Эти души, родственные птицам

Немного о птицах в литературе и о писателях, поэтах,любивших птиц
И царство – небесное! И ангел – пернатый! – О птицах в народе. Птицелюбы и птичники.  – «Покормите птиц!». – ...И надпись на могиле. – Сто двадцать книг для детей и взрослых. – Птичье пение в стихах. – Искалеченная птица.– Одесский птицелов. – «Курица не птица и «куриные приметы». – Наш питерский современник.
                «И птица поет пока жив птицелов
                И жив птицелов пока птица поет.
                Птица и птицелов понимают без слов,
                Когда обсуждают грядущий полет,
                Совместный полет».
                «Nautilus Pompilius», песня.
Человек —  как существо млекопитающее — уже змей и ящериц считает чуждыми и низшими созданиями. Паршивый «царь природы» ко всему прочему живому обычно относится свысока, да еще и сожрать норовит...
Птицы по сравнению с животными вызывают меньший интерес: мы мало их знаем. Но стоит прикоснуться к миру пернатых, выясняется, насколько он богат и разнобразен.
Птицам доступен полет – как люди всегда завидовали открытому для них небу, любовались взлетом, вольным парением в воздухе... Сколько было попыток приладить человеку крылья, да не тут-то было.
Недостижимые для человека небеса стали символом Царства Небесного, обители душ, да и самого Бога.
Да ведь и ангел Божий – крылатый, пернатый!
Отсюда полеты на парапланах и прыжки с парашютом и с «тарзанки», прыжки в высоту и на батуте... И все же не сравниться человеку с птицей, для которой воздух – родная стихия. Летающие аппараты, механизмы, приспособления и агрегаты – жалкие поделки по сравнению с Божьим чудом – птичьим крылом...
А пение многих птиц? Человек, конечно, может что-то насвистеть, но никогда не достичь ему такого совершенства! Тогда как птицы способны слушать человека и музыку, да еще искусно подражать, в том числе разным звукам.
«Я не знаю, право, есть ли у скворца свои собственные мотивы, но вы наслушаетесь в его песне чего угодно чужого. Тут и кусочки соловьиных трелей, и резкое мяуканье иволги, и сладкий голосок малиновки, и музыкальное лепетанье пеночки, и тонкий свист синички, и среди этих мелодий вдруг раздаются такие голоса, что, сидя в одиночестве, не удержишься и рассмеешься: закудахчет на дереве курица, зашипит нож точильщика, заскрипит дверь, загнусит детская военная труба» (А. Куприн, «Скворцы»).
Божий Рай представляется человеку садом, наполненным птичьим многоголосием. Не зря пение птиц в саду так и вызывает восклицание: «Райское пение!».
Многим птицам присуще и острое зрение, которого тоже не бывает у человека. Лишь некоторые могут похвалиться «соколиным глазом» или «ястребиным взглядом».
Более близки человеку стремление и умение птиц строить гнезда и растить птенцов. Человек применяет эти качества к себе со свойственной ему самонадеянностью, но совершенства пернатых не достиг.
Божьи твари, в том числе и птицы (может быть, птицы особо!), все красивы, гармоничны, даже если их внешность необычна. Люди же, возомнившиеся себя «венцами творения», разве что в детстве и юности миловидны, а затем чаще некрасивы, хотя используют все доступные средства для достижения привлекательности. Человек до сих пор не оставил варварский обычай украшать себя перьями…
Нет ни одного поэта или прозаика, который бы ни разу не написал о птицах!  Поистине «Нет такого дерева, на которое бы птица не садилась».
С ними связаны и самые поэтические образы и метафоры, и любовные истории и драмы.
***
 «Без крыльев и птица – ком» (Пословица).
Смена времен года отмечалась по отлету и прилету птиц... Наверно, не было дня, когда бы наши предки не поднимали глаза к небу – какова погода, и птицы, птицы!
Не счесть пословиц, поговорок, загадок, песен, преданий, примет, сказок о птицах.
«Видно птицу по полету», Сколько ворона не каркай, не быть ей соловьём. Птице крылья – а человеку разум. К недоброму человеку и голубь не летит. Принесла сорока на хвосте лихо. Видом сокол, а голосом ворона. Воробьи дружно чирикают – значит, будет оттепель. Полюбится сова лучше ясного сокола»...
