Застенчивый

Отец Брюса, Джек Меннингер, возглавлял крупнейшую электронную корпорацию в городе. Ему принадлежали роскошные апартаменты, занимавшие целый этаж в центральном небоскребе, и загородный дом, где он обычно и проводил время. Мать Брюса ушла из жизни из-за тяжелой болезни, когда мальчику не исполнилось и трех лет. Он совсем ее не помнил. Лишь семейный снимок на стене, где молодой, улыбающийся отец обнимал супругу, державшую на руках сверток с маленьким Брюсом, напоминал ему о материнском тепле.
Разумеется, статус обязывал главу семьи держать прислугу. Но к выбору экономки, которая руководила всем домом, Джек всегда подходил с особым вниманием. За тридцать лет жизни Брюса их сменилось немало. Сейчас хозяйством занималась Кэтрин — миловидная, даже красивая девушка лет двадцати пяти. Она пользовалась безграничным доверием хозяина и со временем стала для него не просто помощницей, а близким человеком, разделявшим с ним редкие часы отдыха.
Джек Меннингер жил работой. Даже по субботам он уезжал в офис, а по будням возвращался поздно, вконец измотанным. Сил едва хватало на ужин и короткий сон. С сыном он общался в основном по воскресеньям, и эти беседы напоминали сухие доклады: сначала отец коротко расспрашивал о делах в школе, затем в колледже и, наконец, в университете. Получив диплом факультета электроники, Брюс сразу занял место в одной из отцовских фирм.
Однако в жизни Брюса было одно весомое «но». Он вырос начитанным, привлекательным юношей, но при этом настолько робким, что отец лишь диву давался, в кого пошел сын. Брюсу стоило огромных усилий просто подойти к незнакомцу и заговорить. В своем отделе он буквально прятался за монитором компьютера и за весь день мог не проронить ни слова. О том, чтобы познакомиться с девушкой, не шло и речи — для юноши это казалось немыслимым подвигом. Он всегда оставался в одиночестве.
Видя, что из-за природной скромности карьера сына не движется вперед, Джек пять лет назад перевел его на дистанционную работу. Дома, в привычной и безопасной обстановке, Брюс расцвел как специалист. Он полностью погрузился в исследования и вскоре создал несколько выдающихся проектов. Отец искренне гордился его успехами. Но однажды Брюс случайно стал свидетелем разговора между отцом и Кэтрин.
— Кэтрин, — негромко произнес отец, — у меня к тебе важная просьба. Мой сын слишком замкнулся в себе. Из-за своей застенчивости он совсем не видит жизни. Не могла бы ты помочь ему?
— Я могу постараться, мистер Меннингер. Но как именно вы это себе представляете?
После долгого, тяжелого раздумья отец ответил:
— Найди к нему подход. Помоги ему выйти в мир, научи общаться и просто быть счастливым.
— Но как мне это сделать? — тихо спросила Кэтрин.
— Ты ведь знаешь, что Брюс совершенно одинок, — отец тяжело вздохнул и подошел к окну. — У него никогда не было девушек, он не знает, что такое женское тепло и любовь. Я совершил огромную ошибку: пропустил его юность, вечно пропадая на работе. Теперь мне больно видеть его одиночество. Я хочу, чтобы он не просто унаследовал мое дело, но и стал по-настоящему счастливым человеком. Вся надежда только на тебя. Если поможешь ему ожить, я в долгу не останусь.
Отец встал и зашагал по кабинету. Сердце Брюса, подслушивавшего у двери, бешено забилось, и он поспешил укрыться в своей спальне.
— Мистер Меннингер, вы говорите об этом серьезно? — Кэтрин выглядела изумленной.
— Более чем. Ради его будущего я готов полностью изменить свой уклад жизни. Мое время ушло, а ему нужно расправить крылья. Помоги ему стать уверенным в себе мужчиной, вернуть вкус к жизни. Судя по его домашним проектам, у мальчика великое будущее, но без умения общаться в этом мире не выжить.
Кэтрин надолго задумалась, взволнованно перебирая пальцами.
— Я не могу ответить прямо сейчас, — наконец произнесла она. — Но я попробую. Неужели вы думаете, что за короткий срок можно исправить то, что упускалось годами?
— Я не ставлю тебе жестких рамок. Но давай попробуем изменить ситуацию хотя бы за ближайший месяц. Скажи мне честно, разве Брюс тебе совсем безразличен?
— Что вы! — Кэтрин смущенно опустила глаза. — Он ведь почти мой ровесник, к тому же очень привлекательный и добрый юноша.
— Тогда почему ты сомневаешься?
— Я просто боюсь не справиться. Боюсь ранить его.
Отец подошел к столу, достал чековую книжку и выписал сумму.
— Это не плата за услугу, Кэтрин. Это залог твоей уверенности в завтрашнем дне. Если у вас все сложится, этот чек на сто тысяч долларов станет твоим приданым. Если же ничего не выйдет, ты просто вернешь его мне. Теперь все зависит от твоего женского такта.
— Вы ставите передо мной очень непростую, но благородную задачу, — Кэтрин бережно взяла чек. — Постараюсь сделать все, что в моих силах.
Хозяин молча кивнул, давая понять, что разговор окончен. Кэтрин вышла из кабинета. В эту ночь она долго не могла уснуть, прокручивая в голове разные планы.
Наутро, едва машина мистера Меннингера скрылась за воротами, Кэтрин поднялась к спальне Брюса с чашкой ароматного горячего кофе. Услышав за дверью шорох, она мягко постучала и вошла. Юноша, только что вставший с постели, от неожиданности смутился и поспешно натянул на себя легкое покрывало.
— Брюс, — мягко улыбнулась она, ставя чашку на прикроватный столик. — Отныне я буду приносить тебе утренний кофе. Пожалуйста, не смущайся меня. Мы ведь столько лет живем под одной крышей, я искренне хочу стать тебе близким другом.
— Спасибо, Кэтрин... Просто мне нужно время, чтобы привыкнуть, — тихо ответил Брюс, сильнее кутаясь в покрывало.
— Время — ценный подарок, не стоит тратить его на лишние страхи. Вот скажи честно, я тебе хотя бы немного нравлюсь?
— Ничего себе вопросы с самого утра! — Брюс почувствовал, как к щекам прилила краска. — Конечно. Даже очень. Ты замечательная.
— Тогда позволь мне помочь тебе... Ну, хотя бы выбрать рубашку на сегодня?
— Нет-нет, что ты! — растерялся Брюс. — Лучше я сам. Пожалуйста, дай мне несколько минут, я быстро соберусь и спущусь.
— Хорошо, как скажешь, — ласково вздохнула Кэтрин. — Жду тебя в столовой, завтракаем сегодня вместе.
Брюс быстро оделся, привел себя в порядок и спустился вниз. Кэтрин уже разливала чай. Едва они сели за стол, Брюс, набравшись смелости, нарушил тишину:
— Кэтрин, я должен признаться. Вчера я случайно услышал начало твоего разговора с отцом. Насколько я понял, ты взяла надо мной своего рода шефство?
Кэтрин ничуть не смутилась, лишь хитро прищурилась:
— Раз сам слышал, скрывать не стану — это правда. Но скажи, ты ведь и сам в глубине души не против?
— Может, и не против... Но мне действительно очень трудно преодолеть себя. Я жутко стесняюсь людей.
— Я буду рядом, Брюс. Мы пройдем этот путь вместе, шаг за шагом, и твоя робость улетучится. Главное — доверься мне. Ты ведь не станешь огорчать отца и отказываться?
— Конечно, нет. Но мне так неловко от всей этой ситуации.
— Ничего, это дело привычки. Начнем практиковаться уже сегодня. Вечером мы поедем в один уютный музыкальный клуб. Немного развеемся, послушаем хорошую музыку, попробуем потанцевать. Надеюсь, ради меня ты отважишься на этот маленький шаг? Составить компанию девушке — это ведь совсем не страшно.
