Сапфировое прошлое

Наталья Патрацкая
Сапфировое прошлое



Девушки – девушкам рознь, а есть такие, как главная героиня, которая работала среди очень умных людей, но не без проблем...



Глава 1. Далекое детство

На берегу прозрачного озера, расположенного среди невысоких гор, находился пионерский лагерь для детей и подростков. Катерина сидела на песке с волейбольным мячом под ярким солнцем, ей было лет тринадцать. Стройная и высокая девушка с роскошной светлой косой до пояса из второго отряда притягивала взгляд одного из парней первого отряда. Кто-то умный из руководителей лагеря составил первый отряд из одних парней, а второй отряд — из девушек, младшие отряды были смешанными. Никто из девчонок не хотел играть в пляжный волейбол, а она не могла жить без волейбола, ей становилось скучно. И она, скучая без любимых движений, смотрела на ленивые волны чистого озера.
   От первого отряда отделился молодой человек и подошел к Катерине:
   — Поиграем вдвоем, — предложил парень с почти белыми ресницами и светлыми волосами.
   — Поиграем, — обрадовалась девушка и вскочила на ноги. — Вдвоем, если дадут.
   Они встали друг против друга и стали кончиками пальцев бросать друг другу хорошо накачанный мяч. Иногда они складывали руки лодочкой, чтобы отбить нижние подачи, изредка, принимая нижние мячи, падали на песок. Что за люди! Как только девчонки увидели белобрысого парня на своей территории, сразу стали подниматься с песка и протягивать руки к мячу.
Парни, заметив оживление среди девушек, медленно стали подходить к ним. Круг из желающих дотронуться до летающего мяча получился большой. Когда круг стал таким большим, что никто из девушек, кроме Катерины, не мог добросить мяч пальцами игроку напротив, то он невольно уменьшился. Девушки вышли из круга, остались парни и Катерина. Она была счастлива, пока мяч не полетел в озеро. Катерина не заплакала, а посмотрела на блондина, а он в мгновение ока оказался в воде.
Девушка вздохнула: всем хорош был парень, но у нее и у самой брови были светлыми. И с ней в классе учились светлые парни. Потаенная девичья мечта: она хотела парня, похожего на индейца из племени майя. Что с девчонками делают фильмы и книги об индейцах! Никто и не знает. Блондин благополучно достал мяч и принес его Катерине. Он ей понравился с первого взгляда, но со второго взгляда она понимала, что ей нужен другой парень, пусть не сейчас, когда-нибудь потом. Нет, она любила светлых людей, но ей хотелось, чтобы у избранника брови были темнее, а волосы не белобрысые. Этого она никому и никогда не говорила, но мечтать не вредно. Ведь она сама была белобрысая.
   За забором лагеря начинались горы, на которых рос странный горный лук плоской формы. Над лагерем оглушительно звучала песня: "У моря, у синего моря..." Но до моря было далеко. Катерине нравилось побережье озера и небольшие походы вокруг него. Она слишком много купалась в довольно теплом озере и однажды почувствовала, что зубы сильно заболели. Вдобавок она потеряла голос, стала говорить каким-то фальцетом. По возвращению из лагеря ей удалили два практически здоровых коренных зуба, чтобы не болели. Фантастика, если смотреть с вершины современной стоматологии, и глупость без границ. Катерина уехала к себе домой, вспоминая свое настоящее детство.
Если вспомнить совсем давние времена, когда Катерине было лет 6, то можно вспомнить борьбу ее мамы с брагой бабушки, мамой отца. Бабушка делала брагу, которую мама выливала из бутыли в унитаз. Что-то люди пили позже, но в памяти провал или полное нежелание вспоминать пьющих людей, которых разгоняла маленькая Катерине. Ее в детстве называли домашним прокурором.
Вкусные вечера были, когда в дом приезжал дядя Вася. Тогда на столе были вкусные блюда, и пили меньше. У его дома на улице была карусель, которую она еле выносила. У дяди Васи не было детей, была жена и теща. Квартира у них была с большой ванной, покрытой столешницей, на ней они готовили. Зато они жили без соседей, и у них было две комнаты. Как сейчас можно понять: комната, кухня и ванна. Но если из ванны сделать кухню, то из кухни можно сделать комнату.
   Группа картежников играла в карты, возглавляла группу баба Варя, Варвара Антоновна. Игроки вели себя очень азартно, учитывая их возраст: Катерине было 5-6 лет, Сергею года 3, Толе лет 7. У бабы Вари было задание: сидеть в этот день с детьми двух своих младших сынов, которые вместе с женами куда-то ушли. Карты надоели, взяли лото. Бабушка называла цифры, и дети закрывали их на своих картах копейками или круглыми металлическими пластинками, очень похожими на копейки. Год шел 1956-1957... Дом, в котором играли дети и бабушка, был маленький, деревянный. В этом доме жил Толя с матерью и отчимом. Да, сын бабы Вари был мальчику отчимом, но любимым, и мальчик спокойно звал его папой.
   Катерина с бабой Варей и родителями жила в большом кирпичном доме. Вот где, наверное, были их родители, пока дети с бабушкой были в деревянном доме. А не Новый ли год отмечали относительно молодые родители? Очень долго дети играли то в карты, то в лото. Зато следующий Новый год Катерина встречала в большом кожаном кресле в доме дяди Васи. Приемник крутил две песни. Все вокруг были праздничные, и Катерина с Толей впервые танцевали нечто похожее на вальс "На сопках..." под радостные крики взрослого поколения.
Мама Катерины не любила, когда баба Варя ходила к маме Толи в гости. Годы пробежали быстро. Толя с матерью жил теперь в кирпичном доме, рядом со школой, где училась Катерина. Мало того, что ее учительница русского языка была их соседкой. Учительница была на редкость красивой и стройной, с волосами, уложенными в виде петушиного гребня. В те времена писали перышками и макали перья ручек в чернильницы, которые хорошо проливали чернила. Катерина, когда была дежурной, ходила за подносом с чернильницами к учительнице, но и случайных встреч со сводным двоюродным братом Толей не получалось.
В старые времена, иногда их называют советские годы, дети    пионерского возраста ездили в пионерские лагеря.  Что делали в лагере, где умывальники стояли на улице длинной металлической полосой? Все было чудесно, просто играли в настольный теннис. Этого мало? Бассейна точно не было, не было в принципе тренажерных залов. Была волейбольная площадка. Были кровати, с круглыми спинками, на них сушили ленточки для кос.
А если ленточку завязать в конце распущенных волос, и подвернуть на ней волосы, то получалась прическа мушкетера. Оставалось платок накинуть на плечи, чтобы получился плащ мушкетера! В руки взять палку, дабы была шпага. И все. Можно драться на палках, как на шпагах. Простенько и со вкусом. Это было время до шариковых ручек и записки писали графитом, карандашом.
  Недалеко от двухэтажных домов построили новый микрорайон из пятиэтажных домов. В них жили счастливые люди, но учились дети в одной школе, расположенной в этом новом микрорайоне. Микрорайон примыкал к красным казармам.  Дом был двухэтажный, из восьми квартир. В комнате Катерины стояла печь, такая большая, что скорее была частью стены, но со своим углом, который и заходил в комнату, словно этот угол — печь.
Печь топили в прихожей, поэтому стена со стороны комнаты была просто теплой. На полу у печи постоянно грелась черепаха, ее притягивало тепло печи. Погревшись у печи, она ползала по комнате. Кушать черепаха любила прохладные капустные листья. Сидела она у печи и грызла капустные листья. Если подача еды задерживалась, черепаха заползала на коврик у постели. Так она говорила, что хочет кушать. Катерина просыпалась, опускала ноги... и быстро их поднимала, чтобы не наступить на свою маленькую подружку. Она брала черепашку в руки, вертела ее в руках, рассматривала удивительные глазки животного и панцирь.
Катерина приносила корм для черепахи. Это была печная черепаха. Мебель в комнате была с высокими ножками. Черепашку было видно в любом месте комнаты, а шкаф был так близко расположен от пола, что черепаха под него не заползала. Черепаху Катерина находила быстро.
Катерина взмахнула волшебной палочкой, но она не в то время попала.
Девочка очнулась в поезде в возрасте семи лет, она сидела у окна и смотрела на свой дом, который они медленно проезжали. За окном промелькнула ее детская площадка. Она увидала свою бабу Варю, которая сидела на любимой скамеечке.
Девочка хотела заплакать, но рядом с ней сидела ее мама, а на столике лежала газета за 1958 год. Катерина жила в доме, стоящем на городской улице, параллельно которой текла река. Те годы подернуты пеленой времени. Улица тех времен была весьма приличной. На ней стояли бодренькие дома трех-четырех этажей желтоватого цвета. Во дворе длинного кирпичного дома у Катерины было прозвище Красавица. Кто ей дал сие прозвище, ей неведомо, но иногда ее так называли, в ту пору ей было лет пять-шесть. Она росла крупной девочкой и была выше своих сверстниц.
К семи годам у Катерины были две длинные косы, но в четыре года у нее еще была стрижка каре с челкой. С такой прической ходила и ее подружка Танечка. Девочки дружили под взглядами своих бабушек. Детская площадка была довольно большой, она располагалась по длине дома. С одной стороны - она была ограничена домом, а с другой стороны — штакетником, за которым проходила железная дорога.
   Вот такое место и вырастило Катерину до восьми лет. Отец Танечки был конструктором. Они жили прилично по тем временам. У них была двухкомнатная квартира в соседнем подъезде. Бабушка Танечки была весьма интеллигентной и постоянно делала Катерине замечания из-за цыпок на руках или из-за сопения носом. Она Катерину несколько раз кормила вместе с Танечкой.
Катерина своим постоянным аппетитом повышала способности Танечки поглощать пищу. Девочки несколько раз играли в комнате конструктора в прятки и прятались за шкафом, стоящим так, что за ним был свободный угол. Больше всего Катерине нравились на столе желтые, остро отточенные карандаши и белые листы бумаги. Семье Танечки вскоре дали трехкомнатную квартиру в кирпичном доме, расположенном на этой же улице, и они переехали. У Танечки родилась сестренка. Пути девочек разошлись навсегда...
    Поезд шел на север по гряде древних гор, потом поезд повернул в сторону Северной столицы. Они приехали в большой город Ленинград. На вокзале Катерина увидела желтые машины с шашечками на боковых дверцах, их называли "Победа". Но поехали они на метро к маминой тете, которая была старше мамы на пару лет. Они остановились у тети Ани.
В Северной столице еще стояли дома, разрушенные войной, но это не мешало им ходить по Эрмитажу и Петродворцу, где еще не все комнаты были восстановлены. В доме, расположенном недалеко от золотых фигур на мостике, жила кузина бабы Вари, баба Таня, со своим братом Сергеем Кирилловичем, они жили на берегу канала, рядом с Невским проспектом. С городом Катерину и ее маму знакомил муж тети Ани. Тетя Аня с ними по экскурсиям не ездила, она готовила еду и драила кастрюли до зеркальной чистоты. Катерина навсегда запомнила высокого худощавого мужчину, который без устали показывал Северную столицу и ее окрестности. Жили они тогда в одной комнате, в квартире с соседями, в очень старом районе города. Катерине семь лет. Домой из Ленинграда вернулись Катерина и ее мама, в кармане у них оставались копейки.
   Детская радость в то время стоила 4 копейки. Ее продавала Фрося-газировщица. Она стояла за металлической стойкой под полосатой крышей из ткани. На металлическом прилавке возвышались два стеклянных цилиндра с сиропом, газированная вода без сиропа стоила 1 копейку. За копейку можно было купить коробок спичек, но девочка добавляла еще три и покупала воду с сиропом.
Стаканы мылись на вертушке с фонтанчиком и переворачивались кверху дном на подносы. Вторая радость стоила 9 или 11 копеек, естественно, это было мороженое: эскимо на палочке за 11 копеек и молочное мороженое за 9 копеек. В стране сменили деньги. Десятилетняя Катерина поняла, что 90 копеек старыми монетами — это 9 копеек новыми или три по 3 копейки старыми. Девчонки жалели об одном: что не накопили желтых монет, а то были бы богаче в десять раз. У Катерины было еще одно удовольствие за 8 копеек — это пакетик прессованного какао с сахаром.
Семье Катерины дали двухкомнатную квартиру в двухэтажном доме без батарей центрального отопления. В площади они выиграли, в удобствах — потеряли. Дом был деревянный, оштукатуренный. Здесь появился первый телевизор. В квартиру Катерины приходили соседи и смотрели дружно на маленький экран.
Свою вторую квартиру Катерина хорошо помнит без подсказок. У них была квартира с печным отоплением. В большой комнате стоял диван, на полочке дивана стояли семь слоников из слоновой кости. Висела картина на стене, на которой медведи ходили по сломанному дереву. Стоял на тумбочке из дуба один из первых телевизоров. Все соседи к ним ходили смотреть телевизор. Первый рабочий день у Катерины был тогда, когда открылся Дом моды. Нужны были модели.
Школа от Дома моды находилась через дорогу. В школу пришли две женщины и стали осматривать девушек от двенадцати и старше. Выбрали Катерину. Она и пришла в Дом моды, где ее научили ходить по подиуму. На нее стали шить брюки, юбки, куртки. Она стояла, а ее обматывали тканями и обкалывали иголками.
По природе своей она не манекен. Долго это не могло продолжаться. Пришло время платить ей деньги, а она их не могла взять. Не могла Катерина взять деньги и все!!! И она ушла из Дома моды. Пришли к ней домой, принесли деньги. На деньги она купила ласты, маску, трубку. Долго ласты ей служили, а нырять она так и не полюбила.
   Однажды к Катерине в школе подошел рыжий мальчик и сказал:
   — Катерина, ты хочешь быть диктором на радио?
   Почему нет. Поехали на прослушивание. Она прочитала текст. К ней все сбежались: очень понравилось.
  Потом говорят:
   — Прочти еще раз.
   Прочитала. Все разбежались. Все как с модой — дубли не ее стихия.
   Как-то в мае Катерина минут за двадцать решила контрольную работу по математике. Ее отпустили с урока на улицу. Весна трепетала свежими листочками. Школа была одноэтажная, сюда временно перевели несколько классов. Но больше всего в этой школе она запомнила полет первого космонавта. Шел урок русского языка, который прервали звонком. Из всех классов школьники выбежали в коридор с возгласами: "Человек в космосе!" Катерина придумывала газеты на одном листе из школьной тетрадки. С одноклассницей они рисовали первые газеты на ватмане. Катерина написала первые стихотворные строчки под каждой картинкой.
Вокруг школы весной посадили первые деревья, школа новая. Рядом со школой находился гастроном в пятиэтажном доме. Очередь за соевыми батончиками вошла в перечень получения детской радости.
На первом этаже жила подруга по дому Валя. В ее доме любили делать одно картофельное блюдо: отварной картофель укладывали на большую сковороду и обжаривали. На кухне готовили на печке с чугунными кругами. Топили углем печь в квартире и печь на кухне, на которой готовили еду. Рядом с печкой всегда стояла метла и кочерга. В соседнем двухэтажном доме жили остальные подружки. Любимая игра во дворе — "Садовник", она проходила на лавочке против соседнего дома. За лавочкой стоял стол для настольного тенниса, который редко пустовал. Волейбол — игра общая для всего двора. Двор ограничивал третий дом. Четвертый дом снесли и построили кирпичный, двухэтажный. В нем поселилась семья из столицы. Они летом ходили в шлепках. Эту обувь прозвали "москвичками". Первые враги появились просто: Катерина нарисовала всех подруг, а они с ней после рисунков полгода не разговаривали. А красиво она их нарисовала! В пышных юбках по моде начала шестидесятых годов.
   Знакомство с фантастикой было простым. В квартире одноклассницы Нади стояла этажерка, на этажерке стояли редкие тогда книги — Ж. Верна. В этой квартире Катерина впервые увидела и запомнила глазунью. Баня была святым местом раз в неделю для Катерины и ее мамы. Шампуня в то время не было, а было хозяйственное мыло и длинные волосы. В баню стояли длинные очереди.
В конце моечного процесса мама выливала Катерине на голову тазик с прохладной водой, со словами: "С гуся вода, с Катерины прочь худоба". Наверное, поэтому Катерина никогда не была худой. Дома в углу кухни висела икона. Сквозь желтую медь был виден лик, нарисованный красками на дереве. Икона при переезде исчезла. В школе проводили ЧВС — Час веселых состязаний, типа КВН.
   Одноклассница однажды предложила:
   — Катерина, пошли в танцевальный кружок при ДК. Я скажу, что ты уже танцевала.
   Пришла. Танцевала. Дошла до выступлений на концертах, выступила в двух и все. В школе был набор в секцию волейбола. Играла Катерина, тренировалась, дошла до соревнований между школами. Получила прозвище "злой капитан". Ездила в пионерский лагерь. Играла в настольный теннис. Лучший теннисист лагеря был к ней неравнодушен. Довольно быстро она освоила премудрости игры. Они вдвоем у всех выигрывали и больше всех играли. Это не все. С девчонками Катерина играла в мушкетеров.
Свои длинные волосы она на конце связывала лентой и подворачивала, так получалась прическа мушкетера и не меньше. Катерину отправляли на олимпиады, но и их она решала хорошо, то есть первые места ей не улыбались. Во дворе своего дома на улице дети играли в "Садовника", в теннис, в волейбол, в театр. В новой школе писали ручками со стальными перьями и макали их в чернильницы. Катерина была высокой, стройной и играла в волейбол, танцевала в дружном коллективе дома культуры, но танцы ее надолго не задержали. У нее были длинные, роскошные волосы, которые она заплетала в косы и закручивала их так, чтобы они казались короче.
   Одежду и обувь несколько раз Катерине покупал отец. Он выбирал красивые вещи и туфли. Она занималась спортом, поэтому еда не могла до поры до времени испортить ее фигуру. Ей купили коньки-ножи в честь землячки, многократной олимпийской чемпионки. Зимние вечера Катерина проводила на катке.
У отца был сад, в котором кроме яблонь, груш, слив, смородины и ранеток всегда росли цветы тигровые лилии.
До сада ездили на электричке до дачи. В памяти остались ранетки необыкновенного вкуса и сланцевые яблони. Дачу продали и поехали на море. Черешня, камни на пляже, портреты пионеров-героев. Концерты лилипутов. Божественный вечерний вид на море. Блины на пляже. Бублики. Закрытый музей картин Айвазовского. Это было замечательно! У Катерины нет обиды на прекрасное время детства, на великолепное время ее юности. Все было так, как было, а ее родители делали все, чтобы у нее было то, что у нее было. 

