Пушкин. Онегин и Мельмот Скиталец

                Он жив еще? Так покажи мне, где он,
                Я тысячи отдам, чтоб только глянуть
                Шекспир


Пушкин, Онегин, Татьяна и Мельмот Странник

Две строфы из романа Евгений Онегин (они, возможно выведут нас, расчухивающих на один из архетипов прототипов Жени):
 
XI.
Свой слог на важный лад настроя,
Бывало, пламенный творец
Являл нам своего героя
Как совершенства образец.
Он одарял предмет любимый,
Всегда неправедно гонимый,
Душой чувствительной, умом
И привлекательным лицом.
Питая жар чистейшей страсти
Всегда восторженный герой
Готов был жертвовать собой,
И при конце последней части
Всегда наказан был порок,
Добру достойный был венок.
XII.
А нынче все умы в тумане,
Мораль на нас наводит сон,
Порок любезен — и в романе,
И там уж торжествует он.
Британской музы небылицы
Тревожат сон отроковицы,
И стал теперь ее кумир
Или задумчивый Вампир,
Или Мельмот, бродяга мрачный,
Иль вечный жид, или Корсар,
Или таинственный Сбогар.19
Лорд Байрон прихотью удачной
Облек в унылый романтизм
И безнадежный эгоизм.
XIII.
Друзья мои, что ж толку в этом?

А в том? возможно? толк,  что британской музы небылицы тревожат сон отроковицы (Татьяны? Но ей вроде уже 17 и она не в отрочестве … или все ж Женя не ошибся и не опустил ее до 13 ... по ее же признанию об изнеможении рассудка … ох, дурачит нас, пролюдей, Наше вам Всё): герой ее снов не Фоблас или Лейвлас (Ловлас), а готики-англосаксы – Вампир Кусалец, Мельмот Скиталец (правильно по Алексееву «странник»), Корсар Байронович, Агасфер Вечный Жид, да Жан Сбогар Нодьевич).  Но откуда они во сне Татьяны? Она любовные читала лишь романы про амурные житейские изъяны…

Дурят нас, протославных … профанируют фанерными дверьми

Мы уж не мычим и не телимся, что  Chevalier de Faublas (героя романа Луве де Кувре) надо бы произносить как Шевалье Фобля (типа «Кавалер, Во, бля»), но он у нас Фоблас  или даже Фоблаз  (м. изд. 1903г)

Имея такой видеоряд образцов того, кого она – милая и верная Идеальная Татьяна, сличая по ним увиденного в  течение пары минут Евгения,  моментально молниеносно определила как «Это Он!»:

Возьмем, к примеру, один образец потревожившего сон (еще в отрочестве) Тани - Мельмота. Это что за обормот?

А это, други и подруги, странный (доживший до 200 лет!)герой странничества готического романа английского писателя Ш.Р. Метьюрина (Charles Robert Maturin, 1780-1824) "Мельмот Скиталец" (Melmoth the Wanderer ), что был опубликован в Лондоне в 1820 г.  На следующий год в Париже вышел его французский перевод, с которым познакомился в 1823 г. в Одессе Пушкин. С тех пор этот Скиталец как готический прототип тревожил сон родителя Онегина с самого зачатия романа. В библиотеке Пушкина сохранилось первое издание "Мельмота Скитальца", а также парижское издание (на английском языке) другого произведения Метьюрина "Бертрам» . Роман Метьюрина появился на русском языке в 1833 г.

Таня не могла читать роман о Мельмоте Страннике... ?  Онеговед Ю. Лотман в своих расчетах говорит о том, что действие романа начинается в конце 1819 г, и предполагает, что год рождения Татьяны – 1803-й. Опорной точкой является указание Пушкина в предисловии к отдельному изданию первой главы на то, что начало событий романа совпадает с концом 1819 г, а завершается оно в марте 1825-го. Сопоставляя с этой датой ряд указаний в тексте, литературовед приходит к заключению, что Онегин родился в 1795 г, то есть он старше Татьяны на 7-8 лет. В начале восьмой главы говорится, что, «убив на поединке друга, дожив без цели, без трудов до двадцати шести годов», Онегин уезжает в Петербург, а затем в Крым. Возвращается он и встречает Татьяну вновь осенью 1824 г. Ей  21 год, а ему – 29… Это означает (если брать в зачет расчет Лотмана, а не иные альтернативные) следующее: в момент встречи (условно 1820-1821гг) Тани и Жени литературного Мельмота в России  еще нет (тем более его нет сельской глуши степных селений).