Финист Ясный сокол, Птица-Сирин, Жар-птица...Вещая Кукушка... Птица Див, предупреждающая об опасности... Как много надежд и упований славяне (и другие народы)  возлагали на птиц настоящих и сказочных!
А сколько ласковых слов, связанных с птицами, говорят любимым! Сколько придумано любовных прозвищ птицам!
Наверно, можно написать целые тома и не одну диссертацию защитить, изучая фольклор разных народов по годам, эпохам, жанрам и книги с художественным описанием птиц и упоминаниями о них. И в подтверждение – приведенные цитаты.
...Все слышали о бёрдвотчинге? Это всего лишь наблюдение за птицами. Но слово совершенно устрашающее, которому не место в языке русском и вообще славянских языках! Оно даже в зубах вязнет. Человек, глухой к родному языку – как может воспринимать пение птиц?
Есть хорошее слово «птицелов» и даже «птицелюб». И «птицевод». Есть голубятники и враждующие с ними соколятники. Есть любители попугаев и канареек, есть знатоки соловьиного пения. В книгах можно прочесть про канареечников, овсяночников, соловьятников и... И есть просто знатоки, защитники и любители всех пернатых. «Птичник» подразумевает любителя не птиц, а птичек,  чаще всего мелких певчих. Об охотниках речи нет – сегодня это варварство не должно существовать в традиционном виде.
Их не так много, знатоков и любителей птиц, особенно птиц, потому что одаренные любовью ко всем Божьим созданиям, конечно, любят и пернатых, и летающих, и бегающих, и ползающих, и пушистых, и лысых, хвостатых и бесхвостых... Но у тех, кто души не чает в птицах – особый склад этой самой души, особый слух, нежность и бережность, великая доброта и терпение.
Поистине, здесь не обходится без Божьего промысла, который порой становится ясен уже в раннем детстве. Литературный и поэтический дар прибавлен, возможно, в придачу – ведь надо же рассказывать обо всем, открыть мир птиц, разделять с людьми радость, многим недоступную.
Иногда находятся таланты, в том числе литературные, которые себя ощущают частью природы – как добрые язычники. И птиц они воспринимают близко и родственно, а не как художественный образ. И заботятся о них, и берегут, и восхищаются.
Тем более обаятелен облик этих талантливых людей.
«…Есть охоты, так сказать, бескорыстные, которые вознаграждаются только удовольствием: слушать и видеть, кормить и разводить известные породы птиц и даже животных; такова, например, охота до певчих птиц и до голубей. Первые по крайней мере веселят слух охотников пением, но вторые и этого удовольствия доставить не могут: иногда только услышишь их голос, то есть глухое воркованье»  (С. Аксаков (1791–1859 г.г.), «Рассказы и воспоминания охотника о разных охотах»).
***
«Стою я на крыльце, вспоминаю детство, слежу за журавлями и вдруг вижу – нарушился их строй, сбились птицы в кучу, заходили кругами, стремительно набирая высоту. Словно самолет пронесся близко, – завертело их ветром, подкинуло.
Но мне представилось, что это опять ребятишки–озорники из какой нибудь соседней деревни сбили журавлей с толку обидными словами. Я поверил в это, и такое доброе чувство к летящим птицам охватило всю мою душу, что я не заметил, как начал, правда, негромко, почти про себя, но все таки вслух шептать слова, которые знал с детства: «Клин, клин журавлин! Летите не сбивайтесь, домой возвращайтесь!.. Путём-дорогой! Путём-дорогой!..» (А.Яшин «Журавли. Сила слов», 1954 г.).
Александр Яшин взял псевдоним в память об отце Якове, погибшем в Первую мировую. Это был человек крестьянской породы, крепкий, открытый, сильный.
Немалая часть его прозы и стихов посвящена не только советской действительности (которую он и критиковал!), но и родному русскому Северу – Вологодчине...
Лирический поэт, он написал когда-то знаковое стихотворение:
«Покормите птиц зимой.
Пусть со всех концов
К вам слетятся, как домой,
Стайки на крыльцо.

Не богаты их корма.
Горсть зерна нужна,
Горсть одна —
И не страшна
Будет им зима.