— Для кого как, — обреченно вздохнул Брюс. — А без шумных мест никак нельзя?
— Тебе нужно постепенно привыкать к обществу, Брюс. В этот раз я буду твоей надежной опорой. А когда освоишься, начнешь уверенно общаться сам. Если тебе там кто-нибудь приглянется, просто шепни мне, хорошо?
— Ладно, — грустно согласился юноша. — А ведь все так тихо и спокойно было в моей жизни...
— Зато скоро ты поймешь, сколько ярких красок упускал все эти годы.
После завтрака Брюс поднялся в кабинет. Но и там Кэтрин окружила его ненавязчивой заботой. Каждые два часа она заглядывала к нему с чашкой свежего чая и его любимыми пирожными, деликатно напоминая о перерывах в работе.
Они вместе пообедали, а к вечеру уже вовсю готовились к выезду. Брюс по привычке надел строгий рабочий костюм, но Кэтрин, критически осмотрев его, замахала руками. Она объяснила, что в таких клубах ценят неформальный стиль, и убедила его переодеться в простые джинсы и легкий джемпер. В новом образе Брюс выглядел на удивление молодо и стильно.
Внутри вовсю гремела музыка. На просторной танцевальной площадке в центре зала в свете неоновых огней двигались десятки пар, а у стойки бара теснилась молодежь.
— Иди за мной, — обернувшись, улыбнулась Кэтрин, — а то в такой суматохе мы легко потеряем друг друга.
Они аккуратно протиснулись сквозь оживленную толпу и заняли два освободившихся места у края стойки.
— Мне, пожалуй, просто бокал легкого виноградного вина, — мягко опередил Брюс спутницу, — а себе выбирай, что пожелаешь. Только обещай, что мне не придется уводить тебя отсюда силой.
— Ну что ты, до такого состояния я себя никогда не доводила, — рассмеялась она и заказала себе легкий фруктовый коктейль.
Они повернулись к залу, с интересом наблюдая за пестрой публикой. Неожиданно из глубины зала к ним подошла бойкая, симпатичная девушка в ярком наряде. Посмотрев на Брюса, она кокетливо улыбнулась и протянула руку, приглашая его на танец.
— Нет, спасибо, — смущенно отпрянул он, едва не пролив свой напиток, — я совсем не умею танцевать.
Когда разочарованная незнакомка отошла, Брюс повернулся к Кэтрин и, стараясь перекричать музыку, признался:
— Я правда никогда не пробовал. Чувствую себя здесь совершенно не к месту.
— Это поправимо, — подмигнула Кэтрин. — Я знаю отличную студию современных танцев неподалеку от нашего дома. Будешь ходить туда трижды в неделю. В первый раз я составлю тебе компанию, а дальше сам освоишься.
— И это тоже часть отцовского плана? — с легкой долей подозрения спросил Брюс.
— Разумеется. И поверь, это только начало, — весело отозвалась Кэтрин. — Ну так что, осмотрелся? Приглянулся тебе кто-нибудь из местных красавиц?
— Здесь действительно много красивых девушек, — Брюс внимательно обвел взглядом зал, а затем посмотрел Кэтрин прямо в глаза. — Но, честно говоря, прекраснее тебя я тут никого не вижу.
— Ой, спасибо за комплимент! — Кэтрин трогательно улыбнулась, импульсивно потянулась к нему и мягко поцеловала в щеку. — Считай, что это знак для остальных девушек, что этот кавалер сегодня занят, — добавила она с легким лукавством.
Вскоре быстрая музыка стихла, и под сводами зала поплыли мягкие, чарующие звуки джаза. Объявили медленный танец. У Брюса внезапно екнуло сердце — ему отчаянно захотелось пригласить Кэтрин. Но не успел он набраться смелости, как та самая бойкая незнакомка снова выросла перед ним. Не принимая отказов, она бесцеремонно подхватила Брюса под руку и увлекла на танцевальную площадку.
Кэтрин осталась у стойки, внимательно и с легкой улыбкой наблюдая за парой. Брюс двигался скованно и неуклюже, а его случайная партнерша, представившаяся Никой, вела себя излишне смело — крепко обняла его за шею и попыталась вовлечь в слишком откровенный, навязчивый танец. Брюс отчаянно пытался вежливо отстраниться, но Ника крепко держала его, явно забавляясь его робостью. Как только музыка смолкла, Брюс, слегка раскрасневшийся и взъерошенный, поспешил вернуться к Кэтрин. Ника шла следом.
— Познакомься, — неловко пробормотал Брюс, чувствуя себя виноватым, — это Ника. Она предлагает продолжить вечер у нее в гостях...
Кэтрин мгновенно оценила ситуацию. Она решительно, но вежливо заслонила Брюса собой и, посмотрев на излишне активную гостью, спокойно произнесла:
— Извини, дорогая, но на сегодняшний вечер у этого джентльмена уже есть прекрасная компания. Мы уходим.
Ника недовольно фыркнула, разочарованно махнула рукой и тут же переключила свое внимание на другого парня у барной стойки.
— Какая она... напористая, — с облегчением выдохнул Брюс, когда они вышли на прохладную ночную улицу. — Мне показалось, я попал в какой-то капкан.
— Ты просто еще совсем не знаешь людей, Брюс, — мягко ответила Кэтрин, беря его под руку. — В таких заведениях часто встречаются легкомысленные девушки, которые ищут лишь мимолетных развлечений или выгоды за чужой счет. Нам повезло вовремя уйти. Но для первого раза ты держался настоящим молодцом.
— Неужели в мире все так сложно? — растерянно спросил Брюс, когда они сели в машину. — С виду она казалась обычной милой девушкой.
— Мир полон масок, Брюс. Берегись фальши, за ней часто скрывается корысть. Настоящие чувства не бывают навязчивыми.
— Надо же... — ошарашенно прошептал он. — Никогда бы не подумал. Спасибо, что уберегла меня.
— Но скажи честно, — Кэтрин мягко заглянула ему в глаза, — тебе хотя бы немного понравилось... то, как она тебя обняла?
— Честно? — Брюс смущенно опустил взгляд. — Мне показалось это слишком грубым. Наверное, я неисправимый романтик, но мне всегда хотелось, чтобы первый поцелуй был особенным. Настоящим.
Кэтрин замерла. В салоне автомобиля повисла тишина, наполненная тихим шорохом ночного дождя. Тронутая его искренностью, она импульсивно потянулась к нему и мягко, трепетно коснулась его губ своими. Брюс не отстранился. Напротив, его сердце бешено забилось, и он робко, но нежно ответил на ее поцелуй.
— Ну и как? — весело, но с затаенным волнением спросила она, отстранившись. — Теперь тебе есть с чем сравнить.
— Это было... прекрасно, — пробормотал Брюс, чувствуя, как горят щеки. — Но мне кажется, во всем виновата атмосфера этого вечера. Сам бы я никогда не решился.
— Иногда нужно просто позволить себе быть счастливым, — тепло улыбнулась Кэтрин.
Они вернулись домой за полночь. В особняке царила тишина — отец давно спал. Они тихо поднялись на второй этаж. Брюс собирался повернуть к своей комнате, но Кэтрин мягко удержала его за руку.
— Не уходи, Брюс. Давай посидим у меня, просто поговорим в тишине. Мне совсем не хочется завершать этот вечер.
— К тебе? — Брюс растерялся, его застенчивость снова дала о себе знать. — Но мне как-то неловко...
— Глупенький, мы ведь просто побудем вдвоем, — ласково упрекнула его девушка. — Доверься мне.
