Джон владел автомастерской на шесть подъёмников, которая досталась ему от отца, сгоревшего от рака. Обедал он всегда в небольшом итальянском ресторанчике прямо за углом. В жилах самого Джона тоже текла итальянская кровь, правда, изрядно перемешанная с другими национальностями. Ещё недавно он служил в армии, но после комиссования быстро переквалифицировался в автомеханика. Готовили у Ромы вкусно и недорого.
В тот день, завернув за угол, Джон наткнулся на толпу у входа. Шумный человеческий муравейник оккупировал всю улицу. Разглядев среди спин съёмочную аппаратуру, Джон на секунду подумал, что стряслось какое-то происшествие. Он прибавил шаг и решительно нырнул в самую гущу людского потока. Какой-то взвинченный тип с бумагами в руках орал на подчиненных, яростно жестикулируя в сторону дверей. Не обращая на него внимания, Джон протиснулся внутрь заведения.
— Что тут происходит? — удивлённо спросил он подошедшего официанта.
— Эх, — махнул тот рукой, — снимают сцену для какого-то фильма. Только работу нам срывают. Зато актриса известная, я её точно где-то видел. Настоящее очарование! — Официант мечтательно улыбнулся. — Вам как обычно?
— Да, неси первое и второе. И проследи, чтобы мясо было горячим.
Джон откинулся на спинку кресла и принялся наблюдать. В этот момент зал начал стремительно заполняться людьми с улицы — судя по всему, съёмочной группой. Наконец появился тот самый взмыленный режиссёр. В руках он держал яркую сигнальную ленту, которой умудрился оцепить добрую половину зала. Джон оказался прямо внутри огороженной зоны. Режиссёр то и дело подбегал к посетителям, настойчиво прося их пересесть к самым стенам.
«Чёрта с два», — подумал Джон, заметив, что мужчина направляется к его столу.
— Даже не просите, — усмехнулся он, опережая готового заговорить кинематографиста. — За этим столиком я обедаю каждый день и уступать его не намерен.
— Но вы же понимаете, что здесь идут настоящие съёмки? — опешил тот.
— Да хоть похороны. Я остаюсь.
— Подумаешь! — фрыкнул мужчина, брызжа слюной. — Главное, не лезьте в кадр. И вообще, вы просто не уважаете подлинное искусство! — Он выглядел глубоко уязвлённым.
— В данный момент я сосредоточен на искусстве поваров, которые готовят мой обед, — буркнул Джон и демонстративно отвернулся.
— Ну и чёрт с вами! — Режиссёр уже мчался вглубь зала. — Нэнси, Карл, занимайте соседний столик, он идеально вписывается в интерьер! Камера готова?
К указанному месту подошли двое. Первой была девушка лет двадцати пяти, обладавшая редкой, приковывающей взгляд красотой. Её спутником оказался мужчина лет тридцати. Они сели друг напротив друга, и съёмка началась. К ним тут же подскочил официант. Девушка принялась изучать меню, делая это нарочито медленно — видимо, по сценарию ей полагалось долго выбирать блюдо. Бедный парень с блокнотом буквально застыл на месте в ожидании.
Джон неотрывно смотрел на незнакомку. Внутри настойчиво забилась мысль: он точно где-то её видел. Джон не считал себя заядлым киноманом, но культовые картины всё же знал.
— Прекрасна… — мысленно восхитился он, когда официант наконец протиснулся к нему с тарелкой горячего супа.
В этот момент девушка за соседним столом завершила свой затянувшийся заказ. Неожиданно она обернулась и поймала пристальный взгляд Джона. Он не растерялся и открыто подмигнул ей. На губах незнакомки тут же промелькнула мимолётная улыбка.
— Нэнси! У вас сейчас серьёзный разговор по сценарию, чего ты лыбишься?! — яростно прокричал режиссёр.
Камера продолжала работать. Джон успел доесть суп, и перед ним как раз появилось второе блюдо.
— Послушай, дружище, — Джон придержал за рукав проходящего мимо официанта. — Можешь сгонять на угол за цветами и поставить их в вазу вон на тот столик?
— Туда, где идут съёмки? — округлил глаза парень.
— Именно. Хорошие чаевые гарантирую. Вот, возьми на самый лучший букет.
Джон выложил на скатерть пару крупных купюр, и официант мгновенно растворился в толпе. Уже через пару минут он торжественно водрузил роскошный букет ярко-алых роз в хрустальную вазу прямо в центре съёмочной зоны. Прежде чем отойти, парень заговорщически наклонился к актрисе и едва заметным кивком указал на Джона. Их взгляды снова встретились. Нэнси лучезарно улыбнулась и едва заметно склонила голову в знак благодарности.
— Чёрт вас всех подери! — рассвирепел режиссёр, хватаясь за голову. — Кто скомандовал притащить сюда эти веники?! В сценарии никаких роз нет! И вообще, Нэнси, не верти головой, ты должна смотреть только на Карла!
Но девушка словно не слышала его. Она потянулась к цветам, вдыхая их аромат, и, бросив ещё один быстрый взгляд на Джона, буквально засияла.
— Стоп! Стоп кадр! — Режиссёра едва не хватил удар. — Нэнси, из-за твоих капризов придётся переснимать всю сцену заново. Ты что, хочешь торчать за этим столом до самой ночи?
— Джек, — мягко, но с вызовом произнесла Нэнси, — ну какая женщина устоит перед такой красотой?
— Я так и знал, что вы мне всё сорвёте! — шипя от ярости, словно разъярённый гусь, режиссёр подлетел к столу Джона. — Может, вы всё-таки соизволите пересесть?!
— Нет, — спокойно и уверенно отрезал Джон. — Отсюда мне открывается прекрасный вид на вашу актрису.
— Тогда жрите быстрее и проваливайте! — грозно бросил Джек и нервно зашагал обратно к камере.
Тем временем парочка за столом вела на камеру какой-то серьезный разговор. Однако в самый драматичный момент Нэнси снова отвлеклась на Джона и заразительно, от всего сердца рассмеялась. Джон не выдержал и хохотнул в ответ.
На лицо режиссера было жалко смотреть. Джек объявил очередной дубль, то и дело бросая на Джона испепеляющие взгляды в надежде, что тот наконец уберется. Но Джон никуда не спешил — в пику кинематографистам он вальяжно заказал десерт: ягодное желе и приличный кусок торта.
— Стоп! — окончательно сорвался режиссер. — Мы продолжим только после того, как этот господин покинет зал!
Демонстративно шагнув к соседнему столику, Джек рухнул в кресло и принялся буравить Джона тяжелым взглядом. Напряжение на площадке спало, съемочная группа расслабилась. И вдруг произошло то, чего никто не ожидал: Нэнси поднялась со своего места и направилась прямиком к Джону.
— Спасибо за цветы, это роскошный букет, — она грациозно протянула ему руку.
Джон поднялся и запечатлел на ее ладони мягкий, едва ощутимый поцелуй.
— Меня зовут Нэнси.
— Джон, — улыбнулся он и вежливым жестом указал на пустующее кресло напротив. — Насколько я понял, пока я здесь, искусство поставлено на паузу.
Нэнси, к удивлению всей группы, легко опустилась в предложенное кресло.
— Я точно видел вас на экране, — продолжил Джон, возвращаясь на свое место, — но в жизни вы выглядите еще пленительнее. Кстати, какие у вас планы на вечер?
— На вечер? — Нэнси на секунду замешкалась. — Но вы же видите, съемки в самом разгаре. Боюсь, к концу смены я буду уставшей как черт и усну сразу, как только солнце зайдет за горизонт.
— И все же, может, поужинаем вместе? — Джон тепло улыбнулся, поймав ее взгляд. — Зачем далеко ходить, можно прямо здесь. Не знаю, удастся ли вам по-настоящему поесть в кадре, но местная кухня бесподобна. Ну так как? Обещаю лично доставить вас до дома в целости и сохранности, чтобы вы могли спокойно отдохнуть.
— Даже не знаю… — смутилась девушка, отведя глаза. — Мы ведь совершенно не знакомы.
— Вот и познакомимся, — его обаятельная улыбка окончательно растопила лед. — Что в этом плохого? Или вас смущает мой рабочий вид? Ради такого случая я готов сменить комбинезон на парадный костюм.
— Дело вовсе не в костюме, — задумалась Нэнси. На ее губах заиграла загадочная полуулыбка. — Что ж… Не обещаю, но я постараюсь освободиться часам к восьми. Вас устроит?
— Прекрасно! — Джон не скрывал восторга. — Пожалуйста, постарайтесь.
Оказывается, все это время режиссер внимательно прислушивался к их разговору. Терпение Джека лопнуло, и он бесцеремонно вклинился в их беседу.
— Нэнси! — грозно сверкнул глазами режиссёр. — Какие ещё встречи? У нас впереди две недели изнурительных съёмок. Завтра же будешь выглядеть как выжатый лимон! Извините, мистер, — Джек резко развернулся к Джону, — убедительно прошу вас не срывать нам рабочий процесс.
— А я разговариваю не с вами, а с прекрасной дамой, — хладнокровно усмехнулся Джон. — И уверяю, я не собираюсь её красть. К тому же мы уже обо всём договорились. Правда, Нэнси?
Девушка с улыбкой кивнула. Заметив, что Джон отправил в рот последнюю ложку десерта, она поднялась со своего места. Джон тоже встал. Обойдя стол, он мягко перехватил её пальцы и снова запечатлел поцелуй на изящной ручке.
— Значит, до вечера, — негромко произнёс он.
Едва Нэнси направилась к съёмочной зоне, Джон расплатился с официантом и двинулся к выходу под явный, облегчённый вздох режиссёра. Уже у самых дверей он обернулся и перехватил взгляд актрисы. Джон коротко взмахнул рукой, и Нэнси ответила ему тем же.
В мастерской он пробыл недолго: раздал чёткие указания рабочим и сразу поехал домой. Его просторная трёхкомнатная квартира встретила тишиной. До восьми вечера оставалось уйма времени. Измотанный армейской привычкой засыпать в любую свободную минуту, Джон прилёг на диван и уже через четверть часа крепко спал.
Ровно в шесть сработал внутренний будильник. Джон подскочил и бросился к шкафу. На выбор у него было два выходных костюма. Тщательно примерив оба, он остановился на строгом тёмном варианте, безупречно подобрав к нему свежую рубашку и галстук.
В ресторан Джон прибыл за полчаса до назначенных восьми. Он заблаговременно забронировал их дневной столик, чувствуя, как внутри нарастает лёгкий мандраж. Мысли в духе «придёт или обманет?» не давали покоя, хотя интуиция упрямо твердила: она будет.
Наконец, минута в минуту, в дверях показалась Нэнси. Она была ослепительна. Однако Джон тут же помрачнел: её сопровождал молодой человек. Мужчина выглядел ухоженным и, признаться, довольно симпатичным, но Джону он инстинктивно не понравился с первого же взгляда. Переборов секундное замешательство, Джон поднялся и пошёл им навстречу.
— Вот, Джон, я сдержала своё слово, — проворковала Нэнси, однако в её голосе скользнула непривычная суетливость, и она отвела глаза. — Надеюсь, ты не против компании моего жениха, Питера?
