Житейские штрихи

          Иллюстрация сгенерирована ИИ.­

          Иногда память бережно хранит не громкие события, а маленькие эпизоды, случайные встречи, смешные истории и добрые слова. Проходят годы, а они продолжают жить в душе, вызывая улыбку или лёгкую грусть. Несколько таких житейских штрихов я и предлагаю вашему вниманию.

          Буханка про запас

          У отца была устоявшаяся привычка: каждый вечер он заходил в магазин и покупал буханку хлеба, даже если дома хлеб уже был. Мы привыкли к этому и считали нормой.

          Как-то, поздно вечером, отец снова вернулся с хлебом. Слышу разговор родителей:

          — Завен, зачем каждый вечер покупать хлеб? У нас же есть.

          — Виктория, а вдруг ночью соседи постучат и попросят хлеб? Нам же будет стыдно, если его не окажется.

          Мама, как всегда, с юмором ответила:

          — А соседям не будет стыдно, что у них нет хлеба?..

          Эта привычка незаметно перешла и ко мне. Недавно поймал себя на мысли: не могу заснуть, если в хлебнице мало хлеба.

          «А вдруг ночью кто-то попросит?» — подумал я.

          Лахкатрых или тахкатрых

          Проходил мимо автомастерской своего друга Сергея и решил заглянуть. Увидев меня, он сильно обрадовался:

          — Алик, посиди минут десять, закончу работу — пообедаем вместе.

          В это время подъехала старенькая «Нива». Из неё вышел мужчина лет пятидесяти и обратился к Сергею:

          — Уста (мастер, - прим АВ), в машине, в ходовой части какие-то звуки, меня это тревожит…

          Сергей подошёл и серьёзно спросил:

          — Ара, звуки какие: лахкатрых или тахкатрых?
   
          Водитель задумался и осторожно ответил:

          — По-моему… да, точно — тахкатрых.

          — Эээ… это сложно, но я помогу, — сказал Сергей.

          Хозяин машины ушёл, а Сергей поднял «Ниву» на подъёмник и заменил какую-то резинку. Минут через пятнадцать мужчина вернулся с пакетом: два шампура шашлыка, бутылка водки, две бутылки пива, козий сыр, зелень, соленья и лаваш.

          Он расплатился, горячо поблагодарил Сергея и довольный уехал.

          Я слегка пожурил друга за этот «фокус», но всё равно вечер получился замечательным: мы вкусно поели и выпили за здоровье хозяина «Нивы». Ведь было время обеда…

          Надгробие с бутылкой водки

          Друг позвонил и пригласил меня к себе в кабинет. Он работал начальником отдела в одном из министерств.

          Зайдя, я увидел накрытую «поляну»: шашлычок, бастурма, балык, сыр, зелень, соленья и посередине стола — запотевшая бутылка «Столичной», а рядом пара бутылок минеральной воды.

          — Алик, неделю назад ты мне помог, вот я решил тебя отблагодарить! — улыбнулся друг. — Садись, будем ублажать наши желудки.

          После пары рюмок мне стало плохо: голова закружилась, перед глазами — туман. Смотрю на друга: он откинулся на спинку стула и закатил глаза…

          Через час мы пришли в себя: побрызгали лица холодной минеральной водой, распахнули окна. Была поздняя осень, и в комнату ворвался прохладный бодрящий ветерок.

          — Это сейчас, что было? — удивлённо спросил я.

          Мы оба одновременно посмотрели на початую бутылку водки.

          Вечером друг позвонил:

          — Алик, извини, водка оказалась палёной. Я разнёс палатку, где её покупал. Знаешь, о чём подумал? Раньше на могильных камнях изображали, кем был человек или от чего умер. И если бы мы умерли от палёной водки, на наших надгробиях была бы нарисована… бутылка «Столичной».

          Я живо представил эти камни - стало жутко.

          Шоколад вместо обряда

          Наш двор  в Баку был настоящим интернационалом: здесь жили армяне, азербайджанцы, русские, евреи, казанские татары и представители других народов.

          Мы, дети-погодки, говорили или хотя бы понимали все эти языки.

          Настало время, когда моим сверстникам;мусульманам начали делать обрезание. Им было пять-шесть лет. Я, конечно, не понимал, что это за религиозный обряд, но с завистью смотрел на друзей — Гусейна, Мансура, Тимура, Анара. Они лежали на кровати, укрытые красной парчой, а рядом горы конфет, шоколада и сладостей. Собирались гости, ели, пили, веселились…

          Придя домой, я заявил, что тоже хочу, чтобы мне сделали «это», как моим друзьям. Отец отвёл меня в сторону и объяснил: мы, армяне - христиане, и у нас такого обряда нет.

          Затем мы отправились в магазин, где папа купил мне много сладостей: шоколада, печенья и прочего.

          А в магазине «Игрушки» я выбрал самосвал, который мне понравился.

          Об обрезании я больше не заикался.

          Июнь 2026 г.

          http://albert-voskanyan.com/