Сон Татьяны = эпицентр романа – V глава (Сон и Именины), в котором Евгений явился Тане Хозяином зимнего шабаша в лесной избе (Князем Мира) и Вампиром с криком приватизации Моё!, писался Пушкиным весь 1826 г в муках переживания рисков краха 14 декабря … Хотя, что поразительно, VI глава (Дуэль)  написана до окончания V-ой!

Прим. Справедливости ради и сыска для напомним прихожанам м Жанам Вуальжанам – Мельмот использован Пушкиным в черновиках и беловиках романа ЕО не один раз:
//Матюрин, „Мельмот“  стр. 56, 168, 193, 438, 475, 495, 533, 623. (изд. Пушкин А. С. Полное собрание сочинений, 1837-1937: В 16 т.- М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1937-1959.  Т. 6. Евгений Онегин / Ред. БВ.Томашевский. — 1937)//
1) Строфа XII  Главы III = Или Мельмот, бродяга мрачный
2) Строфа VIII Глава VIII (осьмая) = Чем ныне явится? Мельмотом
3) В черновиках:
- [Хотя] мы знаем что Евгений  Издавна чтенья разлюбил10 Лю<бимых> несколько творений11Он по привычке лишь возил —12 Мельмот, Рене, Адольф Констана13
- [Наскуча] слыть или Мельмотом12  Иль маской щеголять иной13  (дважды!)
- Мельмотом, Квакером, масоном
- Медведем, Квакером, масоном (Медведь = Мельмот = Евгений!)
- Наскуча щеголять Мельмотом  Он быть задумал Патриотом
- Наскуча слыть или Мельмотом

Сильно Мельмот Странник, скитаясь, засел в голове Пушкина … Сильно.  Медведь, встречающий Таню во сне и провожающий ее на шабаш и вожделенную онегинскую скамью, это оказывается (по черновикам) Мельмот оборотень! 

Ну, нет, это шибко сильно … Пойду хлебну у АИЯ его кальвадоса.. 37-градусного … 

Жаль, Таня о нем (МС) ничего не знала. Мельмот Скиталец (МС - правильно = Странник) переселенец из снов Пушкина в сон отроковицы (хотя ей вроде 17… с патологией - мозгом 13-ей). Он (МС) потребовался Пушкину как образец (слепок, иконка), сличая который с ликом и трепом Жени, Таня сможет сказать "Это Он!"  И срочно подать телеграмму (мэссэндж) = Я твоя!   О-ля-ля …

Чем Мельмот  так покорил ПуШкина?  Тем более, что с началом романа Пушкин пишет Демона и признается что давно (в 1821!) покончил с либеральным бредом – у него теперь иной бред = готический

***

История «бродяги мрачного» Мельмота Скитальца в готическом романе (или  романе  тайны   и   ужаса),   Метьюрина такова:

(А)
 @
Схема построения "Мельмота Скитальца" (см. Алексеев M.П. Ч.Р.Метьюрин и его "Мельмот скиталец" (1983))
     (Буквой M обозначается обрамляющее повествование о Мельмоте  Скитальце; арабскими цифрами, для упрощения, обозначены римские цифры глав оригинала)

     M (Гл. 1-2) Рассказ о  роде  Мельмотов.  Последний  его  представитель, дублинский  студент Джон Мельмот, приехавший  навестить  умирающего  дядю,  в оставшейся после его смерти рукописи читает  историю  Мельмота  Скитальца  и сжигает его портрет с надписью "Дж. Мельмот, 1646 год", о котором дядя перед смертью говорил, что оригинал еще жив.
     (Гл. 3) Молодой  Мельмот  в  завещанной  ему  рукописи  читает  историю англичанина Стентона, находившегося в 1676 г. в Испании и на  следующий  год (1677) возвращающегося в Англию, где он встречается с Мельмотом Скитальцем.
     (Гл. 4) Кораблекрушение у берега Ирландии, где находился дом  Мельмота. Спасается лишь один человек - испанец Монсада,  который  поселяется  в  доме Мельмота и рассказывает ему о встречах  с  Мельмотом  Скитальцем  в  Испании  ("Рассказ испанца", гл. 5-34). В эту повесть вставлен также рассказ, который Монсада слышал от испанского еврея: история  Иммали,  живущей  на  пустынном острове в Индийском океане. Отцу этой девушки,  который  считает  свою  дочь погибшей во время кораблекрушения, таинственный чужеземец  рассказывает  две истории: "Повесть о семье Гусмана" (гл. 24-26) и "Повесть о двух влюбленных" (гл. 27-30).
М Продолжение и окончание истории Иммали-Исидоры (гл. 34-37).
M Заключение рассказа Монсады (гл. 38-39). "Сон Скитальца" (гл.39) и его смерть.