Джон молча пожал протянутую руку парня, и все трое проследовали к столу. Нэнси демонстративно уселась рядом со своим спутником, оставив Джона напротив.
— Сразу хочу пояснить, — наконец подняла она прямой взгляд на Джона, словно пытаясь оправдаться. — Питер у меня потрясающий и очень добрый. Он абсолютно спокойно смотрит на мои маленькие причуды и даёт мне полную свободу в решениях и поступках.
— Милая, — тут же приторно улыбнулся Питер, накрыв её ладонь своей, — но мы ведь договорились, что такая вольница продлится только до нашей свадьбы?
— Ах, да… Наверное, именно поэтому я её и оттягиваю, — Нэнси принужденно рассмеялась, но тут же добавила серьёзнее: — Если честно, на свадьбу совсем нет времени. Мне уже предложили несколько крупных ролей. А эту, ради которой мы здесь, я даже в расчёт не беру.
— Бедняжка, — вздохнул Питер, — она буквально горит на работе. Признаться, я был жутко удивлён, когда она сегодня так спонтанно собралась в ресторан.
— А ты тоже снимаешься в кино? — прямо спросил Джон, решив перехватить инициативу. — И вообще, мы здесь все примерно одного возраста. Предлагаю для удобства перейти на «ты».
— Я только за, — парень заметно замялся. — Нет, к кинематографу я не имею никакого отношения.
— Он вообще нигде не работает, — безжалостно вставила Нэнси. — У него отец — известный банкир. Так что Питер просто живёт в своё удовольствие. А ты чем занимаешься, Джон?
— Я простой владелец автомастерской, хотя и довольно крупной, — усмехнулся Джон. — Но давайте оставим дела за порогом.
— Да-да, конечно, — с явным облегчением отозвался Питер и поспешно углубился в меню, которое вовремя принёс официант. — Кстати, Джон, что будешь пить? Нэнси предпочитает хорошее красное вино, а я — виски.
— Пожалуй, я поддержу компанию прекрасной дамы, — сразу же отрезал Джон.
— Что ж, а я не люблю эту кислятину. Мне виски, — бросил Питер подошедшему официанту.
Пока они изучали меню и делали заказы, Джон поймал себя на странном наблюдении. Они с Питером были не просто ровесниками — они оказались удивительно похожи: один рост, схожее крепкое телосложение и даже общие черты лица. Будто два отражения, но из совершенно разных миров.
Вскоре на столе появились напитки. Официант ловко наполнил бокалы.
— Предлагаю выпить за Джона, — неожиданно произнесла Нэнси. Она подняла свой бокал и лукаво посмотрела на спутника: — Питер, я знаю, ты не станешь ревновать, но сознаюсь: наш новый знакомый мне чертовски понравился. И далеко не только внешне. Его выходка с розами прямо во время дубля просто уничтожила Джека — это наш режиссёр, — пояснила она Джону. — Ну, за тебя, Джон! И за наше первое… надеюсь, не последнее свидание.
Они чокнулись. Джон и Нэнси выпили до дна, а Питер одним глотком осушил свой стакан.
— И как тебе Нэнси? — нарочито небрежно спросил Питер, промокая губы салфеткой.
— Она ослепительна, — галантно ответил Джон. — Я пока не знаком с её актёрским талантом, но, кажется, уже успел влюбиться.
Джон внимательно наблюдал, как Питер, игнорируя пустые бокалы спутников, молча плеснул себе в стакан ещё виски «на два пальца» и тут же заглотил спиртное. После чего потянулся за бутылкой снова.
— Дорогой, — с мягким упрёком заметила Нэнси, перехватив его руку, — прошу тебя, не налегай на алкоголь. Мы всё-таки в гостях.
После сытного ужина, когда Питер уже едва держался на ногах, в зале заиграла медленная, чувственная музыка. Многие потянулись к танцполу. Джон, не упуская момента, увлёк Нэнси за собой и уверенно вписался в круг танцующих. Он прижимал её к себе — близко, властно, а она не только не сопротивлялась, но и подавалась навстречу, заставляя его сердце биться в бешеном ритме. У Джона перехватило дыхание. В полумраке он коснулся губами её шеи, а в финале танца Нэнси сама приподнялась на цыпочки. Их губы встретились в коротком, но обжигающем поцелуе.
— Что это со мной? — тихо, словно испугавшись собственного порыва, спросила она, когда музыка стихла. — Неужели я и правда влюбилась, как девчонка?
— А разве я этого не достоин? — прошептал Джон ей самое ухо. — Чёрт бы побрал этого Питера… Как же я хочу остаться с тобой наедине.
— Я тоже, — Нэнси опустила глаза.
Вино и внезапная близость кружили обоим головы.
— Только нам от него теперь не отделаться, — вздохнула она.
Питер действительно наблюдал за ними тяжёлым, стеклянным взглядом. Он явно заметил их поцелуй и на следующий танец упрямо повёл Нэнси сам. Он то и дело пытался привлечь её к себе и поцеловать, но девушка технично уклонялась, а сам Питер из-за выпитого едва не потерял равновесие.
Спустя час, когда время перевалило за полночь, они наконец решили уходить. Подняться самостоятельно Питер уже не мог. Джону и Нэнси пришлось подставить парню свои плечи и буквально вытаскивать его из зала. Как Джон ни настаивал на оплате, Питер упрямо швырнул на стол пачку банкнот, даже не считая. Благодарный официант ещё долго кланялся им вслед.
На улице бесчувственного жениха загрузили на заднее сиденье автомобиля. Джон сел за руль, Нэнси устроилась рядом. Едва машина тронулась, их захлестнула новая волна безудержного притяжения. Пользуясь тем, что Питер крепко уснул сзади, они то и дело сливались в долгих, украдких поцелуях на светофорах.
— Поехали ко мне, — прошептала Нэнси, коснувшись его плеча. — У меня большой дом, места хватит всем. Только веди осторожно, дорогой, мы ведь тоже пригубили лишнего.
Джон вёл машину спокойно и уверенно. Вскоре они припарковались у аккуратного, стильного особняка.
— Ну вот, я здесь живу, — весело улыбнулась Нэнси, выходя из салона. — Ты сам с ним справишься?
Джону стоило немалых усилий растолкать Питера и дотащить его до крыльца. Внутри дом оказался уютным и изысканным, повсюду витал тонкий, едва уловимый аромат дорогих духов хозяйки. Джон довёл хмельного спутника до первого попавшегося дивана в гостиной и уложил спать.
В этот момент в дверях появилась Нэнси. Она уже успела сбросить вечернее платье, сменив его на лёгкий шёлковый халат, и мягко потянула Джона за руку за собой. Её спальня встретила их полумраком. В следующее мгновение всё потонуло в хмельном тумане накопившейся за вечер страсти. Весь мир сузился до размеров этой комнаты. Оставив за порогом условности, обязательства и здравый смысл, они растворились друг в друге. Это было падение в сладкую, кружащую голову бездну, где время остановилось для них двоих до самого рассвета. Изнурённые нахлынувшим чувством, они уснули в обятиях друг друга ближе к утру.
На следующее утро, открыв глаза, Джон не узнал комнату. Это точно была не та спальня, где они провели ночь: обои другого цвета, да и мебель совершенно иная. В дверь негромко постучали, и на пороге появилась Нэнси. На её лице сияла лучезарная улыбка.
— Милый, — она подбежала к кровати и нежно поцеловала его в губы, — я вчера проводила тебя сюда, когда ты уже засыпал на ходу. Ты был похож на лунатика. И вообще… мне было просто чудесно с тобой. Только, пожалуйста, ни слова Питеру о том, что произошло.
— А что, он уже на ногах? — Джон понял, что проснулся последним.
— Встал с дикой головной болью и уже успел пропустить пару порций виски. Он у меня алкоголик, с этим приходится мириться. Если бы не его влиятельный папаша-банкир, я бы давно его бросила. Извини, я вовсе не корыстный человек, но упускать такую партию было бы глупо.
— Твоё дело, — задумчиво ответил Джон и начал подниматься.
Нэнси выскочила из комнаты. Джон быстро привёл себя в порядок в ванной, оделся и вышел в просторный холл. У стеклянного журнального столика на диване сидел Питер. Перед ним высилась бутылка шотландского скотча, но стакан был всего один. На парня было жалко смотреть: руки у него так дрожали, что он с трудом подносил выпивку к губам.
— Привет честной компании, — бодро произнёс Джон, хотя лёгкий хмель всё ещё шумел в его собственной голове. — Как спалось?
— Наконец-то, Джон! — Питер выдавил подобие улыбки. — Появился хоть один мужик, с которым можно нормально выпить. — Он тяжело поднялся на ноги и потянулся к бару за вторым стаканом. — Кстати, знатно вы меня вчера споили. Надеюсь, вы тоже неплохо провели эту ночь? — он подозрительно прищурился, переводя взгляд с Джона на Нэнси.
— Не знаю, как остальные, но лично я спал как убитый, — твёрдо и спокойно отрезал Джон.
— Я тоже уснула мгновенно, — подыграла Нэнси. — А о тебе, Питер, и говорить нечего, мы тебя на руках в дом заносили.
— Что ж, бывает, — буркнул Питер, не поднимая глаз, и налил Джону щедрую порцию.
Они чокнулись и выпили. В этот момент в прихожей резко залился трелью дверной звонок, и через секунду в холл буквально влетел режиссёр. Джек был взвинчен до предела.
— Нэнси! — рявкнул он с порога. — Ты вообще собираешься сегодня работать, или планируешь круглосуточно торчать в компании этих пропойцев?! — Он бесцеремонно схватил её за плечо и развернул к себе. — Живо! У тебя пять минут на сборы, и едем на площадку.
Измотанный режиссёр обессиленно рухнул в свободное кресло.
— Плеснули бы и мне виски… С самого утра все нервы вытрепали, надо хоть как-то успокоить сердце, — взбудораженно выдохнул он и вдруг грозно уставился на Джона: — Кстати, это ведь ты мне вчера сорвал съёмку в ресторане?
Питер с явным удовольствием достал третий стакан и наполнил его.
— Я просто там обедал, — с улыбкой ответил Джон. — Не скрою, Нэнси очаровала меня с первого взгляда. Да и что в этом, собственно, криминального?
— Ладно, проехали, — проворчал Джек. — Давайте выпьем.
Мужчины синхронно опрокинули стаканы. В этот момент из спальни вышла Нэнси — она уже успела переодеться в то самое эффектное платье, в котором была вчера.
— Прекрасно! — Джек тут же вскочил с кресла. — В общем, вы двое остаётесь допивать, а мы поехали.
— Джек, а можно мне поприсутствовать на съёмочной площадке? — как бы между прочим спросил Джон. — Конкретно на тех сценах, где играет Нэнси. Мне сегодня совершенно нечего делать, а сидеть здесь и квасить с Питером — удовольствие ниже среднего.
— Да, Джек, милый, давай возьмём его с собой, — запрыгала вокруг него Нэнси. — Вот увидишь, он не станет мешать, я за него лично ручаюсь. — Она умоляюще взяла режиссёра за руку.
— Самое большее, что я могу сделать — это пустить его на студию, — смягчился тот. — Ладно, если вы готовы, по коням.