В ее уютной спальне горел мягкий торшер. Кэтрин присела на край постели и увлекла Брюса за собой. Робость юноши таяла под ее теплым, понимающим взглядом. Когда она нежно обняла его за плечи, Брюс впервые в жизни забыл о своих страхах. Неуклюжесть отступила, уступая место искреннему, долгожданному чувству. В эту ночь, окруженный ее заботой и нежностью, Брюс наконец перешагнул порог, отделявший его от взрослой жизни.
Спустя время они лежали, прислушиваясь к мирному дыханию друг друга.
— Кэтрин, — тихо, с глубоким волнением произнес Брюс, бережно перебирая ее волосы. — Ты даже не представляешь, что сейчас совершила. Ты прогнала мое одиночество. Ты — моя первая и единственная любовь.
— Я очень рада, Брюс, — Кэтрин счастливо улыбнулась и прижалась к его плечу. — Все когда-то происходит впервые. Главное, что мы нашли друг друга.
В этот раз Брюс уже уверенно и крепко обнял ее, чувствуя себя настоящим мужчиной, способным защитить свою женщину. Ночная неловкость исчезла, оставив лишь глубокое душевное тепло.
Под утро Брюс проснулся первым. Он ласково посмотрел на спящую Кэтрин, осторожно выбрался из-под одеяла и, стараясь не шуметь, быстро оделся. Юноша тихо выскользнул из ее комнаты и вернулся к себе, унося в сердце совершенно новое, незнакомое ему прежде чувство уверенности.
«Боже! — взволнованно думал Брюс, оставшись один. — И как я теперь буду смотреть ей в глаза? Неужели я и правда решился на это? Нет, нужно взять себя в руки. Это все отцовский план, он твердо вознамерился вернуть меня к реальной жизни... Но, признаться, благодаря Кэтрин я впервые почувствовал себя уверенным, взрослым мужчиной. Никогда бы не подумал, что мир может быть таким удивительным».
Через полчаса в дверь тихо постучали, и в комнату, как обычно, вошла Кэтрин с подносом. Брюс тут же опустил взгляд в пол, едва слышно пробормотав слова благодарности.
— Интересно, — тепло улыбнулась она, присаживаясь на край стола, — за что именно ты меня благодаришь? За утренний кофе или за эту особенную ночь?
— Прости меня за мою неловкость, — искренне сказал он, наконец посмотрев на нее. — Для меня все это слишком в новинку. Но я правда благодарен тебе за твою нежность.
— Вот так-то лучше, — Кэтрин ласково обняла его за плечи и мягко поцеловала. Брюс ответил на поцелуй уже гораздо смелее. — Ну и как ощущает себя мужчина, который сделал первый шаг навстречу новой жизни?
— Прекрасно. Только... пожалуйста, пусть это останется нашей тайной. Мне немного неловко перед отцом.
— Тебе совершенно нечего стыдиться, Брюс. Прошлое твоего отца и мои прежние обязанности остались в прошлом. Теперь все изменилось. С этого дня я только твоя, если ты сам этого хочешь.
— Это правда? — в глазах Брюса вспыхнул робкий огонек надежды.
— Чистая правда, и скоро ты сам в этом убедишься. А теперь повышай свою мужскую уверенность — прояви инициативу и поцелуй меня сам.
— Я все еще немного робею...
— А ты не думай о страхах. Просто подойди ближе, обними меня крепче и забудь обо всем на свете.
Они стояли, обнявшись, у окна, и весь мир вокруг них словно замер. Когда они отстранились, Брюс снова смущенно улыбнулся.
— Ну что опять не так? — ласково спросила Кэтрин. — Разве тебе было неприятно?
— Наоборот, это лучшее, что было в моей жизни. Мне просто нужно время, чтобы научиться справляться со своей застенчивостью.
— Вот именно для этого мы сейчас и начнем действовать. Идем завтракать, а потом поедем в школу танцев. Я когда-то занималась там, нужно проверить, работает ли она еще.
После завтрака они отправились по адресу. Студия оказалась на прежнем месте, и приветливая пожилая женщина за стойкой регистрации быстро оформила Брюса в группу.
— Можете приходить на первое занятие уже сегодня к шести вечера. Главное, возьмите с собой удобный спортивный костюм, — улыбнулась она.
— Нам это отлично подходит, — ответила за двоих Кэтрин.
— Вот и чудесно! Коллектив у нас замечательный, очень дружный и душевный. Наша молодежь всегда рада новичкам, так что вас встретят с открытым сердцем, не волнуйтесь!
Уже дома Брюс снова занервничал:
— Кэтрин, а может, мне записать и тебя тоже? Мне так неловко одному... С тобой я бы чувствовал себя гораздо увереннее.
— Нет, милый, я свое отзанималась, теперь твоя очередь раскрывать таланты. Жду тебя вечером с горячим ужином.
— Мне кажется, я просто сбегу, если у меня ничего не получится, — вздохнул он. — Это же придется со всеми знакомиться, общаться...
— И это прекрасно! Пора выходить из своей раковины, Брюс. Никаких «сбегу». Обещаю, в самый первый раз я посижу на скамеечке в зале, поддержу тебя. Но только сегодня, дальше ты справишься сам.
Вечером они припарковали машину у здания школы. Брюс в нерешительности замер на сиденье, не находя сил открыть дверцу. Кэтрин мягко, но настойчиво подтолкнула его:
— Ну же, смелее, мой хороший. Только вперед, и ни шагу назад!
Пожилая женщина, оформлявшая Брюса днем, тепло встретила его и сразу познакомила с преподавательницей. Ею оказалась обаятельная, стройная девушка по имени Лиза, примерно одного возраста с Кэтрин. Переборов смущение, Брюс вежливо пожал ей руку. Лиза проводила его в просторный зеркальный зал и представила каждому участнику группы. От непривычного обилия рукопожатий и знакомств Брюс растерялся и втайне мечтал лишь о том, чтобы эта официальная часть поскорее закончилась.
— Не волнуйся так, Брюс, — подбодрила его Лиза, заметив его скованность. — Оглядись вокруг, у нас очень дружная группа. Ты, случайно, не женат?
— Нет, — тихо ответил он, по привычке изучая взглядом паркетный пол.
— В нашей группе много новичков, прямо как ты. Смотри на тех, кто занимается дольше, и просто повторяй движения. Ну что, начнем?
Занятие началось. Брюс старался изо всех сил, хотя поначалу чувствовал себя неуклюжим. Иногда он бросал робкие взгляды на танцующие пары, пытаясь уловить ритм. Больше всего его восхищала Лиза — она двигалась с удивительной грацией, легкостью и изяществом.
Два часа тренировки с небольшим перерывом пролетели незаметно. Когда музыка смолкла, Лиза подошла к Брюсу, вытирая полотенцем лоб.
— Ты отлично справился для первого раза, — искренне похвалила она. — Может, проводишь меня сегодня после занятий? Прогуляемся по вечернему городу.
— Спасибо за приглашение, но меня ждут, — мягко замялся Брюс. — Давайте как-нибудь в другой раз.
— Вот как? — улыбнулась Лиза. — Неужели невеста?
— Нет, Кэтрин... Управляющая в доме моего отца.
— Что ж, ловлю тебя на слове. В следующий раз, когда будешь свободен, прогулка за тобой, — Лиза дружески подмигнула ему, и Брюс вежливо кивнул.
— Ну, наконец-то! — Кэтрин встретила его у выхода. Она потянулась, чтобы нежно поцеловать его в губы, но Брюс смущенно отстранился, оглядываясь на выходящих из студии людей. — Ты что, стесняешься меня? — удивилась она. — Или в зале уже приглядел кого-то?
— Не буду скрывать, — честно признался Брюс, когда они сели в машину. — Преподавательница Лиза предложила проводить ее домой. Но я отказался, потому что знал, что ты ждешь меня здесь.
