Энэну, хавэ, пэдэ...

     Искусство и наука имеют в себе общее, но всё -таки - это разные виды деятельности. Наука существует для того, чтобы после обновления ею понятий и предствалений, они бы снова стали удовлетворительно плодотворно (успешно) работать.

     Если в искусстве главным является художественный вкус, то в науке нельзя не заметить существование предрасположенности доверять каким-то определениям понятий и представлениям о чём-то.

     Искусство - это обеспечение соответствия произведения определённому художественному вкусу. Чтобы понять, что такое художественный вкус можно сравнить поведение двух мальчиков одного возраста: один останавливает своё внимание на живописном полотне итальянского Возрождения, пройдя мимо "мазни-пачкотни" так называемого "концептуального современного искусства", а другой мальчик не может оторвать своих глаз именно от того, что первый мальчик обозначил для себя "мазнёй-пачкотнёй". У этих двоих разные художественные вкусы, поэтому:

     Художественный вкус - это остановка (СОСРЕДОТОЧЕНИЕ) внимания человека на произведении искусства или на картине природы, которая (КОТОРОЕ) обеспечивает человеку удовольствие или даже наслаждение от осязания, созерцания, слушания.

     Удовольствие от поглощения продукта питания, блюда какой-то кухни - это вкус, но не художественный, а то, что запахи или духов, туалетной воды, или цветов оказались человеку приятными - это вообще не вкус, тем более не художественный, а биохимия.

     Сочинители литературно-художественных текстов не обязаны хорошо разбираться в биохимии и быть великолепными поварами, но сочинителей литературно-художественных текстов, если их тексты не читают, интересует ответ на вопрос:

     Что отталкивает от наших текстов читателей, читательниц , - отсутствие художественного вкуса или отсутствие предрасположенности к доверию новым понятиям и новым представлениям о чём-то?

     Для того, чтобы получить ответ на этот вопрос, можно предположить, что текст сочинителя - это продукт, одновременно, и искусства, и науки, а в науке более важным, чем художественный вкус, может оказаться предрасположенность к доверию новым понятиям и новым представлениям о чём-то.

     Гениями в науке, вполне возможно, могут и не стать люди, в которых предрасположенность доверять каким-то  старым понятиям и представлениям о чём -то является неизменной, неподвижной, устойчивой (консервативной).

     Читатели, читательницы не читают тексты, в которых задействованы представления и используются понятия, к которым у читателей, читательниц нет предрасположенности доверять.

     А вот гениями в искусстве могут стать как раз те, которые больше, чем другие деятели искусства, своими произведениями доставляют удовольствие и даже наслаждение людям, обладающим определённым художественным вкусом, который может быть или предшествующим, или существующим, или упреждающим.

     Образно выражая мысль, можно заметить, что существующий художественный вкус - это дремучий лес, для которого существует определённая вероятность того, что в нём расцветёт цветочек аленький, который будет благоухать не намного меньше предшествующего художественного вкуса.

     "Художники", выставляющие свои "произведения искусства", например, с человеческими фекалиями на всеобщее обозрение, думают, что эти их "произведения" соответствуют упреждающему и трансгуманистическому художественному вкусу.

     Искусственный интеллект и компьютерные нейросети делают людей с неизменяемой, неподвижной, устойчивой предрасположенностью доверять старым понятиям и представлениям о чём-то способными состязаться с научными гениями в области использования, применения  новых понятий и представлений о том же, но не в области их, новых понятий и представлений, выработки или открытия.

     Если Энерго-Информационное Поле Вселенной существует, то, вполне возможно,  оно вознаграждает научных гениев получением новых и работающих понятий, представлений, в том числе и за то, что художественный вкус научных гениев не стал новым, то есть трансгуманистическим, а остался предшествующим, - неизменным, неподвижным, устойчивым (консервативным).

      И может оказаться так, что тексты сочинителей-умников с предшествующим художественным вкусом не читают, потому что эти тексты не попадаются на глаза тем читательницам, читателям, у которых предрасположенность к доверию к новым понятиям и представлениям о чём-то является удовлетворительно высокой.

     P.S. Услышав многое из того, что есть в данном тексте, от жителей вымышленного города Большереченска, автор долго думал о возможности размещения созданного им текста именно в разделе философии. Поразмышляв, автор решил: несмотря на то, что в тексте речь идёт не о философах, а о художниках, учёных и сочинителях литературно-художественных текстов, понятия художественного вкуса и предрасположенности к доверию каким-то понятиям и представлениям о чём-то можно назвать условно философскими. Автор также понимает, что расссмотрение консерватизма неизменямостью, неподвижностью, устойчивостью художественного вкуса и предрасположенности доверять каким-то определениям понятий и представлениям является достаточно наивным. Несмотря на проявленную большереченцами наивность, автор всё-таки решил разместить данный текст именно в разделе философии, под названием, которое означает: "Неизменяемость, неподвижность, устойчивость, художественный вкус, предрасположенность доверять..."