Нэнси подошла к Питеру и небрежно поцеловала его в макушку.
— Не напивайся, — бросила она на прощание.
Подхватив Джона под руку, она увлекла его к выходу. Джек сам сел за руль, а новоиспечённые любовники устроились на заднем сиденье. Стоило машине тронуться, как они снова начали упоённо целоваться, совершенно не смущаясь водителя.
— А как же твой Питер? — не выдержал Джек, косясь в зеркало заднего вида. — Он вообще в курсе, что вы тут…?
— Не в курсе, и знать ему не положено, — отмахнулась Нэнси. — Теперь он уйдёт в запой дня на три. Что же мне, по-твоему, нянчиться с ним? Считай, что Джон теперь мой самый близкий и лучший друг.
— Быстро же ты… За один день человека окрутила, который к тому же ещё и не закончился. Ну и ладно, делай что хочешь. Но учти: на площадке забудь обо всём. В твоей голове должен остаться только сценарий!
— Конечно, Джек. Так и будет.
Вскоре они прибыли на студию, где съёмочную группу уже ждал микроавтобус, доверху напичканный аппаратурой. К сожалению, свободного места для Джона в нём не нашлось. Чтобы не обуживать команду, он поймал такси и решил вернуться к особняку за собственной машиной.
Подъехав к дому Нэнси, Джон заглянул внутрь и застыл в изумлении. Питер, едва державшийся на ногах, уже вовсю развлекался в компании трёх очаровательных девиц. Заметив гостя, хозяин дома сделал ему двусмысленные знаки, бесцеремонно втянул в холл и запер входную дверь на ключ. Изнутри доносился весёлый смех. Питер вальяжно представил своих гостей:
— Знакомься, это Лиза, тоже известная актриса, — он указал на симпатичную блондинку. — Это Мэри, — девушка с короткой челкой мило улыбнулась. — А это — Джейн. Все три — восходящие звёзды экрана, неужели ты не видел их в кино?
— Возможно и видел, — скромно ответил Джон, присаживаясь на край свободного кресла, и назвал своё имя.
— Тогда давайте выпьем! — торжественно объявил Питер.
Он плеснул себе свежую порцию виски, а девушкам разлил остатки белого вина из распечатанной бутылки.
— Не дрейфь, Джон, Нэнси объявится только к вечеру, Джек её раньше времени со съёмок не отпустит. Ну а мы пока неплохо скоротаем время. Правда, Лиз?
С этими словами Питер сгреб блондинку в охапку и страстно впился в её губы. В ту же секунду Мэри поднялась с дивана, неспешно обошла столик и грациозно опустилась на поручень кресла Джона, по-хозяйски обвив его шею тонкой рукой.
Только сейчас до Джона окончательно дошло, в какую ловушку он угодил. Судя по всему, Питер регулярно устраивал подобные оргии за спиной невесты, да и молодые актрисы, пока сидели без ролей, охотно развлекались за чужой счёт. Разумеется, банкет полностью оплачивал папочка-банкир.
После очередного тоста Мэри недвусмысленно склонилась к лицу Джона и страстно поцеловала его в губы. Она была чертовски хороша, но воспоминания о прошлой ночи сковали его движения. Джон не хотел предавать Нэнси. В этом доме всё явно строилось на слишком свободных, циничных отношениях, которые были ему чужды. Намеренно прервав затянувшийся поцелуй, он потянулся к бутылке и поспешно наполнил стакан Питера. Тот, покачиваясь, дошёл до выдвижного бара, достал очередную бутылку вина, откупорил её и щедро плеснул остальным девичьим компаниям. Гостьи беспечно болтали о чём-то своём и расслабленно хохотали.
Так пролетел час. Питер окончательно потерял способность держаться на ногах. Уцепившись за Лизу, он с её помощью поднялся и поплёлся в ближайшую спальню. Мэри тут же попыталась увлечь Джона в другую комнату, но тот вовремя и решительно освободился от её хватки. Быстро накинув плащ, он выскользнул за дверь.
Усевшись в машину, Джон первым делом поехал к себе. Дома он с облегчением переоделся в привычную одежду и устало прилёг на диван. Алкоголь и тяжёлая атмосфера богемного вертепа сделали своё дело — Джон мгновенно отключился.
Когда он открыл глаза, день уже перевалил за полдень. Чувствовал он себя прекрасно, но внутри настойчиво зудело непривычное ощущение пустоты — ему явно кого-то не хватало. В памяти тут же ожили чувственные мгновения прошедшей ночи.
«Нэнси… — пронеслось в мыслях. — Ну и где ты сейчас? Чёрт, я ведь даже не взял её номер телефона! Хотя она, скорее всего, занята по горло на площадке с этим неугомонным Джеком». В голову закралась внезапная мысль: «А как же Карл, её напарник по сценарию? Интересно, она спит и с ним тоже?»
Странно, но к Питеру он Нэнси больше не ревновал. Тот был законченным алкоголиком, бабником и трутнем. Джон ни на секунду не верил, что эта свадьба вообще когда-нибудь состоится. Напротив, он прекрасно понимал мотивы девушки. Скорее всего, Нэнси приехала из какой-нибудь глуши, пробилась в большом городе, сделала карьеру, а заодно нашла отличную дойную корову в лице Питера и его богатого папаши-банкира. В том, что роскошный особняк актрисы содержался на их деньги, Джон ни капли не сомневался.
Он взглянул на часы — время неумолимо близилось к вечеру.
«Поеду к ней. Буду ждать её дома», — окончательно решил Джон.
Он снова сменил одежду на строгий костюм, запер квартиру и спустился к автомобилю. По пути заскочил в автомастерскую. Убедившись, что ремонт идёт полным ходом и рабочие справляются без него, Джон направился к дому Нэнси.
Входная дверь, к его удивлению, оказалась не заперта. Шагнув в холл, Джон поморщился: внутри царил филиал дешёвого борделя. Повсюду валялись пустые бутылки из-под вина и скотча, на столах сиротливо громоздились остатки еды. Нэнси ещё не возвращалась. Заглянув в спальни и убедившись, что Питер спит мертвецким сном, Джон привычно засучил рукава. Всего за час он полностью ликвидировал следы чужого погрома и навёл безупречный порядок.
Едва он успел устало опуститься на диван, как в прихожей оглушительно хлопнула входная дверь. На пороге показалась вымотанная хозяйка дома. Джон рванулся навстречу, крепко перехватил её в охапку и, увлекая в глубокий, головокружительный поцелуй, закружил по холлу.
— Как же я по тебе соскучился! — не удержался он.
— Я сильнее, — выдохнула она, высвобождаясь из его объятий. — Считала часы до конца смены. Но, кажется, Джек сегодня остался доволен. Питер спит?
— Откуда ты… — Джон искренне удивился.
— Небось, и подружки его успели тут наследить? — Нэнси окинула холл внимательным взглядом. — Скажи честно, это ты навёл здесь этот идеальный порядок? А может, вы развлекались тут вместе, а, Джон?
— Нет, я сбежал, — просто ответил он. — Хотя его приятельницы, надо признать, были весьма недурны собой.
— Я видела их на студии под конец дня. По-моему, они были уже в стельку пьяны и быстро куда-то испарились.
— Погоди, — Джон в замешательстве потер затылок. — Ты так спокойно об этом рассуждаешь… Питер вообще-то твой жених. Неужели внутри ничего не ёкает?
— Ха! Нашёл кого ревновать, — усмехнулась Нэнси. — Тебя я ревную, скрывать не стану. Но только не Питера. Он обыкновенный оболтус, который висит на шее у отца и безропотно оплачивает все мои счета. А чем он занимается в моё отсутствие — его личные трудности.
— Но вы ведь планировали пожениться?
— Планировать можно годами. Да, мы собираемся, только я в эту свадьбу давно не верю. Но и разочаровывать своего ненаглядного женишка пока не спешу — пусть надеется. А сейчас… пойдём со мной.
Её пальцы мягко скользнули по его галстуку, увлекая за собой в спальню. Следующий час стал для них настоящим медовым месяцем. Они жадно насыщались друг другом, словно не виделись целую вечность, растворяясь в неистовой, хмельной нежности.
Наконец, уставшие, но счастливые, они поднялись и оделись. Примерно в это же время в гостиной послышались тяжёлые шаги. Из спальни вышел Питер — жутко помятый, похмельный, а перегар от него разил на километр.
— Что, воркуете, голубки? — беззлобно, но с заметным ехидством прохрипел он и поплёлся прямиком к бару. Плеснув себе полстакана виски, он тяжело рухнул в кресло. — Как прошёл день, дорогая?
— На редкость спокойно, что для Джека большая редкость. А твой?
— Пил и спал, всё как обычно, — хмуро буркнул Питер. Затем его взгляд, налитый тяжёлой подозрительностью, переместился на гостя: — Кстати, а что здесь второй вечер подряд забыл Джон? Мы вообще-то жених и невеста, и, возможно, нам тоже хочется интимного уединения.
— Разве тебе его сегодня было мало? — невинно вскинула брови Нэнси, намекая на его дневных гостей.
— Джон, ты предатель! — Питер резко подался вперёд, и в его голосе прорезалась злость. — Дорогая, не слушай его! Да, у нас были гости, скрывать не стану. Но поверь, я выбрал тебя, и другие бабы мне даром не нужны. А вот что вытворял твой Джон с Мэри… об этом я, пожалуй, тактично промолчу.
— Ничего я не делал, и ни с кем, так что следи за языком, — в голосе Джона звенящим металлом отозвалось едва сдерживаемое раздражение. — А насчёт твоих похождений — я тут ни при чём. Твоя невеста узнала обо всём сама. Кстати, в твоём нынешнем состоянии я вообще сильно сомневаюсь, что ты как мужчина на что-то способен.
— А может, проверим, любимая? — Питер с вызовом повернулся к девушке.
— Джон абсолютно прав, — неожиданно рассмеялась Нэнси. — И он мне ничего не рассказывал. Твои девицы топчутся здесь далеко не в первый раз, так что секрет полишинеля не удался. Да и насчёт твоего мужского бессилия Джон тоже попал в точку: с таким количеством алкоголя ты всегда превращаешься в мебель. Так что избавь меня от своих притязаний.
— Сговорились, значит… — зло прошипел Питер. — Наверное, сами девки и растрепали. Ну а насчёт близости… — он тяжело вздохнул, — может, ты и права. Ничего, я наверстаю упущенное, как только приду в себя.
— И когда же наступит этот светлый день? — иронично усмехнулась Нэнси. — А пока сиди, пей и помалкивай.
Питер угрюмо замолчал. Не глядя никому в глаза, он налил себе ещё полстакана. Тем временем Нэнси увлечённо делилась тем, как прошёл её рабочий день.
— Сегодня по сценарию пришлось целоваться с этим Карлом, — поморщилась она на одном из эпизодов.
— Вот видите! — тут же подхватил Питер, чей язык уже заметно заплетался. — Что мне приходится выносить? На какие вещи я закрываю глаза ради любимой!