Сколько гибнет их — не счесть,
Видеть тяжело.
А ведь в нашем сердце есть
И для птиц тепло.

Разве можно забывать:
Улететь могли,
А остались зимовать
Заодно с людьми.

Приучите птиц в мороз
К своему окну,
Чтоб без песен не пришлось
Нам встречать весну».
Просто. Искренне. Это его послание принял близко к сердцу хороший писатель Евгений Носов, человек большой доброты.
Александр Яковлевич Яшин (Попов; 1913 — 1968 г.г.) — русский советский прозаик, поэт, журналист и военный корреспондент.

***
«...уж больно много этих милых, веселых, никогда не унывающих птичек погибает в лихие зимы. Из дюжины выращенных птенцов одолевают холода едва ли две-три синички. Оттого (...) синицы, дабы вовсе не сгинуть со свету, вынуждены выращивать потомство с большим запасом, как бы упреждая беспощадные зимние потери: хоть кто-нибудь да уцелеет... Такую жестокую дань они платят за то, чтобы не покидать свою родину, не искать чужого тепла и сытости, как делают иные, а еще для того, чтобы с первым дыханием весны оповестить округу своим веселым, вдохновенным треньканьем. Одолеть невзгоды и встретить желанную весну – надежду всего сущего в мире – воистину дорогого стоит!
(...)...это предзимнее утро явилось началом для почитаемого в святцах Зиновия-Синичника, покровителя всех зимующих птиц. В старинных книгах его изображали с горстью зерен на протянутой ладони – совсем как у Александра Яшина: «Горсть одна – и не страшна будет им зима» (Е.Носов, «Покормите птиц!»).
И на могиле Евгений Носов попросил написать: «Покормите птиц»... Это был человек большой доброты.
Несколько слов о нем. «Положил на колени сундучок, на него клочок бумажки, так и пишу. У меня адресов – раз, два, три, четыре… целых десять!» И еще: «Два дня назад уничтожил два фрицевских танка и представлен к награде. Или орден Отечественной войны II степени, или орден Красной Звезды». Это письмо в 1944 г.написал19-летний рядовой, заряжающий артиллерийского орудия, младшей сестре Нине. Под Кенигсбергом Е.Носов был тяжело ранен, победу встретил в госпитале. Все его двадцать шесть (!) наград хранятся в Литературном музее. Потому что солдат Евгений Носов (1926 – 2002 г.г.) стал известным советским и российским писателем, самобытного и незаурядного дара.
Его повесть «Усвятские шлемоносцы» – одна из лучших (а может быть, и лучшая!) книга о войне. О любой войне. Прочитайте, кто не читал.
А о птицах помнил до гробовой доски. Рассках о синицах – из его последних произведений.
Евгений Иванович Носов (1925 —2002 г.г.) — русский и советский писатель, художник.
И еще немного о тех, кто при своем литературном даре отдавал душу птицам, и даже считал себя птицей, и даже похож был...
***
«Маленькая сова-сплюшка из дупла: —Сплю! Сплю! Солнца нет, а свет — не люблю! Всё сплю, сплю.
С большого мха, за лесом, объявляют журавли трубными голосами: — Ут-рро! Ут-рро!
Красногрудая заряночка Терентию-Тетереву, заснувшему под кустом:
— Терентий! Терентий!
Проснись! Проснись!
С ружьём идут —
Убьют, убьют, убьют!
Терентий-Тетерев: — Проспал, пропал, пропал!
Загремел крыльями, перелетел в лес, сел — и: — Уд-ррал! Удрал!» (В.Бианки, «Разговор птиц весной»).
Сначала об ученом-орнитологе, авторе многих художественных книг, в том числе для детей, Виталии Бианки. Судьба его сложилась непросто, но в целом везло!    
С  1921 по 1935 годы его пять раз арестовывали как «сына личного дворянина, бывшего эсера, активного участника вооружённого восстания против советской власти». Был он и заложником, его ссылали, но заступался Максим Горький и его жена Е.Пешкова.
Бианки не желал участвовать в боях и на стороне Красной армии. Семья была иных убеждений:  до революции Колчак дружил с его отцом, и даже подарил ему шкуру белого медведя...