— И как она тебе? Понравилась? — Кэтрин внимательно посмотрела на него. В ее голосе промелькнула едва заметная нотка легкой женской ревности, но она тут же мягко улыбнулась. — Это очень хороший знак, Брюс. Значит, ты интересен женщинам. В следующий раз, если захочешь, можешь проводить ее. Расскажешь мне потом?
— Конечно, расскажу, — улыбнулся Брюс, тронутый ее пониманием.
В эту ночь Кэтрин снова тихо пришла в его спальню. Их близость была наполнена прежней нежностью и теплотой, а страхи Брюса окончательно растаяли. После ее ухода он уснул крепким, спокойным сном.
Через день Брюсу предстояло второе занятие. На этот раз он поехал один. Кэтрин проводила его до машины и, поправляя воротник его куртки, лукаво заметила:
— Ну, счастливого пути. Чувствую, сегодня ты вернешься поздно. А может, и вовсе задержишься до утра, если решишься на прогулку?
Брюс лишь смущенно отмахнулся, но в глубине души почувствовал странный, приятный азарт. Он впервые в жизни ехал навстречу неизвестности без страха.
Занятие в этот вечер пролетело на одном дыхании. Лиза то и дело тепло улыбалась Брюсу, подбадривая его среди других учеников. Юноша отвечал ей взаимностью, хотя от смущения все еще редко смотрел девушке прямо в глаза. Когда тренировка закончилась и все начали расходиться, Брюс, неожиданно для самого себя, проявил решительность. Он подошел к преподавательнице и мягко предложил подвезти ее до дома. Лиза с радостью согласилась.
До ее дома было всего пять минут пути, но Брюсу так хотелось продлить эти мгновения, что он пошел на маленькую хитрость: выбрал самый длинный маршрут и около получаса кружил по залитым огнями центральным улицам. Наконец он припарковался у ее многоэтажки.
— Ты ведь поднимешься со мной на чашку чая? — ласково спросила Лиза, отстегивая ремень безопасности.
— Наверное, в этот раз мне лучше поехать домой, — робко ответил Брюс, хотя в глубине души ему очень хотелось остаться.
— И все-таки я настаиваю, — улыбнулась Лиза. — Брюс, не будь таким нерешительным. Пойдем, просто немного поговорим в тишине.
— Хорошо, иду, — сдался он, чувствуя, как внутри приятно трепещет сердце.
Они поднялись в ее квартиру — уютную, но совсем крошечную. Пока Лиза хлопотала на кухне, Брюс рассматривал скромную обстановку.
— Я, наверное, никогда за нее не расплачусь, — донесся из кухни ее негромкий, уставший голос. — Мне осталось выплатить банку еще целых восемьдесят тысяч долларов. Это годы и годы работы здесь, в танцевальном центре. Я веду группы утром, днем, а потом еще и вечером. Зарплаты хватает на жизнь, но на досрочное погашение кредита уже ничего не остается. Очень хотелось бы найти какую-нибудь подработку со свободным графиком, но сил совсем нет.
— Ты с ума сошла? — искренне заволновался Брюс, проходя на кухню. — А когда же ты отдыхаешь? Когда спишь?
— На пенсии высплюсь, в полностью выкупленной квартире, — попыталась пошутить Лиза, но в ее глазах мелькнула грусть.
Она накрыла небольшой столик в комнате, поставив две чашки ароматного чая и легкое домашнее угощение. Брюсу было так уютно и спокойно в этой маленькой квартирке, что его привычная скованность начала таять сама собой. Они присели рядом на диван, увлеченно разговаривая обо всем на свете, делясь детскими воспоминаниями и мечтами. В какой-то момент Лиза замолчала, заглянув ему в глаза, и Брюс, повинуясь внезапному порыву, бережно обнял ее за хрупкие плечи и нежно коснулся ее губ. К его удивлению, Лиза ответила на поцелуй.
«Это все благодаря Кэтрин, — с благодарностью подумал Брюс в это мгновение. — Она сдвинула меня с мертвой точки, научила не бояться своих чувств».
Спустя минуту Лиза мягко отстранилась и смущенно улыбнулась:
— Брюс, мне кажется, на сегодня нам пора остановиться. Ты мне очень нравишься, правда. Но давай не будем торопить события. Пусть все идет своим чередом. Ты согласен со мной?
— Да, ты совершенно права, — искренне ответил Брюс. — Нам некуда спешить. Для меня этот вечер и так стал особенным.
Они тепло попрощались, и вскоре Брюс уже парковал машину у своего дома. Часы показывали за полночь, но в гостиной все еще горел свет — Кэтрин ждала его.
— Рассказывай, как все прошло? — с мягким любопытством попросила она, когда он вошел.
Брюс присел в кресло напротив, взъерошил волосы и признался:
— Кэтрин, со мной происходит что-то странное... Мне кажется, я впервые в жизни по-настоящему влюбился. И, как бы глупо это ни звучало, мое сердце разрывается между двумя девушками. Подскажи, что мне делать?
— И кто же эти счастливицы? — тихо спросила Кэтрин, внимательно вглядываясь в его лицо.
— Это Лиза и ты. Но с Лизой у нас была просто очень уютная, чистая беседа и один робкий поцелуй. Я невероятно благодарен ей за этот вечер. Но и тебе я благодарен всей душой за то, что ты открыла для меня этот мир.
— Я рада твоим переменам не меньше, чем ты сам, — тихо ответила Кэтрин, внимательно вглядываясь в его глаза. — Ты просто не замечаешь со стороны, как сильно меняешься. В твоей жизни наконец-то появилась прекрасная девушка, и это замечательно. Позволь мне тебя поздравить. — Она нежно поцеловала его в губы. — Но как же наши вечерние разговоры? Ты ведь не собираешься прямо сейчас сбежать в свою комнату? Или тебе стало со мной скучно? — она ласково прищурилась, пытаясь развеять его серьезность.
— Пока наши отношения с Лизой только зарождаются, — задумчиво произнес Брюс. — Но если между нами действительно вспыхнет глубокое, серьезное чувство, я обязательно скажу тебе об этом. И тогда... наши ночные посиделки придется прекратить. Ты ведь не станешь на меня обижаться?
— Кто, я? — Кэтрин мягко улыбнулась, хотя в глубине ее глаз на мгновение промелькнула грусть. — Брюс, моя главная задача — видеть тебя счастливым. Если ты найдешь свою судьбу, я буду только искренне рада за тебя.
На следующий день Кэтрин буквально заставила Брюса отправиться за покупками, чтобы полностью обновить гардероб. До сих пор Брюс, несмотря на безлимитные кредитные карты, предоставленные отцом, обходился всего одним строгим костюмом и парой простых свитеров. Он никогда не придавал значения своему внешнему виду. Кэтрин пришлось приложить немало усилий и нежного красноречия, чтобы преодолеть его стеснительность в дорогих бутиках. Но результат превзошел все ожидания — домой они вернулись с ворохом элегантных, стильных вещей, которые идеально подчеркивали его подтянутую фигуру.
Дни летели незаметно. Брюс проводил много времени с Кэтрин, и с каждым днем в его движениях, голосе и взгляде появлялось все больше истинно мужской уверенности. Кэтрин видела эти изменения и втайне гордилась своим учеником.
Наступила пятница — последнее танцевальное занятие на этой неделе.
— Кстати, — вспомнила Кэтрин, провожая Брюса к машине, — настоящие джентльмены всегда дарят дамам цветы. Заедь по дороге в салон и выбери для Лизы букет красивых роз. С этим подарком ты точно не прогадаешь.
Брюс снова смутился, но совету последовал. Он заехал в крупный цветочный магазин и выбрал роскошный букет нежных бутонов. Приехав в студию, он спрятал цветы за спиной и робко отозвал Лизу в сторонку, подальше от любопытных глаз учеников. Когда он протянул ей букет, Лиза ахнула от восторга и, не сдерживая чувств, искренне и нежно поцеловала его в губы.