Спустя час Джону и Нэнси снова пришлось конвоировать в спальню бесчувственное тело хозяина дома. Избавившись от его присутствия, они уехали в тот самый итальянский ресторанчик Ромы, где прекрасно провели остаток вечера. Вернувшись в особняк, они сразу же уединились в спальне. Эта ночь, наполненная неистовой нежностью и взаимным притяжением, пролетела как один миг, и под утро они уснули в объятиях друг друга.
Назавтра все проснулись примерно в одно время. Однако на этот раз Питер проявил неожиданную трезвость и наглость. Он демонстративно зашёл в спальню к Нэнси и не покидал её комнату, пока они оба не оделись. Джон предпочёл проигнорировать эту глупую провокацию, не проронив ни слова. Зато Нэнси наградила жениха таким испепеляющим взглядом, словно искренне желала ему раствориться в воздухе.
За завтраком, который они провели втроём, напряжение немного спало. Столкнувшись за чашкой кофе, все делали вид, будто вчерашних обид не существовало.
— Джон, — заговорщически подмигнул Питер, — ты ведь останешься сегодня со мной? Я же умру тут от скуки. Клятвенно обещаю: ни грамма виски.
Джон бросил короткий взгляд на Нэнси и отрицательно покачал головой.
— Извини, Питер, но сегодня я еду на площадку вместе с Нэнси. Проведу там весь день. Хочу своими глазами увидеть, как создаётся кино и чем живут актёры в перерывах между дублями.
— Джон… — неожиданно вмешалась девушка, и в её голосе проскользнули странные, предостерегающие нотки. — Может быть, в другой раз?
Она вызывающе и прямо посмотрела ему в глаза.
— Ха! — Питер вдруг победно расплылся в улыбке. — Ну конечно! У неё ведь сегодня по плану постельная сцена!
— Да, ты угадал, — не поднимая глаз, глухо ответила Нэнси. — И что с того? Это моя работа.
— А ты расскажи ему сама, дорогая, что обычно происходит после таких съёмок, — Питер подался вперёд, и на его лице заиграла зловещая ухмылка. — Расскажи чистую правду. Я-то к этому привык, а вот Джон, поверь мне, будет глубоко шокирован. Если утаишь ты, это сделаю я.
— О чём ты говоришь? — Джон нахмурился, чувствуя, как внутри зарождается нехорошее предчувствие.
— Ладно, от неё правды не дождёшься, — усмехнулся Питер, торжествуя. — В общем, слушай, приятель. Они на этих съёмках в постели так сильно перевозбуждаются, что потом вместе исчезают на весь вечер и всю ночь. Так что Нэнси сегодня к ужину можешь даже не ждать.
— А ты что, когда-нибудь со свечкой над нами стоял? — сверкнула глазами Нэнси.
— Это правда, Нэнси? — тихо, сдерживая подступающий к горлу ком, спросил Джон.
— Ну и что здесь такого? — она демонстративно развела руками, пряча за этим жестом неловкость. — Мимолётная связь между актёрами, играющими любовь на экране. Между прочим, Карл — симпатичный парень. На съёмках подобных сцен эротическое напряжение порой зашкаливает до предела, мы ведь живые люди, а не роботы в кадре. Поэтому я иногда делаю исключение, чтобы просто снять этот стресс. Зато потом мы остаёмся хорошими друзьями.
— Она только забыла добавить, — подал голос Питер, — что после таких дублей возбуждается ещё и режиссёр. Так что «напряжение» ей приходится снимать сразу у двоих. Разве я не прав, милая?
— Пошли вы оба к чёрту! — Нэнси окончательно вышла из себя. — Не нравится — никто вас здесь силой не держит! Да, у меня такая профессия. И что бы я, по-твоему, делала без протекции Джека? Сидела бы дома, как эти твои девицы? Я получила эту роль только благодаря ему и бесконечно ему благодарна. Мы же не дети, пора бы повзрослеть и всё понимать!
— Значит, путь к славе лежит через постель режиссёра… — негромко произнёс Джон, вспомнив эту избитую, но, как оказалось, правдивую фразу. Он в упор посмотрел на актрису: — Так и есть?
— Именно. Но не я это придумала. Так было, есть и будет в этом бизнесе.
— Вот видишь, Джон, — хмуро отозвался Питер, — теперь ты понимаешь, каково быть женихом кинозвезды? Каких моральных сил стоит закрывать глаза на её бесконечные романы и ночи на стороне? Тут не то что запьёшь…
— Зато взамен я закрываю глаза на твои оргии с моими же подругами! — Нэнси упёрла руки в бока. — Скольких ты уже перебрал в этом доме, может, отчитаешься?!
— Ладно, — жёстко прервал их Джон. — Прекратите эту семейную сцену. Или продолжайте её, но уже без меня. — Он на секунду задумался, борясь с удушающей обидой внутри. — Короче, Нэнси… Тебя действительно не ждать сегодня вечером?
— Да. Я буду занята до утра. Увидимся только завтра.
Нэнси резко развернулась и ушла собираться. Спустя полчаса, бросив парням сухое «пока» и дежурно поцеловав обоих в щеку, она захлопнула за собой входную дверь.
— Давай выпьем, — Питер тяжело поплёлся к бару. — Надо же как-то глушить известия о её очередных «творческих успехах». Надеюсь, теперь тебе всё ясно? Она спит с тобой, со мной, с режиссёром и со своим экранным партнёром. Не слишком ли много для одной тихой с виду девочки?
Он налил в стаканы виски на три пальца. Они молча выпили до дна. Настроение у Джона было никудышным, внутри всё выгорело, и крепкий алкоголь сейчас пришёлся как нельзя кстати.
Не прошло и часа, как в дверь снова позвонили. На пороге холла во всём составе появилась вчерашняя троица. Мэри, не теряя времени, сразу же по-хозяйски уселась к Джону на колени и обвила его шею руками.
— Ну уж нет, красавчик, — весело прошептала она ему в самые губы. — Сегодня ты от меня так просто не сбежишь. Питер, наливай!
Хозяин дома с готовностью звякнул бутылками. Спустя час алкоголь окончательно размыл границы дозволенного, и вся компания пребывала в тяжёлом хмельном тумане. Когда Мэри настойчиво потянула Джона за собой в гостевую спальню, у него уже не оставалось ни сил, ни желания сопротивляться этой глухой, мстительной страсти. Питер, покачиваясь, увёл Лизу в другую комнату. Вспыхнувшая в темноте близость принесла Джону лишь временное, дурманящее забытье, после чего они с Мэри мгновенно погрузились в глубокий, тяжёлый сон.
Проснулся Джон от нежного прикосновения — кто-то ласково гладил его по волосам. Открыв глаза, он с удивлением обнаружил рядом Джейн. Комната была залита полуденным светом. Девушка протянула ему бокал с вином. Сначала они молча осушили напитки, а затем поддались новому всплеску хмельного притяжения. Джейн была невероятно хороша, и Джон, словно пытаясь заглушить внутреннюю боль, снова растворился в этой мимолётной страсти, после чего опять провалился в глубокий сон.
Когда он окончательно пришёл в себя, за окнами уже сгущались вечерние сумерки. На этот раз место рядом с ним занимала Лиза. Её лукавый взгляд и откровенные ласки быстро пробудили в нём уснувшее желание. Вновь поддавшись искушению, они слились в едином порыве. Наслаждение длилось около получаса, после чего Джон, опустошённый и уставший, просто распластался на простынях.
В этот момент в спальню бесцеремонно заглянул Питер. Джон и Лиза поспешно прикрылись одеялом.
— Видишь, как всё чудесно складывается? — Питер был пьян, весел и явно доволен собой. — Ты оказался ничуть не лучше меня, и это просто отлично! Что, приятель, забыл уже про свою Нэнси? Не переживай, она сейчас развлекается точно так же, как и мы.
Хозяин дома достал из-за спины початую бутылку виски и щедро плеснул в стаканы. Они выпили за Нэнси, при этом Лиза тактично не проронила ни слова.
— Ну, что будем делать? — спросил Питер, вытирая губы. — Оставим девчонок ещё на одну ночь или отправим по домам?
— Отпусти их, — немного подумав, глухо ответил Джон. — Вдруг Нэнси вернётся раньше времени.
— Да не вернётся она, ну да ладно, как хочешь, — пожал плечами Питер.
Вскоре вся компания снова собралась в холле. Питер вальяжно достал пухлый бумажник и, не считая, отстегнул каждой девушке по тысяче долларов.
— Это вам на обновки, — небрежно бросил он.
Ни одна из них не смутилась и не отказалась — судя по всему, такие правила игры были здесь делом привычным. Каждая молча спрятала деньги в сумочку. Прощание вышло долгим, с дежурными поцелуями и объятиями, и наконец гостьи испарились за дверью.
— Я тоже поеду к себе, — Джон поднялся с дивана, чувствуя, как гудит голова. — Если Нэнси объявится — пусть наберёт мне. Кстати, ты случайно не знаешь, где они сегодня снимают?
— В отеле «Континенталь», — ухмыльнулся Питер. — Я знаю о ней абсолютно всё. Можешь заехать по дороге, если хочешь лично убедиться в моих словах.
Хмель ещё не полностью выветрился, и Джон, поддавшись глухому упрямству, повёл машину прямиком к указанному отелю. Судя по суете в вестибюле, съёмки завершились совсем недавно — техники как раз упаковывали тяжёлую аппаратуру.
— Привет, а где я могу найти Нэнси? — Джон перехватил одного из парней из съёмочной группы.
— Номер двести восемнадцать, — весело подмигнул тот.
Джон быстро поднялся на второй этаж, разыскал нужную дверь и уверенно нажал на ручку. Полотно не поддалось — заперто изнутри. Сердце забилось быстрее. Переборов секундное колебание, Джон настойчиво постучал.
— Какого чёрта?! — донёсся изнутри раздражённый мужской голос, и дверь резко распахнулась.
На пороге стоял заспанный Джек. За его спиной, в глубине номера, угадывались очертания широкой кровати, на которой укрывшись простынёй лежала женщина. Джон без труда узнал Нэнси.
— Извините, — глухо пробормотал он. — Ошибся номером.
Дверь перед его носом мгновенно захлопнулась. Внутри у Джона всё перевернулось, к горлу подступила липкая, удушливая горечь.
«Значит, Питер не солгал. Всё это — правда, — мрачно подумал он, спускаясь по лестнице в вестибюль. — Что ж, пускай. Зато теперь я полностью снимаю с себя вину за то, что за один день переспал с тремя другими женщинами».
Он вышел на улицу, сел в машину и погнал к своему дому. Родные стены встретили его спасительной прохладой. Джон наспех принял ледяной душ, налил себе полстакана виски и, осушив его одним глотком, повалился в постель. Обедать не хотелось — он смутно вспомнил, что днём они с Питером и девушками заказывали какую-то еду из ресторана. Джон закрыл глаза и провалился в небытие.
Следующее утро встретило его трезвой головой. Тщательно побрившись, он уехал на работу и с головой погрузился в дела автомастерской, стараясь не оставлять себе ни минуты на размышления. Лишь к вечеру, когда поток клиентов иссяк, Джон поймал себя на мучительной дилемме: ехать к Нэнси или нет? В памяти настойчиво всплывала картина из гостиничного номера, где всё было предельно ясно и цинично. Становилось тошно. Раз Нэнси вчера так и не объявилась, значит, до дома она попросту не добралась. Питер оказался прав на все сто процентов.