Глава 2. Отрочество не отдыхает

  Родному отцу Катерины, хуже горькой редьки надоело топить печи в квартире, расположенной на втором этаже деревянного дома. Он уехал в Степной город. До этого семья жила в крупном промышленном городе, и рядом с их печными домами уже вырос первый микрорайон с домами, в которых были все удобства, и среди этих домов стояла новая школа. Катерине все здесь нравилось, но была потаенная мечта — новый дом со всеми удобствами. Но в жизни бывает так, что мечта выкручивается в противоположную сторону.
Катерина с семьей продолжали получать крупы и белый хлеб по списку. Мама без отца места себе не находила, поэтому она раздала некоторые вещи, а остальные сложила в контейнер. И поехала Катерина с мамой и братом в город, где жил отец. У девушки была длинная прекрасная коса из русых волос, с которой она и покинула свой город навсегда.
Отец снял две комнаты в маленьком деревянном домике на последней улице от бескрайней степи. Ветер, солнце и отсутствие дождя резко отличало степной климат от горного климата. Катерина еще немного подросла и стала похожа на взрослую девушку. В маленьких магазинах можно было свободно купить белый хлеб, джем и сыр, то есть все то, что не продавали там, где Катерина покоряла подиум красоты. Сейчас она понимает, что все было правильно и хлеб для фигуры вреден, но этого не понимали мама и бабушка, прошедшие через военный голод. Им хотелось белого хлеба и котлет.
Вся семья ждала контейнер со своими вещами. Наступило седьмое ноября. Праздничный парад трудящихся прошел по центру города. С шествия по городу и началось знакомство девушки с новым местом обитания. В приехавшем контейнере оказалось сломанное зеркало и вещи. Разбитое трюмо на фоне фикуса долго было основным украшением большой комнаты. В маленькой комнате постелили матрацы — это и была постель.
   Новая ее школа состояла из трех картонных бараков. На площадке у одного из трех бараков залили каток. Катерина на коньках-ножах с клюшкой в руках каталась на льду и пыталась забросить шайбу в ворота. Трое ребят одноклассников ей подыгрывали, они был рады игре с новенькой девочкой. Появилась она в новой школе в седьмом классе во второй четверти. В класс вошла высокая, стройная девушка в коричневой форме и в черном фартуке с белым воротником-стойкой. Длинная коса спокойно колебалась по спине. Ребята внимательно осмотрели ее с ног до головы. Учительница представила новенькую:
   — Новенькую ученицу вашего седьмого класса зовут Катерина.
   Оказывается, кроме роста, для взаимного увлечения, необходим одинаковый уровень знаний. Одноклассники скоро поняли, что новенькая не только хороша собой, но и способная ученица. Только одна девочка из класса превосходила ее иногда в оценках, и то по одному предмету.
Среди мальчиков выделялся своим умом полный, симпатичный парень со стоячими в хорошей стрижке русыми волосами. Это был парень русоволосый от природы. Неназойливо, но постоянно всегда и везде паренек оказывался рядом с новенькой девушкой со светлой косой на спине. Вот и теперь он крутился на коньках рядом с ней. Полная и теплая ладонь сероглазого юноши при любой возможности пыталась коснуться ладошки девушки. Первая нежная влюбленность овладела им, но природный такт и ум не делали его назойливым. Паренек изменил свой маршрут в школу либо поджидал Катерину по дороге домой, и если ему удавалось пройти рядом с ней и поговорить, то он был счастлив и спокоен.
   Отцу Катерины на работе дали жилье в картонном бараке рядом со школой. Здесь появились покупные металлические кровати, простой стол и шкаф-шифоньер, которые отец сам сделал. Хоть барак и был из картона, но в нем были батареи центрального отопления. Только на кухне стояла печь-плита, которую топили углем или дровами, чтобы приготовить пищу. Соседом по бараку оказался еще один блондин. Кроме одноклассника, сосед стал ярким кандидатом на часть ее сердца. Рядом с внешней дверью квартиры Катерины находилась дверь соседа. Это был стройный парень на год старше ее. Их сближали разговоры на общем крыльце одноэтажного дома, в котором две квартиры выходили на одно крыльцо. Зимой их встречи частыми трудно было назвать, они сталкивались на крыльце, смотрели друг на друга и иногда шли вместе до школы.
   Лето меняло все! Летом появлялось больше возможности быть рядом с домом. Окна кухни Катерины выходили на земельный участок, принадлежавший ее семье. Участок семьи соседа был огорожен более плотным забором и находился через дорожку в метрах четырех от дома. Сарафан девушки в яркую зеленую полоску на белом фоне постоянно мелькал перед глазами юноши соседа. А он, сокращая дорогу, перепрыгивал через ее забор и проходил у нее под всеми окнами. Но их руки никогда не соприкасались!
Странная у них была любовь: зрительная! Они нравились друг другу внешне. Возможно, сосед чувствовал, что он Катерине не пара, и поэтому взял себе в пару другую девушку из ее класса. Одноклассник блондин почувствовал легкость в душе, увидев соседа Катерины с другой девушкой, и решил навестить ее дома под предлогом учебы.
Дом типа барака был выполнен из материала похожего на листы картона. При освоении целинных земель так было проще строить. Удобства находились во дворе, поэтому при входе в дом первое, что можно было встретить, — это стоящий на табурете тазик, над которым висел умывальник, действующий при нажатии снизу на штырь. Штырь поднимался, и из умывальника текла вода. Рядом с умывальником стоял мотоцикл соседа по квартире. Стены, окрашенные серой краской, были далеко не первой свежести, и присутствие бензина и мотоцикла их лучше не делали. Если повернуть налево по коридору после мотоцикла, можно было попасть на кухню, принадлежащую двум семьям. Детей у соседей было трое, из них двое — двойняшки, которым было меньше года.
   От цивилизации в этом доме было центральное отопление, свет и телевизор. Одноклассник заглянул на кухню и прошел в комнату Катерины, в которой стояли две кровати, письменный стол, шкаф. Вот где жила новенькая! Он ее сфотографировал. Катерина полезла рукой в портфель, волосы слегка растрепались в косе. Она в школьной форме, рукава в три четверти слегка оголили руки. Такой снимок стал украшением ее коллекции фотографий.
Случайно или нет, но Катерина появилась всего один раз в доме, где жил одноклассник. Кирпичный коттедж, предназначенный на две семьи, располагался на земельном участке. В его квартире царила неправдоподобная чистота. Огромная разница в условиях жизни несколько охладила их пыл. Любовь одноклассника приняла отвлеченный характер. Они еще гуляли вдвоем по степи, еще играли вдвоем в волейбол, но уже было лучше, если рядом с ним находился его друг и сосед по коттеджу.


Глава 3. Тренировки юности

    Катерина надумала идти в спортивную школу молодежи, прочитав рекламу в газете. Однажды осенью она пришла в спортивную школу молодежи, где хотела выбрать волейбольную спортивную секцию. Администрация школы находилась в почерневшем маленьком деревянном домике. Открыла она старые двери и увидела очень красивого мужчину, который оказался тренером по лыжам. Голубоглазый тренер с русыми волосами уговорил ее стать лыжницей, это был Феофан.
Катерина уговорила одноклассницу Люду, костяк лыжной секции образовался. Появились знакомые ребята — Артем и Олег. Тренировки до пяти раз в неделю связывали всех одной целью. Как Катерина выглядела? Рост 169. Талия 63. Волосы, заплетенные в косу, она подворачивала с помощью ленты, получался крендель. Тренировки были сказочные.
На лодочной станции брали шлюпки и переплывали на них реку, далее шли по протокам. Руки в кровавых мозолях. Силовые тренировки: брали приличные булыжники и кидали через спину назад. Плавали в реке рядом с лодочной станцией. Бегали на скорость на крутой берег реки. На пляже в межсезонье гоняли в футбол. Играли в регби на спортивной площадке.
   А лыжи? Зимой лыжи. Мороз. Снега нет. Скребли снег. Делали лыжню и бегали. Снег выпадал, и тогда лыжня становилась нормальной. Что интересно, в своих лыжников лыжницы не влюблялись... Катерина с 15 лет много времени проводила на реке. Первый день на шлюпке переплыть реку было трудно психологически. Однажды на тренировку вышли лыжники. В теплый день проходила гребля. В каждой лодке сидело по два человека. Катерина тренировалась в паре с Люсей. Они гребли по очереди. Чем ближе было к фарватеру реки, тем сильнее ощущалась огромная масса воды под шлюпкой. От фарватера до другого берега было значительно ближе, и чувство страха от неизвестности проходило.
Противоположный берег порос невысоким кустарником, и везде песок и песок. Хорошо было проплыть на шлюпке еще метров пятьсот и увидеть совсем ровный берег с небольшими залысинами воды. Вода в таких местах в теплый летний день была горячая, здесь всегда было приятно отдыхать. Лыжники выходили на берег и гоняли в футбол по пляжу. Народу здесь много в воскресные дни, а летними вечерами да в будни людей практически не было.
   Из основного русла реки уходили на лодках в рукав реки, поросший травой, и гребли до выхода в саму реку. Берега в протоке почти одной высоты, где-то полметра, заросшие травой и мелким, редким кустарником. Один раз именно в такой протоке Катерина сломала уключину на лодке.
Пищу и воду на тренировки лыжники не брали. Она не запаниковала от того, что уключина на весле сломалась. Остальные лодки расползлись по протоке и друг друга не ждали и не догоняли. Девушкам предстояло возвращаться на базу через большую реку, а весло одно. Они молодые, красивые, в купальниках и со сломанной уключиной в лодке. На их счастье, мимо на моторной лодке проплывал мужчина неопределенного возраста. Он прицепил шлюпку к моторной лодке, нос у лодки слегка задрался, вода немного заливалась через борт, но к лодочной станции они переплыли.
   В День Военно-Морского Флота лыжники переплывали реку в узкой, но глубокой ее части для участия в параде речных видов транспорта. В байдарке сидели четыре человека: Катерина и трое парней, один из них был совсем новенький. Волны в этой части реки всегда приличные. Новенький парень испугался, стал бить веслом по воде. Байдарка раскачалась.
Волны залили ее. И байдарка, как подводная лодка, погрузилась в пучину реки с гребцами-лыжниками. Вынырнули все из воды, а до берега плыть далеко и в сторону города еще дальше, чем до острова. Опытные лыжники взяли: один — байдарку, двое весла собрали, толкают рядом с собой и плывут. Девушке надо было просто самой доплыть до берега.
Узкая река в этом месте, да все относительно. Это место не для плавания, глубокое место, с постоянными волнами. Плыла Катерина, а в голове стучала одна мысль: "Вот так люди и тонут". Тонуть девушке очень не хотелось, и она доплыла до берега одновременно с ребятами. Спасательные средства в байдарку не брали, без страховки проходили тренировки.
   Плавали лыжники по протокам реки на байдарках-восьмерках. Это уже скоростная регата. От таких тренировок оставалось волшебное чувство скорости. Эти байдарки труднее из воды поднимать да в ангар относить. Ангар находился на острове недалеко от сопок. На берегу находился маленький причал для лодок. От этого причала вставали на водные лыжи. Если честно, были умельцы, которые на водных лыжах хорошо держались, что же касается Катерины, то она раза три врезалась в воды реки и больше не пыталась вставать на водные лыжи. Еще одним видом водных средств передвижения пользовались лыжники на тренировках — ялами.
Восемь человек сидели и гребли, каждый одним огромным веслом. Команда состояла из парней и девушек. Необыкновенно красиво смотрелись загорелые спины, когда мышцы на них шевелились от гребли. Один раз ялы использовали по назначению. Лыжники поставили паруса на двух ялах, взяли рюкзаки с припасами дней на десять и ушли вверх по реке в поход. Руки сбили в сплошные мозоли.
   Парус остался лишь на фотографии. Рядом проплывала баржа, прицепились к ней. Остановились на берегу, с которого видны были трубы небольшого города. Здесь и прожили дней восемь-десять. На этом же берегу реки жил пожилой мужчина, у него был дом, корова, козы. Лыжники косили траву, мужчина давал за это простоквашу.
Без дождей не обошлось, палатки не спасали. Одну ночь спали в доме этого человека на полу. Купались в реке, но не со стороны фарватера, а в протоке. Протока была коварной, с воронками. Вода в них крутилась с приличной скоростью. Когда плавали, главное было в воронки не попасть, а затягивало в них очень сильно. Смотрели друг за другом и помогали выплывать. Обратный путь проделали просто: прицепили два яла к проходящей барже и доплыли до города.
   В очередной раз Катерина мельком посмотрела на экран телевизора и положила в спортивную сумку кеды. Ей пора было ехать на тренировку. Она повесила на плечо синюю сумку с надписью "Аэрофлот" и вышла из картонного барака. Пройдя мимо низкого штакетника, свернула на улицу. Дорога лежала мимо одноэтажных строений к остановке автобуса.
Полчаса дороги проходят иногда быстро, иногда очень медленно. Вскоре она вышла из автобуса, прошла между деревянными домами и оказалась на крутом берегу реки. Она скатилась с крутого глинистого берега и остановилась у перевернутой шлюпки. Тренер Феофан Афанасьевич ходил рядом с лодкой и смолил ее бока. Он готовил лодку к новому сезону. Рядком с маленьким деревянным домиком лежало еще пять перевернутых лодок.
   В домике у одной стены стояли лыжи в распорках, но основное место занимали лодки, которые вынесли смолить для профилактики, а лыжи вновь встали в распорки до следующей зимы. Весна меняла виды спорта одним дуновением теплого ветра, оставляя запах смолы.
Пришел Олег с лохматыми светлыми бровями, от нечего делать предложил Катерине изучить основные приемы драки — подсечки. Они немного подрались на глазах у тренера, смолившего лодки и не доверявшего никому столь важное дело. Люся, спустившись с плавного косогора, перехватила интерес Олега. Фигура у нее отменная, и сама по себе она красивая девушка, что уж говорить...
   Катерина подошла к тренеру. Посмотрел на нее тренер Феофан Афанасьевич и сказал:
   — Катерина, куда волосы дела? Ты одна была с длинными косами, а обстриженных девушек и без тебя полно!
   Девушка покачала в ответ головой с двумя хвостиками и промолчала — как объяснить тренеру, что она хотела быть красивой, как ведущая на экране телевизора? Группа лыжников постепенно собиралась на тренировку. Тренировка предстояла силовая.
   Молодые люди забрались на лежащую железную конструкцию, предназначенную для передачи электричества на левый берег реки. Они зацепили ноги за металлические перекладины, взяли в руки по булыжнику и стали качать пресс. От таких тренировок пресс остался у Катерины на всю оставшуюся жизнь.
Почему именно булыжники применяли лыжники, а не гантели и штанги? Феофан Афанасьевич считал, что природный камень обладает дополнительной силой в тренировочном процессе сборной города по лыжным гонкам. Тренер заставил спортсменов приседать на одной ноге, потом на другой. Он считал, что Земля дает энергию рукам. Ноги и руки наливались мышцами. Однажды группа лыжников в полном составе пошла на открытие футбольного сезона.
Рьяная толпа футбольных болельщиков сильно прижала Катерину к железным воротам перед открытием стадиона. После такого пресса толпы она на футбол больше не ходила.
   Лыжники и сами играли в футбол на утрамбованной земельной площадке без забора, расположенной рядом со старой деревянной церковью. Надо сказать, что тренировались там, где было можно, где находил место Феофан Афанасьевич. Площадка среди старых деревьев, расположенная у церкви из почерневшего дерева, была очень красивая. Но еще красивее были молодые и юные футболисты и футболистки. В команде появилась черноволосая, кудрявая Тамара.
Это была девушка невысокого роста, обладающая хорошей скоростью, изворотливостью, ловкостью. Футбольный мяч ее лучше слушался, чем Катерину. Трудно ли играть в футбол с точки зрения девушки? Трудно, хоть и играла Катерина в него в те незабвенные годы, когда играть в футбол ей было под силу, а не просто украшать собою футбольное поле. Никогда она не позволяла себе говорить плохо о футболистах, как бы они ни играли. Футбол — трудный мужской вид спорта.
   Кроме футбола лыжники играли в регби на стадионе, расположенном метрах в пятистах от церкви. И в регби Тамара играла хорошо. В команде лидером всегда была Катерина, но теперь пришла явная ее соперница. Тамара быстро влилась в коллектив, но Катерина оставалась непревзойденным лидером. Катерина обошла Катерину в лыжных гонках один раз, и то за счет лыжной мази — серебрянки. Лыжи скользили отменно по зернистому снегу. Чувство скорости, легкость в движениях, великолепная погода, красивая лыжня создавали отличное настроение, которое не омрачила злость Катерины! Да, лыжная мазь — великое таинство победы, которое создавал Феофан Афанасьевич. Когда он водил паяльной лампой над поверхностью лыжи, Катерина снимала старую мазь тряпкой с поверхности лыжи.
   Паяльную лампу тренер из рук не выпускал, он сам грел мазь, и она сползала с лыж, как снег весной со склонов сопок. Иногда грели лыжи над сухим спиртом или над электрической плиткой со спиралью. Обязательно наносили смолу на новые деревянные лыжи. Лучшие лыжи всегда красовались на ногах Катерины, лучшая мазь наносилась тренером на ее лыжи, лучшие спортивные костюмы украшали ее фигуру. Тренировки на скорость проходили рядом с лодочной станцией на высоком берегу.
Лыжники бегали в кедах по асфальту на скорость несколько раз подряд. У Катерины дела со скоростью обстояли хуже, чем у других девушек, но в целом ее старательность приносила успех и бегала она усердно. После бега по асфальту у нее заболела на ногах надкостница так, что ходить она не могла. Пришла она к спортивному врачу. Врач проверила ее легкие, они вмещали три литра воздуха. А по поводу ног врач сказала:
   — Полежи в ванне или посиди в теплой воде.
   Катерина ответила:
   — У меня дома ванны нет.
   Врач удивленно посмотрела на красивую девушку и повела плечами:
   — Больше ничем не могу помочь, тогда не бегай много.
   Жила Катерина в то время в бараке с удобствами во дворе. Утром вместо пробежек она делала зарядку — подтягивалась на воротах рядом с домом. Старый штакетник огораживал маленький участок земли под окнами дома, где она жила с родителями. Там, где в штакетнике находилась калитка, она делала прямой угол ногами и подтягивалась на руках.
По поводу талии у нее существовала одна хитрость: от дяди остался в доме суровый солдатский ремень, поэтому она ходила дома, затянув на себе солдатский широкий ремень с пряжкой. Талия от ремня замечательно сохранялась. В горах проходили очередные соревнования лыжников. "Здесь вам не равнина, здесь климат иной..." Как же в горах красиво! Сосны. Горы. Озеро. С великим удовольствием лыжники покоряли холмистую местность. Соревнования в горах с заснеженными деревьями прекрасны!
   — У Катерины нос блестит после бани. — сказал всем Феофан Афанасьевич в автобусе.
   В баню ходили все лыжники, не избалованные домашними ваннами. В деревянной одноэтажной гостинице существовало странное удобство: с первого этажа лыжи подавали на улицу и на них под окнами наносили лыжную мазь перед лыжной гонкой. В автобусе лыжники пели песни. Они пели с вдохновением во все свои молодые глотки! Больше так нигде и никогда лыжники не пели.
Катерина и Людмила хорошо спелись, их голоса красиво звучали в хоре лыжников сквозь запах смолы... На сопках, где катались лыжники, в деревянном домике уместился крошечный буфет, он работал по большим праздникам. Обычно лыжники обходились без горячих напитков и булочек.
Но в конце лыжного сезона буфет работал исправно, соревнования проходили крупные, народ на сопки шел толпами. Девушки взяли горячий кофе в бумажных стаканчиках, вышли на улицу из деревянного здания. У ребят нашелся фотоаппарат, и мгновение после кофе остановилось. У лыжников на фото видны белые вязаные наушники, сверху закрытые лыжными шапочками. Шапочки для всех покупал Феофан Афанасьевич, когда ездил в командировку.
Костюмы и лыжи тоже он выдавал, даже лыжные ботинки. Куртки у всех свои, варежки свои, щеки, красные от мороза, свои, но фото не цветное, не выдумали тогда еще цветных фотографий. Застыли на фотографии Катерина, Людмила, Тамара, Феофан Афанасьевич и Олег.
   В жизнь Катерины стали входить институтские общежития — нет, она в них не жила. Длинные коридоры, очень длинные, удивляли и настораживали. Такое же общежитие было в городе, где Катерина участвовала в студенческих соревнованиях. Студенческие гонки. Училась она в техническом институте и выступала за свой институт и город.
Жили лыжники на соревнованиях в общежитии, пока местные студенты отдыхали на каникулах. Места необыкновенно красивые и живописные. Горы, снег и мороз. Лыжные гонки не отменили в мороз в тридцать градусов, все соревнования прошли как надо. Лыжная трасса проходила по красивым горам. Слезы из глаз вылетали при спусках и поворотах, темные очки в то время лыжники не носили. Все общежития одинаковые, да города разные. Ой, как страшно иногда зимой ехать! Погода. Дорога. Лучше не рисковать.
   Долетели однажды до одного города, а дальше ехали на автобусе до места, где проводились соревнования. Все на перекладных, так и домой возвращались, но на поезде с пересадкой. Поезд домой приехал ночью. С лыжами от вокзала до своей улицы Катерина шла пешком. Страшно? Даже не холодно.
Ночь. Мороз. Лыжи в чехле. Спортивная сумка. Пальто с рыжей лисой. Молодость многое легко переносит. Еще от одной поездки остались фотографии. На них рядом со скульптурами стояли девушки в пальто, в чулках, в замшевых сапогах, обтягивающих плотно икры ног.
Девушек снимал на фото Олег. Он тоже есть на одной фотографии. Учился Олег в одном институте с Катериной. Снег на лыжне тогда лежал крупнозернистый, очень хорошо скользил в марте.
Внутренние симпатии в группе распределялись: Лида и Юра, Люда и Сергей. Оля в лыжников не влюблялась надолго, все увлечения носили мимолетный характер, и менялись от сезона к сезону. Лида и Юра, насколько известно, особо в домашних условиях не встречались, любовь носила тренировочный характер, а вот Люда и Сергей, вероятно, встречались.
У Люды еще и брат был Сергей...  Люда училась в медицинском техникуме. Лида пыталась поступить, но по математике получила твердую двойку, и ее не приняли в медицинский техникум, но Лиду приняли в педагогический институт, на факультет физкультуры, математики на этом факультете не было, и Лида окончила институт с оценками: хорошо и отлично. Люда, из-за своих медицинских навыков, то есть, она могла делать уколы, вот она и ходила к Сергею лыжнику домой, и делала уколы его матери.
   Люда - невысокая девушка, с пышной гривой черных волнистых волос, с карими глазами, с хорошей точеной фигуркой от многочисленных тренировок, одна из сильнейших лыжниц в городе на Реке. Сергей - высокий голубоглазый блондин, стройный и накаченный на силовых тренировках лыжников, один из ведущих лыжников города на Реке. У Сергея была еще одна Люда - его ранняя жена. Одна Люда, может, другой Люде и не мешала... 
Лодки у лыжников летом под руками были так же часто, как зимой лыжи. В не тренировочный день, Сергей плыл в лодке со своей женой - Людой и с ее братом. Слово за слово и брат Люды в лодке, в ее присутствие, убивает Сергея из ружья. Люда лыжница в расстроенных чувствах опять пошла в дом Сергея, делать уколы его матери, и мать его звали тоже Люда, а брата жены Сергея, можно догадаться, звали - Сергей.
   Долго все лыжники были в шоке. И это понятно, если вспомнить, что был некогда популярным фильм 'Сережа'. Убили в лодке из ружья шикарного парня, во всех отношениях, по имени Сергей Сергеевич Сергеев. Надо заметить, что все Люды и Сергеи жили на берегу реки, в квартале друг от друга. Причина расстрела Сергея лыжника - полнейшая загадка, а его жена не лыжница, и лыжники правду могли узнать через Люду - лыжницу, делавшую его маме уколы.
Семейная тайна, покрытая мраком. У Сергея, незадолго до его убийства, родился маленький сын - Сергей в четвертой степени Сергеев. В городе на Реке, есть популярные частные детективы - сами лыжники. Вопрос один: почему Сергей, брат жены Сергея, убил Сергея? Оля с Лидой, приступили к расследованию это дела по просьбе самих себя. Оказалось, что два Сергея сидели на веслах и попросту гребли, руки у них были заняты. Один Сергей, в другого Сергея, из длинного охотничьего ружья просто бы не попал, ведь они сидели плечо в плечо.  На корме сидела Люда и держала ружье, чтобы волной случайно не замочить, и замочила - Сергея.
Вертела она это ружье туда, сюда, лодку качнуло на повороте, волны в том месте реки всегда крупные она и нажала случайно на курок, ружье было заряжено, они ехали на острова уток стрелять, и убила Люда своего мужа Сергея, отца маленького Сергея. Ее брат Сергей, чтобы ее выгородить, сказал, что это сделал он... Лодка плыла недалеко от берега, на берегу играли мальчишки. С мальчишками связь наладила Лида, мальчики сказали ей, что стреляла в лодке - женщина.