— Мы сегодня снова поедем ко мне? — с надеждой спросила она, вдыхая аромат роз.
— Куда пожелаешь, — улыбнулся Брюс. — Но, знаешь... Может быть, тебе было бы интересно посмотреть, где живу я?
— Честно говоря, я немного волнуюсь, — Лиза смущенно опустила глаза. — Твой отец... он ведь такой известный человек.
— Тогда давай сделаем так: сегодня вечером мы побудем у тебя, а в воскресенье я официально познакомлю тебя со своим отцом. Ты не против?
— Вот так сразу? — удивленно, но радостно улыбнулась она. — Так быстро?
— Вот увидишь, он будет очень рад нашему знакомству.
— Ой, я даже не знаю... Мне и надеть-то особо нечего для визита в такой дом.
— Ты прекрасна в любом наряде, Лиза, поверь мне.
Вскоре начался урок. Брюс чувствовал, что его тело наконец-то слушается музыки, движения стали плавными и раскованными. В середине занятия Лиза пригласила его встать с ней в пару перед всей группой. Брюс очень старался, и хотя пару раз все же неловко наступил ей на ногу, Лиза лишь ободряюще улыбалась, увлекая его за собой. Когда танец завершился, весь зал дружно взорвался аплодисментами. Брюс отчаянно покраснел и готов был провалиться сквозь землю от смущения, но в глубине души его захлестнуло ни с чем не сравнимое чувство гордости и успеха.
В самом конце занятия в центр зала вышел обаятельный молодой человек по имени Майк и громогласно пригласил всю группу отпраздновать его день рождения. Круг общения в студии подобрался солидный, многие ребята были из обеспеченных семей и приезжали на собственных автомобилях.
— Отказы не принимаются! — весело объявил Майк. — Жду всех сегодня у себя в загородном доме.
— А как же наши вторые половинки? — поинтересовалась одна из девушек. — Можно с собой?
— Берите кого хотите: невест, женихов, друзей! Места и угощения хватит на всех, — заверил именинник под дружные аплодисменты. — Собираемся в десять вечера, записывайте адрес. Это совсем недалеко от города.
Как только Майк ушел, группа дружно собралась в кружок, чтобы обсудить общий подарок.
— Друзья, пока еще открыты крупные магазины, давайте выберем для него что-то памятное и солидное, например, красивый мужской браслет или печатку, — предложила та же активная девушка. — Нас много, если скинемся, получится отличный сюрприз.
Идея всем понравилась. Ребята разошлись по раздевалкам и, переодевшись, стали собирать деньги. Лиза подошла к Брюсу, и ее голос заметно погрустнел:
— Брюс, у меня с собой остались последние пятьсот долларов... Мне так неловко.
— Пожалуйста, даже не думай об этом, — мягко и весело отозвался Брюс, бережно коснувшись ее руки. — Оставь эти деньги себе, а я с радостью внесу долю за нас обоих. Это такая мелочь, не стоит волнений.
— Ничего себе мелочь, — тихо пробормотала Лиза, глядя на него с огромной благодарностью. — Спасибо тебе. Я обязательно все верну.
Ребята почему-то решили доверить сбор именно Лизе — как преподавателю и признанному лидеру. Она аккуратно собрала конверты, и вскоре они с Брюсом поехали в центральный ювелирный салон. Там они вместе выбрали роскошный, стильный подарок. Брюс уверенно расплатился картой, а собранные группой деньги Лиза передала ему.
Затем они поехали готовиться к празднику. Брюс сначала отвез Лизу, чтобы она успела переодеться, а после она ждала его в машине у ворот особняка Меннингеров, пока сам юноша подбирал гардероб.
— Ну и домище у твоего отца! — восхищенно воскликнула Лиза, когда Брюс вернулся и сел за руль. На нем был элегантный новый костюм с идеально подобранным галстуком.
— А я просто потерял дар речи, увидев тебя, — искренне признался он, восхищенно глядя на ее вечернее платье. — Ты выглядишь как настоящая принцесса. Я уже заранее завидую твоему будущему избраннику.
Растроганная его словами, Лиза потянулась к нему и нежно поцеловала в губы. Как раз в это мгновение из дверей особняка вышла Кэтрин. Увидев целующуюся пару в машине, она на секунду замерла, в ее глазах отразилась тихая, грустная улыбка, и она поспешно вернулась в дом, чтобы не мешать их счастью.
Спустя полчаса Брюс и Лиза уже подъехали к загородному поместью Майка. Вокруг все сверкало огнями, играла музыка, и от обилия гостей Брюс поначалу привычно съежился, почувствовав легкий укол прежней робости. Но их танцевальная группа уже ждала у входа. Ребята приветливо помахали им, и все вместе, дружной компанией, вошли в дом. К ним навстречу сразу же направился сияющий именинник. Лиза с улыбкой вручила ему заветную бархатную коробочку. Майк пришел в полный восторг, тут же примерил подарок, крепко пожал парням руки, а девчонок по-дружески расцеловал в щеки.
— Зачем нужны были такие дорогие подарки? — растроганно произнес Майк, принимая бархатную коробочку. — Спасибо вам огромное, друзья!
После официальной части гостей пригласили к роскошному столу, а затем зазвучала музыка и начались танцы. Лиза была в центре внимания. Ее приглашали буквально все — и ребята из их группы, и мужчины постарше, пришедшие на праздник.
Майк подошел к Брюсу, дружески похлопал его по плечу и кивнул в сторону танцпола:
— Смотри в оба за нашей очаровательной руководительницей, а то ведь уведут!
— А что я могу сделать? — Брюс растерянно развел руками, чувствуя укол ревности.
— Как что? Приглашай ее сам, танец за танцем! Давай, друг, не стой в сторонке.
Брюс глубоко вдохнул, переборол остатки прежнего смущения и решительно шагнул в круговорот танцующих. Он мягко, но уверенно перехватил Лизу у очередного кавалера и увлек за собой. Как ни странно, в этот раз он двигался на удивление легко и ни разу не наступил ей на ногу. Лиза сияла от радости, чувствуя его надежные руки. Когда музыка стихла, она заговорщически шепнула ему на ухо:
— Брюс, давай сбежим? Меня уже столько раз приглашали, что я совершенно запуталась в именах. Хочется просто побыть в тишине.
Они незаметно прокрались к стоянке, сели в машину Брюса и уехали. На город опустилась глухая ночь. Когда автомобиль остановился возле многоэтажки Лизы, часы показывали далеко за полночь.
— Милый, уже слишком поздно, — повернулась она к нему, преданно заглядывая в глаза. — Ты очень устал после этих долгих танцев, и я буду безумно переживать, если ты поедешь по темной трассе в такое время. Пожалуйста, останься сегодня у меня. А завтра выспишься и спокойно уедешь.
— Неудобно как-то... — немного подумав, смутился Брюс. — Но раз ты просишь, я останусь.
— Вот и чудесно. Пойдем.
Они поднялись в ее уютную квартиру. Лиза аккуратно раздвинула широкий диван и приготовила постель. Брюс поначалу сильно нервничал. В его голове проносились робкие мысли: «Неужели сейчас все повторится так же, как с Кэтрин?» Но он тут же одернул себя. Лиза вела себя удивительно чутко. Она принесла две подушки и достала второе теплое одеяло.
— Ложись, — тихо сказала она, выключая свет. — Будем спать рядом. У каждого из нас свое одеяло, так что не бойся.
Они разделись в мягкой полутьме и легли. Брюс бережно притянул Лизу к себе, и они слились в долгом, нежном поцелуе. Но дальше ни он, ни она не стали торопить события. Они просто заснули, согревая друг друга своим присутствием.
