Я и Пушкин. На конкурс

Я не помню, когда и с каким первым произведением Александра Сергеевича Пушкина познакомился, поэтому помещаю отрывок из дневника моей старшей сестры. Альбина старше меня на 14 лет и с самого моего рождения записывала все мои «подвиги». Теперь, например, я знаю, когда впервые улыбнулся, сказал первое слово, сделал первый шаг…

«Борику сегодня исполнилось пять лет! На день рождения я подарила ему красочную книжку Пушкина — „Сказку о попе и о работнике его Балде“. Вечером, когда разошлись гости, я прочитала Борьке сказку. Реакция ребёнка была поразительной. Сквозь слёзы он спросил меня:
— Балда был фашист?

Это слово брат принёс из детского сада. Весь мир в его представлении теперь делился на хороших людей и фашистов».

Запись, сделанная сестрой через несколько дней.

«Брат мой — необычный ребёнок: он думает наперекосяк. Реакция Борьки на сказку Пушкина о золотой рыбке была странной. Ведь принято в ней жалеть деда, а мой братец переживал за, как он выразился, „старенькую бабушку“, судьбу которой так близко принял к сердцу.

На мою попытку объяснить брату смысл сказки он ответил:
— Я представил, как наша бабушка Лена сидит около сломанного железного корыта и плачет: „В чём же теперь Борьку будем купать? Корыто-то совсем развалилось“.

А может, Борька прав, а мы не правы?»

На каникулы, да и просто на выходные дни, родители отправляли меня из шумного Ленинграда к моей тётушке Марии Иосифовне — учительнице. Как она говорила на старый манер: «Я учитель русской словесности».
Жила она в пригороде, городе Павловске, что в десяти минутах езды на автобусе от музея «Царскосельский лицей», в котором, к слову сказать, работала экскурсоводом её бывшая ученица.
Своих детей у тётушки не было, поэтому одной из жизненных задач, которые она поставила перед собой, была, тут цитата: «Борис, я обещаю выковать из тебя гармоничную личность!» И ковала!

Однажды, когда я учился в третьем классе, тётушка взяла меня вместе со своим десятым классом на экскурсию в лицей Пушкина.

Я хорошо помню, как Пушкин тогда повлиял на моё поведение в школе и на учёбу.

Когда я вернулся домой, в Ленинград, отец спросил меня:
— Что тебе больше всего запомнилось из рассказа экскурсовода?

В ответ я процитировал слова Иван Пущина,  друга Пушкина, о лицее: «При нас было несколько дядек: они заведывали чисткой платья, сапог и прибирали в комнатах».

Папа, пряча за внешней суровостью улыбку, продолжил:
— Что ты вынес для себя из посещения лицея?
— Чтобы стать великим, как Пушкин, нужно плохо учиться! А ещё важно - иметь в услужении дядьку-слугу, который бы гладил мою школьную форму, чистил ботинки и прибирал в комнате!

Это не первый конкурс по Пушкину, в котором я участвую. В шестом классе учительница рисования предложила нам тему домашнего задания — нарисовать цветными карандашами  иллюстрацию к любому произведению Александра Сергеевича Пушкина.

Я выбрал сцену боя Руслана с головой из поэмы «Руслан и Людмила». Перепортив много листов из рисовального альбома, я добился, на мой взгляд, а также на взгляд моих родителей и соседей по коммунальной квартире, сходства с Русланом и головой. Единственное, что мне никак не удавалось, — это ноги коня, на котором сидел Руслан. Задние получались очень длинными, а из-за этого передние (руки) казались короткими. Мой конь больше походил на кенгуру.
Представляете картину: Руслан в боевых доспехах, верхом на кенгуру, сражается с говорящей головой. А она, занимавшая треть моего рисунка, «ржёт» над ним, поскольку, как я ни старался, получилась у меня смеющейся.

Когда я принёс своё произведение на суд учительнице, та, прикрыв рот платочком (свой рот), произнесла сквозь смех:
— Борис, это гениально! Я пошлю твой рисунок на городскую выставку детского рисунка. Ты не возражаешь?

А чего же мне возражать? Кто же не хочет стать знаменитым, как Пушкин?

И она послала!

Не помню уже, какое место я занял в том конкурсе, но мой рисунок был выставлен вместе с работами победителей в окне первого этажа Дворца пионеров имени Жданова (в девичестве — Аничкова дворца), выходившем на Невский проспект. Я часто ездил туда и мог наблюдать, как гуляющая публика подходила, разглядывала выставленные рисунки и, смеясь, тыкала в мой пальцами (рук).

И ещё из дневника моей дорогой сестрёнки.
«Братику шесть лет. Я решила, что уже можно… В общем, прочитала ему стихотворение Пушкина:
Во глубине сибирских руд
Храните гордое терпенье,
Не пропадёт ваш скорбный труд
И дум высокое стремленье…

Окончив чтение, я спросила Бориса, почувствовал ли он величественность этого стихотворения? -  Да, лучше бы я не спрашивала.

Борька ответил на мой вопрос своим вопросом:
— А эти слова тоже Пушкин написал?

И он запел:
«Вихри враждебные веют над нами,
Тёмные силы нас злобно гнетут.
В бой роковой мы вступили с врагами,
Нас ещё судьбы безвестные ждут…»

Отхохотав, я спросила, почему он решил, что «Варшавянку» написал Пушкин?

Оказалось, что он смотрел детскую передачу по телевизору, где разучивали эту песню, называя её тоже величественной…»


Когда мой возраст уже начал постепенно возвращать меня в детство, я побывал в музее А.С.Пушкина, находящемся заграницей. Отчёт об этом найдёте здесь:  http://proza.ru/2013/02/23/1976