  … действие  романа,   начинающееся   осенью   1816   г., заканчивается через  несколько  дней  там же, где оно  началось, - на берегу графства Уиклоу в Ирландии. Мельмот Скиталец  гибнет  у  той  же скалы над океаном, где он впервые показался читателю в ночь кораблекрушения.

  … критики этого романа Метьюрина, видевшие  в главном его герое чуть ли не бессмертного Агасфера (из  знаменитой  во  всем мире и чрезвычайно популярной в романтическую эпоху легенды о "Вечном Жиде") – но это на так ..
@

(Б)

Фридштейн Ю. Мельмот-скиталец . Краткое содержание романа
англ. Charles Robert Maturin. Melmoth the Wanderer • 1820   

Одна из особенностей композиции романа — так называемое «рамочное повествование». Общая сюжетная канва служит как бы обрамлением для многочисленных вставных новелл. Однако в романе Метьюрина внимательный читатель уловит абсолютную последовательность общего сюжета, в котором автор ни на секунду не теряет нить сквозного рассказа и сквозного замысла.
Действие начинается осенью 1816 г. в Ирландии, в графстве Уиклоу, куда студент дублинского Тринити Колледжа Джон Мельмот приезжает, дабы навестить своего умирающего дядю, а проще говоря, вступить во владение его поместьем. Дядя умирает, однако, в завещании, помимо чисто практических пунктов, оказываются и ещё два, свойства мистического: первый — уничтожить висящий в кабинете портрет с подписью «Дж. Мельмот, 1646»; второй — найти и сжечь рукопись, хранящуюся в одном из ящиков бюро. Так впервые сталкивается Джон Мельмот со своим легендарным предком, получившим прозвище Мельмота-скитальца. Разумеется, здесь прочитывается и парафраз на тему Агасфера, «вечного жида», и мотив «севильского обольстителя» Дон-Жуана, и Мельмота-скитальца можно было бы назвать «ирландским искусителем», ибо именно искусу, который будет он предлагать людям, встретившимся ему на пути, людям, с кем будет сводить его судьба, и посвящены все сюжеты романа. Метьюрин как бы «совместил» в рамках одного героя и Фауста, и Мефистофеля.
Итак, молодой Мельмот находит и прочитывает рукопись, принадлежащую, как выясняется, некоему англичанину, Стентону, первому из героев романа, встретившему на своём пути странного и грозного демона Мельмота-скитальца. А прочитав в тиши дядиного кабинета мучительную и страстную исповедь Стентона, Джон срывает со стены портрет своего предка и, разорвав его на клочки, бросает в огонь. Но ночью тот является к нему со словами: «Что же, ты меня сжёг, только такой огонь не властен меня уничтожить. Я жив, я здесь, возле тебя». Страшная буря обрушивается на дом Мельмота, стоящий на самом берегу над обрывом к морю. В этой буре Мельмоту вновь является его демонический предок. Тонущего в волнах Мельмота спасает испанец Монсада. Наутро он рассказывает ему свою повесть — это первая вставная новелла «Рассказ испанца». История пребывания в монастыре, где его хотели заставить постричься в монахи. Его сопротивление этому, его преследование монастырской братией. Здесь многое смешано и соединено: таинственные странствия по монастырским подвалам в поисках спасения; гневные инвективы, направленные против фарисейства и сатанинской жестокости Церкви и Инквизиции; страшный образ монаха-отцеубийцы, становящегося тайным осведомителем Инквизиции; беспредельное одиночество героя — испанца Алонсо Монсада, вынужденного один на один сражаться «с теми змеями, которые... зачаты одиночеством человека... и ежечасно рождаются у него в сердце»; рассказ о замурованных влюблённых — дань Мэтьюрина традиции «литературы ужаса», от которого стынет кровь в жилах; и многое другое. Но над всем этим — явление Искусителя — сначала в монастыре, затем уже в тюрьме Инквизиции. Человека, для которого не существует ни запоров, ни запретов. Человека, рассказывающего о своих встречах с историческими личностями, жившими в прошлом веке... Герой, воспользовавшись пожаром, охватившим тюрьму, бежит. Он попадает в дом, где живёт семья крещёного еврея дона Фернана де Нуньеса, затем бежит и оттуда, оказываясь в итоге в подземелье, где