Зато утро встретило их в крепких объятиях. Едва открыв глаза, они снова потянулись друг к другу. Для Брюса эти мгновения стали настоящей сказкой: он ощущал теплое дыхание девушки, ее хрупкое тело и понимал, что каждая секунда наполнена искренней любовью.
Наконец пришло время вставать. Они смущенно оделись, стараясь не смотреть друг на друга, после чего Лиза приготовила ароматный утренний кофе. Было еще много нежных поцелуев и теплых слов, прежде чем Брюс начал собираться домой. Уходя, он крепко обнял ее и напомнил:
— В воскресенье в обед я заеду за тобой. Помрачней все сомнения, мы едем знакомиться с моим отцом.
Дома Брюса сразу же встретила Кэтрин. Она взволнованно проводила его до спальни и с неподдельным интересом спросила:
— Ну как все прошло? Рассказывай! Между вами что-то было?
— Мы просто спали в одной постели, но под разными одеялами, — счастливо улыбнулся Брюс. — Кэтрин, ты не представляешь, как это было прекрасно, тепло и уютно.
Кэтрин ласково обняла его за шею и тихо прошептала:
— Может быть, ты хочешь восполнить упущенное, но уже со мной? Пойдем в мою комнату.
Брюс мягко, но твердо убрал ее руки и посмотрел Кэтрин прямо в глаза:
— Нет, Кэтрин, прости, я вынужден отказаться. С тобой мне было замечательно, и я бесконечно благодарен тебе за все. Но с сегодняшнего дня я хочу быть верным только Лизавете. Пожалуйста, не обижайся на меня.
— О-о-о, — протянула Кэтрин, и на ее лице появилась теплая, искренняя улыбка. — Так это настоящая любовь... Я от всей души поздравляю тебя, Брюс! И что же ты планируешь делать дальше?
— Завтра в обед я привезу Лизу сюда. Я хочу официально познакомить её со своим отцом, ну и, конечно же, с тобой.
— Это замечательная идея, — искренне согласилась Кэтрин. — Обеденный стол должен ломиться от лучших блюд, не волнуйся, я обо всем позабочусь лично. Но подожди... — Она мягко взяла его за руку и заглянула в глаза. — Может быть, ты уже готов сделать ей официальное предложение?
— Кто, я?! — Брюс растерялся и испуганно отпрянул. — На это у меня ни за что не хватит духу! Мы ведь знакомы совсем мало, Лиза подумает, что я сошел с ума.
— Предложение — это лишь красивое признание в твоих серьезных намерениях, — мягко пояснила Кэтрин. — А саму свадьбу можно назначить хоть через год. Тебе ведь хватит этого времени, чтобы окончательно во всем разобраться?
— Года? Пожалуй, да.
— Тогда не сомневайся. Заедь в ювелирный и выбери скромное, но очень изящное кольцо в бархатной коробочке.
— Мне все равно немного боязно, — вздохнул Брюс, и его плечи поникли. — Вся эта затея кажется мне слишком поспешной.
— Решать, конечно, тебе, — спокойно ответила Кэтрин. — Но помни мои слова: такую девушку упускать нельзя. Смотри, уведут.
Брюс решительно махнул рукой, прогоняя сомнения:
— Ладно! Пусть кольцо будет со мной, а там посмотрим по обстоятельствам.
Они вместе выбрали в ювелирном салоне классическое помолвочное кольцо, и Брюс бережно спрятал заветный футляр в карман пиджака. В полдень он уже подъехал к дому Лизы. Она ждала его на крыльце в элегантном облегающем платье, которое подчеркивало ее безупречную фигуру.
— Какая же ты у меня красавица! — восхищенно прошептал юноша, галантно открывая перед ней дверцу автомобиля.
Отец уже ждал их в столовой. Кэтрин заранее намекнула ему, что сегодняшний воскресный обед начнется с сюрприза, и появление прекрасной Лизы стало для мистера Меннингера настоящим откровением. Строгий глава корпорации поначалу даже растерялся. Впервые за долгие годы в его доме за столом сидела посторонняя красивая девушка, причем сидела рядом с его сыном, нежно держа его за руку. Отец не стал устраивать гостье строгий допрос, он лишь с умилением и тайной гордостью наблюдал за молодой парой. Лиза держалась очень достойно, вежливо и искренне отвечала на все вопросы, очаровав главу семейства с первых минут.
Кэтрин, сидевшая напротив, время от времени бросала на Брюса многозначительные взгляды, беззвучно напоминая о главном. Брюс и сам понимал, что момент настал, но от волнения тянул до самого последнего. Наконец, когда подали десерт, он глубоко вдохнул, опустил глаза на скатерть, чтобы унять дрожь, и достал из кармана красную бархатную коробочку.
— Лиза, — тихо, но твердо произнес он, открывая крышку. — Пожалуйста... стань моей женой.
В столовой воцарилась абсолютная, звенящая тишина. Первой тишину нарушила Кэтрин, восторженно захлопав в ладоши. Отец и Лиза словно очнулись. Девушка удивленно перевела взгляд с мерцающего бриллианта на взволнованное лицо Брюса.
— Я согласна, Брюс! С огромным удовольствием! — наконец выдохнула она.
Она счастливо потянулась к нему для яркого, нежного поцелуя. Теперь уже аплодировали все, включая растроганного отца. Лиза с трепетом надела кольцо на палец, и ее лицо буквально засияло от счастья.
— Поедем сегодня ко мне? — шепотом спросила она на ухо жениху, когда первые поздравления поутихли.
— Конечно. Мне только нужно подняться в комнату и переодеться во что-то более удобное.
Брюс вышел из-за стола и направился к себе. Кэтрин, сияя от радости не меньше самой невесты, пошла следом за ним, чтобы помочь собрать вещи.
— Поздравляю! — воскликнула она, закрывая дверь в его комнату. — Ты держался как настоящий мужчина, Брюс! Я так горжусь тобой!
В порыве чистой, искренней радости за своего воспитанника, Кэтрин подошла ближе и крепко поцеловала его в губы — это был поцелуй-благодарность, знак того, что ее деликатная миссия выполнена и Брюс обрел свое счастье. Брюс ответил на этот поцелуй с глубоким уважением.
Но ни он, ни Кэтрин не заметили, что Лиза тихо пошла следом за ними на второй этаж. В самое мгновение их поцелуя ее тонкий, застывший силуэт бесшумно появился в дверном проеме. Лиза видела все.
— Ах, вот оно как?! — со слезами на глазах воскликнула Лиза. — А я-то, глупая, тебе поверила... Прощай, Брюс.
Девушка стремительно бросилась вниз по лестнице. Схватив со столика сумочку, она выскочила из дома. Брюс и Кэтрин тут же бросились следом, пытались звать её и искать на прилегающих улицах, но Лиза словно сквозь землю провалилась.
— Что же мы наделали! — Брюс в отчаянии схватился за голову, вернувшись в пустую гостиную. — Как теперь вернуть её доверие? Поверит ли она когда-нибудь, что этот поцелуй был лишь дружеским прощанием и знаком признательности?
Отец, утомленный долгим обедом, ничего не заметил. Он лишь благодушно улыбнулся сыну и ушел к себе в комнату прилечь на пару часов.
Брюс был на грани безумия. Не выдержав терзаний, он сорвался, сел в машину и помчался к дому Лизы. Он долго и настойчиво стучал в дверь её квартиры, но ему никто не открыл. Обессилев от горя, юноша просто опустился на холодные ступени в подъезде, обхватив голову руками.
Прошло несколько часов. Брюс сам не заметил, как впал в тяжелое забытье. Его разбудил тихий шок — перед ним стояла Лиза. В её глазах читалась глубокая обида.
— Вставай, Брюс. В квартиру я тебя не впущу, — строго произнесла она. — Если хочешь что-то объяснить, говори здесь и сейчас.
