Право на фураж. глава 5

Г’Баолал докурил на балконе своего дворца, налил себе большую чашку крепкого кофе и отправился на берег. Кофе он воровал, разумеется, у землян, как и табак. Курение вредило его нейронам. Он носил клонированное тело, в которое был пересажен его мозг. Нейродегенеративный процесс удалось остановить, его мозг даже восстановился, задействовав молодые нейроны клона. Надо было что-то решать — с давно опостылевшей ему жизнью, с непонятными планами на будущее и с их новой родиной, Муравьиной Лакри. Он ведь уже пережил всех, кого когда-то любил. Второй пересадки мозга уже не получится — он это чувствовал.

Он оглянулся назад. Кофемашина стояла в Зале Сестер. И за его спиной сидели девушки. Сестры Желания. Его «горничные». Его невольницы и рабыни для утех. И единственная семья, которая у него была. Он вышел из зала, прошёл верхний этаж своего дворца, мимо своих гудящих серверных, спустился по лестнице и, выйдя из дворца, направился в бухту имени Лир Глири. Его первая «горничная». Она придумала Сестер Желания. А потом они поссорились не на шутку, и оставшиеся полжизни она воевала с ним на посту председателя Правительства Муравьиной Лакри. Да, Лир. Совершенно аморальная в постели, она становилась такой святошей, когда речь шла о его методах. Из-за этого они и ссорились. Она же когда-то была краснопузой… А потом, когда она уже умирала… Впрочем, это вспоминать было больно.

Прямо на берегу моря, укрытые от палящих лучей Грестола зонтами, стояли грубо сколоченные длинные деревянные скамьи и такого же качества столы. За ними сидели дети этого острова. Были здесь и его родные дети от Сестер Желания. Была даже пара детей-землян.

Сегодня Г’Баолал объяснял им специальную теорию относительности. Он любил учить этих детей — вот сейчас он занимается чем-то таким, за что ему точно никогда не будет больно и стыдно, и за что его не будут мучить никакие сомнения. Г’Баолал закончил вывод координат и времён нескольких событий с помощью релятивистского преобразования координат и объяснил детям, как события A и B меняются местами во времени при переходе в другую систему отсчёта. Занятие заканчивалось.

— Вопросы есть? — спросил Г’Баолал.

— Господин, вы объяснили нам, почему невозможен полёт со скоростью, большей или равной скорости света. Но как же тогда межзвёздные прыжки? — спросила девчонка из второго ряда. Она говорила «господин», но в голосе не было страха.

— Очень хороший вопрос и очень ожидаемый, — ответил Г’Баолал. — Обычное движение в пространстве с такой скоростью невозможно, а вот перемещение из одной точки в другую — возможно. Для этого используется штука, которую называют «гравитационный конденсат», хотя правильно сказать «квантовый конденсат элементарных чёрных дыр». Самое дорогое вещество во Вселенной, если, конечно, это можно назвать веществом.

Элементарные чёрные дыры — это самые маленькие чёрные дыры на свете. Это квантовые частицы, и у них есть спин. Их спин равен нулю, а это значит, что они кто по статистике?

— Дружные частицы! — хором ответили дети.

— А дружные частицы при низкой температуре умеют делать что?

— Конденсироваться!

— Земные физики говорят «бозе-частицы» и «бозе-конденсат», — он обратился к паре детей-землян.

— Да, точно так же, как атомы гелия при низкой температуре образуют состояние, в котором все частицы ведут себя как одна частица, и получается сверхтекучая жидкость, то же самое умеют делать элементарные чёрные дыры.

И вот такая штука обладает совершенно поразительными свойствами. Например, с её помощью можно создавать произвольное гравитационное поле и генерировать гравитационные волны.

— Каким образом? — спросил кто-то из учеников.

— Вы помните, мы с вами говорили про сверхпроводимость. В сверхпроводниках тоже есть квантовый конденсат. Если два куска сверхпроводника соединить через плохой контакт, то этот контакт будет обладать удивительными свойствами. Например, если на него подать постоянное напряжение, он начнёт генерировать переменный ток. С оговорками верно и обратное — если подать переменный ток, он выдаст квантованное постоянное напряжение.

Девчушка, задавшая первый вопрос, повернулась к одноклассникам-землянам: «Эффект Джозефсона, по-вашему».

Г’Баолал продолжал:

— Конечно. Ты молодчина. А что будет, если два резервуара с гравитационным конденсатом соединить плохим контактом? Аналог этого эффекта, только для гравитационного поля. То есть при подаче на этот контакт постоянной разности гравитационных потенциалов в нём потечёт переменный «ток маленьких чёрных дыр», генерируя гравитационные волны. А если наоборот, создать такой переменный ток или облучать гравитационными волнами, то возникнет постоянное гравитационное поле.

