7. Сергей Лосев, Катя-светлячок, игрушечный парово

Две автобиографических повести, первая из которых посвящена вечным ценностям как то любовь, семья, брак, отцы и дети, а вторая рассказывает о непростой судьбе самой известной песни некогда популярной у хипстеров и московских интеллектуалов группы «Новые Праздники» «Письмо». Рекомендовано для чтения тихим интеллигентным интровертам и мизантропам с хорошим вкусом…

Если вас по какой-то сложносочинённой причинке взволновал сей текстик, считаю нелишним сообщить, что полная версия данной книги доступна в большинстве ходовых электронных библиотек: litres, ozon, wildberries, MTC-строки и так далее...))) Как в электронном виде, так и в формате "печать по требованию"...



ДВЕ ПРОСТЫХ ПОВЕСТИ FOR PREPARE READER...
Повесть вторая, "ПИСЬМО".



7. СЕРГЕЙ ЛОСЕВ, КАТЯ-СВЕТЛЯЧОК, ИГРУШЕЧНЫЙ ПАРОВОЗИК И КОРАН-FOREVER .!. ))


Сергей Лосев появился в моей жизни так…

Ксения уже родилась, но я всё ещё работал у Игоряши, и мне было не то, чтоб уж прямо грустно там или трудно — нет, ибо я, как известно, обладаю феноменальной способностью адаптации к самым разным жизненным обстоятельствам, и судьба моя, если, конечно, быть знакомым с ней в достаточной мере, — не более, чем яркое тому подтверждение)), но, тем не менее, я, конечно, не уставал понимать, что всё это, мол, просто Инициация продолжается, но… рано или поздно Дерьмо кончится. И вот я просто знал, что оно со временем кончится, а до поры спокойно работал. Просто делал то, что от меня требуется.

Вот и тогда я тупо сидел за компом на работе, когда у меня зазвонил мобильник.

Я взял трубку, и некий человек сказал мне примерно следующее: «Здравствуйте, Максим. Мы задумали в частном порядке подготовить серию аудиокниг. Сейчас мы хотим записать Ваш роман „Новые праздники“, а параллельно сейчас занимаемся Чарльзом Буковски. Никакого гонорара мы Вам, к сожалению, предложить не можем, но хотим спросить Вашего принципиального согласия на эту затею».

Конечно я сказал «да», не забыв при этом для проформы поставить одно условие: ссылку на обложке грядущего компакт-диска на мой официальный сайт, который к тому времени я таки успел создать и даже запустить в глобальную информационную сеть по обыкновенному диалапу, на что у меня под шумок, тихой сапой, ушёл, между нами говоря, целый рабочий день (открыл я его, помнится, ничтоже сумняшися, в пасхальную ночь 2004-го года, и в течение первых же суток его посетило человек 200 — да, у меня были кое-какие интернет-наработки, ибо, конечно, я пиарщик от Бога))).

Потом этот самый Сергей, предложивший мне сделать из романа «Новые праздники» аудиокнигу, конечно исчез, где-то более чем на полгода, но всё это время меня нет-нет, да грела мысль, что есть где-то в мировом эфире люди, которым моя проза нравится ровно настолько, что они, во-первых, ставят её в один ряд с Буковски, а во-вторых, готовы вкладывать свои силы и средства в то, чтоб сделать из этого аудиокнигу.

Зимой 2004—05 Сергей объявился снова и сказал, что, к сожалению, аудиокниги не будет, потому что хозяин, собственно, денег впал в депрессию и вообще ничего не хочет, но вот лично он, Сергей, как сотрудник книжного магазина «AD MARGINEM», хотел бы поставить на реализацию несколько моих книжек, если я не против. В том же телефонном разговоре выяснилось, что ребята — музыканты, что они меня младше (мне стоило труда убедить Сергея перейти со мной на «ты» — тогда мне это было ещё в диковинку))).

На следующий день мы встретились. Я передал ему несколько книжек «Душа и навыки» и только что вышедший у Панина двойной компакт-диск «Новых Праздников» (да, именно об этом я и мечтал ещё в середине 90-х, чтобы это был единый, извиняюсь, пакет акций))). Сергей передал мне их диск, а именно группу «Homo samplers»…

Я принёс «это» домой, поставил, и… мне понравилось. После песни, посвящённой, как выяснилось позже, Жанне Фриске, под названием «Трах, трах трах!..», которая, помнится, очень понравилась моей супруге Да, мне захотелось включить радио и чтобы там именно в этот момент играла песня «Письмо».