его находит старец, еврей Адония. Накормив и напоив беглеца, выслушав его рассказ, Адония предлагает ему стать у него писцом. Адония, у которого есть в прошлом своя роковая тайна, который тоже способен прозревать и прошлое и будущее, показывает Алонсо рукопись, содержащую «историю тех, чьи судьбы связаны теперь с твоей — цепью дивной, незримой и неразрывной». Эта история — «повесть об индийских островитянах». История любви Мельмота-скитальца, единственной во всю его жизнь любви — к девушке с далёкого острова, наивной, простодушной и прекрасной. Если в истории испанца Алонсо прочитывается парафраз повести Дидро «Монахиня», то в образе Иммали несомненно угадывается вольтеровский Гурон, его «простодушный». На острове, где она живёт в полном одиночестве, появляется человек, которого автор называет «чужестранец». Он рассказывает Иммали о дальних странах, о городах... Искуситель — и простодушный. Но уходит он от неё «по водам». Вновь — сочетание в пределах одного образа: богохульника и Богоискателя, Фауста и Мефистофеля, Христа и Сатаны. Сочетание, разумеется, с точки зрения всяческой ортодоксии, кощунственное, проявление небывалого вольнодумства (примечательно, что Мэтьюрин был не только писателем, но при этом ещё и священнослужителем. Любопытный парадокс — священник и богохульник в одном лице). В рукописи вдруг, промельком, встречается упоминание Стентона — таким образом, связывая воедино все сюжеты, соединяя в «единую цепь» истории всех искусов Мельмота-скитальца в некий образ единого великого Искуса, неназываемого (ни разу во всем романе не обозначенного словом, он всегда либо произносится на ухо, либо подразумевается). Как говорит Монсада, «все мы — только зерна чёток, нанизанных на одну и ту же нить». Искус возвращающегося к Иммали Мельмота — в его рассказах о цивилизованном мире, в тех картинах чудовищной безнравственности, что царит в нем. Дикарка Иммали — его полюбила! «Тебя! Это ты научил меня думать, чувствовать, плакать». До встречи с Мельмотом она ничего этого не знала. Происходит их обручение — без свидетелей, только дикая природа и лунный свет. После этого Мельмот исчезает. Больше он никогда не приезжал на этот остров.
Прошло три года, и мы встречаем Иммали в Испании, под именем Исидоры, дочери богатого купца и негоцианта дона Франсиско де Альяга. Но однажды ночью, при свете луны, ей вновь является Мельмот. «Печальный демон, дух изгнанья», он говорит своей возлюбленной: «Мне поручено попирать ногами и мять все цветы, расцветающие как на земле, так и в человеческой душе... все, что попадается на моем пути». Мельмот, таким образом, приобретает черты обречённого на странствия и вечные скитания, мучителя и мученика одновременно. Сатана и спаситель в одном лице. Разочарованный и пресыщенный, познавший тайну жизни и смерти, ничтожество рода людского и тщету всего сущего, и, вследствие этого знания, возвысившийся над миром. Мэтьюрин о Мельмоте: «Для него на свете не могло быть большего чуда, чем его собственная жизнь, а та лёгкость, с которой он переносился с одного конца земли на другой, смешиваясь с населявшими её людьми и вместе с тем ощущая свою отделённость от них, подобно усталому и равнодушному к представлению зрителю, который бродит вдоль рядов огромного партера, где он никого не знает...» Венчание Исидоры-Иммали и Мельмота происходит в старом монастыре, ночью, однако рука священника, совершавшего обряд, «была холодна, как рука смерти».