Во время Второй мировой войны В. Бианки из-за болезни сердца не был призван в армию, эвакуировался на Урал.
В последние годы тяжело болел – давало знать о себе сердце. В 1949 году – инфаркт, потом два инсульта. Он почти не мог ходить, но участвовал в выпусках ежемесячной детской радиопередачи «Вести из леса». Бианки написал более трёхсот рассказов, сказок, повестей и статей, выпустил 120 книг. Наверное, кто-то вспомнит и мультфильм «Оранжевое горлышко» о куропатках, по рассказам В.Бианки...
Виталий Валентинович Бианки (1894 —1959 г.г.)— русский советский писатель, автор многих произведений для детей, орнитолог, педагог и журналист.
Сын, тоже Виталий (1926—2021 г.г.),  пошел по стопам отца, став орнитологом. Участвовал в написании книги об отце в серии ЖЗЛ.
***
  А это песня:
 «И д ё т  у д о д,  и д е т
По выгонам, по выпасам
Идёт удод, идёт,
Где под соломой выползок,
Удод его найдёт.
Добычей не нахвалится,
Червя глотнёт, бахвалится:
 «Уду, ду-ду, У-ду, ду.
Что мне надо, то найду!» ...(П.Барто, музыка Н. Александровой).
Павел Барто прожил скромную жизнь, посвященную литературе и... птицам. Он был известным орнитологом и уникальным поэтом, досконально знавшим жизнь птиц. умевший имитировать их голоса и пение непостижимым образом: ритмом и языком стихов.
 Несколько книг его было более известно детям, но его песню «Журавли», наверно, помнит старшее поколение.
Он не был так знаменит, как его первая супруга Агния Барто, которая все требовала, чтобы он сменил фамилию...
«Птичий хоровод», «О чём поют птицы»,  «Птичьи разговоры», «Пусть поют птицы», — названия говорят сами за себя. Удивительно изображены характеры птиц и даже их настроение.
Его книги, поэтические сборники иллюстрировал художник-натуралист Никита Чарушин. 
Два примера: 
Л е с н о й  к о н ё к
Какой денёк!
Какой денёк!
Сел на пенёк
Лесной конёк.
С пенька взлетел,
На ель присел.
Над лесом с песней полетел.
Летел и пел:
«И я, и я
Лечу весне
В объя-тия!»
 А песню спел
Лесной конёк,
Опять присел
На свой пенёк.
 ...........
Сядь на пенёк
В лесу весной, –
Тебе споет
Конёк лесной:
«И ты и я,
И ты, и я,
И вся лесная
Бра-тия,
Летим весне
В объя-тия!».
***
Л у г о в о й  ч е к а н
Горят цветами
Луга  к рассвету.
    Чекан
    Чеканит
     Монету
     Лета.
Пером наряден –
Пестро окрашен,
На миг присядет,
Хвостом помашет.
     «Чок-чок» –
    Привстанет ,
    Взлетит и снова,
    Как медь, чеканит
    Свои два слога».
Неудивительно, что на такие стихи писали песни!
Павел Николаевич Барто (1904—1986 г.г.) — детский поэт, орнитолог, автор стихов популярной песни «Журавли» («Высоко летят под облаками…».
***
«Он – по-прежнему птица, он птица, ведь только у птиц
Есть возможность летать и врезаться с разлета в свободу» (Е.Холодова).
Когда вспоминаешь  Александра Грина, представляешь невольно несчастную худую птицу...
 «Недотрога» — последний роман Александра Грина, оставшийся незаконченным из-за смерти писателя, умершего от голода.
Главные герои романа — обедневший оружейник Ферроль и его дочь Харита, которым пришлось покинуть родной город и поселиться в заброшенном форте на берегу моря неподалёку от города Лима. Они знакомятся с разными людьми, среди которых человек по имени Дегж, ожидающий вести от своей жены из Гертона. Как выясняется, Дегж убил юношу по имени Гуд, который ради забавы отрубил ноги ручному ястребу Дегжа. Скрывающийся Дегж ждёт приезда жены, чтобы уехать вместе с ней, однако она не появляется. В последней написанной главе романа девушка по имени Бонифация, пришедшая заказать у Ферроля фейерверки на праздник, допытывается у Хариты, что за удивительные цветы вырастила она в саду, однако Харита отказывается показать их.