Чудес не бывает)) — всё так и получилось! Я включил радио, и там действительно именно в этот момент играла моя песня «Письмо». Такова, собственно, правда жизни!

Поэтому-то, когда я последовательно потерпел неудачи с пробами уже трёх вокалисток на место Тёмны, я вдруг подумал, что ведь, наверное, извиняюсь, наверняка)), нужная мне девушка есть у Серёги (к тому времени, мы уже постепенно подружились). Просто потому, что иначе не может быть. Потому что не бывает чудес)).

Не прошло и пары дней после моего звонка Серёге, как мы уже встретились с совершенно замечательной девушкой по имени Катя: блондинка, умница, красавица, лет 25-ти (впоследствии выяснилось, что тогда ей только исполнилось 22, то есть на тот момент ровно на 10 лет младше меня. Я считал это большим плюсом и не ошибся, потому что решительное большинство молодых женщин способны воспринимать плюс-минус всерьёз только то, что им говорит мужчина, старше их самих хотя бы лет на 5—7))). У неё тоже была маленькая дочка, ровесница Ксени, и вообще, как и я, она вся была во многочисленных взрослых жизненных геморроях: ребёнок, не связанная с музыкой работа, выпускной год в училище по классу «эстрадный вокал» и… всего 22 годика. Короче говоря, очень хорошая сильная маленькая девочка в безжалостной пасти ё*аныго современного мира…))

Именно в этой ситуации полнейшего цейтнота мы записывали демо тех песен, что не нашла времени спеть Тёмна, приезжая несколько раз в неделю к Серёге в Братеево, где-то часам к девяти вечера, то есть после работ, не связанных с музыкой.

Сначала мы записали всё начерно. Где-то к марту-апрелю уже 2006-го. По ночам я сидел на кухне в наушниках и собирал её вокал, скрупулёзно вслушиваясь в каждое слово, в каждый звук. Как правило, ей нравилась постепенно вырисовывающаяся у нас Лирическая Героиня. Многие вещи, МАКСИМально важные для меня, она понимала сразу, если и не видела их изначально так же, как и я, что случалось чаще всего.

Постепенно я научился хорошо собирать вокал. То, что когда-то поражало меня в работе Олега Чехова, а именно сбор на уровне отдельных согласных и гласных звуков, теперь отлично и сравнительно быстро получалось у меня самого.

Я делал это не потому, что у Кати получалось что-то недостаточно хорошо, а потому, что работа шла над совершенно конкретным, но виртуальным образом идеальной женщины лет 25-ти.

Да, это была сексуальность совершенно иного типа, чем сексуальность Тёмны, но… повторяю, мне нравилось)). Панину — нет. Что тут скажешь? Сердцу не прикажешь, насильно мил не будешь и всё такое)).

В конце концов мы подготовили «демо». Да, у меня снова не получилось сделать всё быстро и своевременно. Всё опять растянулось на годы, но нет, я не жалел.

В принципе, всё шло по плану. Да, напиваясь по вечерам, нет-нет, да компостировала мне мозг, спрашивая, где результат моих усилий. Я, понимая, что крыть мне нечем, молча продолжал ночные посиделки в наушниках, отлично понимая, что в наушниках ничего всерьёз делать нельзя, но понимая так же и то, что либо так, либо вообще никак.

Когда мы дописали «демо», я позвонил в «ОГИ», позвонил в «16 тонн», где мы когда-то работали с Тёмной и, ничтоже сумняшися, договорился о концертах. Всё получилось. Расчёты были верны. Напрасно, короче, Да компостирует мне порой мозг. Я всегда знаю, что делаю и не знаю, положа руку на сердце, никого, кто это знает лучше)). Но… повторяю в миллионный раз, это никого ни к чему не обязывает кроме меня самого.

