Бычок Гроза
Бурёнка шастала по кустам, поранила вымя, не подпускала доить, и Глафира призадумалась:
«Что я, дура, что ли… Сама мучаюсь, над животным издеваюсь, да пусть пока ранка будет заживать, бычок Гроза сосет молоко».
Вымя зажило, бычок подрос, но продолжал сосать молоко. И что только она ни делала, чем толь-ко ни мазала соски, но ничего поделать не могла - Гроза продолжал наслаждаться парным молочком. Беда, да и только! Пожаловалась мужу, тот решил, что бычка нужно продать. Не будет бычка, следовательно, и проблемы не будет. Покупателя нашли в своём селе, сошлись в цене, продали. Но… Бурёнка пасётся весь день, приходит с пастбища, а молока нет. Глафира поинтересовалась у пастуха:
- Макарыч, не приболела ли кормилица наша, Буренка?
Макар потрепал загривок лошадке, почесал пятернёй затылок, закатил глаза в безоблачное небо и промычал:
- Э-э-э… Не знаю…
- Что значит «э-э-э… не знаю»? – закричала своим писклявым голоском Глафира. - Ты пастух или балалайка? Глянь…
Пастух пообещал проследить. Утром следующего дня, когда Глафира его отчитывала за плохой удой, он доложил:
- Э-э-э… Ну! Вообще-то… у Бурёнки жвачка есть, кушает хорошо.
- Кушает хорошо, а надоя нет! Где молоко?..
Макар ловко щёлкнул длиннющим бичом над головою Глафиры, ответил басом:
- Где, где… На языке! Не знаю…
- Не знаешь?! Но меня-то ты знаешь, Макар… глаза выцарапаю!
Угроза, видно, подействовала на пастуха, к вечеру он выяснил, что сосёт Бурёнку бычок Гроза. Глафира, её муж Николай Петрович и пастух Макар отправились разбираться. Новый хозяин бычка, Анатолий, пожал плечами: мол, что я сделаю.
- Ты хозяин или балалайка? – запищала Глафира. - Прими меры… А то ты меня знаешь… я приму их.
Анатолий был смышленым малым.
- Хорошо! Приму меры, – ответил он.
Он взял кожаные ремни, сшил из них намордник, а с наружной стороны наделал шипов из гвоздей. На следующий день с пастбища пришла корова Бурёнка, всё вымя у неё было в крови - истыкано гвоздями. Глафира с Петровичем побежали, а Макар поехал на лошадке - разбираться с Анатолием. Петрович сходу поинтересовался:
- Ты что натворил?
Для Толика вопрос не был неожиданностью:
- Как что? Принял меры.
- Гроза поранил Бурёнку! Это меры?!
Хозяину бычка стало весело, он расплылся в улыбке:
- Но зато молоко – не высосал!
Здесь уже не выдержала Глафира:
- Петух!.. Ты меня знаешь… Одну ногу придавлю… а вторую вверх дерну, надвое порву!
Анатолий в долгу не остался:
- Это я-то петух? Это ты – мокрая курица!
- О-о-о!.. Люди добрые, - запричитала обиженная женщина, - послушайте… этот недотёпа меня обзывает!
Зеваки из соседних домов уже собрались посмотреть на бесплатный концерт. Скандалили около часа. Под конец пришли к общему мнению и устроили мировую.
Р.S. Всё лето Петрович и Анатолий подавали траву Грозе в стойло. Глафира лечила Бурёнку и при каждом удобном случае ругала придурочных мужиков.
г. Свободный, 2006 год.
Свидетельство о публикации №226060200086