Глава 4. Двуликий Феофан

Катерина сидела на крутом берегу и смотрела за реку, туда, где находилась пойма реки. То ли от солнечных лучей, то ли еще от чего перед ее глазами стал возникать Призрачный город. Девушке захотелось крикнуть:
   — Нельзя строить город на том берегу! Там пойма реки!
   Но Катерину никто не услышал, а город продолжал строиться. Круглые дома с вогнутыми крышами возникали один за другим.
   — Кто там дома как грибы выращивает? — спросила Катерина вслух в следующий свой приход на берег реки.
   — Это ребята строительного факультета резвятся, — отозвался Олег.
   — Олег, это не сон?
   — Катерина, люди работают в круглосуточном режиме. Я и сам им помогаю. Студенты строительный факультет заканчивают, а этот город — их коллективный дипломный проект.
   — Интересно. Но дипломы — бумажные! А это настоящие дома!
   — Катерина, нам помогают известные архитекторы из Северной столицы, с ними разработан совместный проект. Они много домов в городе спроектировали. И я предложил им круглые дома, кстати, после одного разговора с тобой. Ты сказала, что страшно по крышам ходить. Я и придумал вогнутые, круглые крыши, с которых если скатишься, то внутрь крыши. В центре дома проходит сток воды с фильтром. Фильтр делают выпускники твоего факультета.
   — Я не знала об этом.
   — А ты кого, кроме себя, видишь? Ты всегда сама в себе. И сейчас к тебе я с опаской подошел: вдруг прогонишь?!
   — Слушай, Олег, затопит весной ваш город!
   — Не затопит. Мы подключили еще один факультет, ребята разрабатывают проект дамбы, выполняющей роль набережной. Ты сама любишь ту сторону реки, что я, не знаю?
   — Ты прав. На той стороне реки с берега не надо съезжать по глине, и на скорость подъема работать не надо, и вода там теплее, и берег мельче. Где деньги взяли?
   — Ты не поверишь! Помнишь, ездили на соревнования в горы? На лыжах ты не лучше всех ходишь, но в тебя влюбился один зритель. Кстати, ты хоть знаешь, что гонки были рядом с правительственным санаторием?
   — Кто-то что-то упоминал.
   — Зрители у нас были что надо! Тебя на пленку сняли. Мужик ко мне один подходил. Он спрашивал о тебе и сказал мне, чтобы тебе подыгрывали в твоих мечтах.
   — Припоминаю, что ты и другие из меня идеи тянули. А дома кольцами построили?
   — Да, как ты говорила. Почему ты на строительный факультет не пошла?
   — Лучше скажи, как с одного берега на другой попасть? На пароме?
   — У нас все схвачено. Скоро начнут новый мост ставить в этом месте, где мы с тобой сейчас сидим.
   — Мне и сесть нельзя, как сразу мост на моем месте поставят! За что так? Олег, а смысл какой в строительстве города на том берегу?
   — Там ветры меньше дуют.
   — Принимаю все за шутку, но город на самом деле растет быстро! А город красивый!
   На крутой берег реки из крутого автомобиля вышли респектабельные мужчины. Катерина вскочила со своего наблюдательного места. Поднялся и Олег. Уйти им не дали. Мужчины из автомобиля их остановили.
   — Привет, Олег! — сказал плотный мужчина с седой шевелюрой. — Познакомь меня с девушкой.
   — Шеф, девушку зовут Катерина.
   — Отлично, я даже дар речи потерял от неожиданности, город получит название Катрин в честь этой девушки! — сказал величественно мужчина и протянул руку Катерине.
   — Вы этикет нарушаете! — неожиданно сказала Катерина.
   — Вот те раз! Мою руку отказываются обнять такой милой ладошкой!
   — Я нужна здесь? — спросила резко Катерина и, не дожидаясь ответа, скатилась с крутого берега к воде, где группа лыжников собиралась на очередную тренировку.
   Катерина подошла к Тамаре:
   — Тамара, ты видишь город на той стороне?
   — Она еще спрашивает! Вижу!
   К ним подошел Олег:
   — Красавицы, вас приглашают сегодня в кафе для беседы...
   — Олег, ты нас кому продал? — спросила Катерина.
   — Катерина, я для тебя стараюсь.
   — Не верю, не приду.
   — Катерина, ты обязательно придешь! Шеф очень просит.
   — Смысл есть, господин, приближенный к финансистам?
   — Обижаешь! Приходи.
   Катерина и Тамара явились на ужин. Они скромно сели с краю стола.
   — Новая столица региона намечена. Начало работы считаю успешным! — громко вещал шеф, а заметив двух подружек, сказал: — Внимание, перед вами молодые особы, чьи лица будут скоро на всех экранах региона! Именно они являются лицами нового города.
   Публика за столом активно подняла бокалы, льстиво улыбаясь шефу. Его рука с бокалом стала центром вселенной, каждый пытался достать своим фужером его фужер. Девушки продолжали скромно сидеть и не высовываться. Появился Олег в сопровождении нескольких совсем незнакомых парней.
Их представили остальным. Катерина поняла, что пришли проектировщики нового моста через реку. На стойке бара появился телевизор, на его экране возник круглый город с вогнутыми крышами. Люди пришли в восторг и стали дружно друг друга поздравлять. В зал вошла Катерина. С ней рядом шел тренер Феофан Афанасьевич. Они сели рядом с подружками.
   — Катерина, тебе камень нравится? — спросил тренер, открывая ладонь, на которой лежал незнакомый ей камень.
   — Не знаю, меня камни не интересуют, — неохотно ответила Катерина.
   — Такими камнями предполагают декорировать здания в столице региона.
   — Здания круглые, к ним такие булыжники не приклеишь, — возразила Катерина.
   — Зато приклеишь вертикальные планки, их разная высота украсит фасады навечно.
   Ветер прошелестел над столом. Два человека окунули лица в салаты. Звуков выстрелов слышно не было. Нависла тишина, которая прекратилась криками. Кричали все. Катерина заметила ствол, исчезнувший в рукаве одного незнакомого человека. Еще она заметила, что убили двух проектировщиков моста, которых совсем недавно ей представили. Два официанта исчезли и появились с охраной заведения. Все стало неинтересно и тягостно. За столом шел опрос очевидцев. Катерина сидела за столом, но мысли ее витали где-то очень далеко.
   — Катерина, ты спишь? — спросил Олег.
   — Нет, не сплю.
   — У тебя спрашивают, что ты видела.
   — Стволы в рукаве.
   — Ты ясновидица? — усмехнулся Олег. — Сквозь ткань видишь?
   — Не знаю, но я видела тех, кто стрелял, а звука не слышала.
   — Катерина, Вы можете описать тех, кто стрелял? — спросил неизвестный ей детектив.
   — Нет, только рукава.
   — И какие были рукава? — спросил детектив.
   — Черные были рукава.
   — Тут у всех почти черные рукава.
   — На рукавах были запонки.
   — Какие запонки?
   — Красивые, треугольные, синие сапфиры, их еще в древности яхонтами называли.
   — Вы только что говорили, что в камнях не разбираетесь, — заметил детектив.
   — И у Вас в руке был сапфир треугольный, — меланхолично ответила Катерина.
   — Лучше бы ты спала. — сказал Олег.
   Катерина послушно прикрыла глаза.
   — Господин сыщик, она спит, что ее слушать. — сказал Олег.
   — Я ей верю, а Вы — пройдите со мной. — сказал детектив.
   Оба покинули застолье, окруженное людьми в пятнистой униформе.