Как только мы сыграли концерт в ОГИ, мне сразу позвонили, реально в один день, люди, предложившие сначала корпоратив в Уфе (я не очень уверенно назвал сумму в 600 $, но всё получилось), а потом вечером того же дня позвонил некто Андриан и предложил сыграть на ДР какого-то перца в крутом московском ресторане совместно с Чичериной. Поскольку утром я уже потренировался на Уфе, то тут я уже без запинки сказал: «Ну, я думаю, что за 800 будет нормально». И всё опять получилось. И всё это после года вынужденного подполья (я же вам говорю, чудес не бывает!))) и на фоне 7—8 тысяч рублей в «Подвале» за работу в качестве учителя начальных классов и преподавателя рок-ансамбля…

Мы с Катей приободрились. В паре концертов участвовал даже Серёга. Так, например, посреди песни «Тонко-тонко» он откуда ни возьмись вырастал крупной тенью внутри подсвеченной ширмы, собственноручно сделанной мной из сорокамиллиметрового деревянного бруса и какого-то икейского льна (у нас было много забавных мулек в варианте концертной программы) и играл глубоко альтернативное гитарное соло. Вообще было весело!

В песне «Поезд» у нас по сцене на самом деле ездил китайский игрушечный паровозик. Он дымил и светился; Катя стояла в круге пластмассвой железной дороги; в финале песни Серёга же запускал второй китайский паровозик. Происходило крушение. Красный паровозик сталкивался с синим, и к тому же, в самом конце песни, Катя лихо отбрасывала их обоих в сторону носком туфельки, как обнаглевших крыс)).

А в песне «Где же „ты“ моё?» я, как Оле-Лукойе, крутил внутри той же подсвеченной ширмы разноцветные Ксенины зонтики. Потом, перед соло клавиш в конце, Катя тоже входила в ширму, наши тени сливались в одну, после чего от общей тени отделялся я и выходил, собственно, играть соло, а Катя двусмысленно выключала свет в ширме.

За неделю до поездки в Уфу я начал внутренне нервничать. Сразу скажу, я не то, что не боюсь летать в самолётах — я, напротив, искренне обожаю это занятие. Но мне почему-то вдруг стало казаться, что, пожалуй, на этот раз мы можем разбиться; как вы понимаете, вдребезги. Я, конечно, никому об этом не говорил, но всю неделю до отлёта думал об сём частенько…



Утром, 6-го октября, в день пятилетия нашей свадьбы с Да, я сбегал на рынок купить цветов и каких-то шнуров для коммутации на концерте в Уфе. Потом вернулся домой, выпил кофе, покурил и уже перед самым выходом из дома открыл наугад Коран. Да, я прибегаю к этому… иногда. «Аллах даровал тебе явную победу!» — прочитал я первый же аят, попавшийся мне на глаза. И… я успокоился…

Ведь, видите ли, мне всё равно, как и когда я сдохну. Мне важно лишь, чтобы это было Победой. В конце концов «смертию смерть поправ…» — об этом тоже трудно забыть…

Летели мы действительно очень стрёмно, хоть это и был 757-й Боинг и всё такое. Как только мы набрали высоту, командир корабля объявил: «Внимание! Мы входим в зону турбулентности». Мол, всё нормально, ни о чём не беспокойтесь))…

Моя маленькая Катя занервничала (конечно, себе она кажется очень взрослой, мудрой и сильной))). Нас стало трясти и трясло, в принципе, все два с половиной часа до Уфы. А в последние полчаса мы стали ещё постоянно падать в воздушные ямы. Катя всё время спрашивала то меня, то стюардессу, всё ли в порядке, но мы со стюардессой были непреклонны и говорили, что всё в порядке. Время от времени Катя вцеплялась в мою руку. Короче, «американские горки» получились на славу.

Когда мы стали падать в ямы или просто резко терять высоту (я этим тонкостям не обучен))) мне так заложило уши, что я почти ничего не слышал. Вдобавок они совершенно конкретно чисто-тупо стали болеть. «Аллах даровал мне явную победу…» — всё время вспоминал я и, в принципе, совершенно не испытывал никакого страха. Просто болели уши. Ну и что? Подумаешь тоже!))