Пока он взвешивал все «за» и «против», тишину офиса нарушил телефонный звонок. На экране высветилось её имя. Нэнси взволнованным голосом сообщила, что вернулась со съёмок пораньше, но застала в особняке лишь мертвецки пьяного жениха. Она буквально умоляла Джона приехать, но тот, ведомый упрямой гордостью, сухо отказывался.
— Ладно! — не выдержала Нэнси на том конце провода. — Тогда я сама приеду к тебе.
Джон вспомнил, что накануне в порыве откровения записал ей свой домашний адрес. Коротко попрощавшись, он поспешил домой, чтобы наскоро прибрать в квартире.
Нэнси приехала ровно через час. Едва за ней закрылась дверь, она без лишних слов увлекла его за собой. На этот раз их близость напоминала безумный, отчаянный взрыв накопившейся страсти, в которой смешались её чувство вины и его уязвлённое самолюбие. Они самозабвенно отдавались друг другу больше часа, после чего, обессиленные, уснули в обятиях друг друга.
Наутро Нэнси уехала рано. Джон ещё долго лежал в пустой постели, перебирая в памяти подробности безумной ночи. Однако в эти сладкие воспоминания упрямо и безжалостно вклинивались другие образы: Джек на пороге гостиничного номера и ехидное лицо Питера, уверявшего, что Нэнси обязательно разделит постель ещё и с Карлом. Джон почувствовал, как внутри него ядовитой змеёй поднимается удушающая ревность. Мысленно он то яростно отталкивал от себя эту женщину, то снова крепко прижимал к сердцу.
— Нет, хватит! — Джон решительно сорвал с себя одеяло и поднялся с кровати. — С Нэнси пора кончать. Это не случайность и не мимолётная ошибка — она так живёт. Бог весть, с кем она спала до меня и с кем ляжет сегодня вечером. Зачем мне эта вечная головная боль? Разве вокруг мало других, достойных девушек, которые будут куда искреннее и преданнее, чем эта фальшивая кинодива?
Как раз в эту минуту надсадно завыл мобильный — на экране высветилось имя Нэнси. Джон подержал телефон в руке, колеблясь лишь мгновение, и решительно нажал на красную кнопку. Аппарат тут же зазвонил снова. Он повторил действие: разговаривать с ней сейчас не было ни малейшего желания. Джон твёрдо решил, что сегодня к ней не поедет. Пора было разрывать эту порочную связь раз и навсегда. Однако Нэнси могла заявиться к нему сама, а значит, вечером нужно куда-то исчезнуть.
«А может, просто честно поговорить с ней? — промелькнуло в голове. — Но зачем? Начнутся слёзы, фальшивые оправдания, мольбы…» Этого он хотел меньше всего. В чём он мог её упрекнуть? В том, что она ведёт себя как обычная актриса? Так она ею и является. «Ну и пускай катится дальше своей дорогой», — со злостью подумал Джон.
Собравшись, он уехал в автомастерскую и с головой ушёл в работу, пытаясь убить в суете весь день. Нэнси звонила ещё несколько раз, но безответно. Ближе к вечеру Джон набрал Питера, чтобы узнать, чем занят его приятель по несчастью.
— Дружище! — раздался в трубке весёлый, уже нетрезвый голос Питера. — А у меня разве есть выбор? Кстати, недавно звонила наша общая любовь. Видимо, завела новые шашни на стороне. Предупредила, что вернётся либо под утро, либо вообще её не ждать. Так что я девчонок не отпускаю, да и они особо не рвутся.
«Может, она имела в виду поездку ко мне? — подумал Джон. — Что ж, меня дома не окажется, так что прощай, дорогая! А может, и правда осталась с кем-то в отеле. Туда ей и дорога».
— Послушай, Питер, — переключился он на другую мысль. — А не хочешь провести эту ночь в баре? Только прихвати с собой девчонок, на твой выбор.
— В баре? — удивился тот. — Против этого я никогда не возражаю. Давай в «Хамелеон»? Там, если что, и приличные номера наверху имеются.
Джон знал про «Хамелеон» лишь понаслышке. Огромное круглосуточное заведение со стриптизом и приватными комнатами. То, что нужно, чтобы забыться.
— Договорились. И пока ты не передумал: за всё плачу я, — твёрдо заявил Джон.
— Отлично! Через часик буду там с двумя кралями. Возьму себе Лизу, а тебе оставлю Мэри. Устроит?
— Буду через час, — подтвердил Джон и отключил связь.
Заехав домой, он наскоро перекусил, чтобы не пить на пустой желудок после плотного обеда. Ровно в восемь Джон уже переступил порог бара. Питер и девушки ждали его у стойки. После коротких рукопожатий и дежурных поцелуев компания заняла уединённый столик и заказала спиртное. Подруги Нэнси уже были подшофе и вовсю веселились.
— Что это вдруг стряслось? — со смехом поинтересовалась Лиза, пригубив коктейль. — Небось, наша святоша Нэнси кинула вас обоих на растерзание скуке? Что ж, поделом ей! Зато мы сегодня оторвёмся от души. Пускай потом локти кусает.
— Насколько я слышала краем уха, её сегодня заказал один очень влиятельный миллионер, — добавила Мэри, небрежно поправляя причёску. — Кажется, на всю ночь.
— Как это — заказал? — Джон нахмурился, чувствуя, как внутри всё леденеет. — Она что… ещё и продаётся?
Вся троица дружно расхохоталась.
— Джон, ты точно словно с луны свалился! — сквозь смех выдавил Питер. — Популярных актрис частенько выписывают разные толстосумы. Особенно тех, кто сейчас на слуху. Покувыркаются ночь в элитных апартаментах, зато Нэнси положит в карман такой жирный куш, от которого просто глупо отказываться. Подобные заказы у них всегда принимаются на ура.
— Лично я никогда от таких предложений не отказывалась, — цинично вставила Лиза.
— Я тоже, — поддакнула Мэри. — Жаль только, зовут нечасто. На этот раз Нэнси крупно повезло.
— Но ведь это же самая настоящая проституция! — потрясённо воскликнул Джон.
— Называй это как хочешь, нам всё равно, — спокойно ответила Лиза, даже не подумав обидеться. — В нашей профессии нужно брать от жизни всё, пока дают. Когда молодость уйдёт, мы станем никому не нужны. Тем более в таких случаях щедрые покровители всегда дарят на память что-нибудь дорогое. А взамен требуют лишь немного внимания, на большее у этих стариков обычно сил не хватает. — И она легкомысленно рассмеялась.
Девушки перешли на крепкие коктейли. Джон с Питером пили виски — медленно, небольшими порциями, каждый погружённый в свои мысли.
— Ну вот, теперь ты знаешь изнанку этого глянцевого мира, — хмыкнул Питер после очередного глотка. — Что-то мне подсказывает, твой роман с Нэнси быстро сойдёт на нет. Ты всё слишком близко принимаешь к сердцу, приятель. А ты поставь себя на моё место. С волками жить — по-волчьи выть. Да, я топлю эту правду в алкоголе и не отказываюсь от общества доступных красоток. Если ты меня ещё не понял, то со временем обязательно поймёшь.
— Надо же… — пробормотал Джон.
Его настроение окончательно пробило дно, что тут же уловила Мэри. Она мягко, но настойчиво взяла его за руку и увлекла за собой. Они миновали тяжёлую бархатную штору, прошли по тускло освещённому коридору и оказались в уединённой приватной комнате, большую часть которой занимала широкая кровать. Хмель в голове и глухая обида на Нэнси сделали своё дело: Джон перестал сопротивляться. Мэри ласково привлекла его к себе, и в следующую секунду они растворились в неистовой, беспамятной страсти. Забывшись в её объятиях, Джон со стоном выплеснул всё скопившееся внутри напряжение.
— Ну вот, видишь, всё и прошло, — с улыбкой прошептала Мэри, склонившись над его лицом и убирая прядь волос с его лба. — Клин клином вышибают. Надеюсь, ты хоть на эту ночь забудешь свою Нэнси, и мы повеселимся как следует. Кстати, мне платить не нужно, так что ты в любом случае в выигрыше.
— А за комнату? — глухо спросил Джон, приходя в себя.
— Мелочи. За всё заплатит Питер, у его папочки денег куры не клюют. Ладно, одевайся, пора возвращаться. Нужно дать шанс и второй паре.
Когда они вернулись к столику, Питер с Лизой тут же поднялись и отправились тем же маршрутом. Джон заказал Мэри ещё один коктейль, а себе плеснул виски «на два пальца». Они выпили. Спиртное наконец подействовало, тупая боль притупилась, и Джон, обнимая сидящую рядом девушку, даже попытался казаться весёлым.
В какой-то момент он чисто машинально скользнул взглядом по входу в бар. У самого входа показались двое. Они были далеко, но у Джона буквально отвисла челюсть, а по спине пробежал ледяной пот. Ошибиться он не мог — это была Нэнси. Её сопровождал приземистый, грузный мужчина лет пятидесяти в безупречно сидящем дорогом костюме. Не обращая внимания на суету вокруг, они неторопливо направились к первому попавшемуся свободному столику.
— А вот и наша Нэнси… — сквозь зубы пробормотал Джон, кивая в сторону входа так, чтобы Мэри его услышала.
Девушка не сразу разглядела вошедших в полумраке, но когда её глаза наконец сфокусировались на паре у дверей, она цинично рассмеялась.
— О, я знаю этого типа. Он заказывает Нэнси с завидной регулярностью. Сейчас она его немного напоит для приличия, и они уедут в отель.
— А зачем в отель, если здесь, наверху, есть свободные номера? — глухо спросил Джон.
— Не тот уровень, милый. К тому же толстяк женат, у него солидный бизнес и куча внуков. Он предпочитает полную конфиденциальность, скрытую от любых назойливых глаз. Не переживай, у него хватит денег и на люкс в «Шератоне».
В этот самый момент Нэнси, пригубившая коктейль, неожиданно поперхнулась. Её блуждающий взгляд наткнулся на неподвижный, тяжёлый взор Джона. Актриса мгновенно густо покраснела и поспешно отвела глаза, уставившись в свою тарелку.
— Надо же было так столкнуться, — процедил Джон, чувствуя, как внутри закипает глухая ярость. — Что, во всём городе других заведений не нашлось?
— Да ты остынь, — Мэри ласково погладила его по ладони. — Зато слухи подтвердились. Не переживай, теперь, когда она заметила нас, а сейчас ещё и своего благоверного Питера увидит, они сбегут отсюда минут через тридцать.
Вскоре из коридора вернулись Питер и Лиза. Мэри тут же заговорщически указала им на столик, где устроилась Нэнси со своим спутником.
— Я его знаю, — лениво, без малейших эмоций отозвался Питер. — Давний клиент, присох к ней намертво. Она вас видела? Эй, гарсон! — он властно щелкнул пальцами, подзывая официанта. — Будь добр, отнеси вон за тот столик бутылку лучшего шампанского. И поживее.
Официант понятливо кивнул и испарился. Компания за столом Джона снова наполнила стаканы. Питер уже окончательно обмяк от алкоголя, но пребывал в на редкость благодушном настроении.