Следующая глава застаёт нас на постоялом дворе, где заночевал дон Франсиско, отец Исидоры, направляющийся домой. Он встречает там незнакомца, читающего ему некую рукопись: «Повесть о семье Гусмана». Историю трагедии одной семьи, её возвышения и падения, богатства и нищеты. В самый страшный час перед отцом семьи Вальбергом является искуситель, «Враг рода человеческого», и «глаза его издают такой блеск, какого люди вынести не в силах». Но спасение приходит неожиданно с другой стороны, а искус Вальберг, даже ценой голодной смерти своих детей, преодолевает. Рассказ окончен. Дон Франсиско погружается в сон, а, пробудившись, обнаруживает в комнате человека. «Странный гость» проявляет неожиданное знание судьбы Вальберга и его семьи, хотя его не было в комнате в момент чтения рукописи. А прощаясь, говорит: «Мы увидимся с вами сегодня вечером». Так и происходит. В пути дон франсиско встречает загадочного незнакомца. Укрывшись в уединённой харчевне от непогоды, они остаются вдвоём, и «странный гость» предлагает вниманию купца свой рассказ: «Повесть о двух влюблённых». На сей раз действие происходит в Англии. Эпоха Реставрации Стюартов, вторая половина XVII в. Старинный род Мортимеров из графства Шропшир. Легенды о славном прошлом, о служении королевскому дому. Любовь оставшихся в живых потомков сэра Роджера Мортимера, двоюродных брата и сестры: Джона Сендела — воина, героя, при этом — ангелоподобного юноши, и красавицы Элинор; история их трагедии, их несостоявшейся свадьбы, их разлуки, и снова встречи, когда Джон уже безумен, а Элинор служит ему сиделкой. Они очень бедны. В этот момент незнакомец, рассказывающий дону Франсиско эту историю, неожиданно сам возникает в собственном повествовании: «Именно в это время... мне и довелось познакомиться с... я хотел сказать, именно в это время некий приезжий, поселившийся неподалёку от той деревушки, где жила Элинор, несколько раз встречал их обоих...» Искус вновь не выражен в словах, только священник, появившийся чуть позже, «сразу же понял, сколь ужасен был их разговор». Однако потом священник рассказывает Элинор, что в разговаривавшем с нею человеке он узнал «ирландца по имени Мельмот», с которым был знаком когда-то, с кем перестал встречаться, поняв, «что это человек, предавшийся дьявольскому обману, что он во власти Врага рода человеческого»; какое-то время тому назад он сам был свидетелем его кончины и перед смертью тот ему сказал: «Я повинен в великом ангельском грехе: я был горд и слишком много возомнил о силе своего ума! Это был первый смертный грех — безграничное стремление к запретному знанию!» И вот — этот человек жив...
Но затем незнакомец начинает рассказывать дону Франсиско... его собственную историю, предупреждая: «...не теряйте ни минуты, спешите спасти вашу дочь!» Но купец не поспешил... История Исидоры завершает повествование. Никто не знает, что она стала «тайной женой» Мельмота. Никто не знает, что она ждёт ребёнка. И вот приезжают её отец и жених. Во время бала Мельмот делает попытку бегства. Тщетно. На их пути встаёт брат Исидоры. Убив его, Мельмот бежит один, проклиная тех, кто оказывается свидетелями этой сцены. Участь Исидоры ужасна. У неё рождается дочь, однако «жену колдуна и их проклятого отпрыска» передают «в руки милосердного и святого судилища Инквизиции». Приговор — разлука с дочерью. Ночью, в камере, девочка умирает. На смертном одре Исидора рассказывает священнику, что к ней ночью являлся Мельмот. Вновь искус — вновь непроизнесенный.
На этом испанец Монсада заканчивает свой рассказ. И тут перед ним и Джоном Мельмотом возникает сам герой, Скиталец: «Твой предок вернулся домой... скитания его окончены!.. Тайну предназначения моего я уношу с собой... Я сеял на земле страх, но — не зло. Никого из людей нельзя было заставить разделить мою участь, нужно было его согласие, — и ни один этого согласил не дал... Ни одно существо не поменялось участью с Мельмотом-скитальцем. Я исходил весь мир и не нашёл ни одного человека, который, ради того чтобы обладать этим миром, согласился бы погубить свою душу. Ни Стен-сон в доме для умалишённых, ни ты, Монсада, в тюрьме Инквизиции, ни Вальберг, на глазах у которого дети его умирали от голода, никто другой...»
Мельмот видит вещий сон о своей смерти. На следующий день только платок, что носил он на шее, нашли на вершине утёса, к которому привели его следы. «Это было все, что осталось от него на земле!»
Пересказал Ю. Г. Фридштейн. Источник: Все шедевры мировой литературы в кратком изложении. Сюжеты и характеры. Зарубежная литература XIX века / Ред. и сост. В. И. Новиков. — М. : Олимп : ACT, 1996. — 848 с.