Наконец мы приземлились…

Когда шасси коснулись посадочной полосы, все пассажиры зааплодировали. Я сначала удивился, но потом вспомнил, что видел такое в совковой кинокартине «Экипаж». Типа, была было реальная опасность, но… всё обошлось))…

В Уфе же всё прошло хорошо. Был вполне приличный звук и без проблем дали оговоренных денег. Катя пела в лёгком летнем платье — этакая юная свежая красавица — а я был, возможно, чем-то похож на Курёхина в фильме «Два капитана-2». Во всяком случае, френч на мне, доставшийся по наследству от всё того же Игоряши, был действительно довольно смешной и прикольный. Серёгина гитара смотрелась в моих руках хорошо. Плюс моя бритая, некогда рыжая, голова.

Потом до отлёта мы ездили по ночной Уфе с выданным нам в качестве водителя и сопровождающего молодым красавцем-башкиром Женей. Потом пили пиво у нас в номере. Как и при поездке в Питер с Тёмной я чувствовал, что моё присутствие в помещении — единственное препятствие случайной и оттого столь обоюдоприятной связи, но… другой комнаты, где я мог бы побыть, не было. Впрочем, может я и вовсе не прав в оценке этих двух ситуаций. Да и что вообще с человека возьмёшь кроме искренности его заблуждений?))

Обратно мы долетели без приключений. Просто очень устали, и сил на эмоции уже не было. Лично я засыпал прямо с казённой едой во рту. Ровно через сутки после выхода из квартиры, я вернулся в неё, и Да с Ксеней разрешили мне лечь спать. То есть вру. Ксеня была у бабушки с дедушкой до следующего утра.

Стояла осень 2006-го. К этому времени я уже работал в студии Андрея Бочко в Сокольниках. В той самой студии, куда мы с Дуловым привели когда-то Серёжу Большакова буквально за ручку…)) Прошло ровно десять лет. Серёжи больше там не было. Там был я. Да, всё получилось «случайно». Да, чудес не бывает. И это вовсе не значит, что кто-либо когда-либо был неправ. Просто сами подобные схемы судеб известны десятки тысяч лет, и, уж не знаю в силу чего, чисто внешне довольно универсальны…))

Теперь в моём распоряжении была целая отдельная «аранжировочная» комната с кучей всяко-разных девайсов и отдельная маленькая акустическая, идеальная для записи вокала, что записывался отныне, как правило, во что-то не хуже Neuman-67, 47 или же AKG С-12, 24; плюс к этому я всегда мог записать, в зависимости от нужд аранжировки, либо родной «Gibson», либо родной «Fender», либо особо милый моему сердцу «Gretch». При этом каждое из этих наименований было представлено примерно десятком модификаций — в основном раритетами 60-70-х годов, сделанными ещё из нормальных деревьев)). Просто молчу уже о двух настоящих «Хаммондах», о «Мугах», «Полимугах» и «Родесе», и всё это не в виде каких-то жалких VST (виртуальных синтезаторах для секвенсорных компьютерных программ), а в виде живых инструментов!

Вообще, скажу честно и откровенно, Андрей Бочко — один из величайших Козерогов, каких я знаю. Sapienti sat, или, как я иногда шучу, сопите сами)).

Я, как вы, возможно, догадываетесь, долгое время был человеком, не привыкшим к милостям Судьбы. В лишениях и проблемах я был, как рыба в воде, а вот спокойно воспринимать блага я не умел очень долго. Всё казалось мне, что произошла какая-то ошибка, какой-то системный сбой. Что не может быть, чтобы хорошо было действительно именно мне. И именно поэтому что-то всерьёз интересное стало происходить со мной на этой студии только через год, пока я, собственно, этому и учился. Пока же я тупо занимался привычным делом: отдавал самому себе долги. То есть не пользовался практически всем студийным богатством, а доделывал то, что начинал ещё дома, а именно третий альбом «Новых Праздников» под названием «Миллион лет назад».

Долго… Долго это длилось… Как обычно, ровно до тех пор, пока это не перестало интересовать меня самого, да и Катю тоже)).