Мэри оказалась права. Шампанское к столику Нэнси доставили незамедлительно. Однако, едва пригубив игристое, актриса резко поднялась со своего места. Толстяк растерянно вскочил, пытаясь подставить ей локоть, но Нэнси стремительно, почти бегом направилась к выходу. Спутник смешно засеменил следом за ней.
— Вылетели как пробки, — пьяно расхохотался Питер, глядя им в спину. — Чертовски интересно, что она станет плести завтра вечером. Джон, я бы на твоём месте настоятельно советовал послушать её оправдания.
— Мне уже и так всё предельно ясно, — с тяжёлым вздохом ответил Джон. — Мда… Никогда бы не подумал, что у служителей искусства настолько непредсказуемая и грязная жизнь.
— Да забудь ты о ней, — махнул рукой Питер, приканчивая остатки виски. — Горбатого могила исправит. Теперь-то я вижу, что в этой гонке ты мне не конкурент. Такое дерьмо способны выдерживать только закалённые бойцы вроде меня.
— И ты после всего этого дерьма продолжишь уверять меня, что женишься на ней? — Джон с искренним отвращением посмотрел на приятеля.
— Ха-ха-ха! — Питер закинул голову и искренне рассмеялся. — В том-то и кроется вся прелесть игры, наивный ты человек! Вот увидишь, пройдёт лет пять, и Нэнси заметно поубавит свой пыл. Она повзрослеет, но ни капли не растеряет своей пленительной красоты. Ей всё чаще начнут приходить в голову мысли о тихой гавани, семье и детях, а не о сложных схемах — с кем, где и ради какой роли ей нужно переспать сегодня вечером.
— И ты готов покорно выдерживать этот цирк целых пять лет? — не поверил своим ушам Джон.
— Если я без проблем выдержал три года, почему бы не потерпеть ещё пять? Ладно, мы совсем забыли о наших прекрасных дамах. Поверь мне, сегодня мы можем совершенно спокойно заночевать в особняке Нэнси — она там точно не объявится. А вот завтрашний ужин… Как я уже говорил, мне бы очень хотелось, чтобы ты поприсутствовал. Мне-то её враньё до лампочки, а вот как она будет смотреть в глаза тебе? — Питер загадочно и зловеще улыбнулся.
— А почему ты не устраиваешь эти сборища у себя дома? Разве у тебя нет собственного жилья? — неожиданно поинтересовался Джон.
— Есть, конечно, и гораздо лучше этого, — цинично усмехнулся Питер. — Только не забывай, кто мой отец. Там приличный район, соседи… Поползёт дурная молва, что я устраиваю оргии. Родители свято верят, что я порядочный человек и предан исключительно своей невесте Нэнси. И у меня нет никакого желания их в этом разубеждать.
— Что ж, логично, — согласился Джон. — Тогда я ещё раз уединюсь с Мэри в приватной комнате и поеду к себе. А тебе оставлю на ночь обеих подруг, чтобы ты тут не скучал.
— Как знаешь. В нашей компании никто никого силой не удерживает, — безразлично развёл руками Питер.
Джон вернулся к Мэри. Ещё раз растворившись в её объятиях и немного притушив внутреннюю боль, он тепло попрощался с девушкой и покинул «Хамелеон». В голове шумел алкоголь, поэтому Джон вёл машину предельно осторожно. Однако, когда он поднялся на свой этаж и подошёл к дверям квартиры, у него перехватило дыхание от изумления. Прямо на ступеньках, прижав колени к груди, сидела заплаканная Нэнси.
— Пошли вовнутрь, — негромко произнёс он, даже не поздоровавшись, и открыл замок.
Нэнси молча переступила порог и заперла за собой дверь.
— Что, не сладилось с твоим богатым клиентом? — мрачно спросил Джон, проходя в гостиную. — Не сошлись в цене, или ты не смогла удовлетворить его изысканные запросы? Короче говоря, кто кого выставил за дверь?
— Я сама ушла… — из её глаз снова хлынули слёзы. — Джон, пожалуйста, не принимай всё, что тебе говорят, за чистую правду! Да, я во многом виновата перед тобой. Но я хочу покончить с этой грязью раз и навсегда. Я хочу быть только с тобой — жить, делить один дом и один хлеб. Поверь мне, я больше никогда тебе не изменю.
— Очень хотелось бы верить, — Джон пристально посмотрел на неё, пытаясь разглядеть фальшь. — Значит, предлагаешь начать всё с чистого листа?
— Да! С абсолютного нуля! — пылко воскликнула она. — У тебя есть что-нибудь выпить?
Джон достал бутылку виски, наполнил два стакана, и они молча выпили.
— Забудь про режиссёра, про этого толстосума, про Питера и Карла, — горячо заговорила Нэнси. — Больше ни с одним из них у меня ничего не будет. Но и ты пообещай мне никогда больше не прикасаться к подружкам моего бывшего жениха. Кстати, дай мне минуту, я должна кое-что сделать.
Она взяла со стола свой мобильный и быстро вышла в соседнюю комнату. Вернулась она буквально через пару минут, её глаза лихорадочно блестели.
— Чёрт, Питер уже в стельку пьян и ничего не соображает, на заднем плане только девичий хохот стоит. Но я чётко сказала ему, что с завтрашнего дня мы с тобой — жених и невеста. Скажи, Джон, я ведь всё правильно сделала?
— Правильно. Если только сможешь выдержать такую жизнь после всего твоего блеска, — глухо ответил он. — Кстати, это действительно все твои тайны? Или есть связи, о которых не догадывался даже Питер?
— Это всё, клянусь тебе! — уверенно отрезала Нэнси. — Налей мне ещё, полный стакан. Я хочу осушить его до дна. Мне просто жизненно необходимо сейчас напиться.
— Дело твоё, — Джон исполнил её просьбу.
Нэнси, давясь и сильно кашляя, всё же выпила крепкий алкоголь. Спустя несколько минут напряжение в её теле спало, взгляд потеплел, а на губах появилась мягкая улыбка.
— А теперь пойдём в спальню, — прошептала она, обвивая его шею руками. — Сегодня я сделаю всё, чтобы ты простил меня и наконец-то мне поверил.
Эта ночь стала для них рубежом. В их неистовой, сокрушительной близости уже не было места прежнему цинизму — только отчаянная попытка двух израненных душ спасти друг друга и удержать внезапно вспыхнувшее, настоящее чувство.
Нэнси полностью сдержала своё обещание: этой ночью она отдала всю себя без остатка, окружив Джона невероятной, исступлённой нежностью. Под утро он заснул совершенно опустошённым, но абсолютно счастливым.
Проснувшись, Джон обнаружил, что постель снова пуста — Нэнси успела подняться и незаметно ускользнуть. Он прекрасно понимал: рабочий процесс не ждёт, и въедливый режиссёр Джек спустит с неё три шкуры за малейшее опоздание. Солнце уже стояло высоко. Джон умылся, натянул спортивный костюм и опустился в кресло. В тишине квартиры он долго прокручивал в голове вчерашние признания Нэнси и её пылкие клятвы. Ему хотелось радоваться, но внутри всё равно селилась тревожная настороженность. Слова Питера об изнанке киномира намертво засели в подсознании.
Более того, перед самим Питером Джон внезапно почувствовал глухую вину. Ведь Нэнси в итоге предпочла его. Но надолго ли её хватит? К тому же Питер в последнее время вёл себя с ним по-приятельски, открыто делясь информацией. Просто так, за спиной, увести у него невесту казалось нечестным. Повинуясь внутреннему кодексу чести, Джон набрал номер особняка Нэнси. На том конце провода быстро сняли трубку.
— Питер, Нэнси ночевала у меня, — без предисловий, прямо сказал Джон. — Она пообещала, что между вами всё кончено. Извини, дружище, но теперь мы с ней — жених и невеста.
Вопреки ожиданиям, Питер не разозлился, а лишь громко, цинично расхохотался в трубку.
— Джон, какой же ты всё-таки наивный лопух! Неужели ты всерьёз ей поверил? Знаешь, сколько раз мы с ней начинали «новую жизнь» с чистого листа? Раз пятьдесят! И каждый божий раз она клялась мне всем святым. Нет, приятель, я на тебя зла не держу, в конце концов, это её выбор. Но готов забиться на пари: ваша счастливая семейная идиллия продлится максимум неделю. Бросай ты эту дурость и приезжай лучше к нам. Мэри шлёт тебе пламенный привет и говорит, что жутко скучает.
— Передай ей, что это взаимно. Но я всё-таки попробую поверить Нэнси, — твёрдо отрезал Джон.
— Что ж, попытка не пытка. Поговорим через неделю, если не раньше. Давай, держись там! — Питер оборвал вызов.
Этот разговор разбил приподнятое настроение Джона в пух и прах. Он долго мерил шагами комнату, сгорая от сомнений. Наконец, упрямство взяло верх, и он перезвонил Питеру снова, чтобы выведать, где сегодня развёрнута съёмочная площадка. Тот, как всегда, владел всей информацией.
На этот раз ключевые сцены снимали на городской набережной. Джон прыгнул в автомобиль и помчался туда. Пёструю толпу зевак и штативы аппаратуры он заметил издалека. Припарковавшись, Джон вышел на пирс. На площадке явно объявили перерыв. Нэнси стояла у края парапета и о чём-то яростно спорила с Джеком. Спустя минуту к ним подошёл Карл, мягко обнял актрису за плечи и увёл в сторону. Так они и остались стоять у перил, не размыкая объятий. Странно, но к Карлу Джон ревности не испытывал — даже зная об их постельных сценах в кадре. А вот к Джеку ревновал отчаянно. Режиссёр был для Нэнси и начальником, и наставником, и главным покровителем.
Дело шло к вечеру. Отсняв ещё несколько дублей, Джек приказал сворачивать лагерь. Напоследок он сам подошёл к Нэнси и по-хозяйски приобнял её за талию. Режиссёр что-то вкрадчиво шептал ей на ухо, приторно улыбаясь. Было очевидно, что он настойчиво уговаривает её поехать с ним. Джон замер, прекрасно понимая, к чему клонит Джек. Однако прошло полчаса, и Нэнси всё же ответила отказом. Режиссёр, судя по всему, грязно выругался, сплюнул под ноги и сердито зашагал к своей машине.
Но радоваться было рано. Буквально через минуту к Нэнси приблизился Карл. Короткое шептание — и девушка без колебаний покорно последовала за своим экранным партнёром. Джон двинулся следом, держась на расстоянии. Актеры сели в спортивное купе Карла. Джон быстро запрыг за руль собственного авто и, включив зажигание, медленно поехал за удаляющимися габаритными огнями.
Когда спортивное купе Карла затормозило у входа в уже знакомый бар «Хамелеон», у Джона тоскливо сжалось сердце. Сначала он неподвижно сидел в машине, борясь с желанием всё бросить и уехать, но затем вспомнил о приватных кабинках заведения и решительно направился внутрь. Он устроился у самого края барной стойки, в тени, где его было практически невозможно разглядеть.
