Нет преграды патриотам

     Тошное серенькое безвременье, проживаемое мною во второй раз за мою краткую, в историцком плане, жизнь, приводит к странным воспоминаниям, которые я не могу отличить от нынешнего ахуя, просто тогда власть захватили старики Брежнева, сейчас - такие же старикашки Пуйла, война в далёком Афгане присылала гробы, а теперь смерть прилетает с неба, ведь мудростью гебешной мрази война пришла в Россию, чего не было примерно с сорок четвёртого года прошлого века, гениальность пердунов из Политбюро ничем не отличается от стратегий ворья и мусорской мрази, нахлынувшей крысиными стаями по следами своего фюрера из Питера, оглоушенность быдла, не умеющего сформировать из себя русский народ, тогда вмещалась в кочегарки и портвейн, не знаю, как сейчас, так как целиком и полностью отказался от лицезрения двуногой падали, не имеющей никакого права на наименование русских. Ещё мы тогда практически ничего не знали о лежащих в Европе странах, а сегодня поражаешься глубочайшему, цивилизационному разрыву между этой сраной помойкой и приличными странами, даже мелочёвка угров, поляков или словенцев кажется недостижимым уровнём во всём, а уж представить войну между Белль Франс и Великонеметчиной - невозможно. Население привычно и покорно, как всегда, как с Брежневым, тупо сидит на жопах и ждёт того дня, когда Пуйло подохнет, не желая шевельнуть пальцем для приближения этого светлого дня. Все всё понимают, пропаганда сдохла с прилёта первого беспилотника, опять же все понимают, что с Украины ни один из них не долетит, но быдлу насрать, оно хохочет и высчитывает бабло, получаемое мусорами или вояками России за запуск по своим пресловутых беспилотников. Никакие муаджахеды не сновали по Маскве, а сегодня - кто его знает.
    - Мыкола Курелеха, - сурово спросил Курдец, нервно поправляя ремень винтовки на согнутом от забот плече патриота, - говоришь ?
    - Мыкола Курелеха, - улыбался таракан, суя в лицо Курдеца какие - то бумажки, - зажиточный мужик.
    Избач торопливо, но тщательно просматривал бумажки, а затем, вернув их таракану, супил лицо.
    - А почему не пристёгнут ?
    Таракан разводил в стороны многочисленные лапки, намекая Курдецу, что пристёгиваться надо лишь господам проезжающим, а он, таракан, лицо проходящее.
    - Га ! - орал скосоротившись Курдец. - А вот у меня на телефоне эсэмэска, что введён режим беспилотной опасности ! И по Указу пристёгиваются все граждане Жопопута.
    Ушлый таракан тут же перепоясывался ремнём Ливайс, становясь похожим то ли на почтальона, то ли на анархиствующего матроса старого режима.
    - Шалишь, - шипел сквозь зубы Курдец, срывая с плеча винтовку и наставляя гранёный штык на таракана. - Не балуй ! Ты, сволочь, пристегнулся после моего указания. Плати штраф.
    Таракан приходил в бешенство.
    - Я последний штраф, - рвал на себе китайскую толстовку таракан, обнажая грудь с наколотым возле левого соска профилем поганого Пуйла, - в коронный вирус уплочивал !
    Ситуация была охарактеризована Каспаровым как пат, ведь Курдец не стрелял в таракана, а таракан не рвал избача в кровавые клочья. Так они и спорили, пока всё вокруг не сгнило, что, в свою очередь, здорово напоминает мне тухлую и унылую брежневщину.