В кратком пересказе содержания ненаписанных глав романа, оставленном Ниной Грин, говорится о том, что необыкновенные цветы Хариты закрывались и начинали увядать, когда приходил недобрый человек, поэтому она не хотела их никому показывать. Из-за этого у местных жителей возникает неприязнь к Ферролю и Харите, и их форт осаждают, хотя друзья Ферроля и Хариты помогают им обороняться. В результате защитникам форта приходится уехать. Раненый Дегж умирает. Харита выходит замуж за художника Петтечера…
Грустный роман. Образ искалеченной птицы жил в душе Грина. Ведь есть еще у него и рассказ о подобном. Страшный. Быть может, сам он видел себя такой птицей?..
Александр Степанович Грин (Гриневский; 1880 —1932 г.г.) — русский писатель, прозаик и поэт, романтик.
***
 «Трудно дело птицелова:
Заучи повадки птичьи,
Помни время перелетов,
Разным посвистом свисти» (Э.Багрицкий, «Птицелов»).
Не все знают, что поэт Э.Багрицкий был птицелов и аквариумист… Началось с детства. Единственный ребёнок был любимцем в семье, лишь отец не был внимательным. Однако именно отец ему купил подарок – клетку с птичкой, видимо, привив ему любовь к птицам. Он прогуливал школу, чтобы ходить ловить птиц. И рыбу ловить любил, вообще любил природу…
Вспоминал Л.Славин:
«Я увидел человека худого и лохматого, с длинными конечностями, с головой, склоненной набок, похожего на большую сильную птицу. Круглые серые, зоркие, почти всегда веселые глаза, орлиный нос и общая голенастость фигуры усиливали это сходство.
Сюда надо прибавить излюбленный жест Багрицкого, которым он обычно сопровождал чтение стихов: он вытягивал руку вперед, широко расставив пальцы и упираясь ими в стол. Его кисть, крупная, с длинными и сильными пальцами, напоминала орлиную лапу».
«Читал он хрипловатым и все же прекрасным низким голосом, чуть в нос. Длинное горло его надувалось, как у поющей птицы».
«Однажды, растворив окно, Багрицкий принялся выпускать на волю птиц, которых он очень долго и тщательно собирал. Он сделал это потому, что любил птиц и чтобы осчастливить их, хотя ему, конечно, было жалко расставаться с ними. Птицы улетали не сразу, они цепенели на секунду – их охватывал какой-то шок радости – и вдруг, что-то прощебетав, исчезали.
– А что они щебечут, Эдуард Георгиевич? – осведомился мой спутник (тот самый красноармеец, который меня с ним познакомил), малый чувствительный. – Они, наверно, поют вам благодарственные гимны?
– Они кроют меня по матери, – мрачно сказал Багрицкий» («Багрицкий», 1936 г.)
 Вспоминал К.Паустовский: «Багрицкий пришел в линялой ситцевой рубахе с расстегнутым воротом и в стоптанных деревяшках. Он читал свои стихи, и у него билось горло, как оно бьется у птиц, когда они поют. Он задыхался. Иногда его голос падал до шепота и свиста. Стихи были о Черном море. Строфы летели и ударялись, как птицы бьются о клетки, падали, летели снова и снова ударялись, и было ясно, что Багрицкому тесно среди этих слов, что ему, может быть, нужно заглушить море» (К.Паустовский).
Он держал постоянно собак, но собирание рыб и птиц было настоящей страстью. С детства мечтал иметь отдельную комнату для питомцев, хотя мучился астмой – было нельзя держать животных и птиц. Все же поменял птиц на рыб, но уже незадолго до смерти.
Не дожил он и до 40 лет, но оставил после себя не только творческое наследие, но и добрую память многих людей, в том числе и о своей милой привязанности к птицам…
«ПТИЦЕЛОВ
Трудно дело птицелова:
Заучи повадки птичьи,
Помни время перелетов,
Разным посвистом свисти.
Но, шатаясь по дорогам,
Под заборами ночуя,
Дидель весел, Дидель может
Песни петь и птиц ловить.
В бузине, сырой и круглой,
Соловей ударил дудкой,
На сосне звенят синицы,
На березе зяблик бьет.