Нэнси и Карл о чём-то увлечённо беседовали. Спустя время, осушив бутылку вина, актёр поднялся и галантно протянул спутнице руку. Джон весь напрягся, подавшись вперёд. Однако Нэнси осталась сидеть на месте и что-то строго ответила Карлу — судя по нахмуренному лицу мужчины, эти слова ему совсем не понравились. Так под неспешные разговоры и выпивку прошёл весь вечер, но Нэнси больше ни разу не позволила Карлу нарушить дистанцию.
«Молодец!» — мысленно ликовал Джон. Хмель уже шумел в его голове, но это была пьянящая гордость за любимую женщину. Наконец пара поднялась, Карл расплатился по счёту, и они направились к выходу. Джон незаметно последовал за ними. К его глубокому облегчению, Карл повёл машину прямиком к дому Джона. Высадив Нэнси у подъезда, актёр резко нажал на газ и скрылся в темноте. Джон припарковался следом и бросился догонять девушку.
Они столкнулись на лестничной площадке перед самой дверью. Нэнси шагнула в его объятия, они жадно поцеловались и только после этого вошли в квартиру.
— Как прошёл твой день? — с лёгкой улыбкой поинтересовался Джон, снимая куртку.
— Надеюсь, ты сегодня не караулил меня у моего особняка? — вопросом на вопрос ответила она.
— Не караулил и не собираюсь. Правда, я позвонил Питеру и открыто объявил, что забрал его невесту.
— И он, само собой, не стал устраивать истерик, — горько ухмыльнулась она. — Что ж, Джон, я сегодня честно сдержала свою клятву. Нажила себе двух врагов в лице Джека и Карла.
— Из-за чего, если не секрет?
— Просто отказалась ехать с ними в номера после съёмок. Думаю, ты прекрасно понимаешь, о чём речь.
— И что теперь будет?
— Ничего смертельного. Оба попытаются взять реванш, а пока будут демонстративно дуться и портить мне кровь на площадке.
— Ну, ты просто умница, — с искренним восхищением произнёс Джон. — За это стоит выпить.
Они наполнили бокалы, а затем уединились в спальне. Из-за сильной усталости и выпитого алкоголя их близость этой ночью была недолгой, но наполненной согревающим, умиротворяющим чувством защищённости. Вскоре они уснули в объятиях друг друга.
Назавтра Джон снова проснулся в одиночестве — Нэнси уехала рано. Голова после бурных дней неприятно гудела. Натянув привычную одежду, он отправился в автомастерскую. В последнее время Джон слишком часто отсутствовал, и рабочие сразу смекнули: у сурового шефа появилась женщина. Лишь его заместитель Стив, который по совместительству вёл бухгалтерию, осмелился отпустить по этому поводу дружескую шутку. Джон беззлобно рассмеялся, и они разошлись по рабочим местам.
В обеденный перерыв Джону безумно захотелось пригласить Нэнси в какой-нибудь тихий ресторанчик, но он вовремя вспомнил, что на съёмках актёры обычно перекусывают на ходу прямо на площадке. Чтобы развеять сомнения, он набрал номер Питера.
— Всё ещё держится? — вместо приветствия сходу съязвил тот.
— Представь себе, Питер, пока держится, — холодно ответил Джон. — Ты не знаешь, где они сегодня развернули площадку?
— Я тебе что, личный диспетчер? — хмыкнул Питер в трубку. — У неё самой заранее спрашивай. Знаю только, что сегодня у них по плану очередная постельная сцена. Съёмки проходят в закрытых номерах отеля, посторонних туда близко не подпустят. Так что держись, дружок, кому-нибудь она сегодня точно отдаст предпочтение. Ладно, если надоест страдать — двери моего дома открыты, Мэри ждёт. Будет желание — приезжай оторваться.
— Нет уж. Посмотрю, чем закончится сегодняшний день, — твёрдо отрезал Джон и нажал на отбой.
Ближе к вечеру Джон припарковался у отеля и сразу заметил Нэнси, спускавшуюся по мраморным ступеням. Вокруг неё привычно вился Джек, которого то и дело сменял Карл, но актриса оставалась непреклонной. Проигнорировав коллег, она поймала такси и поехала в сторону дома Джона.
Казалось, всё повторяется точь-в-точь как вчера, но за ужином Джон с тревогой уловил перемену: Нэнси откровенно скучала. Её лицо посуровело, она больше не улыбалась его шуткам и то и дело украдкой зевала. Не спасали даже щедрые порции виски.
«Чёрт… — подумал Джон. — Надо срочно что-то предпринять».
Не спрашивая её согласия, он увлёк Нэнси в популярный ночной ресторан. Расчёт оказался верным — там девушка мгновенно ожила. Едва заиграла музыка, её начали наперебой приглашать на танцы. В свете софитов Нэнси буквально цвела и пахла, а Джону за весь вечер удалось покружить её всего пару раз. Из полумрака зала он отчётливо видел, как кавалеры то и дело вкладывали ей в ладонь свои визитки. Возвращаясь к столику, Нэнси с беззаботной улыбкой прятала их в сумочку. По дороге домой её приподнятое настроение уже не угасало.
Так незаметно пролетела неделя. Нэнси каждый вечер послушно возвращалась к нему вовремя, и Джон мысленно ликовал. Он уже всерьёз просчитывал варианты, как и где сделать ей официальное предложение.
В понедельник иллюзии рухнули — вечером она просто не пришла. Потеряв покой от гнетущей тишины, Джон набрал Питера.
— Выдержала целую неделю?! — искренне изумился тот на другом конце провода. — Ай да Нэнси, превзошла саму себя! А сегодня, значит, не явилась? Ну всё, приятель, у неё начался очередной мартовский загул. Откуда мне знать, с кем она? Может, с Джеком, может, с Карлом, а может, и с обоими по очереди. Теперь жди дней семь, пока она не выгуляется. Потом приползёт обратно, как побитая собака, и вся эта клоунада с обещаниями и чистым листом начнётся сначала.
— Ты уверен в этом? — упавшим голосом спросил Джон.
— Можешь проверить лично. Завтра они арендуют катер для съёмок на воде, работа закончится рано. Проследи за ней на пирсе и сам убедишься, что к тебе она сегодня точно не приедет.
— Ладно, — выдохнул Джон и отключил связь.
Ночью его терзала бессонница. В редкие минуты забытья снились кошмары: Нэнси в объятиях чужих мужчин, один другого краше и богаче. Наутро, не выдержав муки, он поехал прямиком к причалу. Едва катер пришвартовался, Джон перехватил сходящую на берег актрису.
— Где ты шлялась всю ночь? — сурово и резко спросил он, преграждая ей путь. — Почему не позвонила? Что, старая жизнь вернулась на круги своя?
— А ты что, следишь за мной?! — вспыхнула Нэнси, и её глаза гневно сузились. — Езжай домой, Джон. Когда посчитаю нужным, тогда и появлюсь.
Она резко развернулась и зашагала к трапу. Джон не стал её догонять. Нэнси казалась совершенно другой — чужой, холодной и высокомерной. На душе сделалось мерзко и тоскливо. На автомастерской он просидел полдня, бездумно перебирая бумаги, а ближе к вечеру ноги сами привели его обратно к причалу. Катер уже пришвартовался, рабочие шумно разгружали инвентарь.
Нэнси стояла чуть поодаль в окружении троих мужчин. Одного из них Джон видел впервые, но, присмотревшись, вспомнил: именно этот хлыщ в прошлый раз дольше всех кружил её в ресторане и настойчиво совал свою визитку. Из порта Нэнси уехала в машине Джека. Джон, поддавшись глухому упрямству, поехал следом до самого отеля. Оба поднялись наверх и спустились лишь через час. В том, чем именно они там занимались, сомнений больше не оставалось. Однако на выходе из гостиницы режиссера сменил Карл на своём спортивном авто, и Нэнси без колебаний пересела к нему. Наблюдать за этим цирком дальше не имело никакого смысла — актриса словно с цепи сорвалась, а тот третий ухажёр на своей машине покатил следом за ними.
Джон постоял у обочины, закурил, а затем развернулся и поехал к Питеру. Тот выглядел помятым и жалким, но понимающе кивнул, сразу налил гостю полный стакан виски и заставил осушить его до дна. Алкоголь быстро размыл границы боли. Вскоре Мэри уже увлекла Джона за собой в гостевую спальню.
Когда хмельной угар немного рассеялся, они вернулись в холл. Питера и Лизы нигде не было видно, в кресле у камина в одиночестве сидела Джейн.
— Джон, — доверительно начала она, едва он опустился на диван. — А почему бы тебе всерьёз не закрутить с Мэри? Она отличная девчонка. Да, пока сидит без ролей, но, сама видишь, спит только с тобой. Ты ей по-настоящему приглянулся.
— Да, Джон, почему бы тебе наконец не пригласить меня к себе? — подхватила Мэри, ласково прижимаясь к его плечу. — На Джейн даже не смотри, сам ведь знаешь её неразборчивость — ещё подхватишь от неё подарок на память. А у нас с тобой получилась бы очень красивая пара.
— Все вы здесь одинаковые, — сокрушённо и горько усмехнулся Джон. — Стоит тебе получить роль, как начнётся то же самое: съёмки, отели, ночные контракты.
— Ну, я не ангел, скрывать не стану, — Мэри заглянула ему в глаза. — Ради хорошей роли с режиссёром переспать иногда придётся, это изнанка профессии. Но на этом я поставлю жирную точку, клянусь тебе. В постели ты меня полностью устраиваешь, и, надеюсь, я тебя тоже.
— В постели ты великолепна, — не стал отрицать Джон. — Но жизнь состоит не только из этого. Чем мы будем заниматься всё остальное время?
— Я девушка обеспеченная, да и ты парень не промах, найдём чем заняться, — легкомысленно рассмеялась она. — А если продолжим собираться в этой компании у Питера, то вдобавок будем получать от него весьма щедрые подарки.
— Ты ведь с Питером тоже спишь? — с горькой усмешкой прямо спросил Джон.
— Бывает… Но всё это так, пустая условность от скуки, — отмахнулась Мэри. — Ради тебя я легко откажусь от этих встреч. А вот, кстати, и он сам. Питер! Джон ревнует меня к тебе.
— Тебя ко мне? — искренне удивился вернувшийся в холл Питер. — Что ж, без проблем. Тогда я перестаю делить с ней постель. Мне за глаза хватит Лизы и Джейн, ну и Нэнси, когда она соизволит объявиться. Джон, можешь полностью положиться на моё мужское слово.
— Спасибо, Питер, но пока это всё лишь пустые разговоры, — глухо ответил Джон.
Он наполнил стаканы виски и молча выпил первым. Кутёж затянулся далеко за полночь. Спустя время Джон снова увёл Мэри в гостевую комнату, где они и заснули до утра в хмельном забытьи.
На следующий день Джон поднялся позже всех. Из холла доносился голос Питера, который заказывал из ресторана роскошный завтрак, а заодно обед и очередную партию спиртного. Едва Джон показался на пороге, хозяин дома поднялся навстречу и подошёл вплотную.
— Извини, друг, — негромко произнёс Питер. — Не знаю, какие подарки принято дарить мужчинам в нашем кругу, но вот… возьми. Это чек на десять тысяч. И забудь ты наконец эту Нэнси. Точнее, теперь она снова моя.
