивала под прямым углом, а здесь - под … другим. Да, и не свороток это вовсе, а настоящий поворот наезженной дороги. А в прежнем направлении краем леса тянется – едва разглядел  в высокотравье - старая колея.

Дело в том, что этих дорог на моей карте нет. И в JPS-е на этом участке – сплошная зелёная заливка прямо до Волги. Поэтому и шёл я не по карте, а по памяти. Интере-е-есно: память есть, а дороги – нет. Впрочем, лучше так, чем наоборот.

Может, стоило с ГУГЛ-овской спутниковой карты координаты этого ориентира сохранить? Да, показалось несерьёзным: зачем, помню же хорошо! Ну-ну …

Ладно, делать нечего, свернул в лес. А лес, нужно признать, красив: спелый разреженный сосняк с небольшим подлеском и цветущим разнотравьем по обочинам песчаной дороги. А на синем небе – белые кучерявые облака плывут с севера. Лепота!

Через полчаса этой красоты лес расступился, и впереди во всю ширь раскинулись северные склоны Жигулей. Взяв на заметку вышедшую неподалёку из лиственного леса заросшую грунтовку (похоже, то была «наша» - старая), зашагал по песчаной дороге вдоль закрытой от глаз густой пойменной растительностью протоки, протянувшейся здесь параллельно волжскому берегу. Ещё немного, ещё чуть-чуть, и за устьем протоки откроется речной простор.

Ну, всё, привал! За три часа с капелькой – 16 километров. Обед заслужил!
Но прежде бросил рюкзачок под тальниковый куст, разулся и – в воду. Вот они – простые человеческие радости!

Затащил найденное поблизости брёвнышко в неверную тень прибрежного кустарника, раскинул «кухню». Получилось неплохо. У Стругацких – «Пикник на обочине», у Визбора «Завтрак с видом на Эльбрус», у меня – обед с видом на Жигули.

Минут сорок ушло на сочетание полезного с приятным, и – в обратный путь.
Прикинул: замыкать кольцо, шагая длинный западный «крюк», тем более, частично по заросшей колее, получится долго. А я подустал с непривычки, дальше пойду явно медленнее. К тому же, уезжать утром автобусом в 08-50 было всё-таки поздновато. Эдак, домой к ужину не поспеешь…

Последний аргумент был решающим. Пусть будет радиалка.

Впрочем, возвращался я не совсем по своим утренним следам. Лугами шёл по другой дороге, которая утонула в поперечной мокрой низинке, из-за чего пришлось по промятой в траве автомобильной колее далеко обходить «хлюпу».

Потом заглянул на берег озера и устроился на травке. Достал термос, сижу себе отдыхаю. От чая отвлёк посторонний звук. Сначала подумал, это гудят комары или ещё какая-то насекомость. Оказалось – ноги…

На лесном участке правобережья Курумки комаров было меньше, чем утром. Не дождались меня… Наверное, поэтому обратил внимание на расцветшую хатьму.

Уже на подходе к станции, «у берёз и сосен …» – несколько помоек. При виде такого безобразия всякий раз слова разные на язык просятся. Но тут - внутренний голос, укоризненно так: «Чего это ты к человекоподобным существам – с человеческими мерками?» И то правда, они уже не вполне человеки. Переходный тип от человека разумного к «Хомо оскотиниус». Уже цитировал как-то здесь («Про помойки и Homo (увы, не) sapiens. 2023 год.») Д.Миропольского, который в уста героини одной своей книги вложил следующую реплику.

«Обезьянам не дают посуду, которая бьётся. У них в голове нет идеи про длительность. Обезьяна пьёт из стакана и разжимает руку. Упс! Вода выпита – стакан больше не нужен. Она не понимает, что значит «завтра». Многие люди так же.»
------------

Ну, дальше неинтересно: топ-топ, топ …, топ … И вдруг – топ-топ-топ-топ!
Это я за «маршруткой» бежал!
Успел. На «маршрутку». И к ужину. День удался!