   "Дома сапфирами не украсишь, если только искусственными", — подумала Катерина. И вспомнила слова о сапфире: сапфир — камень души, постоянства, верности и любви. Помогает отличать правду от ложных данных. Лечит зрение и сердце. Сапфиры не сапфиры, а новые дома действительно украсили прозрачными камнями, под нежные цвета сапфиров.
Катерина села на свое любимое место на берегу реки. Новых проектировщиков моста, который должен соединить старый город и цилиндрический город, еще не назначили. Любимое ее место на берегу строительной площадкой пока не сделали, а в голове у Катерины появилась новая мысль: сделать одну нормальную горку в городе и ее окрестностях, то есть мост сделать в виде склона, а не в виде горизонтального моста. Получится странный мост. Конструкция моста прорисовывалась достаточно простая: горка над рекой. Катерина сидела и прорисовывала в блокноте общий вид своего моста. Сзади тихо подошел шеф. Сопровождающие его лица остались поодаль.
   — Катерина, хорошо получается мост на твоем рисунке! Именно ты и будешь руководить строительством этого моста.
   — Согласна. Предложение очень интересное.
   — Ты дашь идею, выполнят ее другие конструкторы и строители мостов. Для тебя есть еще работа. Столица огромного региона должна иметь большую дорожную развязку: самолеты, поезда, машины. Ты местные окрестности обошла на лыжах или бегом пробежала, местность знаешь не понаслышке. Подготовь проект дорог. Ты только наметишь идею, дорожники справятся без тебя.
   — А я, что буду делать?
   — А ты, моя дорогая, наметишь идеи строительства Дома правительства.
   — Круто, но скучно.
   — Значит, справишься. У тебя будет охрана.
   — Не надо мне охраны.
   — А я сказал, что будет!
   — Бог подаст. Мне даже машины не надо, но мне нужен кабинет в Доме художников, на последнем этаже, с видом на тот берег.
   — У художников все помещения заняты.
   — А это уже по Вашей части. — сказала Катерина и скатилась с горки вниз прямо по глинистой почве.
   На пологом берегу реки стояли пять шлюпок, в одну из них сели Катерина и Тамара. Солнце светило на всем небе, облака полностью отсутствовали.
   — Катерина, почему тебя пасут такие интересные мужчины? — спросила Тамара.
   — Хотят меня вместо убитых товарищей приобщить к разработке моста.
   — Не боишься выполнять задание?
   — У меня выхода нет. Мой проект моста им нравится.
   Девушки переплыли реку на шлюпке, вышли на берег и пошли к новым домам. Чудесные белые цилиндры стояли группами, образуя дворы.
   — Тамара, а как ты смотришь на круглые комнаты?
   — Катерина, но не все стены круглые, внутри все прямо — как обычно ты говоришь, "ну, прямо".
   — А ты хочешь здесь жить?
   — Кто мне даст жить в элитном комплексе?
   — Я. Сама говоришь, что город будет называться Катрин в честь меня.
   — Ты что, сдвинулась на своей особе?
   — Нет, мне так сказали. Я — скромная.
   — Оно и видно, — обидчиво сказала Тамара.
   Четыре шлюпки причалили к берегу. Девушек позвали играть в футбол на пляже, достаточно пустом в это время года. Тренировки на песке — дело обычное. На высоком берегу реки в машине сидели Олег и шеф. Они смотрели на другой берег реки.
   — Олег, женись на Катерине, не прогадаешь, — предложил шеф серьезным голосом.
   — Знаю. Но Вы попробуйте к ней подойти — не получится. Она от Вас с горки съедет на своих двоих.
   — Еще одно: от нее надо убирать мужчин, которые снискали ее расположение.
   — Как прикажете убирать — убивать? — удивился Олег.
   — Сами себя уберут. Олег, возьми бинокль, посмотри, как эти чудики футбол на пляже гоняют. Посмотри, кто к Катерине клеится. Видишь? Значит, ты, Олег, — лыжник, и все к твоим услугам. Ты идеи будешь подавать в лыжную группу.
   — И какие нужны идеи?
   — Примитивные идеи. Скажи им, пусть пойдут на своих шлюпках в поход. Мы дадим палатки, топоры и тушенку.
   — Это все положительные подачки, а где отрицательные?
   — А здесь уже работать надо! Надо двух ее обожателей поссорить и заставить драться на топорах.
   — Круто. Понял.
   — Вот так, Олег, так держать!
     На следующей тренировке обсуждали недельный поход на шлюпках. Чувство тревоги не покидало Катерину. Она слушала Олега и чувствовала подвох, но раскрыть его сразу не могла. Лыжникам дали продукты и палатки для похода, но к дарам она привыкла и считала их естественными, потому что говорили, что дары из своих средств выделяла спортивная школа молодежи.
Олег и Артем ссорились с самого начала похода. Их развели по разным шлюпкам. Когда они выходили на берег, то петухами друг к другу подлетали. Друзья находились в состоянии ссоры. Катерина к ним была равнодушна, хоть они и говорили ей: "А ты красивая!" — но эти забияки составляли костяк лыжной группы и дорогого стоили. Лыжники как спортивная семья.
На стоянке собирали валежник. Рубили старые деревья. Олег замахнулся топором на Артема, тот ответил в шутку. Драка разгорелась на топориках. Сильные ребята, и удары у них сильные. Остальные почуяли нечто чудовищное в драке. Спортсмены сбежались на полянку. Разнять друзей с топорами казалось невозможным. Катерина взяла ведро с водой, принесенное для компота, сорвала его с костра и со всей силы вылила ведро на друзей. Вода была еще теплая, и сухофрукты повисли у ребят на голове и ушах. Драчуны остановились от неожиданности. Топоры у них забрали.
   За хворостом Катерина пошла сама, на ребят не смотрела. Прошла она метров пятьдесят, остановилась: перед ней стоял нормальный живой лось. Катерина видела лося впервые, да еще так рядом. Большие глаза смотрели на девушку спокойно. Шерсть лоснилась, ее хотелось погладить. Катерина сказала лосю: "Привет!" — и быстро пошла к костру.
Ребята послушали рассказ Катерины о лосе и предложили посмотреть на памятник Тимофеевичу. Они находились в местах сражения Ермака Тимофеевича. До памятника можно было на шлюпках по реке доплыть, что они и сделали. Вот где плавала на шлюпках группа лыжников и где собирались строить столицу региона! Места чудесные.
Олег и Артем пожали друг другу руки у памятника великому Тимофеевичу. Лыжники вернулись к палаткам. Олег саперной лопаткой рыл землю. Он задумал вырыть ямку для тушенки. Дни стояли жаркие. Лопатка стукнулась о твердый предмет. Парень расчистил землю и увидел старый сундук. Помня о недавней драке, он не стал звать ребят к находке. Лыжники в это время купались в реке. Олег сам раскопал землю вокруг сундука и стал его вытаскивать.
   В это время чья-то железная рука вцепилась ему в плечо:
   — Стой, Олег!
   Олег узнал Артема.
   — Артем, не мешай!
   — Бегу и падаю. Вместе вытащим кованый сундук. Он тяжелый.
   Парни прогнулись под сундуком и подняли его из земли. Замка на сундуке не было. Сундук оказался перевязанным веревкой, типа мочалки. Веревку Олег срезал и открыл сундук. В сундуке лежал древний топор, завернутый в старую кожу. Рядом с топором в старых тряпицах лежали сапфиры. Один сапфир был в диаметре 3 сантиметра. Три луча сияли от большого темно-синего камня.
   — Олег, а почему сундук такой тяжелый? — спросил Артем примирительным голосом.
   — Сундук медным листом обвернут.
   — А что это за стекляшки прозрачные? Смотри: розоватые, желтые, голубоватые...
   — Самоцветы, раз они цветные.
   — Умен ты, Олег, не по годам.
   Остальные лыжники, мокрые после купания, подошли к сундуку, заглядывая внутрь.
   — Катерина, смотри, сапфиры, ты их вспоминала на днях. — сказала Тамара.
   — Мне пришлось с ними познакомиться.
   — Стало быть, это сапфиры? — спросил Олег.
   — Да, сапфиры, а ты бы мог и не дожить до такого счастья. — сказала Катерина.
   — Век благодарен буду тебе за компот на ушах, — ответил Олег.
   Феофан Афанасьевич подошел к сундуку. Удивительно спокойно он воспринял находку.
   — Кому отдадим дары природы? — спросил тренер у лыжников.
   — Себе возьмем, — ответил Артем.
   — Это я нашел сундук! — крикнул Олег.
   — Возьми за него на полке пирожок, — ответила ему Тамара.
   — Сдадим сундук в краеведческий музей, он находится недалеко от набережной реки. — сказал Феофан Афанасьевич.
   Лыжники мысленно затаились.
   В краеведческом музее обрадовались сундуку времен Ермака Тимофеевича. В музей потянулись посетители на смотрины сундука и его начинки. Нашлись люди, которые сказали, что сундук самого Тимофеевича, его ему сам царь Иван подарил. И истории про Тимофеевича стали сказывать.
   ...Ермак Тимофеевич влюбился в сестру богатого человека. Богатый хозяин был против бедного силача, он самонадеянно не учел силу могучего Тимофеевича. Богач увидел свою сестру с Тимофеевичем и решил помериться с ним силой. Тимофеевич убил богача саблей и сбежал на Волгу.
По реке в тот момент плыли люди в лодках — ладьях. Сильный мужчина напросился к ним в товарищи вместо умершего у них человека. Вскоре пришлось им драться с разбойниками, все сбежали, остался один Тимофеевич. Он кого убил, кого покалечил. За свою удаль он понравился атаману разбойников, который его у себя оставил.
Прошло время, и стал Тимофеевич атаманом разбойников. И так он прославился, что о нем прослышал сам царь Иван. Велел царь Иван расправиться с разбойниками. Услышали о том разбойники во главе с Тимофеевичем, и рванули они с широкой реки Волги в горы Медные. Нашли они себе пристанище у владельца завода. Некоторое время они завод Демидова охраняли.
Заметил Тимофеевич, что местное население страдает от набегов ханских людей. Решил он избавить население Медных гор от людей хана. Хозяин заводов помог Тимофеевичу с провизией, дал ему людей.
   С первого захода недалеко ушел Тимофеевич со своими людьми. А со второго захода отправился атаман разбойников Тимофеевич покорять Сибирь и при возможности бить людей хана за Медными горами. Несколько зим ослабили силы армии Тимофеевича. Помощь, которую ему выслал царь Иван в виде стрельцов с припасами, сама себя уничтожила.
Стрельцы запасы съели, а зиму не пережили. Силы армии Тимофеевича таяли не зря. Навел он страху на ханских людей. Они почувствовали сопротивление! Тимофеевич не побоялся пойти в неизведанные земли освобождать людей от длительного ханского ига. Убили Тимофеевича люди хана, взяли они его хитростью, а не в открытом бою...
Олег локти кусал, что не утаил сундук от Артема. Местная газета его подвиг расписала. Артема заинтересовал сапфир — такой камень да в сейф бы! Телевидение приехало. Фотокорреспонденты со всего мира стали приезжать в город, который приобрел популярность. Призрачный город сняли во всех ракурсах и вместе с сундуком прославили по всему миру. Шеф читал газеты.
Ему реклама была на руку. Он знал, что строить. Так было и с мостом. Кому нужен горизонтальный мост? Кто его по всем каналам телевидения покажет в новостях? А мост-горку покажут. Такой Катерина человек, такие у нее мысли, их вовремя подхватить надо. Команда мостостроителей возмутилась всеми фибрами своей души. Они раскричались против проекта Катерины. Ей никто не хотел подчиняться! Люди ее укоряли в смерти двух проектировщиков, будто она хотела их место занять. Катерине мало не показалось. Она была готова провалиться сквозь землю к двум ушедшим на тот свет проектировщикам моста. Но она улыбалась, смеялась и шла на тренировку.
   Шеф ждал Катерину в машине рядом с лыжной базой:
   — Привет, Катерина! Ты не плачешь от радушного приема проектировщиков моста?
   — Сейчас заплачу.
   — Рисуй! Черти! Набросай основную идею моста и размеры с точностью до 10 метров, точнее замерят без тебя.
   — Уже все сделано.
   — Где твои прорисовки?
   — В спортивной сумке.
   Катерина расстегнула сумку, но планшета в ней не было.
   — Куда делись твои эскизы? — ехидно спросил шеф.
   — Они здесь лежали, — недоуменно ответила Катерина, перебирая содержимое спортивной сумки.
   — А прорисовки — были ли они? Дома остался экземпляр?
   — У меня были только прорисовки, а в сумке лежал последний вариант моста.
   — Мило. На кого думаешь?
   — Знала бы — с собой не брала бы чертежи!
   — Я тебе говорил про охрану, а ты все с горки катаешься, твои чертежи у меня. — сказал шеф и показал последний вариант моста.
   — Ну, Вы! У меня слов нет! — искренне возмутилась девушка.
   — Были бы мысли, а слова найдем. Мне твой мост нравится.
   — Меня КБ не признает.
   — Заставим. От тебя будет зависеть их зарплата.
   — Вот этого делать не надо! Я не плачу деньги! Я придумываю конструкции!
   — Умница, целей будешь! Уважение людей само придет к тебе, по ходу дела.
   Катерина лежала и крутилась вокруг гвоздя в сердце, гвоздь из-за острой боли не давал двигаться и не позволял встать. Попыталась она вспомнить, есть ли в доме сердечные лекарства, и с ужасом осознала, что в доме нет таблеток, нет капель. Все давно закончилось, а проблем было так много, что о лекарстве никто не вспоминал.
Спроектированный мост, несколько похожий на чертежи, оборвался и повис над рекой.
   Тамара позвонила и спросила:
   — Катерина, почему тебя нет на тренировке?
   — Я лежу на гвозде в сердце, — ответила Катерина.
   Ужас от катастрофы не проходил. Она прекрасно понимала, что мост оборвался из-за жадности шефа. Он жадный человек, он жалел денег на усиление конструкции! Сколько Катерина с ним спорила! Она показывала ему варианты крепкого моста. Но спонсор деньги на одно давал, а на некоторые элементы конструкции не давал. Мама принесла новенькие таблетки. Катерина их выпила, но боль еще держалась. Приехала Тамара, провела рукой над сердцем — и боль исчезла. Катерина заметила синее сияние, шедшее из ладони ее руки, но промолчала.
   Позвонил шеф, спросил:
   — Катерина, почему ты впала в лежку и нигде не появляешься? Могла бы посмотреть на оборванный мост.
   От Катерины он слов упрека он не услышал. Что страдать попусту? Взяла она книжку, романчик дома всегда можно было найти. За день она прочитала роман. Вдруг Катерина перестала читать, ей стало казаться, что круглые дома — это вовсе и не дома, а картонки для съемок. Села она, посмотрела в окно. А вдруг это шутка? И город, и мост, и дороги, которые она рисует в свободное от других мыслей время? Что они задумали?
Откуда взялся сундук рядом с палаткой? Какой еще сапфир?! Вдруг люди готовят все для фантастического фильма, а она со своим неординарным мышлением им помогает? Боль, пронизывающая сердце гвоздем, исчезла. Катерина успокоилась. Почему ее конструкция плохая? Да она замечательная! Ее специально ослабили, нужно было снять на кинопленку обрыв моста!
Плохо, что ее любимый спуск с горы испортили. Спуск засыпали, зацементировали. Да, это плохо, придется по лестницам спускаться. Катерина села. Встала. Посмотрела в зеркало. Улыбнулась. Но сил не было. Взяла она следующий роман и еще сутки жила в вымышленном мире другой писательницы. Вечером второго дня Катерина позвонила Олегу. Непонятно почему, но Катерина вдруг почувствовала к нему интерес:
   — Олег, это я, Катерина. Я вчера не была в институте, плохо было с сердцем.
   — У меня тоже болело сердце, и сегодня покалывает, оно у нас с тобой вместе болит.
   Катерина поняла, что Олегу не объяснить истинной причины ее состояния. Он все знает, даже то, что она причастна к строительству моста для съемок, или все это настоящее? Катерина позвонила шефу.
   — Простите, а что Вы за кино у нас снимаете?
   — Катерина, я не режиссер.
   — А почему мост оборвался?
   — Так не рисуй глупости, и мост не оборвется.
   — Но Олег не пропустил полностью всю конструкцию, часть просто не отдал в изготовление, там сплошная жадность.
   — Голубушка, а это уже не твое дело. Заткнись, родная... — трубка замолчала.
   Катерина перевернулась, походила по комнате, слабость давала о себе знать. Сердце кольнуло раз, второй. Девушка положила таблетку под язык. Волна неприятностей прошла через мозг. Она поднялась. Вот и лыжница, а загибается просто так. Нет, надо вставать и действовать.
   В дом внесли два торта необыкновенной красоты.
   — Катерина, девочка моя, смотри, что тебе принесли — торты, и сразу два.
   — Спасибо, мама, один попробую с кофе.
   — Какой кофе, если у тебя сердце болит?
   — А без кофе я есть торт не хочу.
   — Вот ведь упрямая девушка, делай, как хочешь.
   Катерина рассмеялась, боль в сердце исчезла, как и мост, который был нужен для съемок фильма. Олег сидел у Феофана и говорил ему, что его отношения с Катериной улучшаются, но она жалуется на боль в сердце.
   — Олег, а без боли нельзя обойтись! Я к тебе Катерину привораживаю, сердце ее тревожу. А ты как хочешь?
   — Прости, Феофан Афанасьевич, тебе виднее.
   Катерина взяла трубку телефона и услышала знакомый голос Тамары:
   — Катерина, привет!
   — Здравствуй, твой голос не изменился, знакомые интонации.
   — Катерина, когда-то ты мне говорила о сапфирах, я думала, что ты сказку рассказываешь. Ты еще вспомни про сундук, который мы нашли на берегу реки рядом с памятником Тимофеевичу!
   — А почему ты напоминаешь о сундуке? Он находится в музее.
   — В сундуке был синий сапфир?
   — Был. Выкопал сундук Олег и подрался из-за него с Артемом, вот такая история.
   — А ты не забыла, что ты их компотом разливала? — настойчиво спросила Тамара.
   — Это точно, враждовали они непонятно почему. Но не в этом дело, в музей приехал известный колдун Феофан, увидев синий сапфир, он сказал, что этот камень излучает энергию добра, и захотел купить его, но музей сапфир отказался колдуну продавать.
Колдун рассердился и сказал, что этот камень может делать большие деньги. Служители музея ответили, что к ним и так людей стало ходить намного больше, чем до этого яхонта-сапфира. Колдун вышел на Олега, который рассказал, где сундук нашел. Олег тогда работал в местной газете, он еще со школы рисовал для газеты карикатуры. А, вспомнила, Олег и Артем поссорились из-за карикатуры! Ведь Олег на друга Артема карикатуры рисовал и в газету помещал.
   — С Олегом понятно, страдает из-за своего таланта. Катерина, так что с сапфиром произошло? Заметь, появился некий колдун Феофан — и наш тренер Феофан Афанасьевич, что их объединяет? Это имя тебя на мысль не наводит?
   — Подожди, Тамара. Оказывается, в этом сапфире была сила необыкновенная, в нем три луча играли странным образом. Колдун заколдовал служителей музея, вынес синий сапфир, сел в машину...
   — Катерина, ты чего замолчала?
   — За рулем машины сидел Олег!
   — Он что, таксист?
   — Угадала, он совершенно случайно оказался свидетелем кражи.
   — Катерина, если колдун украл мистический сапфир, то почему он на свободе?
   — Это еще одна загадка колдуна. Этот колдун Феофан был на судебном процессе, он там всех загипнотизировал, мысли у судей перепутались, и его освободили за отсутствием доказательств.
   — Круто все. Они что, так и сидели в зале — заколдованные?
   — Нет, они нормальные, но насчет Феофана у них в мозгах возникла дырка от бублика.
   — Почему колдун Феофан так Олега полюбил?
   — Феофан сказал, что камень любит Олега.
   — Кошмар, а мы с тобой сегодня наговорим... Катерина, ты чего хотела еще мне сказать?
   — Я хотела сказать, что это был сундук не Олега, а дамы Недр.
   — Колись, откуда такая новость?
   — Приезжай, расскажу.
   Тамара приехала к Катерине слушать ее рассказ о даме Недр, но до рассказа они не дошли.
   — Катерина, зачем ты этот сундук закопала, который потом Олег откопал? — спокойно спросила Тамара.
   — Так получилось, — без эмоций ответила Катерина.
   — Слушай, Катерина, а Олег случайно не родственник твой?
   — С чего ты взяла?
   — Пока не знаю, пока... — сказала Тамара и вышла из комнаты Катерины.
   Катерина задернула шторы.
   В это время вернулась Тамара:
   — Катерина, ты знаешь, в городе весь транспорт стоит!
   — Чего здесь удивительного? Пробок не видела?
   — Нет, по городу провезли синий шар — и все машины встали.
   — Синий шар, говоришь? Тот, что в нашем музее лежал?
   — Да, его украли, но почему его всему городу показывают — непонятно. Это был сапфир "Синяя звезда". Колдун с ним носился.
   Вскоре все население города говорило только о колдуне Феофане и сапфире "Синяя звезда". Жаждущие здоровья за деньги и без боли стояли к нему в очереди. Катерина подошла к толпе, которая волнами ходила рядом с его местом обитания.  Она лезла сквозь толпу с криками:
   — Люди, пропустите! Я жена колдуна Феофана!
   Люди удивленно смотрели на Катерину, но пропускали. В последней комнате, перед входом в обитель колдуна, сидел Олег.
   — Олег, привет! Пропусти к Феофану!
   — Катерина, здравствуй! Сама пришла или Тамара прислала?
   — Сама, конечно, ты же знаешь, я всегда астрологией и психоанализом занималась.
   — Если ты такая умная, скажи, что здесь происходит?
   — Психоз любви и почитания колдуна Феофана.
   — Правильно, я тебя пропущу через одну дамочку, уж очень она хорошо заплатила за визит к всемогущему колдуну.
   — Я ждать не буду и не заплачу! Дамочка подождет! Не волнуйся, Олег, я ее успокою.
   Катерина подошла к даме и узнала в ней Тамару.
   — Тамара, тихо, я прекрасно помню, что мы участвовали в находке сапфира. Сиди, а я сейчас войду к колдуну, как только выйдет посетитель.
   Однако Тамара быстрей Катерины вошла к колдуну, но вскоре она из двери вылетела. Волосы у нее были взъерошены:
   —  Катерина! Ты хороший психолог, вот иди и всю толпу двумя словами распусти!
   Катерина вышла на крыльцо и сказала:
   — Господа, товарищи, граждане, все на сегодня свободны! Господин Феофан уснул от усталости. Он вас ждет завтра!
   Толпа, как под гипнозом, развернулась и растворилась ручейками по городу. Катерина вернулась в комнату.
   — Тамара, — сказала она и осеклась.
   Перед ней сидел тренер Феофан Афанасьевич, больше никого не было в комнате.
   — Катерина, приветствую тебя! — сказал тренер.
   Она посмотрела на него внимательно:
   — О! Феофан Афанасьевич!
   — Хоть ты узнала. — сказал бывший тренер.
   — Вы давно исчезли! — удивилась Катерина.
   — Как исчез, так и воскрес!
   — Феофан Афанасьевич, Вы и есть колдун Феофан?
   — Жить захотелось — стал колдуном.
   — Зачем Вы украли сапфир в музее? Люди очнутся от гипноза и придут к Вам!
   — Катерина, этот сапфир дорогого стоит. Ты на нем могла бы безбедно жить, изображая мага, потомственного мага!
   — Феофан Афанасьевич, я всей толпе сказала, что я Ваша жена! Но я не знала, что Феофан — это Вы!
   — В тебе маг заговорил! Посвящаю тебя в маги! И дарю тебе синий сапфир, "Синюю звезду".
   — Спасибо, но...
   Катерина увидела в руках тренера синее сияние! Вскоре сияние лежало в ее руках — это был шар с большим количеством плоских граней, он действительно был синим...
   — Этот сапфир не из музея?
   — Нет, моя радость! Сапфир настоящий, и весьма ценный экземпляр.
   — Вы где его взяли? Мне не стыдно будет пользоваться таким сапфиром?
   — Нет. Этот сапфир из сундука дамы Недр. Все тебе надо знать. Вопросы кончились, бери синий сапфир и лети домой, а меня не ищи. — сказал Феофан и исчез за дверью.
   Катерина показала Тамаре синий сапфир.
   — Тамара, колдун Феофан дал мне синий сапфир. Ты не удивилась?
   — Нет, — сказала она.
   Катерина пошла на кухню, где ее остановил телефонный звонок. Она взяла трубку.
   — Катерина, есть срочная работа.
   — Поговорим завтра, на работе.
   — Нет, сейчас! Я стою под твоими окнами. Катерина, посмотри в окно. Моя машина тебя ждет.
   В руках шефа лежал желтый сапфир, или, как его называли, "Соломенная вдова".
   — И Вы в маги подались. — сказала Катерина, садясь рядом с шефом.
   — Катерина, — сказал шеф и упал замертво, из виска текла струйка крови.
   Катерина невольно отшатнулась от него. В окно просунулся пистолет:
   — Катерина, верни желтый сапфир, он на пол упал.
   Она отрицательно покачала головой.
   — Феофан, Вы зачем шефа убили?
   — Он у меня взял сапфир, а это много.
   — У нас с ним одна работа.
   — Так я и поверил, сапфир подними.
   Катерина нагнулась за желтым сапфиром. Феофан ударил ее по затылку и отодвинул в сторону. Он взял желтый сапфир и быстро пошел к машине, стоящей рядом. Тамара посмотрела в окно и увидела лежащую на земле Катерину. Она позвонила Олегу, который быстро приехал. Они вдвоем отвели ее домой…


Глава 5. Характеристика

В школе характеристику Катерины прочитали всему классу, поэтому она ее хорошо запомнила. В характеристике были слова: "Рекомендуем поступить в технический институт". Бог мой! Кто бы ей объяснил, что такое институт! Ее родители окончили семь классов школы и училища по специальностям. Они были обычные труженики. Сосед по дому был старше Катерины. Он поступал в технический институт, но завалил один предмет, химию. Она слушала о его опыте поступления в институт, открыв глаза и уши. Ей нестерпимо захотелось поступить в технический институт!
Раз в школе сказали, что ее рекомендуют в технический институт, значит, надо идти в технический институт! А химию она не завалит, она просто пойдет на другой факультет. В городе был еще педагогический институт, но он ее совсем не волновал, она не любила других учить и не любила, когда у нее списывали.
   Прошли последние школьные каникулы Катерины. Сдала она в школе выпускные экзамены, пришла к институту, а там оказалось несколько корпусов. Обошла она все здания, нашла, где принимают документы. Села девушка в юбке защитного цвета у огромного стола и стала заполнять бумаги. Прочитала в приемной комиссии, что в институте есть четыре факультета. Долго боролась с выбором между двумя факультетами.
   Тут над ее головой раздался чей-то голос, похожий на голос Бога:
   — Девушка, заполняйте бумаги на механико-технологический факультет!
   Человек, который это сказал, растворился в пространстве. А Катерина сидела и думала: а это что за факультет? Заполнила она послушно бумаги на механический факультет. В приемной комиссии ей сказали, какие придется сдавать экзамены. Посоветовали две недели ходить на подготовительные курсы перед сдачей экзаменов. Сдавать предстояло математику, физику, родной язык.
Конек Катерины — математика. Она взяла сборник задач по математике и пошла за дом, где под кленами стоял стол со скамейками. За этим столом она решала все задачи подряд по математике. Потом она решала задачи по физике и учила формулы. Сосед, как опытный наставник, сказал, что если она какую задачу пропустит, то та и попадет ей на экзамене.
Решала все. Физику она решала с меньшим удовольствием, а родной язык не воспринимала должным образом. Подготовительные курсы ей очень понравились. Она наслаждалась, слушая лекции по знакомым и незнакомым темам одновременно. Лекции проходили в старом здании, а экзамены сдавали в новом, красивом здании. Сверху на нем было написано: "Механический факультет".
Катерина поступила в технический институт. Огромный актовый зал. День приема в студенты. Впервые сердце Катерины сказало, где оно находится. Через некоторое время повезли новоиспеченных студентов на машинах в совхоз. Долго ехали по степи, привезли в совхоз "Веселая роща".
В степи стояли одинаковые домики недавней застройки. За околицей виднелась стайка берез. Семь девушек на первую ночь поместили в жилой дом. Внутри чисто. У входа на полу стоял чайник. По центру комнаты лежала столешница. Во второй комнате находился полог. Под пологом спали молодые. Девушек положили на кошму. Ночь им запомнилась. Всю ночь их кто-то кусал и кусал. Молодые под пологом шевелились и шевелились. На следующее утро девушки попросили сменить им место обитания.
Почесав в затылке, некий мужчина освободил для них правление совхоза. Место злачное. Маленький домик, в котором за печкой было спрятано огромное количество пустых бутылок. Поставили студенткам семь кроватей. Все удобства во дворе. Катерина выбрала себе высокого блондина, боксера, способного ее защитить, но у него ее отбил другой боксер, взрослее и сильнее. Что девушка со вторым боксером делала? Побивала рекорды по прогулкам в степи после работы на токе.
   Да! Все студенты работали на токе. Зерно сгребали. Один раз Катерину послали работать на кухню. Кухня кормила студентов и трактористов. В столовой кормили тех, кто был рядом с ней. Пищу для тех, кто был в поле, помещали в металлический контейнер, похожий на бидон. Контейнеры ставили на машину и увозили в поле трактористам. Ей повезло: в совхозе она видела полное солнечное затмение. С новой подругой она пошла на ближнюю железнодорожную станцию за конфетами.
Идти пришлось далеко. Дорога проселочная. Машин нет. Возвращались еще засветло, но вдруг стало темно-темно. Подошли девушки к совхозу и увидели, что все студенты с копчеными стеклышками смотрят на солнце. Повезло всем. Они видели ореол солнечной короны. Отработали студенты в совхозе, и домой уехали. Катерина потом ходила смотреть первенство города по боксу. На этом ее боксерское увлечение закончилось.
   Однажды институтская группа собралась в частном доме сокурсницы, которая обладала изящной фигурой, пышной гривой волос и длиннющими накрашенными ногтями. Первый курс. Все еще мало знакомы друг с другом. Танцы сближали молодых. На вечере Катерина познакомилась с молодым человеком, который пообещал ей обручальное кольцо. Катерина вспомнила свою юность…
Первую сессию Катерина встретила далеко от института. Она уехала на первенство области по лыжным гонкам в Большой Аул. Температура воздуха -40. Тренировки и соревнования отменили на три дня, лыжники ходили в местное кофе кушать по талонам. В кафе звучала одна и та же песня: 'Пара гнедых, запряженных зарею, вечно усталых...' Для поддержания спортивной формы, два дня в фойе помещения, где расположились спортсмены, звучала музыка: танцевали все быстрые танцы на протяжении многих часов.
Спортивного зала в Большом ауле не было. На третий день тренера купили барана. Привязали его к батарее отопления, потом барана зарезали, и в соседнем доме сварили бешбармак на всех лыжников. На четвертый день температура воздуха была -35 градусов. Соревнования больше решили не откладывать. Мазь растерли на самую холодную погоду. Оделись для гонки, как всегда, легко.
   На лыжной дистанции десять километров, первые пять километром ноги съежились от холода, окоченели, потом стали отходить и гореть. Когда пришла Катерина к финишу, там царил переполох: шикарный мужчина - лыжник на дистанции пятнадцать километров отморозил пальцы рук, для него вызвали самолет кукурузник для отправки в город. Зимой Катерина поехала на первенство области по лыжным гонкам в деревню, расположенную недалеко от озера. Температура воздуха — минус сорок.
Тренировки и соревнования отменили на три дня. Лыжники ходили в единственное кофе питаться по талонам. В кафе звучала одна и та же песня: "Пара гнедых, запряженных зарею, вечно усталых..." Для поддержания спортивной формы два дня в фойе помещения, где расположились спортсмены, звучала музыка: танцевали все быстрые танцы на протяжении многих часов. Спортивного зала в деревне не было. На третий день тренер купил барана. Ребята привязали барана к батарее отопления, потом животное зарезали, а в соседнем доме сварили еду на всех лыжников. На четвертый день температура воздуха была минус тридцать пять градусов. Соревнования решили не откладывать.
   Мазь растерли на самую холодную погоду. Оделись лыжники для гонки достаточно легко. На лыжной дистанции в десять километров первые пять километров ноги съеживались от холода и коченели, потом начинали отходить и гореть. Когда Катерина пришла к финишу, там царил переполох: крупный мужчина-лыжник на дистанции пятнадцать километров отморозил пальцы рук, для него вызвали самолет-кукурузник для отправки в город.
 