— Значит, скоро на кораблях будут установки, создающие искусственную гравитацию по такому принципу? — спросила его дочь от «горничной» Крес.

— Такие установки не только очень дороги и сложны, но ещё и очень опасны. Если что-то пойдёт не так, то ваша голова окажется в центре ближайшей звезды, а ноги найдут летящими в орбитальном резонансе со спутником какой-нибудь тяжёлой планеты.

Поэтому «искусственная гравитация» на кораблях и станциях до сих пор создаётся простым и надежным дедовским методом: вращением вокруг своей оси.

А гравитационный конденсат используют для гораздо более важной цели: для межзвёздных прыжков.

— Господин, а как вообще можно подать куда-либо разность гравитационных потенциалов, не используя для этого очень большую массу?

— Равноускоренным движением. Или вращательным.

— Господин, расскажите самое интересное. Как совершать прыжки? — спросил мальчишка в первом ряду, и Г’Баолалу неприятно резанула слух его угодливая интонация.

— Если кратко, то конденсат умеет прыгать. Его раскачивают, переводят в возбуждённое состояние, а потом отпускают. И тогда он прыгает, по дороге сворачивая пространство. И корабль может переместиться вместе с ним.

— И далеко он прыгает?

— Теоретического ограничения нет. Современные корабли кайли за один прыжок проходят одну десятую часть светового года. Важно понять — он не пролетает это расстояние. Не ускоряется до сверхсветовой скорости. Он это расстояние просто обнуляет. А вы перемещаетесь вместе с ним.

— Так это телепортация?

— Не совсем. При телепортации вы были в одном месте и тут же оказались в другом. Неважно, что находится между этими точками. Для конденсатного прыжка важно, чтобы на пути ничего не оказалось. То есть у этого типа движения всё же есть траектория. И если что-то на ней окажется… То, скорее всего, вещество этого предмета окажется внутри прыгающего корабля, перемешанное с веществом предмета, в которое оно попало.

— А это очень опасно?

— Представьте себе кусок астероида в вашем сердце.

— Раз всё же есть траектория, значит, есть и скорость? И корабль всё-таки разгоняется до скорости больше скорости света?

— Нет. Чтобы он разогнался, нужны колоссальные энергии. Прыжковое движение безынерционно, и корабль заканчивает прыжок с той же самой скоростью, с какой начал.

— Значит, прыжки опасны?

— Разумеется. Когда в Лакрешском Союзе впервые были открыты прыжки, успехом завершался только один из пяти прыжков. Хорошо, что людей туда не отправляли. Сегодня вероятность катастрофы при одном прыжке — примерно одна сотая процента.

— Это же совсем немного.

— Путешествие в 5 световых лет включает примерно 50 таких прыжков. Какова вероятность не добраться живыми?

Кто-то из детей на своём наладоннике быстро подсчитал:

— Полпроцента.

— Молодец, ты правильно понимаешь, что здесь вероятности надо умножать. Точнее, возводить в степень. Пять тысячных. Вроде и немного. Но если это ваша вероятность сдохнуть, то это и немало. Поэтому многие люди не любят прыгать и не делают этого без необходимости.

— А как же передача сигналов быстрее света?

— Для этого используют квазиодномерную трубку из того же конденсата. Конденсат как бы зависает в прыжке, соединяя этой трубкой точки, удалённые друг от друга на световые годы. Внутри трубки расстояния оказываются гораздо меньше, чем снаружи, и это позволяет передавать сигналы между звёздами за считанные минуты.

— Почему нельзя перемещаться по такой трубке?

— Она для этого слишком тонкая.

Опять задаёт вопрос самая первая девчонка:

— Господин, вы же показали, как события меняются местами во времени. Если мы можем мгновенно передать сигнал, то в другой системе отсчёта он достигнет цели раньше, чем был испущен. И если теперь в этой второй системе отсчёта мгновенно передать его обратно, то получится, что мы отправили сообщение себе в прошлое?

Вот это соображает. Эту он точно не возьмёт себе в «горничные». Зато с радостью возьмёт в стажёры.

— Для конденсата существует выделенная система отсчёта, в которой он может достигнуть равновесия и покоя. Это система центра масс Вселенной. Поэтому мгновенно передать сигнал обратно в движущейся системе отсчёта уже не выйдет. И ничего в прошлое не отправится.

Занятие окончено. Следующий урок у вас — Лакрешская литература, ведёт его «горничная» Тепша.

Да. Некоторые «горничные» ещё и преподавали в его школе. Это нравилось не всем родителям. Некоторые ещё шипели вслед его девушкам: «Г’Баолаловы Ша Лвли». Таких родителей он не скармливал сколопендрам или ракоскорпионам, как некоторые могли бы подумать. Таким родителям он просто отвечал: «Учите сами».

Дети стали снимать рубахи и штаны и в купальных костюмах побежали прямо в море, чтобы успеть искупаться в перерыве.