Осенью 2006-го мы пошли с ней на выставку музыкального оборудования в тех же Сокольниках. Я давно уже хотел рассказать ей об одном раскладе, но всё никак не мог дождаться подходящего момента. И тут, когда мы уже сели в метро, чтобы разъехаться дальше по своим делам, я, собравшись с силами, сказал ей об этом. О Тёмне…


Дело было так. В принципе, весь цикл последующих событий был предвосхищён мною ещё в том «прощальном» письме в сентябре 2005-го. Этим я, собственно, в первую очередь, извините, и славен, что знаю всё про всех наперёд. Сначала Тёмна разобиделась на меня, рассердилась, рассвирепела, раздосадовалась)), взбесилась, почувствовав себя вдруг оскорблённой в своих лучших чувствах. Наверное, да. Наверное, она рвала и метала, когда получила моё письмо)), но… я уже не был свидетелем этому.

Потом, спустя где-то полгода, она стала иногда искать, казалось бы, деловые поводы, чтобы позвонить мне — например, спросить что-нибудь якобы по работе в программе «Cubase»)). Я всегда, как ни в чём не бывало, довольно скрупулёзно ей отвечал строго по делу, после чего разговор прекращался.

В день моего 33-х-летия она неожиданно позвонила мне и сказала, что независимо от того, хочу я того или нет, она сейчас приедет буквально на пять минут меня поздравить. И приехала. До «гостей» оставалось ещё часа полтора, но мы с Да уже накрывали на стол.

Она приехала. Потрясающе красивая, стройная и внутренне собранная (материнство явно пошло ей на пользу). Подарила мне литровый подарочный «Nemiroff» и уехала, выпив с Да по стакану красного вина.

А потом пришло лето 2006-го. Ксеня была на даче, а Да поехала к ней на день раньше, чем я. У меня был в гостях Костя Аджер — ему надо было сделать что-то в компе с музыкой для какого-то очередного своего авангардного перформанса; кажется, записать какой-то девайс для младенцев)). И вот мы чинно делали это, засунув какую-то детскую крутилочку-шарманку в большую картонную коробку от только что купленных мною активных аудио-мониторов, когда вдруг… позвонила Тёмна…

Так уж вышло, что в тот день её дочка Настя тоже была с бабушкою на даче, и как-то, опять же, так вышло, что я позвал Тёмну в гости. Костя уехал, а Тёмна приехала…

Посреди нашей однокомнатной квартиры стояла ширма, что я как раз тогда мастерил из 40-ка-миллиметрового бруса для грядущих концертов «Новых Праздников» с Катей. Мы с Тёмной налили себе пива и пошли выяснять отношения на балкон.

Мы говорили долго. Очень спокойно внешне и весьма напряжённо внутренне. Тёмна делала над собой нечеловеческие усилия. Я знаю, чего ей стоило сказать, что в её жизни многое изменилось, на многие вещи она, де, стала смотреть по-другому и… и… и… короче говоря, ей бы очень хотелось время от времени всё-таки что-то делать со мной, петь мои песни, потому что… для неё это важно. «Макс! Я же была твоим талисманом! А ты…» — сказала она вдруг.

— Честно говоря, я считаю, что это спорный вопрос. — отвечал я. И в таком духе мы говорили ещё довольно долго. Конечно, в целом это напоминало шуточные нарочито заумные диалоги Винни-Пуха и Пятачка в интерпретации Заходера…))

В конце концов я сказал: «Знаешь, что. Давай делать… новый проект! „Новыми Праздниками“ это теперь называться не может. Катя сделала для „Новых Праздников“ уже очень много и обратного пути нет. Но я тоже очень люблю с тобой что-то делать вместе». Вот так. Это правда. Я тоже люблю что-либо делать с ней вместе…

И из меня буквально полились песни. Я записал под гитару целых три и отвёз их Тёмне, радуясь тому, что снова выгляжу в её глазах человеком слова и дела. Потом я стал ждать, пока она позвонит мне сама, чтобы высказать свои впечатления. Она вероятно ждала, пока позвоню я, чтобы о них у неё спросить. Но я больше не делал таких нелепых ошибок, как раньше, и где-то через неделю всё же дождался звонка от неё.

Так появился проект, который сначала назывался «Одно касание», а потом «Maximum Света», а теперь… да… похоже, он опять называется «Новые Праздники»…))


ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...


P. S. Полная версия книги доступна в большинстве ходовых электронных библиотек: litres, ozon, wildberries, MTC-строки и так далее...))) Как в электронном виде, так и в формате "печать по требованию"...