 На первую сессию Катерина приехала с опозданием, экзамены она сдала, но преподаватели приговаривали: "Спортсменка", — и снижали оценки на один бал. Как спортсменка она была освобождена от занятий спортом в институте, зачет ей ставили автоматически. Ее попросили выступить на первенстве потока курса. Надо было пробежать три круга по одному километру. Она обошла девушку, занявшую второе место, на один круг. И в дальнейшем в ее жизни были учеба и тренировки. Однокурсники и спортсмены-лыжники.
   Большой любви в это время в душе у нее не было: учеба, тренировки и праздники в сопровождении Володи, лыжницы его признали, как неизбежность, сопровождающая ее. В доме к нему привыкли. Лето принесло практику на местном тракторном заводе, куда Катерину сопровождал Володя. И в дальнейшем в ее жизни были учеба и тренировки. Однокурсники и спортсмены - лыжники. Забылся боксер, остались лыжники.
   Математика на первых курсах была достаточно сложная. По непонятным причинам за первый год учебы в институте Катерину семь раз показывали по телевизору. Ее показывали в спортивной форме и в обычном платье. Показывали на тренировке и дома, куда приходила целая команда телевизионщиков. У нее брали интервью. Ее показывали молчащую. Ей два раза сделали предложения руки и сердца у рябины, покрытой красными ягодами.
   Катерина выглянула в окно, как будто почувствовала, что ее ждут: она увидела однокурсника Артема. Он был хорош собой и напоминал агента из кино. Плащ. Пояс. Обычно молодые люди редко пользуются поясами. Артем стоял и покорно ждал Катерину. Она надела туфли на слоистой подошве, темно-синее пальто, встряхнула копной волос, которая рассыпалась по плечам, и вышла навстречу судьбе. Высокий, стройный молодой человек стоял у рябины, на которой не было еще листочков. Шел апрель. Он ждал, дергая пряжку пояса, подчеркивающего его тонкую талию.
   Его серые глаза внимательно смотрели на окна четвертого этажа, за которыми жила Катерина. Он был влюблен в девушку своенравную и чувственную. В голове промелькнули прогулке с ней по снежным улицам. Нормальные люди в такую зиму дома сидели, а она гуляла с ним по легкому морозцу, смеялась и разговаривала. Зима резко закончилась, и сейчас было почти тепло. Над землею царила весна, когда снега уже не было, а листочки еще не распустились.
   Они вместе пошли в институт, в котором учились. Дорога шла мимо строящегося дома. Молодой человек потянул девушку в сторону стройки, над которой застыл подъемный кран. От будущего дома пробился на свет, как подснежник, только первый этаж. Артем привлек к себе Катерину. Он обнял ее, судорожно прильнул губами к ее губам. Он пил нектар любви нежно и страстно. Она случайно ответила на поцелуй, а потом вцепилась в его пояс на плаще, словно натянула удила на лошади, и оттолкнула от себя.
   Она не думала, что с парнем нельзя просто так дойти до института. Для нее это был урок или звонок, что парни выросли и прогулки не для них. Когда они пришли в институт, сокурсники уже сидели в аудитории, и их совместное появление не осталось не замеченным. Больше всех такое появление Катерины не понравилось сокурснику. Он был в шоке, заметив взволнованность пары, взлохмаченные волосы девушки. А губы? Они были больше нормальных размеров. В его голове промелькнуло красное видение, когда он с ней ходил на концерт. На Катерине тогда сияло алое платье. Его воспоминание прервалось появлением преподавателя.
   Как из-под земли рядом с черной доской возникли стенды с кинематикой станков. Студенты забыли о любви и целиком вошли в мир металлорежущих станков. Шикарный мир механики, если его понимать. Следующие две пары проходили у настоящих станков: фрезерных, токарных, расточных. Вот где приоритет парней был неоспорим. Девушки только записывали результаты лабораторной работы, но их было мало, в том смысле, что девушек на курсе было значительно меньше, чем парней.
   Сюрпризом на последней паре оказалась книга о любви, которая путешествовала с парты на пару. Ее кто-то принес, спрятал в книгу со станком на обложке и пустил по студентам. Непутевые возгласы то тут, то там раздавались в аудитории. Жизнь продолжалась или только начиналась.
   Ночью станки ощетинились инструментами и столпились вокруг Катерины. Они танцевали танец металлических монстров. Фреза на фрезерном станке подергивалась, как плечико во время танцев. Девушка проснулась и подумала, что накануне переучила кинематику фрезерного станка.
Махина координатного расточного станка стояла в отдельном помещении. Большая станина прятала в своих недрах умную начинку, следившую за точностью перемещения инструмента по программе. Катерина прошла в цех и собрала чертежи деталей, которые можно было обработать на станке. Ей предстояло перевести станок на числовое программное управление. Такое задание получила она от своего руководителя, доктора технических наук. Артем отказался от участия в этом проекте.
   Катерина работала в одиночестве, спрашивать особо было нечего. Собрав все детали, которые можно было обработать на станке, она под руководством руководителя проекта написала программы, разработала инструменты, которые надо было начертить и внедрить в производство. Со временем оказалось, что ей надо было только написать программу и начертить то, чего не было в станке, а внедрением могли заняться и другие люди. Эта чудесная работа определила назначение самой Катерины в производственной жизни. На последнем этапе учебы в институте ей предстояло выбрать, кем она будет — технологом или конструктором.
   Артем работал в соседнем цехе, поэтому мог сопровождать Катерину на преддипломную практику. Их любовь приобрела дорожный характер, поскольку времени другого на общение у них не было. Прогулки и поцелуи под шорохом листвы тополей носили почти традиционный характер. Дипломный проект Катерины продвигался, а отношения с Артемом несколько застопорились. Артем заметил, что Катерина охладела, подошел к ней с предложением:
   — Катерина, стань моей женой после окончания института. Есть возможность получить звездочку на погоны и стать охранником на заводе. Не нравится мне быть конструктором, не хочу я быть технологом, я решил стать офицером охраны, поскольку у них заработная плата на настоящий момент времени выше, чем у молодых специалистов-инженеров. Я подарю тебе настоящее золото и натуральную бирюзу, похожую на твои красивые глаза!
   — Артем, ты с кем в одной комнате в общежитии живешь? Вы кого наслушались?
   — К нам приходил фотожурналист, снимал нас и сказки рассказывал.
   — Теперь понятно, почему вы на одну тему стали говорить.
   У Катерины появился лыжный приятель, друг по одной поездке, с ним она зашла в магазин, купила чулки с очень красивым рисунком (колготок тогда не было), потом они пошли в кино. Фильм шел с коротким названием, типа "Да и нет". В памяти остались ажурные чулки и название фильма.


Глава 6. После практики

На летнюю практику Катерина и ее сокурсница Людмила попали на один завод, в один цех, в одну смену. Кто бы знал, сколько шума было в прессовом цехе! В первый день они прошли цех и вылетели из него всей группой, оглушенные ударами прессов, вращением барабанов с песком, в которых снимались с отлитых деталей для тракторов металлические заусенцы.
   Вот эти-то заусенцы, не снятые в барабанах, и снимали на практике они в третью смену. Однажды Катерина сняла вращающимся наждаком часть пальца на руке, а когда работа была сделана, то под утро умудрялась заснуть в этом цехе, в этом шуме, с хорошей вентиляцией. К чему люди не привыкают? Но и польза от работы в цехе оказалась ощутимой. Катерина и Людмила получили деньги. Они получили деньги за практику на заводе. Девушки купили билеты на поезд, надели легкие халатики, которые были на ладонь выше колен, и поехали.
Теплое вечернее солнце бежало за окнами пассажирского поезда. На столике в купе стоял букет тигровых лилий, который привезли с дачи Катерины, перед поездкой, в город, расположенный на железной руде. За столиком сидели две девушки: Катерина и Людмила. Девушки после окончания первого курса технического института, и практики на заводе, где они заработали деньги на поездку, приближались к цели своей поездки. Ехали они трое суток в поезде.
   Первые сутки поезд шел по степи, у которой нет конца и края. В вагоне было жарко. На девушках были легкие халатики без рукавов и очень короткие по длине, согласно моде конца шестидесятых годов двадцатого столетия. Прохладнее стало в вагоне, когда проезжали древние горы. Встречались скальные пароды, сосны и не очень высокие березы. Теплее стало в вагоне, когда стали приближаться к городу на руде.
   Девушки выпорхнули из вагона, а из тамбура им подали походные сумки. Приехали! А куда? Коленки Людмилы и Катерины слегка согнулись под тяжестью вещей, их не встретил, никто не знал, что они приехали в город, который был покрыт пылью... Автобус долго вез по длинному и узкому городу. Каштаны, акация, ивы у маленьких прудов и здания двух—пяти этажей мелькали в окнах. Говор пассажиров в автобусе был мягкий и распевный.
   Трехэтажный дом оказался целью поездки. Не весь дом, а квартира из трех комнат с высокими потолками, и не сама квартира, а ее жильцы — семья Людмилы, девушки в коричневатом платье. Так Катерина совсем не случайно попала в гости к однокурснице Людмиле. Дверь им открыл брат Людмилы, Ларион. Девушка мысленно решила, что он ей не подходит в качестве молодого человека, и спокойно прошла за подругой в квартиру времен середины двадцатого века.
   Мужчину с седоватыми висками, с высокими тонкими ногами, с выступающими коленками, и широкими плечами, звали его Ларион, это был брат Людмилы. Катерина и Людмила ехали трое суток, а Людмила о своем брате молчала, как рыба. Катерина решила, что ей брат Людмилы не подходит, она спокойно прошла за подругой в квартиру времен середины столетия двадцатого века.
На круглом столе с квадратными ножками стояла полная ваза слив: огромных, темно-синих. Косточки свободно вынимались из слив, они ели мякоть сливы с большим удовольствием. Руки вымыли в ванной комнате, Катерина заметила, что она просторная, но с ограниченным течением воды.
   На следующий день Ларион предложил девушкам проехать за город по местным дорогам на спортивных велосипедах. И что же происходит? Людмила отказалась ехать, а Катерина согласилась поехать на спортивном велосипеде вместе с Ларионом. Велосипеды стояли в прихожей. Ларион переоделся в велосипедные трусы. Катерина надела спортивные брюки — и вперед...
   Коленки быстро замелькали у рам велосипедов. Они, проехав город поперек, выехали на просторы удивительной теплой страны. Деревьев здесь было немного. Встречались сады и поля. Хорошо поработав, они въехали в гигантский стог соломы. Что было? Ларион, энергичный мужчина с высокими ногами, оказался еще и с длинными и очень шустрыми руками. Катерина, девушка с полными коленками, стала от него отбиваться, превращая все в шутку. Шутка затягивалась, бои в соломе продолжались минут десять.
   Боролась Катерина, как тигрица. Ларион, почувствовав ее сопротивление, еще сильнее стал ее обнимать. Она удачно вывернулась из его рук и выскочила из стога на дорогу. Осталось отряхнуть. Из стога выполз Ларион и стал вытаскивать солому из своих темных волос с оттенком спелой вишни, как он сам их назвал. Они вновь сели на велосипеды и поехали дальше. Минут через десять блеснула вода в камышах. Они остановились на привал. Вода в водоеме была теплая. Полные коленки вылезли из брюк, и Катерина осталась в купальнике. Свалились с Лариона спортивные трусы, под ними оказалась полоска плавок. 
   Вода охватила парочку своей прохладной негой. Разгоряченные тела плескались в воде. Ларион поднял Катерину на руки. Полные коленки засверкали над водой. Страсть мужчину охватила неземная, но девушка его остановила. Она отбивалась руками и ногами, и так получилась, что с размаха врезала ему в глаз. Синяк под глазом стал расцветать спелой сливой. Полные колени покрылись мелкими синяками от мужских пальцев, как черешни...
   Они сели на берегу маленькой речки и стали просто разговаривать. Выяснилось, что Ларион уже проехал тысячу километров на спортивном велосипеде. Ноги у него были необыкновенно стройные, с красивой мускулатурой. Вся его фигура была похожа на фигуру вождя индейцев из нового фильма об индейцах. Катерина очень любила книги и фильмы об индейцах, а теперь рядом с ней сидел такой мужчина!
   Великолепный мужчина, с развернутыми плечами, с тонкой талией, с темными волосами, лежащими в чисто мужской прическе. Мечта любой женщины. Как-то вечером они пошли гулять к местному кладбищу, заброшенному и поросшему травой. За кладбищем тянулся яблоневый сад. Несколько страшновато было ходить среди покосившихся каменных плит и развалившихся от времени столбиков из кирпичей, указывающих на границу кладбища. С кладбища Ларион привел Катерину на территорию детского сада.
   Вечером дети детский сад не посещали, но скамейки оставались, и достаточно большие по своему размеру. Естественно, что они устало сели на одну из них. Руки Лариона неизменно потянулись к полным коленям, но до драки дело не доходило. Детский сад просматривался со всех сторон, и Ларион держал себя в руках. Скромные его поцелуи Катерина останавливала рукой. Посидели. Поговорили.
   И пошли в дом, в котором оба временно жили. С синяком под глазом у Лариона и с синяками на коленях, не прикрытых коротким платьем, у Катерины они поехали по местам бывшей его жизни в этом Теплом городе, чтобы навестить его друзей и подруг. Но его любимый друг детства уехал после института далеко, в небольшой город с большим заводом.
   Мама друга, посмотрев на синяк под глазом Лариона, спросила:
   — Ларион, ты женишься?
   Ларион удивленно спросил:
   — Почему вы так решили?
   — А кто, кроме будущей жены, может такой синяк под глазом поставить?
       Следующим мероприятием был поход в кино в соседний квартал. Теплым вечером из кино они возвращались пешком. Ларион все пытался поднять Катерину на руки и нести, сколько хватало сил. И сил хватало, чтобы держать на руках девушку и не выпускать ее из рук. Если он ставил ее на ноги, то объяснялся в любви на трех языках. Так они и вернулись из кинотеатра домой.
   Ларион оказался большим выдумщиком на развлечения, и придумал поездку. Поехали на водохранилище втроем: Ларион, Людмила и Катерина. Они взяли рюкзаки, одну палатку, немного еды. Сели на пригородный автобус и приехали на побережье огромного водохранилища. По водохранилищу плавали трупы огромных сомов, которые, как бревна, качались на мелких волнах.
   Молодые люди остановились на высоком берегу водохранилища. Ветер прибил грязь и Людмилу именно к этому берегу, поэтому купаться было практически негде. Ларион поставил палатку рядом с пустым шалашом, который уже стоял на берегу. За шалашом росли кусты томатов. Спелые помидоры украшали усыхающие кусты. В десяти метрах от шалаша находилось поле с подсолнечником. Огромные шапки с семечками слегка поникли, в них были почти спелые семечки. Звучала далекая музыка из соседнего лагеря.
   Для костра Ларион срубил засохшее дерево. Когда он рубил сучья, то загляделся на Катерину. Топор с размаха мужчина воткнул в свою собственную ногу. Пришлось ногу лечить. Следующие развлечения из-за больной ноги Лариона происходили на этой же поляне. Ларион заставил Катерину надеть на себя простыню, плотно обернуть тело и лечь на землю. Сам он забрался на единственное дерево и с него снимал ее во всех ракурсах, в том числе и с топором в руках.
   В палатке спали втроем. Людмила засыпала, отвернувшись к стенке палатки. Ларион заснуть не мог, ему сильно мешала Катерина, его руки рыскали по ее телу в поисках заветных мест и находили то, что искали, или вторгались в запретную зону тела. Однажды он не выдержал и воскликнул:
   — Катерина, из тебя можно сделать отличную женщину!
   А Катерина подумала, что связь у них становится медной, ток между ними хорошо пошел! Да и Людмила на Катерину не косилась, а вела себя вполне дружелюбно. Возвращались они домой через поле подсолнечника, вновь сели на автобус и приехали в общую квартиру.
   На кухонном столе стоял четырехлитровый бидон с молоком. Лежали огромные баранки с маком — лучшая еда после путешествия. Мама семейства только так могла накормить свою "гвардию". Еще она отменно жарила рыбу в большом количестве репчатого лука, с золотистой, хрустящей корочкой. Рыба была речная и очень вкусная.
   Еще Катерину удивили синенькие, которые были просто фирменным блюдом матери Лариона, до этой поездки она никогда и не пробовала баклажаны. Десять дней пролетели как удивительный сон, и настало время прощания.
    В следующий раз Катерина и Ларион увиделись на зимних каникулах в родном городе Катерины. Ларион в шапке-ушанке носил фотоаппарат, а его голова с роскошной прической из темных волос с проседью на висках была оставлена морозу. В городе из родственников жила сестра отца, у нее они и остановились. Молодые люди получили по отдельному спальному месту, а тетушка ушла спать в кладовку, где у нее стояла кровать с панцирной сеткой. Тетушка была рада приезду молодой пары, уж очень Катерина напоминала ей дни ее молодости.
   А они, молодые и неженатые, привезли с собой лыжи. При морозе в двадцать-тридцать градусов они уезжали на Электричке кататься на озеро, расположенное в окрестностях родного города. Так проходили зимние каникулы. Одного города им показалось мало, и они поехали к другу детства Лариона, на север Медных гор, в город, где рыси бродят рядом с городом и есть какие—то необыкновенные огромные заводы странных и дорогих металлов. Там на лыжах и коньках провели они несколько дней.
   Друг Лариона был женат и уже имел двое детей. Здесь Катерину назвали невестой. Все бы ничего, но попытки мужчины сделать из нее женщину стали с каждым днем усиливаться. Ларион готов был любить Катерину, как подобает мужчине. Она не давалась. Она отбивалась от него без звука, а в соседней комнате спали его друзья. Она защищалась всеми фибрами своей души.
   От друзей они приехали к ней домой. Дома Катерину совсем потеряли. Ларион так понравился ее родителям, что они все ей простили. Кстати, простили только поездку. Ларион фотографировал Катерину, она — его, потом он уехал в свой институт в столицу. Перед отъездом Ларион предложил Катерине пожениться. Отец Катерины выпил по этому поводу рюмочку водочки. Ой, как не хотелось ему отдавать Катерину замуж за Лариона!
   Причина простая:
   — Дочь, он тебя увезет от нас!
   Отец оказался полностью прав.
   Ларион прислал свою фотографию, на которой Катерина его сфотографировала. На фотографии застыл его взгляд, которым он смотрел на нее. Этот взгляд стал проникать в ее холодное сердце. Потом были письма, письма и письма.
   Встретились они на первомайские праздники в Степном городе. Она встретила его в пальто из джерси, а в руках у Катерины была плетеная сумка из прутьев типа соломы и лент, похожих на провода в оплетке, с кожаными ручками и кожаной крышкой. Красивая сумка, ее подарила ей тетя Аня из Северной столицы. Из этой сумки у Катерины вынули две стипендии, приподняв крышку сумки в автобусе.
   Людмила стала приходить в дом, мама Катерины к ней привыкла. Людмила и мама подружились и были похожи друг на друга. С Ларионом стали происходить странные истории: женщины перестали его интересовать, манила Катерина — девушка с полными коленками. В Электричке он вздрагивал, когда видел похожие ноги, с другими женщинами любви не хотел, да она и не получалась. Лариона манили полные колени. Голова у парня стала думать, как овладеть этими ногами...
Девушка на десять дней приезжала вместе с подругой в коричневом платье в южный город. Через подругу, узнал ее адрес. И полетели ежедневные письма к обладательнице полных коленок. Письма были изумительные, разнообразные.
 Письма, как вода, камень точат. И через год они поженились:
мужчина и девушка. Катерина прошла период поцелуев. Мужчина устал быть рядом с девушкой, не использующей по назначению его мужскую натуру. Любовь стала переходить в состояние кризиса: останутся они вдвоем или разойдутся? Ларион соглашался ждать настоящей любви год, до года оставалось три месяца. Почувствовала она, что что—то в отношениях пора менять. Ситуация сложилась так, что они одни остались в одной комнате на ночь, две двери охраняли покой.
   Мужчина лежал на кровати и вращался вокруг своей оси. Девушка лежала на раскладушке. Между ними витало полметра воздуха, и этот воздух стал проводящим эмоциональные заряды! Она не выдержала, встала с раскладушки и перебралась на свою собственную мягкую кровать с панцирной сеткой. Все было привычно, но рядом лежал мускулистый мужчина, и первое, что она сделала, — легла на плечо Лариона.