И вытаскивает Дидель
Из котомки заповедной
Три манка — и каждой птице
Посвящает он манок.
Дунет он в манок бузинный,
И звенит манок бузинный, —
Из бузинного прикрытья
Отвечает соловей.
Дунет он в манок сосновый,
И свистит манок сосновый, —
На сосне в ответ синицы
Рассыпают бубенцы.
И вытаскивает Дидель
Из котомки заповедной
Самый легкий, самый звонкий
Свой березовый манок.
Он лады проверит нежно,
Щель певучую продует, —
Громким голосом береза
Под дыханьем запоет.
И, заслышав этот голос,
Голос дерева и птицы,
На березе придорожной
Зяблик загремит в ответ.
За проселочной дорогой,
Где затих тележный грохот,
Над прудом, покрытым ряской,
Дидель сети разложил.
И пред ним, зеленый снизу,
Голубой и синий сверху,
Мир встает огромной птицей,
Свищет, щелкает, звенит.
Так идет веселый Дидель
С палкой, птицей и котомкой
Через Гарц, поросший лесом,
Вдоль по рейнским берегам.
По Тюрингии дубовой,
По Саксонии сосновой,
По Вестфалии бузинной,
По Баварии хмельной.
Марта, Марта, надо ль плакать,
Если Дидель ходит в поле,
Если Дидель свищет птицам
И смеется невзначай? 1918 г.»
Эдуард Георгиевич Багрицкий (Дзюбин; 1895 – 1934 г.г. — русский поэт «Серебряного века», переводчик и драматург, художник-график.
***
«Курица — не птица» (поговорка).
Даже птиц людям удалось приземлить в лице домашних кур, уток, умнейших гусей... И использовать практически только для пропитания…
 Подлое человеческое качество: придавить, принизить, уничтожить любое живое существо, менее сильное.Тем более, если оно наделено качествами, недоступными человеку, превосходящими его возможности. А у птицы – упоминали уже – не только крылья...
Кто назовет курицу другом? Хотя Б.Шергин описал трогательный обычай поморов: курица могла годами жить в доме, питомицей пожилой хозяйки.
«Старухи у нас собачек около себя не держали, а курочку – непременно.
У Олены Кирилловны курочка Хохлатка тоже аредовы веки доживала. Вся облезла, только на крыльях да на ногах пучки перьев. Полуслепая бабушка по старой памяти считала Хохлатку красавицей:
– Курочка не так чтобы молода, а оперенье какое пышное! Доктор Магнус Ерикович всегда удивлялся.
Голая Хохлатка, сидя на спинке громадной кровати, утвердительно вторит: «Ко-ко-ко-ко…» («Старые старухи»).
В наши дни жители Поднебесной неожиланно увлеклись содержанием кур как домашних питомцев. Дескать, это дешевле и менее хлопотно, нежели обзаводиться кошкой или собакой... Что до общения и душевных качеств, то куры общаются посредством двадцати и более звуков с разной интонацией, умеют считать до пяти, запоминают до ста лиц и уверенно узнают, кто их кормит, за ними ухаживает или когда-то обидел.  Вроде бы они способны к эмпатии — переживают, когда видят страдания другой птицы. Но с этим можно поспорить: в детстве я не раз видела, как куры гоняют от еды и бьют заболевшую, приунывшую птицу... Бабка ловила такую, сажала под корзинку, отдельно кормила и пускала в загон только когда поправится.
В древнем Риме жрецов, гадавших по небесным явлениям, полету и крику птиц, по поведению священных кур при кормлении называли авгурами. Ухаживали за птицами авиарии.
Приметы кое-какие сохранились и сегодня.
Чёрная курица в хозяйстве — оберег. Если она снесёт яйцо у порога, заберётся на крыльцо или в дом, жди хороших новостей. Первой в новый дом пускают чёрную курицу вместо кошки— она забирает недоброе, приносит уют. Чёрные перья её клали под порог, чтобы защитить дом от сглаза.
Если петух запоёт на закате солнца, это к удачным переменам, к безопасности дома.
Если курица запоет петухом – то принесёт достаток; её нельзя резать, а надо держать как талисман. Но этой приметы не всегда придерживались…
Курица забежала в дом  – гости на пороге.
