Как дети Бога задавили

В нынешнем году, некрасивом итак, горя-печали прибавилось. Самую большую ложку как звать? Вот и ею хлебать – не перехлебать. Захлебнуться разве что.

Стык неоправдавшей надежд весны с ещё более злосчастным летом. День воскресный, полагающийся быть Божьим, светлым, смерть победившим. Только не на земле. На земле – дело дельское наипервой важности: день... их. Д е т е й ! “Защиты”, скажете? Любой здравый смысл поправит в ответ: не их оберегать следует, но о т  них.

И угораздило же: день Святой Живоначальной Троицы и день одержимышей. Кто дичее, опаснее кто – вот эти, на двух своих, или вон те, на несвоей одной, проплющенной? Сигали из каждой крысиной норки, из каждого задверья, из каждого подполья. Сердце – на лоскутки. Да разве поймут? И уж сбивают если, так пусть хоть наверняка – боли меньше, конец ближе.

Конец.
Конец...
Конец?

Начало конца. Света конца. Солнце – вроде на небе оно, фонарей – как зубочисток. А тьма – всё гущее.

Волю дали малому. (С ударением на «а». На «о» кто поставил, тот да перестанет душой и телом торговать.) Да с таким подотчётным грузом и большое судно не справится, не то что плоскодоночка. Утлые, ушлые, плоские. Маленькие. Души.

Даже мусульмане прониклись болью за осквернение. Триединого, а всё же Бога.

А детей у нас не любят, нет. Ими да любовью к ним только прикрываются, что щитом – сипаром. Но опадёт по справедливице-осени этот фиговый листок, истинное – обнажится.

“Детство – имя Богу моему”. От настоящего, святого осталась лишь строка из стихотворения пророка-современника Владимира Калуцкого.

Там, в памяти нашей, остались Детство и Бог.


В ночь на 02.06.2026