   Ощущение мужского плеча принесло необыкновенное блаженство. Мужчина обхватил девушку руками. Дальше?! Что дальше?! Все клеточки ее тела ожили и пришли в движение, все эмоции длиною в десять месяцев знакомства выплеснулись друг на друга. Все прикосновения приносили подлинную радость, необыкновенно приятную и неожиданную. Одна мысль тревожила ее: он что, не знает, где что в женском организме находится?
   Ларион на тот момент времени о своих похождениях ничего еще не рассказал Катерине. Он у нее был первый мужчина, а Катерине было девятнадцать лет! Трудно расставалась она с девичеством. Она еще пыталась сопротивляться. Однако упорства Лариону было не занимать. Но он не оценил, он просто не мог поверить, что он ее первый мужчина! И весь подвиг исчез от одной неудачной фразы. Она онемела от неожиданности и нелепого унижения!
   Ее обидели до слез, но слез не было. Они оба шли в любовную, нешуточную атаку! Дальнейшие ночи были упоительные. Отношения скрепились бумагой, они сходили в загс, и вскоре заполненное заявление лежало на книгах в книжном шкафу и ждало своей очереди. Он уехал учиться. Катерина осталась одна.
    Прошло полтора месяца. Ларион появился. Катерина и Ларион взяли паспорта, пляжную сумку и пошли на пляж. Тучи сгущались, гроза надвигалась. Они зашли в загс. Ларион поговорил с кем-то и вскоре позвал Катерину. Паспорта уже лежали на столе, книга записи актов была раскрыта. Невесте предложили подписать бумагу. Все — они официальные партнеры, то есть муж и жена. Они расписались.
   На свадьбу Катерина надела платье, которое осталось от выпускного вечера в школе. Прямое платье было сшито из дорогой импортной белой парчи, сжатой узкими полосками. Воротник плотно облегал горло, а под ним зиял вырез до груди. Ларион надел темно-серый костюм с отливом, белую сорочку и галстук. Людей на свадьбе было столько, сколько вместила большая комната новой квартиры Катерины. Стол украшен был лучшими поварами города, то есть ее мамой и тетей.
   На свадьбу съехались родственники и друзья, приехала Людмила, сестра Лариона. Застолье организовала мама Катерины. Красота на столе была необыкновенная и не сразу поддавалась порче вилками. Ножи здесь не применялись. Заливная стерлядь долго украшала стол. Свадьба имеет способность быстро заканчиваться. Наступило затишье. Гости примолкли. Молодые оказались в комнате за двумя дверями от общества.
   Вечером муж рассказал все о своих похождениях до женитьбы...
   В деревне, расположенной на востоке степной страны, жил великолепно сложенный парень по имени Ларион, Скорпион по дню рождения. Фигура загорелого местного индейца привлекла внимание взрослой женщины, и она из него сделала мужчину. В этой деревне его отец выстроил дом в сто квадратных метров. Загорал Ларион на столбах, работая электриком.
   Возмужавший молодой мужчина понадобился большой стране, поэтому в армию призвали стройного и спортивного жителя деревни, где у Лариона жила семья из родителей, сестер и братьев. И тут у него сильно заболел палец на ноге, да так, что пока палец не отняли, в армию Лариона не забрали, так и год прошел.
   Армия слабых парней ломает, а сильные парни в армии как рыба в воде. Что же делал в армии великолепный Ларион? Ой! Вы даже не представляете, насколько гражданской оказалась его военная жизнь! Ларион в армии, пошел в десятый класс еще раз, тогда учились десять лет. Получил второй отличный аттестат. Ему еще раз повезло: Ларион стал заведующим военным складом, где и переливал свинец из аккумуляторов в гантели, которые использовал по назначению.
   Фигура Лариона к окончанию армии была для женщин неотразимой. Да что гражданская жизнь, непосредственно в его военной части нашлась жена командира по имени Ира, которая прожила с ним в любви и согласии пару лет. Они встречались на складе, где Ларион служил, и занимались там любовью. Армия имеет предел: Лариона демобилизовали через три года службы.

   С гантелями Ларион приехал в Теплый город, в который за время его отсутствия переехала его многочисленная семья. Куда на гражданке податься солдату без погон? В шахту. В черное, наполненное железной рудой подземелье. И долго в нем пробыл наш великолепный представитель молодых мужчин? Полгода, год, не больше. Победила научная волна, и Ларион занялся изучением физики с таким же ожесточением, с каким добывал железную руду. Он изучал теорию, перерешал целые сборники задач по физике. Стал писать письма профессору в Столицу, и спорить с ним по поводу решения задач.
   Летом он поступил в институт, где физика была основным предметом. Иногда у него люди спрашивали, откуда среди физиков, такой как он. А вы теперь это и знаете. А женщины? Где женщины у физиков? Их там нет. А вот и не так. Есть парикмахеры, а кому—то и преподаватели иностранных языков попадались, одному его будущему начальнику так и повезло: он там женился на преподавательнице французского языка.
   Ларион однажды на безрыбье и жрицу любви подцепил, у нее прошел практику любви. Куда девать молодые силы, кроме учебы? Все очень просто: велосипед — это и нагрузка, и при хороших результатах на соревнованиях талоны в кафе давали. Без женщин все же скучно, поэтому целую зиму Ларион переписывался с женщинами из городов, которые лежали по дороге от Столицы до берега моря. Женщины ему с увлечением отвечали. Летом, после сдачи экзаменов третьего курса института, Ларион подготовил свой спортивный велосипед, купил сгущенку и тушенку, взял фляжку воды, пленку от дождя и поехал от Столицы в сторону моря.
   Перевал в горах он преодолел с велосипедом на плечах, шел по льду в босоножках. Ни к одной почтальонке по дороге так и не заехал, но в городе магнолий Ларион посетил почтальонку Катерину, она его встретила как жениха. Лариону предоставили бесплатно комнату и купили босоножки, которые на перевале изрезал об лед. Он так ей понравился, что еле от нее сбежал, правда, в ранге жениха.
   Рисковать больше Ларион не стал и к почтальонкам больше не заезжал. Приехал домой в Теплый город с железной рудой в недрах. Именно тогда Катерина и Ларион познакомились.
   Состояние шока от рассказа мужа о его женщинах до нее, прошло не сразу. Шок был вызван тем, что у мужа до Катерины было несколько женщин. На следующий день муж стал к Катерине придираться: все в ней не так, как ему надо. Мужчина добился радости в жизни и все. Дальше началась рутина человеческих и постельных отношений. Уяснив, что она у мужа далеко не первая. Что она могла сделать? Сказать, что ошиблась в выборе мужа? Этого она сказать из-за своей гордости не могла, и они перешли в семейную жизнь.
    Ларион уехал в Столицу, Катерина в Степной город. Остались письма для общения, обычные бумажные письма. Первое отличие замужней жизни: любовь не нарушение дисциплины, не плохое поведение, а мероприятие, разрешенное обществом и необходимое для сохранения семьи. А как это выглядит в натуре? Любовь до изнеможения в круглосуточном режиме. Это уж кого на что хватит. Пресловутая мягкая и подвижная панцирная сетка вполне способна выдержать пару влюбленных чудаков. Теплые летние ночи и частично жаркие дни ласково обнимали обнаженные, движущие в постоянном ритме натуры.
   Можно сказать, что упражнения — это большой спорт. Нужно хорошее дыхание, здоровые легкие, крепкие спортивные тела с хорошим прессом. Нельзя скулить от усталости, нельзя сказать, что все надоело, нельзя остановить, нельзя говорить: не хочу. Не имеешь права, госпожа жена! Хочешь, можешь, надо!
   Что такое кровать? Это сооружение, говорящее о своих наездниках, и поэтому менее скрипучий пол, более спортивная арена для двух крутых, занятых постоянной любовью супругов, естественно с "матами". А еще можно использовать... стол. Спустя время появился плотненький диван—кровать, он ниже и более стоек к супружеским мероприятиям. А что происходит конкретно?
   Руки зарываются в роскошные волосы, обнимают шею. Завораживающие и интригующие поцелуи покрывают все части тела, иногда оставляя за собой темные многозначительные пятна. Руки опускаются ниже и ниже по телу, путешествуют по стройным и волосатым ногам, обнимают торс до изнеможения, сливаются всеми фибрами и клеточками тел. Движения вкрадчивые, легкие и бесконечно сильные сменяют друг друга. И вот вы достигаете запретных и божественных мест, зарываете руки в кольца крутых волос, ощущаете ни с чем несравнимое удовольствие от прикосновения к человеческой, мужской сущности.
   Мужчина мгновенно становится еще более сильным и накаченным. Вот уж действительно супруги становятся единым целым! Далее все решает взаимное понимание без слов. Какие слова! Одни всепоглощающие движение, переходящие из одного в другое. Правильно, что супруги спортсмены оба... Чувственность помогает плыть в море взаимной любви до полного изнеможения, а оно быстро проходит, и силы вновь восстанавливаются для нужных действий.
   Ребенок, зародившийся после свадьбы через месяц, стал расти, и ему уже было все равно, где его родители до поры до времени. Климат в Степном городе был резко континентальный: плюс или минус тридцать пять градусов. Катерина и автомашины — две несовместимые единицы.
Ждала она обычный автобус для поездки в институт, продрогла — температура воздуха минус тридцать градусов мороза с ветром — и заболела. Да так заболела, что температура организма сорок — сорок один градус держалась неделю. Кому нужна студентка беременная, сдающая сессию?
   Сдала Катерина экзамены, сбивая температуру до тридцати восьми градусов. Стала она отдавать концы, боли в области спины были очень сильные, приехали две скорые помощи: одна по беременности, другая по терапии. Отвезли ее в роддом на сохранение, но положили в коридоре из-за большой температуры под капельницу. Иголка сбилась, и все лекарство затекло на постель. Чудо: коридор и лекарственная лужа!
   Стала она выходить из болезни, а тут и праздники! Прилетел Ларион, привез розы, отдал в больницу, забрал жену на праздники, да больше не вернул. Появились первые схватки. Катерину отвезли в старый роддом. Через сутки врачи поняли, что с ней лучше не связываться и перевели в новый роддом. За четверо суток Катерина выпила много упаковок хины, которая лежала на тумбочке, и надо было пить ее по времени, прописанному на каждой упаковке. Выпила она полстакана касторки и запила томатным соком, после чего пять лет на томатный сок не смотрела.
   Одним словом, переходив пару недель, за четверо суток родила Катерина мальчика в рубашке. Ларион под матрац в месте расположения головы ребенка положил учебники физики. Кстати, физику сын позже и в школе, и в институте сдавал на "отлично". В три месяца отец взял сына на руки и говорит: "Чем он на меня похож? Плечами".
   Глаза у них тоже были одинаковые. Сына закаливали с первых дней. Пока отец учился у сына физика — нобелевского лауреата, сын обычного физика рос то с отцом, то без него. Физика, физика, а все про жизнь. В институте Лариона физика была хорошо поставлена. В обучении студентов были задействованы и профессора, и академики, их НИИ, и учебные университеты.
   Чем же занимался молодой отец- студент? В то время главное было — изучить процессы, происходящие в органическом веществе после проникновения луча лазера. В частности, Ларион собрал лазер в Академии технических наук, и лучами лазера пробивал органическое вещество, получались диски внутри призмы, это и стало его дипломным проектом. Кроме физики и языков, сохранилась в рассказах Лариона военная кафедра института, и ее руководители, один из тех, кто летал вместе с первым покорителем полюса.
    Блага цивилизации обрушились одновременно. Молодой семье дали общежитие — комнату в тринадцать метров. Сына взяли в ясли. Катерина вышла на работу. В комнате, где жили Катерина и Ларион, появилась металлическая детская кровать с сеткой, потом диван-книжка, стол полированный, холодильник, который они вдвоем донесли от универмага до дома. Выдержали они месяца два-три необыкновенной скудной финансовой жизни. Радовались тому, что были вместе.
   Сын ел за маленьким столом ложкой из тарелки. Вермишель разбрасывалась со скоростью ложки, но малыш ел сам. Вышли Катерина с сыном гулять на улицу, а им женщины сказали:
   — Да, это не столичное воспитание: малышу нет и полутора лет, а ест сам, одевается сам.

   В общежитие произошло знакомство с соседями, у которых была маленькая дочка, она стояла в кроватке и смотрела на мир с высоты своего положения. Маленький мальчик бегал по квартире и, естественно, заметил прелестную девочку, которая еще самостоятельно не ходила. В третьей комнате общежития жила дама лет за тридцать пять с двенадцатилетней девочкой. Дама недавно развелась с моряком дальнего плавания. По ее словам, хорошо быть замужем за моряком: полгода плавание, полгода его можно вынести дома, но, когда он из флота ушел, когда совместное существование у них перевалило за полгода, она ушла от бывшего моряка.
   Дама была дочкой замминистра. Продукты ей поставляли с папиного стола, что в начале семидесятых годов двадцатого века было немаловажно. Дама покинула свой уездный город переехала на первое время в общежитие маленького города. До этой компании в общежитие жила семья бывших дворян, которые выпросили себе у фирмы уборщицу, и та убирала места общего пользования. Дворянам дали квартиру, и они переехали, а уборщица по инерции руководства еще убирала при следующих жильцах.
   Кухня была не больше восьми метров. Готовили еду на одной плите, каждой семье досталось по одной конфорке. На кухне вечером были посиделки, здесь собирались поговорить на общие темы. Для женских разговоров уединялись в комнате дамы, там не было мужчин.    Новый год встретили в комнате молодых соседей, у них была самая большая комната, так как они раньше въехали в эту квартиру — общежитие. В гости к ним приехали их чопорные знакомые по университету. Спокойный Новый год. После встречи Нового года Катерина уехала в институт на зимнюю сессию в Степной город, где было очень холодно, но там еще жили ее родители. В группе училось двадцать три мужчины и две женщины из различных городов и республик. Сын остался дома с отцом Ларионом.
   Жизнь Катерины была насыщенной еще и результатами любви Лариона, она еще "залетела", но оставить ребенка не могла, и пришлось за время учебы и работы еще пару раз прекратить процессы развития очередных детей. Они пользовались защитой резиновой промышленности, но она не очень помогала. Здоровье сильно ухудшилось, и все же, начертив пятнадцать листов дипломного проекта, Катерина окончила институт.
   Вот жизнь! Муж, сын, работа! Молодость, силы были. Квартира из двух маленьких комнат у них уже была. Просто жили. У двух инженеров был сын. Катерина научилась вязать. Она вязала и перевязывала все вещи руками, как автомат, чтобы хоть как-то одеть семью. Так, когда был маленький сын, она связала ему одну из первых кофт, на что воспитательница детского сада сказала:
   — Два инженера не могут одеть одного ребенка.

   Катерина училась изо всех сил: все сдавала, и не отстала от группы, это был пятый курс заочного обучения, она к ним пришла после трех курсов дневного обучения, и еще сдала все за четвертый курс заочного обучения, еще летом. После летней сессии, пролетев на самолете, три тысячи километров в воздухе, Катерина приземлилась по новому месту жительства.
   Ей стало везти. И летом, после сдачи летней сессии, она вернулась уже в новенькую двухкомнатную квартиру. В большой комнате по всей длине лежали доски. Пятнадцать листов дипломного проекта Катерины еле поместились на стенде. Огромный труд студентки, которая защищалась одной из первых, вызвал здоровый интерес среди сокурсников. Трибуна для зрителей была заполнена болельщиками.
   Катерина надела белую блузку в голубоватый горошек, темно-синюю юбку и жилет. Волосы накрутила локонами и так, в локонах, оставила волосы в большом хвосте. Никто "отлично" ей не поставил, почему-то все члены комиссии поставили "хорошо".  За Катерину сокурсники переживали, но никому из болельщиков не хотелось, чтобы она была лучше всех. Ее всеобщими усилиями хотели осадить, как полую деталь под прессом...
   Соседи получили квартиру в соседнем подъезде. Дама с дочкой получила квартиру в другом районе. Из досок Ларион сделал встроенную мебель: на кухне, в прихожей, в маленькой комнате. Потом Ларион с соседом уехали за тридевять земель, на мебельную свалку и привезли рулоны узких полосок пленки. В магазинах пленку не продавали. Доски новой мебели покрывались полосками пленки, и вид становился не очень противным.
   Отдых молодых пар был незамысловатый: брали раскладушки и ставили их у стены электрической подстанции со стороны леса. Место прогревалось солнцем, и при общей не очень высокой температуре воздуха можно было загорать, а дети бегали рядом. Если температура воздуха была теплой, вся компания отправлялась на водоем, где спокойно купались и загорали.
   Еще один вид отдыха был распространен в этой местности: поход в лес за малиной. Лес был полон летних испарений, мошкара донимала, дети уставали, а взрослые шли с ними за малиной-ягодой. Совместный отдых первые годы и на встречу Нового года распространялся. Замечательный был второй Новый год в квартире соседей. К ним приехали приятные друзья, и танцы были до утра. Ларион чуть не влюбился в соседку. Когда она уходила из квартиры после праздника, он так вцепился в ее руку, когда никто не видел, что рука ее неделю горела.
А когда болел сын, Ларион сидел рядом с ним, и, как маг—волшебник, старался взять его болезнь на себя. Катерина следила за своей внешностью, она вполне допускала некую пышность своих форм, естественную от хорошей еды. Худые дамочки никогда бы не смогли сами сделать то, что умудрялась сделать она.
     Катерина опять вспомнила. Ларион готовился встретить ее и дочку из роддома. Вымыл всю квартиру со всех сторон. Родители Катерины не только черную икру купили, а еще и кушетку, и уехали. Но бедность всю этим не закроешь. Поэтому старый ватный матрас Ларион распорол и всю вату распушил, и вновь сделал ровный матрас для маленькой девочки. Встречать маму с дочкой с букетом приехал муж Ларион. Катерина вышла к нему с дочкой на руках, а машины нет!
   — Незачем ребенку дышать чужими микробами! — сказал Ларион.
   Взял Ларион дочь на руки. Катерина рядом шла пешком до дома, через леса и дороги. Но навстречу бедным инженерам вышел сам Бог: погода в начале сентября была двадцать пять градусов тепла, день солнечный. На вытянутых руках донес Ларион дочь до дома.
В далекие времена Ларион и Катерина с двумя детьми проводили теперь дни отдыха в таком составе: сами. Места отдыха были те же. Они еще ездили в Теплую страну к родителям Лариона или в Степной город к родителям Катерины.
   Отец Лариона после пенсии переехал с новой женой на маленький полуостров. К нему приехал Ларион всем семейством с кучей ласт. На одном земельном участке стояли два дома: один маленький без удобств, его купили с землей, и новый дом с удобствами, построенный по красивому проекту. В новом доме жили отец Лариона и его новая жена.
   Старый домик отдали в распоряжении молодой семьи, где все удобства во дворе. Море от этих двух домов было в пятистах метрах с трех сторон, и с каждой стороны оно было несколько другим. Айва окружала весь участок с наружной стороны. По дороге на основной пляж они всегда проходили мимо привязанного к шесту бычка.
   На берегу озера в живописном месте земли без дождей и пыльных бурь стояла палатка на склоне горы, входящей в озеро. Прозрачная вода омывала камни. Муж пел: "Этот корабль, омулевая бочка..." Он катался по заливу озера на надувном матрасе и пел во всю глотку, но каким—то образом он наловил рыбу.
   Муж пытался свою молодую жену заставить чистить живую рыбу! Она залезла на скалу, села на ее край и смотрела на озеро под ногами. Внизу кричал муж, чтобы она шла готовить рыбу. Рыбу раздел он сам. Она сама ее только зажарила на сковороде, стоящей на камнях, в которых тлели угли.
Еще раз о прошлом. Что в нем интересного? Прошлое можно вспомнить. Частенько произведения торжественно заканчиваются свадьбами, а что там после свадьбы? Не интересно?
Студент Ларион и студентка Катерина подали заявление в начале мая, следовательно, роспись назначена на начало июля. Студенты сдали экзамены в конце июня, им предстояло ждать официальную свадьбу. Время дорого, ждать не хочется. Лето. Жарко. Поехали после экзамена на пляж. Но Ларион попросил Катерину взять паспорт. В сумке были коврик, вода и паспорт.
Ларион предложил постоять Катерине у загса, пока он спросит время церемонии. Вскоре он выбежал, взял ее за руку и завел в прохладное помещение, где стоял стол и женщина, которая взяла их паспорта. Их расписали тихо и без свидетелей. У Катерины от неожиданности сумка повисла на руке на одной ручке. Они вышли на улицу. Погода их встретила громом и дождем.