И Брюс заговорил. Набравшись мужества, он впервые открыл ей всю душу. Он рассказал о том, каким робким и замкнутым был раньше, и признался, что отец нанял Кэтрин, чтобы та помогла ему преодолеть эту болезненную застенчивость и выйти в мир.
— Я безумно люблю тебя, Лиза, — искренне закончил он свой рассказ, преданно глядя ей в глаза. — Тот поцелуй с Кэтрин был лишь прощальным знаком её радости за меня. Моё прошлое осталось позади, ведь благодаря ей я встретил тебя и смог сделать тебе предложение. Пожалуйста, не пойми все неправильно.
Лиза долго молчала, пристально вглядываясь в его лицо.
— Не знаю почему, Брюс, но я чувствую, что ты говоришь правду, — наконец тихо вздохнула она. — Но пойми и меня: мне нужно время, чтобы все это переварить и успокоиться. Сейчас я не готова быть рядом. Я возьму в студии месяц отпуска. Ты обязан продолжать ходить на занятия, слышишь? А когда я вернусь, я озвучу тебе свое окончательное решение. Очень надеюсь, что оно будет положительным. А теперь уходи, пожалуйста.
Брюс поднялся и медленно пошел вниз по ступенькам. Сердце его было разбито, но в нем теплилась надежда. Вернувшись домой, он застал в гостиной взволнованную Кэтрин.
— Кэтрин, мне очень тяжело, — тихо сказал он. — Поехали в то музыкальное кафе, где мы были в самый первый раз. Мне нужно просто побыть среди звуков джаза, подумать.
Вскоре они уже сидели у знакомой барной стойки. Кэтрин тихо пила свой фруктовый коктейль, а Брюс, заказав лишь один бокал вина, весь вечер молча смотрел на пустой танцпол, где еще недавно они кружились с Лизой. Головная боль от пережитого стресса и бессонная ночь окончательно подкосили его силы. Ближе к утру Кэтрин бережно помогла ему добраться до машины, вызвала такси и привезла домой. Она заботливо уложила его в постель, прикрыла дверь и тихо ушла.
Утром Брюс проснулся со страшной тяжестью в голове. Едва найдя в себе силы, он принял прохладный душ, выпил лекарство и спустился на кухню, где Кэтрин уже приготовила для него чашку крепкого ароматного кофе. Он сделал несколько глотков и почувствовал, как мысли наконец проясняются.
— Я даже не знаю, какими словами благодарить тебя, Кэтрин, — негромко произнес он, с теплотой посмотрев на неё. — Ты проявила ко мне столько чуткости и заботы. Ты стала для меня не просто наставницей, а по-настоящему родным, близким человеком, который подарил мне путевку в жизнь. И самое главное — благодаря тебе я встретил Лизу.
— Главное — не опускай руки и не пропускай занятия, — ласково улыбнулась Кэтрин, убирая поднос. — Покажи Лизавете, что ты умеешь бороться за свое счастье и уверенно идти к цели. До её возвращения осталось всего четыре недели. Ты справишься, Брюс.
Прошел месяц. Лизу на время отпуска заменяла другая симпатичная девушка-инструктор, но она, конечно, не шла ни в какое сравнение с прежней преподавательницей. Зато Брюс за эти четыре недели натренировался на славу. Он двигался по залу легко, уверенно и непринужденно, лишь втайне считая дни до возвращения любимой.
И Лиза вернулась. Это произошло в пятницу. На занятии она вела себя сдержанно, делая вид, будто между ними нет ничего личного, но на финальный танец вечера пригласила именно Брюса. Под чарующие звуки музыки они кружились так гармонично и красиво, что вся группа дружно взорвалась аплодисментами. Оба были на высоте.
А вот того, что произошло в воскресенье, не ожидал никто. Отец Брюса с самого утра был сам не свой — взволнованно ходил по дому, погруженный в какие-то важные думы. Во время семейного обеда он вдруг поднялся из-за стола и посмотрел на экономку:
— Я знаю Кэтрин уже несколько лет, и за все это время она ни разу меня не подвела. Более того, она оказала мне неоценимую услугу, вернув моего сына к настоящей жизни. Кэтрин, — мистер Меннингер тепло улыбнулся, — теперь ты с полным правом можешь забрать свой залог. Брюса просто не узнать, и я искренне надеюсь, что у них с Лизаветой скоро свадьба. Но сейчас я хочу сказать о другом. Кэтрин, я хочу, чтобы отныне ты была в этом доме полноправной хозяйкой. Будь моей женой. Я хочу разделить с тобой всю оставшуюся жизнь. Ты согласна?
Нужно было видеть Кэтрин в этот момент — от неожиданности она едва не потеряла сознание.
— Да, я согласна! — тихо, но с глубоким чувством выдохнула она и, сделав шаг навстречу, искренне обняла мистера Меннингера.
Они нежно поцеловались под восторженные аплодисменты Брюса. Отец бережно надел на палец Кэтрин изящное кольцо.
— Спасибо тебе за то, что сделала нас счастливыми, — негромко произнес отец, глядя на будущую супругу с безграничным уважением. — Пойдем, нам нужно обсудить наши планы на будущее.
Они рука об руку поднялись на второй этаж. Брюс остался в гостиной, чувствуя, как его переполняет радость за близких людей. Теперь все тайны прошлого были окончательно развеяны, уступив место настоящему семейному теплу.
Первым не выдержал Брюс. Окрыленный счастьем, он вскочил в машину и помчался к Лизе. Девушка была дома и сама открыла дверь, но на порог его по-прежнему не пустила, ожидая объяснений.
— Лиза, я приехал лишь для того, чтобы поделиться с тобой ошеломляющей новостью! — воскликнул он и на одном дыхании рассказал обо всем, что только что произошло в особняке Меннингеров.
Лиза внимательно выслушала его, и её строгий взгляд заметно смягчился.
— Что ж, заходи, — наконец улыбнулась она, открывая дверь шире. — Я искренне рада и за твоего отца, и за Кэтрин. Это так прекрасно и благородно, когда мужчина готов связать судьбу с той, кто преданно заботилась о его доме.
— Кэтрин всегда была для него гораздо большим, чем просто помощницей, — мягко заметил Брюс, присаживаясь в кресло. — Отец всегда любил её, просто долго не решался признаться в этом самому себе.
Лиза подошла ближе и прохладно, с легкой затаенной грустью спросила:
— Значит, между тобой и Кэтрин никогда ничего не было? Весь её интерес к тебе был лишь заботой по просьбе отца?
Брюс поднялся, подошел к ней вплотную и нежно взял её за руки. В его голосе не было ни капли фальши:
— Лиза, Кэтрин всегда принадлежала только моему отцу, а её сердце всегда было отдано ему. Всё, что она делала для меня — это лишь помогала обрести уверенность. А поцелуй в комнате был её прощальным подарком и благословением. Моё же сердце с самой первой нашей встречи в студии принадлежит только тебе одной. Пожалуйста, поверь мне.
Лиза взглянула в его честные, любящие глаза, и остатки её обиды растаяли без следа.
— Это полностью меняет дело, Брюс... Я ужасно по тебе соскучилась, — прошептала она, пряча лицо у него на груди. — Обними меня.
Брюсу больше не нужны были подсказки. Избавившись от последних крупиц застенчивости, он крепко, но бережно сжал девушку в объятиях и засыпал её нежными, долгожданными поцелуями. Лиза счастливо отвечала ему, растворяясь в его любви.
— Значит, и у нас с тобой скоро будет свадьба? — улыбнулась она, немного отстранившись и ласково поправляя воротник его рубашки.
— Обязательно, любимая, — уверенно ответил Брюс, глядя в её счастливые глаза. — Да еще какая! Самая красивая в городе.