(В)

РЕЙФМАН ПАВЕЛ. КТО ТАКОЙ МЕЛЬМОТ:
@С третьей книги Скиталец оказывается в центре повествования, и его характер, демонический, мрачный, романтический, мизантропический и, в то же время, привлекательный, все полнее вырисовывается перед читателями. Скиталец воплощает в себе дьявольское, злое начало, но и участь его самого трагична, он - жертва, "несчастный". Своим долголетием, страшной участью он наказан за стремление проникнуть в тайны мироздания. Он в совершенстве познал сущность человека, особенности цивилизации; опыт и знания его огромны, и это приводит его к самым мрачным выводам. Он ненавидит и презирает людей. Человеческое общество, по его словам, устроено плохо, жизнь людей "злонамеренна и вредна, а смерть ничтожна". Люди, по его мнению, озабочены только тем, какими средствами умножить страдания, как свои собственные, так и других людей <...> если учесть, что занимаются этим делом они всего каких-нибудь четыре тысячи лет, то надо отметить, что они добились немалых успехов
В центре сюжета романа - любовь Скитальца и Иммали. Она - идеальная, невинно-чистая, романтическая героиня, выросшая на лоне природы (Руссо), на одном из экзотических островов (индийцы считают ее богиней острова) - полюбила Скитальца вечной, великой любовью, несмотря на мучения, которые он ей приносит, несмотря на смерть брата от его руки. Священник утешает ее перед смертью, говоря, что за свои мучения и добродетели она будет в раю. Она же думает только о Мельмоте:
- В раю! - пробормотала Исидора <Иммали. - П. Р.>, испуская последний вздох. Пусть только он будет там!

***
Восклицание Онегина о черте "Когда же чорт возьмет тебя", по всей видимости, ориентировано на сцену смерти Мельмота-дяди (сходство ситуаций), но в сознании пушкинского героя оно, возможно, накладывается и на конец романа, где дьявол уносит Скитальца. Уже здесь возникает параллель "Онегин - Скиталец", наслаивающаяся на параллель двух дядей и их племянников.
@
Мельмотовских отзвуков в романе Евгений Онегин хоть отбавляй…


(Г)

Фантазмы …

Версия завершения романа Евгений Онегин 2

Татьяна, княгиня и генеральша,  отказала Евгению в его просьбы дать обнять колени (а не то что все обещанные лет 10 назад с прелести девы из «глуши степных селений»)

Евгений … закусил удила и решил ждать … Он в снова удалился, как тогда , когда застрелил вв январе у мельницы наповал Ленского , напевая «А до смерти 4 шага»

Прошло еще 10 лет  (итого 20 лет спустя как у Дюма после душераздирающего крика Тани – Я твоя, Мунк!)

Евгений снова рвется в спальню княгини…  но тщетно – не пущают …  от прибежавших испуганных служанок Лизы и Параши узнает: Татьяна нарожала кучу детей от  испанского посла   - ее можно увидеть только статуей – памятником Идеал Верности – в цПКиО им. Горького  в Москве

Евгений прошептал: рассудок мой изнемогает, где та, которая обещала Я твоя …

Он  пошел на Невский в столовую Вульф унт Беранже и выпил три стакана Лимонада Джо (Воды  из Черноголовки ), но его не взяло … Тогда он спустился в винные погреба братьев Елисеевых на нулевом этаже. Хряпнул что, как и сколько надо

Затем его видели в доме напротив – в магазине военных вещей купца А. Куракина … Он выбирал терсорий

На следующий день только платок, что носил он на шее, нашли на вершине утёса, к которому привели ищейку его следы.

«Это было все, что осталось от Жени на земле!»

Находившаяся по случаю открытия памятника в Москве княгиня Татьяна N, узнав о самоубийстве Жени, поехала на Курский и взяла у бомжа со скидкой билет на электричку «Москва - Петушки» до ст. Обираловка