Глава 7. Новая жизнь

Дома у Катерины их встретили родственники несколько удивленные, ведь их лишили части свадебной церемонии, которая должна состояться через несколько дней. Ничего, люди перестроились и на следующий день закатили пир горой в квартире Катерины. Это было до фильма «С легким паром», в котором опорочили заливную рыбу.
 Так вот на столе стояли тарелочки с заливной рыбой, украшенной ромашками из морковки. Стояли пузатые бутылки с коньяком, а букет с цветами загораживал лица новобрачных от остальной публики. Тетушка подарила японские фарфоровые тарелки, вторая тетушка подарила ложки и вилки местного завода. Студенты подарили коричневую обезьяну.
Квартира была новенькая, трехкомнатная, полы деревянные. Шпильки на туфельках металлические. После свадьбы пол покрылся маленькими ямками. Танцевали от души. Ларион танцевал с Катериной впервые и поднимал ее над полом, так что ее следов на полу не осталось. Одна комната окнами выходила на другую сторону дома, перед комнатой находилась кладовка, то есть комната закрывалась двумя дверями.
Наступило счастье? Не поверите, зашли молодые в комнату, а новенький муж стал читать нотации молоденькой жене. Он решил, что теперь ему все можно, в том смысле, что он решил вылить на голову жены ушат правды. Он стал рассказывать о своих женщинах, которые у него были до этого дня. Исповедь Лариона, когда еще не разошлись гости, больно уколола Катерину.
Не могла она выйти к гостям и сказать, что она ошиблась в своем избраннике. Тут бы им окунуться в семейное счастье, а что-то пошло странным образом. На следующий день они пошли в кино. Ларион посмотрел на Катерину и скал:
- И на чем я женился?
На ком? Катерина была значительно моложе, неопытная, стройная девушка. У нее слезки собирались, но она промолчала. Дома он сел на кровать и стал ее унижать совестно, как только можно. Это были семидесятые года двадцатого столетия. Что сделала Катерина? Она взяла грибок для штопки, его носок и стала штопать носок. Он замолчал от неожиданности.
На следующий день они собрали два рюкзака, взяли палатку и поехали в аэропорт. На кукурузнике долетели до нужного озера, окруженного невысокими горами, покрытыми кряжистыми соснами. Они шли по откосу горы, Ларион пытался дать руку Катерине, но она помощь отвергла. Он разозлился. Ладно, дошли до места, где был заливчик в озере.
Поставили палатку. Между камнями Ларион смастерил печку. Катерина варила супчики, делала каши, кипятила чай. Ларион наловил рыбы, он отдал ее Катерине для того, чтобы она почистила живую рыбу. Катерина забралась на ближнюю скалу и отказалась чистить рыбу. Третья ссора не заставила себя ждать. В целом было неплохо: погода теплая, озеро рядом, отдых на все сто.
Обратный путь прошли быстро, долетели до города на кукурузнике. Что дальше? На свадьбе не было родственников Лариона, вот теперь предстояло ехать к его родне. У его родителей была трешка в трехэтажном доме, им выделили комнату на время. Катерина соорудила прическу, надела самодельное платье. Пришла родня, отметили событие в тесном кругу.
И вот, когда им предстояло разъехаться, ведь пара студентов училась в разных городах, на Катерину напали слезы, они текли неуемной рекой. Они сели в разные поезда. Оказалось, что слезы были не просто так, Катерина уже ждала ребенка. Приехала она домой, пошла учится. В ноябре Катерина поехала к Лариону, который жил в общаге. Ребята освободили им на три дня комнату.
Вот так медленно начиналась супружеская жизнь. Три тысячи километров было от Лариона до Катерины. Ларион стал в письмах хвалить свой климат, готовил Катерину психологически к переезду.

Встреча Лариона и Катерины на берегу пруда была более чем случайной. Между ними стал устанавливаться любовный, эмоциональный мост отношений. Ларион всегда выделялся из толпы, как цинния среди цветов, вроде и цвет тот же, да благородства больше.
   Жизнь жены с мужем начиналась или продолжалась обычно. Молодые супруги гуляли у пруда. Шпильки зеленых изящных босоножек проваливались в песке, когда Катерина шла по пляжу. Она была довольно милое создание с приличной копной светлых волос, сверкающих в лучах заходящего солнца, падающих на плечи.
   Одета она была явно не для пляжа, а для работы на твердой поверхности, где-нибудь в офисе под светом неоновых ламп. На лице ее играла вымученная улыбка, готовая исказиться гримасой в любой момент. Она шла так, словно ожидала, что ее непременно догонят. Нет, быстрым ее шаг нельзя было назвать, он скорее был настороженным.
   Пляж был городским, урбанистическим, ухоженным. Песочная полоска соприкасалась и исчезала в пруду, с другой стороны к пляжу подходили современные строения, которые построили в первой линии от пруда, и предназначались для офисов преуспевающих фирм.
   В нескольких шагах от женщины шел божественный мужчина, грациозный и гибкий в каждом своем движении. Он был одет просто и одновременно несколько торжественно: черные брюки и кремовая рубашка, которая неуловимо гармонировала с волосами женщины.
   Но его слова совсем не подходили его внешности:
   — Катерина, когда ты научишься ходить на шпильках?! Если еще раз твои каблуки утонут в песке, то я уйду от тебя навсегда! — кричал Ларион молодой женщине.
   Женщина вздрогнула всем своим хрупким телом, из ее глаз брызнули слезы и покатились по ровным молодым щекам.
   — Вот чертова баба, ходить на каблуках совсем не умеет! Можешь ты понять, что при ходьбе на каблуках наступают на носки, а на каблуки наступать нельзя! Каблуки не должны касаться песка!
   Молодой муж ускорил шаг, догоняя жену.
   Катерина шла, глотая слезы, но шла дальше, а ее тонкие шпильки медленно поднялись из песка и зависли в воздухе. Она пошла на носках босоножек, боясь коснуться песка каблуками. Слезы на ее глазах высохли, но осталась горечь в душе. Они вышли на асфальтированную дорогу.
   — Сколько можно тебя учить ходить на каблуках! Покажи каблук! Ты испортила песком шпильку! Совсем ты обувь не бережешь!
   — Ларион, перестань на меня кричать. — сказала Катерина. — В песке всегда каблуки проваливаются. Зачем ты повел меня на пляж? Если бы мы шли на пляж, я бы надела босоножки без каблуков.
   Мимо высоких домов они шли молча. Она училась молчать рядом с ним. У нее появлялась мысль, что ему она после свадьбы абсолютно не нравилась. Зачем она ему была нужна, она не понимала, но она была не молода, и ей льстило внимание молодого мужчины. Она была ему нужна для любви физической? Да. Но для нее главнее не это. Ни на одном пляже не было красивее его мужчин. Ноги стройные и длинные, тонкая талия, плавно переходящая в мощный торс и широкие плечи. Тонкие запястья, прекрасные ладони, пальцы, ухоженные ногти. Красавец, а не мужчина.
   Страх возникал у жены Катерины в присутствии мужа Лариона, и такое чувство редкостью для нее не являлось. Она всегда прятала кухонные ножи в стол. Она боялась сказать мужу слово поперек. Она выполняла все его прихоти и терпела его нескончаемую любовь. Катерина была хорошей девушкой, парней не меняла, занималась прилежно своими делами и не страдала от любви и сопутствующих чувствам проблем. Она вышла замуж, когда ей не было и двадцати лет. Скорее это он на ней женился. Он к ней пристал как банный лист. Издеваться над ней или учить ее он стал сразу после свадьбы. Она еще слово "муж" не научилась произносить, а он уже постоянно делал ей замечания.
   — Что у тебя сегодня за прическа? Что это за конский хвост сзади тебя болтается?! — кричал муж, едва оторвав голову от подушки. — Неужели ты не понимаешь, что хвост из волос — это не прическа для женщины?! Я хочу, чтобы ты была настоящей женщиной, а не девчонкой с хвостиками! Господи, на чем я женился?! — с болью в голосе говорил мужчина, отправляясь в ванную комнату делать себе прическу, и делал ее с чувством, с толком, чтобы волосы стояли по стойке смирно.
   Жена закрутила кончики волос, а потом целый час сидела у зеркала и делала гнезда для птиц из волос на голове. Она старалась быть красивой и делала на голове парадные прически, если была для этого возможность.
   — Красивая прическа! — вскричал муж и повалил жену на постель.
   Прическа из птичьих гнезд превратилась в гнездо. Жена устала делать прически из больших волос. Да еще муж подарил ей журнал о прическах и все хвалил одну прическу. Это была прическа из коротких волос, хорошо уложенных на голове явно не без помощи крупных бигуди. Жена пошла в парикмахерскую, подстригла волосы, сделала химию и накрутила на крупные бигуди.
   С новой прической жена пришла домой. Муж, увидев, что жена ему открыла дверь с новой прической, бросился бежать вниз по лестницам. Она побежала за ним по ступенькам вниз. Они остановились на лестничной площадке у мусоропровода.
   — Ты что сделала со своими волосами? Ты для кого сделала такую прическу? Все! Ухожу от тебя!
   — Я хотела тебе понравиться!
   — Правда?! Пошли домой.
   Дома муж после ужина лег с женой на постель, погладил ее волосы, а они легко легли на свое место. Мужу понравилось играть с волосами жены, потом с ее телом, потом с ее ногами. И забыл мужчина, что обиделся на прическу женщины.
   Любовь бывает приятной и противной в исполнении одного и того же человека. На протяжении совместной жизни каскад страха и унижений менялся. Любовь мужа воспринималась женой как адское наказание. В таких случаях самое большое ее желание было — прекратить любовь. И самое большое желание — остаться одной. На следующее утро муж сменил тему. Жена вышла на балкон. С третьего этажа деревья казались совсем близкими. На балконе появился муж.
   — Катерина, в чем ты ходишь?! Посмотри на свой халат!
   Молодая женщина прекрасно знала, что на ней новенький халатик с воланами из той же ткани, расположенными по удлиненному вырезу на груди.
   — Куда смотришь? Посмотри на длину халата! Колен не видно! Укороти халат немедленно! Сделай на две ладони выше колен!
   Она зашла в квартиру. Ее зубы почти скрипели. Она отрезала подол халата на пятнадцать сантиметров и подшила его так, как требовал мужчина. Мужчина увидел на женщине халат новой длины: все ноги женщины были видны. Схватил мужчина женщину и понес ее в кровать. Халат он сбросил с нее в первую очередь.
   У жены было новое платье вишневого цвета с воротником под горло. Молодые супруги собирались пойти в кинотеатр на премьеру фильма. Муж презрительно посмотрел на воротничок платья женщины.
   — Что это такое! Что за воротник у тебя на платье! Сделай вырез!
   — Можно после похода в кино?
   — Ладно! И это моя женщина?! На чем женился!
   После фильма жена сделала на платье глубокий вырез. Надела платье. Мужчина посмотрел на женщину в платье с вырезом, оголяющим ее юную грудь, и унес ее в кровать. Платье оказалось на полу. Люди Катерину узнавать перестали, так она менялась в последнее время и все больше хмурилась.
     — Катерина, ты, в чем пришла!? Ты кто, женщина или полицейский?! Ты дома! А дома ты женщина!
     Катерина из последних сил переоделась в короткий халатик, причесала волосы и пошла на кухню.
     — А, что ужин еще не готов? Женщина, ты, где была? Почему я прихожу домой и не нахожу еду на плите?
     Катерина вынула из кармана короткого халата пистолет, приложила его к виску мужа:
     — Пошел ты... — и нажала на курок.
     Это был ее сон о Ларионе, она его опять давно не видела.
Первая шумная ссора Катерины с мужем Ларионом произошла над приготовлением плова. Ссорились они от души. Он настаивал над полным выполнением рецепта приготовления плова из книги вкусной и здоровой пищи года 1961. Ссора произошла давно, тогда они жили на квартире в четырехэтажном доме, этот дом недавно снесли и построили на его месте шикарный дом под кирпич.
   Из окон третьего этажа, то есть от кухонного стола был виден двор, площадка для машин, машин тогда было мало. Рядом стоял муж и кричал, что она мало нарезала моркови, мало лука, мало сала баранины. На столе лежали куски баранины, промытый рис лежал в чашке. Смысл плова по рецепту был прост на первый взгляд.
   Сало баранины кладется на сковороду, топиться. В растопленный бараний жир, кладется кусочками баранина. В поджаренные кусочки баранины добавляются морковь и лук. Сверху засыпается ровным слоем рис. Наливается вода, с учетом, что рис поглощает три объема воды. Соль, перец по вкусу, перемешивать нельзя! Сейчас она этот плов сделала бы совсем просто. В сковороду налить масло растительное. В масло положить натертую морковь и лук. Сверху положить промытый рис. Вода, соль.
   Вторая ссора была из-за борща, как ни странно, но к 21 году Катерина не знала, что на свете есть свекла. Дома у нее варили щи. Муж требовал борщ. У него в документах лежал рецепт борща его бабушки. Рецепт борща по книги он не признавал. Своего рецепта у нее тогда не было.
   Весь рецепт.
   Говядина варится два часа. На сковороде тушиться мелко порезанная свекла. На второй сковороде тушится морковь. На третьей сковороде — лук. На деревянной доске мелко рубиться сало, чеснок, потом все вместе многократно ножом рубится до получения сало — чесночной массы. Кубиками картофель. Полосками капуста. Варится фасоль.
   В кастрюлю с мясным бульоном опускаются: вареная фасоль, капуста, картофель, тушеная свекла, морковь и лук, сало, чеснок. Через некоторое время добавляют: лавровый лист, чайная ложечка муки, ложка томатной пасты или помидоры, и напоследок окунается в борщ красный, горький перец.
   Сейчас Катерина этот борщ готовит следующим образом:
   В воду опускает готовую фасоль. На сковороде с растительным маслом готовит лук, морковь и свеклу, добавляет ложку томатной пасты. В бульон кладет капусту, картофель, добавляет все со сковороды, то есть свеклу — морковь — лук. Немного соли.
   Рыбная ссора и рецепт.
   На берегу озера в живописном месте земли, без дождей и пыльных бурь, стояла палатка на склоне горы, входящей в озеро. Прозрачная вода омывала камни. Муж Ларион пел: «Этот корабль, омулевая бочка...». Он катался по заливу озера на надувном матрасе и пел во всю глотку, но, каким—то образом он наловил рыбу.
   Муж пытался свою молодую жену заставить чистить живую рыбу! Она залезла на скалу, села на ее край и смотрела на озеро под ногами. Внизу кричал муж, чтобы она шла готовить рыбу. Рыбу раздел он сам. Она сама ее только зажарила на сковороде, стоящей на камнях, между которыми тлели угли.
   С годами жутко надоело смотреть на рыбу, стоя над плитой и пытаясь ее поджарить. Сейчас она рыбу готовит так. В сковороду наливает растительное масло, воду, майонез, чайную ложку муки. Мороженое филе режет на куски и кладу на сковороду в холодное приготовленное месиво. Добавляет горстку замороженных овощей из пакета. Готовит минут двадцать на тихом огне после кипения.
Ссоры раздельного питания. Однажды Ларион набрал хороший вес, костюм купил 54 размера. Съездили они с ним в консерваторию, билет в этом костюме так и остался. Надо сказать, что в полном виде муж был добрее, но он захотел вернуть свои прежние поджарые формы, а не компоненты из блюд.
   Господи, под запрет попал плов, борщ и все прочее. Он стал в пост поститься. Честное слово жены, но нет никого хуже в доме, чем муж, соблюдающий пост. Он стал злым, раздражительным, вечно голодным. Одним словом — злое существо, дальше хуже, он посетил лекцию по раздельному питанию.
   В доме появились коробки с овсянкой, он ел кашу из овсянки, замоченный горох, замоченную в воде гречку. От такой еды к женщине особо мужчину не потянет. Они стали спать — валетом. Муж был старше жены, и этот этап его жизни она стала проходить позже, вспоминая его. Да, в еде приходиться быть более однотонной, но необходимо сохранять некий баланс в постной пище. Для настроения, для жажды жизни надо находить то, что еще можно есть, то, что еще принимает организм.
   Пришлось убрать из еды мясные блюда и бульоны, колбасу, что дало возможность не пить таблетки от головной боли, вес перестал прибывать. Что интересно, в морозы мясо идет нормально, но с первыми лучами весны приходиться сокращать его применения до случайного употребления. Вынужденный пост.