Он протянул бумагу, но Джон брезгливо отвёл его руку. Тогда Питер, мягко, но настойчиво улыбнувшись, просто засунул чек в нагрудный карман его рубашки.
— Не обижай меня, прими как дружеский жест, — тихо попросил он.
Джон проглотил эту обиду, решив не раздувать ссору. Вскоре курьеры доставили ещё дымящийся завтрак, и вся компания дружно принялась за еду, разумеется, сразу же плеснув в бокалы по полстакана крепкого горючего. День начинался шумно и весело, вчерашнее гнетущее похмелье и тоска испарились без следа под действием нового алкогольного угара.
Время потекло по накатанной колее: затянувшийся обед, ленивая близость с Мэри, продолжительный послеполуденный сон и роскошный ужин, снова привезённый из ресторана. Джон внутренне поражался безграничной щедрости хозяина, как вдруг входная дверь оглушительно хлопнула, и на пороге холла застыла Нэнси. Наступила гробовая, звенящая тишина.
— Джон! Я заезжала к тебе на квартиру, ждала несколько часов, а ты так и не появился! — в ярости и отчаянии воскликнула она с порога.
— Езжай обратно, кувыркайся дальше со своими щедрыми поклонниками, — с показной наглостью отрезал Джон, вальяжно откинувшись на диване. — А мне и здесь чертовски хорошо.
Актриса болезненно проглотила оскорбление, стремительно промчалась в свою спальню и закрыла дверь. Минут через десять она вернулась — уже без вечернего лоска, в простом домашнем халате, и молча подсела к столу. Питер тут же налил ей штрафной стакан виски до самых краёв. Нэнси, дважды поперхнувшись от обжигающей крепости, осушила его почти залпом.
— Ну и как вы тут? Не скучаете в моё отсутствие? — вызывающе спросила она, обводя компанию лихорадочным взглядом.
— Я по тебе уже жутко соскучился, дорогая, — лениво отозвался Питер, приобнимая Лизу. — Тебя не было целых десять дней. Ты бьёшь собственные рекорды.
— А ты, Джон? — Нэнси в упор посмотрела на механика. Глаза её лихорадочно блестели.
— А я занят Мэри, мне абсолютно некогда скучать, — с набитым ртом, демонстративно равнодушно бросил Джон.
— Ах, вот оно как?! Значит, так?! — на губах Нэнси заиграла злая, мстительная улыбка. Она резко повернулась к жениху: — Питер, милый, пойдём в спальню. Ты даже не представляешь, как сильно я по тебе соскучилась за эти дни!
— Мы с Мэри, пожалуй, составим вам компанию, — Джон вальяжно поднялся с дивана, и Мэри послушно двинулась следом.
Обе пары разошлись по комнатам. Спустя время холл начал постепенно заполняться: сначала вернулись Питер с Нэнси, а следом показался и Джон со своей новой пассией. Затянувшийся ужин продолжился в прежнем ритме. Нэнси никак не могла остановиться — она в одиночку опустошила еще один стакан виски и теперь едва ворочала языком.
— Сукин сын… — процедила она, исподлобья буравя Джона тяжелым, полным ненависти взглядом. — Ты мне за всё ответишь. За всё…
Джон в ответ лишь беззаботно смеялся и демонстративно прижимал к себе Мэри. Наконец, далеко за полночь, Питер бережно поднял в стельку пьяную невесту на руки и понес её в спальню. На секунду задержавшись у дверей, он обернулся и заговорщически шепнул Джону:
— Если хочешь — забирай её себе. Мне не жалко.
— Нет уж, спасибо. Не имею ни малейшего желания делить постель с бесчувственным телом, — хладнокровно отрезал Джон и увлек Мэри в гостевую комнату.
Питер лишь понимающе усмехнулся, прихватил с собой Лизу и Джейн и скрылся в хозяйском крыле. В огромном особняке наконец воцарилась звенящая ночная тишина.
Утренний переполох и беготня по всему дому разбудили Джона раньше времени. Оказалось, Нэнси накануне настолько перебрала с алкоголем, что буквально не могла оторвать голову от подушки. Входящий телефон от Джека разрывался уже несколько раз. Несчастной актрисе пытались давать сильные таблетки, отпаивали крепким чаем и черным кофе, но она оставалась абсолютно неподвижной.
Окончательно проснувшись, Джон спустился вниз, хладнокровно налил полстакана виски и, вернувшись в комнату Нэнси, заставил ее выпить спиртное. Как ни странно, жесткая армейская терапия подействовала: спустя полчаса девушка начала приходить в себя, правда, тут же инстинктивно потянулась к бутылке. Кое-как поднявшись, на ногах она совершенно не держалась. На четвертый настойчивый звонок режиссера Нэнси все же соизволила взять трубку сама.
— Извини, Джек… Так набралась ночью, что до сих пор шатает, — хрипло выдохнула она в мембрану. — Да, сегодня снимайте без меня. Потом сочтемся.
Едва отключив связь, она мертвой хваткой вцепилась в горлышко бутылки. Сделав несколько судорожных глотков, Нэнси бессильно рухнула обратно на матрас, успев расплескать остатки алкоголя на шелковые простыни. Питер молча перенес ее на кровать, и о занемогшей кинодиве тут же все благополучно забыли. Хозяин дома привычно уселся за телефон, заказывая очередную доставку ресторанных блюд и спиртного. Тотчас разлили по первой, и кутеж плавно покатился по новому кругу.
Градус веселья стремительно набирал обороты. Когда Джон во второй раз за день увлек Мэри за собой в спальню, оставшаяся компания проводила их дружными, одобрительными аплодисментами. Их импровизированный союз креп на глазах. Питер по-своему оценил тот факт, что Джон больше ни разу не попытался остаться с Нэнси наедине или хотя бы поговорить по душам — проходя мимо, он по-приятельски похлопал механика по плечу и ловко засунул ему в карман очередной банковский чек.
После плотного обеда обстановка в особняке оживилась: наконец-то очнулась Нэнси. Как выяснилось, компания запланировала масштабный выезд за покупками.
Рассевшись по двум автомобилям, они двинулись в путь. Джон на своей машине неотступно следовал за иномаркой Питера. Шопинг обещал быть грандиозным. Едва они переступили порог элитного торгового центра, девушки мгновенно растворились в лабиринтах бутиков — перед уходом Питер щедро снабдил каждую безлимитной кредитной картой. Сами мужчины вальяжно устроились за столиком в уютном внутреннем кафе и сразу заказали бутылку виски со щедрой закуской.
— Ну, это развлечение теперь до самого вечера, — цинично усмехнулся Питер, наполняя рюмки. — Девчонки совсем изголодались по роскоши. Зато ночью нас ждет домашний стриптиз! Они устроят дефиле в новом нижнем белье, вот потеха будет! Кстати, Джон, ты бы тоже времени не терял, отоварил бы свои чеки в местных ювелирных.
— Как-нибудь в другой раз, — глухо пробормотал Джон и залпом опрокинул очередную стопку.
Всё вышло именно так, как и предсказывал Питер. Девицы начали стягиваться обратно к кафе только под вечер, нагруженные бесчисленными фирменными пакетами — сколько вообще могло поместиться в руках. Наконец, дождавшись последнюю, мужчины помогли загрузить пакеты в багажники, и обе машины двинулись к особняку.
Дома Нэнси и её подруги напрочь позабыли о существовании мужчин. Они увлечённо примеряли новые платья, блузки и туфли, шумно хвастаясь и выпендриваясь друг перед другом. Но самое интересное началось позже, когда в ход пошло изысканное нижнее белье. Каждая с вызовом выставляла напоказ не столько свои дорогие покупки, сколько безупречные фигуры. Мужчины восторженно аплодировали, и актрисы буквально сияли от зашкаливающего внимания.
Показ завершился глубокой ночью. На этот раз Питер без лишних слов увёл Нэнси в хозяйское крыло. Джон по привычке собирался уйти в гостевую комнату вместе с Мэри, однако следом за ними туда проскользнули Лиза и Джейн. Это была безумная, ошеломляющая ночь. Джону никогда прежде не приходилось делить ложе сразу с тремя роскошными женщинами, и этот опыт показался ему невероятно хмельным и экзотическим. Подруги Нэнси выжали из него все силы, словно сок из лимона, и под утро тихо покинули комнату. Опустошённый Джон мгновенно провалился в глубокий сон без сновидений.
На следующий день голова, вопреки ожиданиям, не болела. Джон уехал на работу, где по нему уже изрядно соскучился Стив — на столе скопилась внушительная стопка документов, требовавших немедленной подписи. Вечером он решил сделать перерыв в кутежах и поехал к себе на квартиру. Насколько же было велико его удивление, когда около полуночи в его дверь тихо поскреблись. На пороге стояла Нэнси. Не говоря ни слова, она сбросила пальто, и в наступившей тишине они бросились в объятия друг друга. В этой бурной, отчаянной близости не было места лишним расспросам — только пылкое, накопленное за дни разлуки притяжение. Когда они наконец обессиленно откинулись на подушки, Джон тихо спросил:
— Завтра тебя ждать?
— Не знаю… — едва слышно выдохнула Нэнси.
Он всё понял без лишних слов. Вскоре оба уснули.
А наутро Джон снова поддался привычному притяжению порочного круга и поехал в особняк, где полным ходом разворачивалось очередное бурное застолье. Весь день и всю последующую ночь он провёл в неистовых объятиях Мэри, так и не дождавшись возвращения хозяйки дома.
Этот хмельной марафон затянулся почти на месяц. С Нэнси за всё это время они делили постель от силы десяток раз. Но дело было даже не в физической близости: они виделись всего два-три раза в неделю, спали в угрюмом молчании и расходились, не глядя друг другу в глаза. Всё остальное время Джон бездумно посвящал Мэри, практически не трезвея. И за этот месяц Мэри, честно говоря, порядком набила ему оскомину. Между ними не было той неуловимой искры, которая, вопреки всему, по-прежнему связывала его с Нэнси.
Наконец настал день, когда Джон отчётливо осознал: с него хватит этих душевных мучений. Он принял твёрдое решение вырваться из гнилого болота богемы. Джон перестал звонить Нэнси и Питеру, а их настойчивые вызовы наотрез игнорировал. Постепенно телефон затих. Спустя ещё месяц стало окончательно ясно: в том фальшивом мире об автомеханике благополучно забыли.
Всё освободившееся время Джон теперь отдавал любимому делу. Он задерживался в автомастерской допоздна, возвращаясь к привычному ритму жизни. Стив, глядя на посвежевшего и собранного шефа, понимающе заключил, что с той ветреной актрисой покончено раз и навсегда. И это было чистой правдой.
Так бесславно и буднично закончился краткий опыт Джона в мире кинозвёзд. А спустя год в его мастерской появилась новая очаровательная секретарша. Она словно порывом чистого весеннего ветра ворвалась в его жизнь, заставив навсегда забыть о застарелых ранах. Вскоре они поженились, и Джон ни разу в жизни не пожалел о сделанном выборе.
Актёрский опыт
© Copyright: Игорь Ассман, 2026
Свидетельство о публикации №226060200098
Свидетельство о публикации №226060200098
Рецензии