Курица снесла яйцо в укромном месте  – это к приятному сюрпризу. Куры купаются в пыли или песке  – к тёплой погоде.
К чему вдруг о курицах? Потому что в детстве, у бабушки на Кубани, все возилась я с цыплятами… Знаю, как их кормить и вырастить. И как-то раз приручила петушка и курочку, они сидели на руках, из рук ели – помню, рисовую кашу молочную им давала. Выросли большие красавцы, петуха оставили на следующий год, как положено. Он охранял своих куриц и двор как собака. Выпустят погулять их из загона на поселковую улицу – он не дает никому мимо пройти, летит, норовит сесть на голову и заклевать. У моего младшего брата навсегда остался шрам под глазом: к счастью, петух промахнулся… Курица тоже выросла крупная и почему-то лупила других.
А потом я к птицам особого интереса не проявляла. Полюбила собак, вот только иной раз хотелось большого попугая…
***
«Ваши книги даже в переводе звучат как пение птиц. Это лучшее, что я читала после смерти своего мужа». Это написала сама Ли Даррелл, которая вместе с мужем Джеральдом Дарреллом работала в Джерсийском зоопарке.
Многое изменилось, когда познакомилась с книгой Виталия Симуткина «Жизнь среди птиц и в радости, и в горе. Провинция». Но до этого –  с его публикациями, заметками в интернете.
Человек большой увлеченности любимым делом и еще настоящий писатель – редкость . Врач по профессии (я всегда замечала, что врачи хорошо пишут), он решил последовать своему раннему увлечению птицами и занялся жизнью пернатых. Он лечил их, спасал, наблюдал – и рассказывал людям, заражая своим энтузиазмом и энергией. В однокомнатной квартире умудрялся поселить около трехсот птиц! И они хорошо себя чувствовали, иначе бы и не пели, и просто не выжили бы…
Бог наградил его не только даром понимать птиц,но и даром словесным. Он пишет в особой манере, свим узнаваемым языком – первый признак талантливого писателя. Несмотря на простоту и непосредственность, язык его отнюдь не напоминает болтовню блогеров.
Его называют «Королем птиц», но звучит это слишком пафосно… Дж.Даррелла не называли «королем зверей», например, но весь мир знает о его самоотверженной любви к животным и служении им...
Виталий относится к питомцам как к своей семье. Возможно, ему близки идеи Франциска Ассизского, который обращался к птицам как к братьям. Об этом упоминал и Л.Толстой. Франциск включил животных (вола и осла) в изобретенный им Рождественский вертеп…
Православные же отмечают 12 ноября День Священномученика Зиновия-Синичника – в этот день к людям поближе слетаются зимующие птицы.
 В.Симуткин: «На Руси традиция подкармливать синиц через кормушки была положена Петром I. Я считаю, что он является первым настоящим российским орнитологом, потому что до него такой традиции в нашей стране не существовало. Когда царь посетил Голландию, он увидел, что во двориках висят интересные дощечки и странные маленькие домики с дырочками. На вопрос, что это, ему объяснили: «Домики с дырочками нужны для того, чтобы птица гнездилась в вашем саду, чтобы закрепить ее на местности, а дощечка – чтобы сыпать корм и привлечь птицу». Тогда император спросил, для чего вообще нужно закрепление птиц на местности? Ему ответили – чтобы спасать сад от всевозможных вредных насекомых. А еще получить возможность слушать великолепное птичье пение».
Еще одна книга В.Симуткина: «Синицы». Она интересна читателю любого возраста! Помимо всего интересного там есть QR-коды. Перейдя по ним, можно услышать пение птицы, о которой написана глава!
Сейчас пишет он еще и книгу о детстве, являя пристальное видение своего мира, с замечательными подробностями…
***
Несколько примеров людей творческих, чья любовь к птицам не могла остаться незамеченной, которые поделились с нами заботами, тревогами, радзостями… Давайте не останемся глухи и безучастны к миру птиц и ко всей природе.
Фото вверху: А.Грин с птицей на плече. Нижнее фото: В.Бианки. Справа: картина Е.Носова из альбома «Краски родной земли».Ниже: В. Симуткин.
Май 2026 г.                г. Гирне, Северный Кипр