— Знаешь, а давай наберемся терпения еще на полтора месяца, пока ты не окончишь наши курсы, — мягко улыбнулась Лиза. — Заодно я смогу окончательно убедиться, что Кэтрин стала для тебя просто мачехой, и прежние недоразумения остались в прошлом.
— И как же ты сможешь в этом убедиться, живя у себя? — Брюс ласково притянул её к себе. — Лучше переезжай ко мне. Даже отец сегодня искренне интересовался тобой.
— Ты это серьезно? — она внимательно заглянула ему в глаза, пытаясь уловить малейшие сомнения.
— Более чем. В нашем доме теперь начинается новая жизнь, и я хочу, чтобы ты была частью этой жизни.
— Дело в том... — Лиза глубоко вздохнула и опустила голову. — Я уже просрочила один платеж по кредиту за свою квартиру. Голова идет кругом от мыслей, как его выплатить.
— Пожалуйста, не переживай. Дай мне твою последнюю квитанцию, я обязательно что-нибудь придумаю. Да и зачем тебе так держаться за эти квадратные метры?
— Мне просто важно иметь свой тихий уголок... На случай, если мы когда-нибудь поссоримся, и ты меня прогонишь.
— Дурочка, — ласково рассмеялся Брюс, целуя её в макушку. — Кто же тебя, такую замечательную, прогадает и отпустит? Давай свои бумаги.
Лиза отыскала квитанцию и протянула ему листок. Они снова слились в долгом, примиряющем поцелуе. Все обиды окончательно растаяли, и влюбленные поехали в особняк Меннингеров.
Дома их встретил настоящий праздник. Отец, будучи уверенным в согласии Кэтрин, заранее пригласил всех своих старых друзей с супругами. В огромной гостиной царило искреннее веселье, играла живая музыка, повсюду звучал смех.
Навстречу им вышли сияющие виновники торжества. Кэтрин, переполненная радостью, сделала неожиданный, очень душевный жест: она поочередно обняла Брюса и Лизу, нежно поцеловав обоих в щеки.
«Какая же она мудрая, — с теплотой подумал Брюс. — Мой отец за ней действительно будет как за каменной стеной».
Они с Лизой с радостью влились в праздничную атмосферу. Когда начались танцы, просторный холл особняка превратился в бальный зал. Лиза в своем вечернем платье выглядела настолько ослепительно, что незнакомые мужчины то и дело пытались пригласить её на танец, но Брюс теперь крепко и уверенно держал любимую под руку, танцуя только с ней.
Лишь на несколько минут Брюс уединился в кабинете с отцом. Пока они обсуждали что-то важное, Лиза и Кэтрин мирно сидели за столиком, беседовали, пили легкое шампанское и вежливо отклоняли любые попытки других гостей пригласить их на тур вальса. Такой идиллии и душевного тепла в своем доме Брюс не помнил с самого детства. Отец радовался как мальчишка. К концу вечера ему без труда удалось уговорить Лизу остаться ночевать в особняке, благо свободных гостевых спален в доме было предостаточно.
Понедельник начался тихо и лениво — дом отдыхал после шумного торжества. Брюс проснулся раньше и сразу же направился в комнату к Лизе. Девушка уже не спала. Она встретила его нежной улыбкой и раскрыла объятия.
— Иди ко мне, — прошептала она, — давай просто немного поваляемся в тишине.
Уговаривать Брюса не пришлось. Они шутили и смеялись как дети, наслаждаясь каждой минутой наедине. Ласковые прикосновения и нежность утренних минут незаметно переросли в глубокое, всепоглощающее чувство. В этот раз Брюс действовал с трепетной мужской уверенностью. Они отдали друг другу всю ту любовь, которая накопилась в их сердцах за дни долгой разлуки. Окруженные счастьем и умиротворением, они крепко заснули, обнявшись.
Они поднялись только к полудню. К их взаимному удовольствию, в доме все еще царила тишина — отец и Кэтрин пока не покидали своих покоев. Быстро позавтракав, Брюс отвез Лизу к ней домой, чтобы она успела сменить наряд и подготовиться к первому рабочему занятию. Доставив её к танцевальному центру, он решил не возвращаться в офис, а остался ждать её в машине.
И не прогадал. После уроков Лиза с радостной улыбкой села к нему в салон и пригласила к себе в гости. Время в её маленькой квартирке текло незаметно за разговорами, поцелуями и нежными объятиями. О прежней скованности Брюса больше ничего не напоминало.
Внезапно эту идиллию прервал резкий телефонный звонок. Лиза сняла трубку. С каждым словом собеседника её глаза округлялись от изумления. Она слушала представителя банка и в какой-то момент, словно завороженная, медленно перевела взгляд на улыбающегося Брюса.
— Это всё ты! — Лиза со слезами радости на глазах буквально повисла у него на шее. — Ты или твой замечательный отец! Мне только что сообщили из банка, что мой ипотечный кредит сегодня утром полностью погашен. Мне нужно лишь приехать и подписать документы о переходе квартиры в мою полную собственность. Вы с ума сошли?!
— Ну вот, а ты в нас сомневалась, — тепло улыбнулся Брюс.
Он нежно поцеловался с любимой, и в этот миг все её тревоги о будущем окончательно растаяли в его крепких объятиях.
А через месяц в самом роскошном ресторане города отгремела свадьба мистера Меннингера и Кэтрин. Гостей было так много, что яблоку негде было упасть. После торжественного застолья пришло время танцев. Брюс, одетый в элегантный костюм, чувствовал себя на удивление уверенно. Когда Лизу приглашали на тур вальса давние друзья семьи, Брюс, улыбаясь, вежливо уступал её и приглашал на танец Кэтрин — теперь уже свою мачеху.
В один из моментов, когда они кружились в полутени уютного зала, Кэтрин тепло посмотрела на него и мягко коснулась губами его щеки в знак благодарности.
— Спасибо тебе, Кэтрин, — искренне произнес Брюс. — Ты совершила чудо: помогла мне стать уверенным в себе человеком и, сама того не ведая, подарила мне встречу с Лизой. Я твой должник на всю жизнь.
— Это я должна благодарить вашу семью, Брюс, — тихо ответила Кэтрин. — Я всегда искренне любила твоего отца и сейчас по-настоящему счастлива рядом с ним. А наше прошлое... пусть оно останется доброй тайной, которая помогла нам всем найти свой правильный путь. Ну всё, музыка стихает, беги скорее к своей Лизавете.
— О чем это вы так увлеченно шептались? — с легкой, лукавой улыбкой спросила Лиза, как только Брюс вернулся к ней.
— Благодарил Кэтрин за то, что она уступила мне танец с самой прекрасной девушкой в этом зале, — Брюс обнял невесту за талию и нежно поцеловал. — Пообещай, что будешь танцевать только со мной, а то ведь уведут.
— Меня уже увели, Брюс, — преданно заглянула она ему в глаза. — Поверь, я буду тебе самой лучшей и верной женой.
Еще через месяц состоялась и их собственная свадьба — чуть менее шумная, но удивительно пышная, светлая и душевная. Главным подарком отца стали те самые роскошные апартаменты в центральном небоскребе, которые теперь полностью перешли в ведение молодой семьи.
Когда счастливые молодожены кружились в своем первом супружеском танце, Лиза, положив голову на плечо Брюса, тихо прошептала:
— Брюс... Обещай, что ты никогда нас не оставишь.
— Вас? — Брюс удивленно замедлил шаг и посмотрел на неё. — Любимая, о ком ты говоришь?
Лиза загадочно улыбнулась и перевела ладонь на свой живот, внимательно и с безграничной нежностью заглянув ему в глаза:
— Скоро ты сам всё поймешь. Я знаю, что говорю.
Сердце Брюса пропустило удар от захлестнувшего его непередаваемого счастья. Он крепко прижал к себе жену, и они слились в долгом, трепетном поцелуе, шагая навстречу своей новой, большой и счастливой жизни.