Теперь подробнее…
Эта история, которая произошла тогда, проще говоря, эта история произошла за тридцать лет до окончания 20 века. История знакомства Лариона и Катерины. Сложно и просто. История началась во времена существования очень Большого союза стран. Союз стран располагался на двух материках, соединенных Каменным хребтом, в южной части которого и родилась Катерина.  Что можно о ней сказать? На одном месте она жила до своего отрочества, а юность ее протекала на севере Степной страны, примыкающей к южным горам с востока.
Во времена существования Большого союза стран, народ особо не делил его на страны и легко переезжал из одной страны в другую, а деньги везде были одинаковые. Вот Катерина и оказалась в дружественной стране по воле своего отца. Она поступила в технический институт, где у нее появилась подруга Людмила.
Они были две противоположности: Катерина крупная девушка с серыми глазами и пшеничными волосами, а Людмила невысокая хрупкая девушка с темными волосами. Заработав на практике деньги, они поехали к Людмиле в Теплую страну сквозь три страны, и ехали трое суток.
В результате всего одной поездки через год они стали родственницами. Катерина вышла замуж за старшего брата Людмилы, а Людмила стала любовницей младшего брата Катерины. В результате всеобщей дружбы у Катерины родилось двое детей, а у Людмилы родился сын, но с некоторой оговоркой. Людмила познакомилась на пляже с молодым человеком, будучи легко беременной от брата Катерины, женатого на красивой девушке. Многогранник отношений Людмилы закончился тем, что она скрыла свою беременность от Катерины и ее брата навсегда.
В то время о ДНК речи не шло. Поэтому старший сын Людмилы всеми безоговорочно был признан сыном ее пляжного знакомства, ставшего законным мужем. Но на этом месте временно прекратилось общение Катерины и Людмилы. Катерина не знала об этом, но чувствовала некую недоговоренность.
У Катерины брак продлился почти 25 лет, до серебряной свадьбы не хватило двух недель. Спустя лет двадцать Катерина приехала в квартиру Людмилы, но ее сыновей дома не оказалось, ее мужа она тоже не застала. На стенах висели поделки из вязаных веревочек. Кухня была выполнена в деревенском стиле. Ложки и чашки, расписанные под хохлому, довершали убранство. На лоджии скопилось много домашних заготовок.
В комнате у сыновей стояла двух ярусная кровать, когда—то в комнате общежития у Людмилы тоже одна кровать стояла на другой. Так получилось, что когда умерла мама Катерины, то ее похоронили в платье, которое сшила Людмила. За восемь лет до смерти матери, умер младший брат Катерины. Ситуация была еще та. Он был дома один, пришла Людмила и сказала, что у него есть двадцатилетний сын.
Брату Катерины было в то время 39 лет, на этом его возраст оборвался, он не смог пережить обуреваемой его радости, что у него есть сын Потап, то есть племянник Катерины. Но новость оборвалась вместе с ним, Людмила об этом так и не сообщила больше никому. Сказала она эту новость длинной в двадцать лет только потому, что ее муж, вместе с сыновьями, переехал в другой город. В это время прекратил существовать Большой союз стран, и народ поехал за его пределы.
   И все бы ничего, но ее бывший муж решил уехать. Перед отъездом Ларион сказал Катерине:
 - Молчи о том, куда и когда я еду, не говори никому!
Все прекрасно знали, что Ларион уезжает постоянно в очередной мистический треугольник. Проходит месяц появляется муж:
   - Катерина, ты кому говорила о моей поездке, мне так повредили все коммуникации, что от ядовитых веществ я ослеп на пару дней и ничего совсем не видел.
   - Никому не говорила, - разве она скажет мужу Лариону, что проболталась другу куда он уехал.
   Катерина примолкла, чаще была дома. Ходила на работу и не думала о муже и друге. Муж готовился к новой поездке. Друг часто не бывал дома, объясняя тракторными делами, и Катерина не особо настаивала на встречах. Муж в очередной раз собрался уезжать с новыми приборами. Сборы были основательными и серьезными: приборы надо было проверить на работоспособность. Весь дом был покрыт проводами и деталями приборов, легкими сумками и палаткой. Просьба была одна:
   - Молчи о треугольнике.
   Муж Ларион уехал. Его не было долго. Она его и не вспоминала, и не искала так он ее приучил. Встречи с другом потеряли свой смысл, ей и так дома было хорошо. Однажды друг позвонил и сказал:
   - Меня преследуют товарищи из милиции, постоянно спрашивают, а нет ли у меня ножа складного с бороздкой по лезвию.
Катерина вспомнила про нож, лежащий на стиральной машинке, и к другу совсем расхотелось ходить. Мужа Лариона все не было. Отпуск его прошел, на работе стали спрашивать, где он. Просили написать бумаги на отпуск без содержания. Жизнь принимала таинственный оборот. В милиции сказали, что разыскивать мужа не могут, так как он уехал на поезде, и факт этот известный, искать от вокзала отбытия.
На вокзале, в архивах нашли, что в поезде, о котором спрашивала Катерина, был убит мужчина без документов, раны ножевые, убийство не раскрыто, убитый не опознан. И тут Катерина вспомнила, что со злости назвала другу номер поезда и время отправления мужа в экспедицию... Кто же выходил с вопросами о ноже? Ответа на вопрос нет, почему не тронули друга? Может это совпадение и муж жив, а убили кого-то другого? Тогда почему его нет? Объявили Лариона в розыск. Розыск длился ровно месяц.
Звонок:
   - Мы сделали все запросы, его нигде нет, и среди мертвых не числится, закрывайте розыск.
Катерина осталась одна. Ларион не появился.
   Возникает ощущение, что Катерина хочет доказать теорему своей жизни. С мужем она познакомилась, когда ему было 26 лет, поженились, когда ему было 27. Да, это отличный мужской возраст, значит, двадцать лет совместной жизни, носили свой характер. Что они ели в этот развитой период социализма с 1970 года по 1988 год? Все знают, что все знают?
   У них было две зарплаты инженеров и никакой дачи. Что они могли себе позволить? Молоко, творог, колбасу, сыр, масло, мясо, рыбу. Да, в общем, все, что смогли съесть, они съели, и на машину не копили. И на желудки не жаловались, хотя после института и своей холостой жизни, муж ей достался с острым гастритом и повышенной кислотностью.
   Муж пил лекарство бутылками. Чем она начинала его восстанавливать? Паровыми котлетами, в которые входило мясо говядины, лук, белый хлеб, молоко, соль, перец. Все перемолоть в мясорубке, и приготовить на пару, но честное слово, на пару не вкусно, и она стала их тушить в соусе: вода, майонез, мука.
   Нормально. Любви обильный был мой мужчина. Что еще готовила? Мясо нарезать поперек волокон узкими полосками и тушить, добавляя лук, морковь, томатную пасту, сметану, муку, соль, перец. Что имела? Полноценного мужчину, способного работать, производить детей, и быть любимым.
   Катерина любила готовить, любила кормить, любила любить и быть любимой. Она была деятельной натурой. Да, могла быть грубоватой, а кто не ругался? Но если в кастрюле поднялось давление, пар надо сбрасывать. Так что Лариону, супругу Катерины, было совсем невыгодно красиво одевать свою жену, он ее хотел одеть в кролика, и тогда мужчины бы к ней, как летающий мусор к черному пальто, не подходили.
       Если у страны есть конституция, оговаривающая права и обязанности людей, то в семье нет ни одной бумажки, в которой бы были расписаны права и обязанности членов семьи. В семье у Катерины Михайловны было право: молчать в присутствии мужа. Это было главное условие мужа для сосуществования в одной квартире. Все остальное входило в обязанности: любить мужа, готовить еду и покупать продукты, убирать в квартире, стирать и гладить, работать на работе инженером 8 часов в день, отводить сына в сад.
   Второй тип семьи просуществовал двадцать пять лет. Постепенно муж стал все больше отсутствовать дома, переложив на плечи жены все права и обязанности, забрав с собою только любовь, он покинул ее дом в тяжелый год
Есть такое слово «лимит», семью из трех человек взяли именно по лимиту на работу. Они сняли комнату в трешке. Родители Катерины помогали за нее платить. От работы им дали общагу, комнату в трешке, но платить за нее надо было в разы меньше. Сын пошел в ясли-сад. Катерина вышла на работу, но продолжала учится.
Надо сказать, что там, где семейка стала жить, родственников у них не было. В год, когда они приехали в город Спутник, лето выдалось на редкость жаркое. Гулять по городу было приятно, сын сидел в коляске или бегал сам. Жизнь налаживалась. Время шло.
   По поводу любви или, как не страдать от ее отсутствия в возрасте за шестьдесят. Мужчину не купишь, наряжаться и подстраиваться нет настроения. Катерина мужа Лариона в последний его визит с трудом выносила, у нее было полное ощущение, что он чужой для нее мужчина. В ней появилась брезгливость, постоянная боль от любви с ним. Он мимо нее пройти не мог, а она от него отбивалась правой рукой, на которой появились постоянные синяки. На работе их быстро заметили.
Лучше вспомнить другое то, что было значительно позже.
   Когда муж первым окончил институт, они втроем поехали в Новый город, проходившие на общей кухне в общежитии. То есть из новой трехкомнатной квартиры родителей Катерина въехала в комнату общежития. То о ней заботились добропорядочные работающие родители, имеющие дачу, сад, огород в одном лице. На новом месте у нее ничего не было. Две минимальных инженерных зарплаты и локти, которые трудно кусать.
   А кудри? Были бы волосы, а сделать кудрявыми их можно. Очень давно была ее свадьба, это так давно, что и вспоминать нечего. День в день и давно. Она посмотрела на себя в зеркало, сняла резинку с волос, встряхнула волосы. Немного их поправила и стала чуть лучше выглядеть. Вот и на собственной свадьбе она все волосы забрала в прическу, точнее в букли с помощью парикмахера и огромного количества шпилек. И платье у нее было такое же короткое, как сейчас домашний халатик, и на улице было под тридцать градусов тепла.
   И вдруг к Катерине подходит Ларион и предлагает выйти за него замуж. Все бы ничего, но разница во всем. Это он старше ее на 9 лет. Хотя других вариантов и нет, хотя у нее были два друга по школе и институту. И Катерина соглашается на замужество. Вот, интересно, будут ли ее обсуждать все знакомые и незнакомые, а жить они ей не помогают, так какое право имеют на обсуждение ее действий? Для жизни нужна новая любовь. У них не было квартиры. У нее была комната в квартире родителей, у Лариона кровать в общежитии института. Два студента.
   Катерина мгновенно почувствовала разницу между жизнью дома и жизнью с Ларионом и готова была кусать локти, что вышла за него замуж. Из домашней принцессы она превратилась в золушку. Слезы без причины текли из глаз. Достатка она не ощущала. Время шло, она стала привыкать к новой жизни, молодость побеждает слезы, квартиру она привела в порядок на свой вкус, стало немного веселее.
   Но любви это не помеха, и пока Ларион был в комнате Катерины, это занятие было основным. Любовь занимала все свободное и несвободное время. Каникулы летние и длинные, и теплые. Они ставили личные рекорды супружеского общения. Результаты не заставили себя ждать. В настройке организма наступила пауза, они не использовали никаких предохранителей. На такой паузе молодая пара поехала в Теплый город, к его родителям, где еще раз отметили свадьбу с его родственниками.
Через 45 лет после свадьбы Катерина поняла, что пора бы ей отдохнуть на самом деле и в свое время.


Глава 8. Историческое место

Катерина очень не любила ориентироваться по компасу, а ее будто в насмешку пригласили участвовать в соревнованиях по ориентированию, да еще на лыжах! В области лыжных трасс видимо-невидимо. Трасса проходила недалеко от деревни. Леса плавно переходили в поля и возвышенности. Простор для лыжника! В марте так особенно — красота бесконечная. Снег блестит, переливается. Небо огромное. Идти на лыжах по заснеженному лесу — одно удовольствие. Но держать ориентир и выяснять, с какой стороны у деревьев мох растет, — это не по ее части. Катерина могла запросто в лесу заблудиться. Она могла запоминать ориентиры на лыжне, но поставить ориентир на карте она не могла. Тормозило ее что-то. Она почувствовала, что проигрывает соревнования по ориентированию из-за своей неумелости.
   Господин случай ей помог. По лыжне шел самый обыкновенный чайник на старых лыжах с убогими палками в руках. На нем был застиранный костюм зеленого цвета. Шапочка неопределенного цвета закрывала лоб. Ничего красивого во встречном лыжнике не было. И шел он плохо. И выглядел скверно на фоне профессиональных лыжников, одетых, как всегда, по последней лыжной моде. Катерине лыжник не понравился. Она остановилась и растерянно взирала на компас, на планшет с картой. Мужчина на лыжах остановился. Он посмотрел на муки обаятельной лыжницы. Его глаза мгновенно стали умными. Его пальцы без грубых варежек были необыкновенно красивыми. Незнакомец оказался большим знатоком местности. Он поставил нужную точку на карте и рукой показал, где следующий ориентир на местности.
Лыжник сказал странную фразу:
   — Девушка, Вы остановилась на историческом месте: здесь в 1812 году проезжала карета, а в 1941 году по льду проехал танк...
   — Простите, но я участвую в соревнованиях по лыжному ориентированию, — бросила на ходу Катерина. — Спасибо за точку на карте!
   В нужное время в нужном месте оказался этот человек. Она заняла второе место. Не совсем она, а ее команда. После встречи на лыжне в памяти Катерины иногда возникал образ мужчины на лыжах, классно ориентировавшегося в пространстве. Его руки без варежек ее преследовали. Противоречивые чувства вызвал в душе странный лыжник. В городской газете появился портрет Катерины с заиндевевшими ресницами, в шапочке, покрытой снегом, на фоне заснеженных деревьев. К губам она подносила ветку рябины. Фотография в высшей степени ее обрадовала. Она вновь вспомнила лыжника в зеленом костюме, который протянул ей ветку с замороженными ягодами рябины. Как он быстро выхватил из-за пазухи фотоаппарат и сфотографировал ее! 
Снежинки, танцуя в воздухе, спокойно цеплялись за длинные иголки сосен. Иногда иголки не удерживали снежинки, и они, срываясь с иголок, летели к земле.   Илья Львович невольно посмотрел в окно своего офиса: на улице шел первый снег. Снег летел и кружился. Молодой мужчина смотрел в окно дома, расположенного рядом с ювелирным магазином. Сквозь снежную пелену был виден вход в магазин, за которым он невольно наблюдал. Люди входили и выходили из магазина, не привлекая его внимания. Его внимание привлекла молодая особа в белой шубке с красным длинным шарфом, завязанным под воротником. Концы шарфа совпадали с длиной шубки. На руках у нее были надеты красные варежки, а на голове — берет с красным помпоном. Столь яркая девушка заставила его подняться с места и выйти на улицу.
   В кирпичной башне, расположенной рядом с сосновым бором, разместился магазин "Серебряное копытце". Он вошел в магазин. Свет дневных ламп освещал маленькие блестящие камни на кольцах и сережках. Девушка стояла у витрины с золотыми украшениями. Ее неудержимо притягивали к себе прозрачные камни в золотом оформлении. Она попросила продавца показать сережки с бриллиантами. Хрустальные грани сверкали на ее ладони так близко и призрачно, что она приложила их к мочке уха и посмотрела в зеркало.
   Прозрачные грани, переливаясь в лучах света ламп, вызвали у нее странное чувство, что она знает, как можно найти в этом мире бриллианты. В ее доме никогда не было бриллиантов. Но когда она о них читала в книгах или смотрела фильмы с погоней, ей всегда казалось, что она знает раньше любого героя ответ на вопрос: "Где найти бриллианты?" Она очень любила детективы с алмазами. Девушка на секунду задумалась и вернула сережки с маленькими бриллиантами продавцу. Денег у нее хватило на сережки-гвоздики с турмалином, которые напоминали ей ягоды рябины. Илья Львович не сомневался, что девушка купит красные камни под цвет шарфа и помпона. Вскоре он вновь увидел очаровательное создание. У него появилось жгучее желание увидеть ее поближе. Но его опередил широкоплечий парень.
   Легкий снег искрился в лучах уличного фонаря. Девушка крутилась на одной ножке вместе со снежинками, как ножка сережки в ее ухе, когда она проверяла, на месте ли она. Ее светлая шубка в снежинках превратилась в сверкающее чудо. Он сделал шаг в сторону девушки. Она удивленно посмотрела на него. Он был в темном коротком пальто с пушистым клетчатым шарфом на шее.
   — Здравствуйте, — промолвила смущенно девушка. — Я Вас где-то видела! Мне кажется, я Вас знаю давно. Мы с вами встречались…
   — Добрый вечер, — улыбнулся молодой человек. — Меня зовут Ларион. Если Вы меня видели, то на лыжне с вашим компасом.
   — А меня зовут Катерина! И я Вас приглашаю на плюшки с чаем. Плюшки — очень немодная выпечка, но у мамы они великолепно получаются!
   — Я не откажусь от Вашего приглашения. А Вам не страшно приглашать незнакомого человека?
   — У меня ощущение, что мы очень давно знакомы, — насмешливо проговорила девушка.
   Они зашли в ближний подъезд, поднялись по ступенькам на третий этаж и остановились напротив двери, обитой гвоздиками с большими шляпками. Дверь открыла стройная женщина средних лет с короткой стрижкой.
   — Мама, знакомься, это Ларион! — представила Катерина молодого человека.
   — Приятно познакомиться! — улыбнулась ее мама. — Катерина, ты ушла к подруге Татьяне, а пришла с молодым человеком. Как тебя понимать?
   — Я вышла из дома, покружилась среди снежинок, а Ларион остановился около меня. Мама, мы посидим у нас дома и никуда не пойдем, — ответила девушка, совсем забыв про подругу. — Ларион, снимайте пальто, мы будем пить чай.
   Они сели на стулья с гнутыми спинками, стоящие вокруг овального стола, покрытого скатертью с вышитыми гладью анютиными глазками. В комнате стоял комплект мебели: полированный сервант с хрустальной посудой, платяной шкаф и телевизор на тумбочке. На большой плоской тарелке лежали свежие плюшки, обсыпанные сахарной пудрой. Катерина заварила свежий чай в чайнике, из носика которого висело металлическое ситечко. Крепкий чай она разлила в белые чашки на блюдцах. Тепло и уютно стало в комнате. На экране телевизора мелькали фигуристы. Только сейчас Катерина посмотрела на Лариона. Черные густые брови подчеркивали крупные карие глаза. Черные с вишневым отливом волнистые волосы были зачесаны назад. Ей всегда нравились такие мужские прически. Прямой нос приятно смотрелся над крупными губами, согретыми чаем...  Ларион в ответ посмотрел на Катерину: темно-русые волосы лежали на плечах, большие серые глаза сияли, ямочка на щеке лучилась от улыбки...
"Они не похожи друг на друга", — подумала в это время ее мама.
   — Катерина, кто у нас в гостях, чья одежда висит в прихожей? — спросил вошедший в квартиру мужчина.
   — Папа, познакомься с Ларионом.
   Мужчина разделся, вымыл руки, переоделся и зашел в комнату.
   — Здравствуйте, Ларион! Я — отец Катерины.
   — Добрый вечер! Извините меня за вечернее вторжение, — Ларион пожал протянутую ему руку.
   — Смотрите, Ларион, нашу Катерину не обижайте.
   — Не обижу, — ответил он и потянул руку за следующей плюшкой.
   — Мать, давай что-нибудь посерьезней, чем эти плюшки. И Ларион с нами поест, а водочки не держим. Не положено.
   — Да и я не пью. Работа моя точности требует. 
   — Это хорошо, что не пьешь. Хорошие рабочие никогда не пьют.
   — Ларион, идемте ко мне в комнату, — предложила Катерина.
   Они ушли в комнату девушки. Дверь за ними закрылась.
   — Мать, а парень-то хорош! — воскликнул отец Катерины.
   — Правда, отец. И мне понравился этот парень. У Катерины глаза сияют. Я чувствую, что с этим парнем у нее надолго роман затянется.
   В комнате Катерины обои и шторы бросались в глаза белыми и розоватыми тонами. Здесь было чисто, опрятно, пристойно. Ларион сел в кресло, положив руки на деревянные подлокотники. Рядом с ним стоял овальный журнальный столик, выполненный из полированного дерева. На столике лежала салфетка, на ней стояла хрустальная цветочная ваза.
   — Знаете, Катерина, Вам не хватает бриллиантов в ушах, — заметил молодой человек.
   — Ларион, Вы шутите? Зачем мне бриллианты? Мне и турмалина достаточно! Я и эти сережки совсем недавно купила в магазине "Серебряное копытце". Я попросила продавца показать мне сережки с бриллиантами. И невольно приложила их к мочке уха. Я посмотрела в зеркало: алмазные грани, переливаясь в лучах света ламп, вызвали у меня странное чувство, будто я знаю, как можно найти в этом мире бриллианты.
   — Катерина, Вам нравятся бриллианты?! Так это же замечательно! Мне они тоже нравятся! — обрадовано прервал ее речь Ларион. — А турмалины в Ваших ушах похожи на ягоды рябины. А я люблю блеск хрусталя и бриллиантов. Люблю, когда стекла сверкают, — мечтательно проговорил Ларион.
   — Я включу музыку. У меня есть новая пластинка с песнями и проигрыватель с колонками. Я уже почти все песни с нее знаю.
   — Вы поете песни под пластинки? Я никогда не подпевал певцам.
   — У меня есть огромные книги с репродукциями картин. Хотите посмотреть?
   — Посмотрю. С Вами я и репродукции картин могу посмотреть.
   Молодые люди стали переворачивать большую книгу с репродукциями картин, на которых были изображены дворцы, квартиры, интерьеры, скульптуры.
   — Катерина, Вам подойдут только бриллианты, — мечтательно повторил Ларион. Он смотрел на красочные дворцы в книге и на сережки в ушах Катерины. Турмалин размером с вишневую косточку мерцал при вечернем освещении вишневым оттенком.
     — Ларион, турмалин безопаснее, но бриллианты — это прекрасно!
   — Вот, ты уже понимаешь меня. Я подарю тебе, Катерина, бриллиантовый комплект.
   — Скажете тоже, — отозвалась девушка, закрыв книгу с репродукциями прошлого.
   Так они и говорили, путая "ты" и "Вы", и им было хорошо.
   — Мне пора уходить, ехать домой далеко. Я был в вашем районе по делу, — поднялся с кресла молодой человек.
   — Я Вас провожу до двери, — вздохнув, сказала Катерина, она так и не поняла, почему пригласила домой незнакомого человека, но она была твердо уверена, что его уже видела раньше.
   Катерина стала отдаляться от своей подруги Татьяны. Отвыкли они друг от друга за последнее время. Стоило Татьяне позвонить, как Катерина отвечала:
   — Татьяна, Ларион пригласил меня на выставку картин, расположенную на Крымском валу. Мы вместе с ним обошли картинную галерею. Мы не поленились и посетили алмазный фонд страны. Мы с ним вместе ходили в театр оперетты. Мы ходили в старый драматический театр, который находится за Большим театром. Мы даже на концерт ансамбля "Березка" попали в Кремлевский дворец съездов. Ты не обижайся, но мне некогда! Лучше приходи на нашу свадьбу!
   После свадьбы Катерина рассказала Татьяне о своей первой любви:
   — Ночное волшебство скрепляет нас. Острые ощущения от прикосновения друг к другу стоят того, чтобы переносить трудности первых дней совместной жизни. Нам нравятся играющие и легкие прикосновения. Легкие поцелуи заставляют нас трепетать. Желания нарастают стремительно. Чувство реальности утрачивается. Контроль над событиями исчезает. Движения становятся парными.
   — Чувство осторожности ты совсем забыла, — пролепетала в телефонную трубку Татьяна.
   — А кто о нем помнит в такую минуту? Об осторожности надо помнить до прикосновения мужчины.
   Татьяна напряженно слушала Катерину и очень хотела попасть на ее место. Ее душу скребла элементарная ревность. И она нашла возможность разлучить Катерину и Лариона! Она своего отца попросила:
   — Папа, ты можешь организовать дело так, чтобы Ларион, муж Катерины, попал к тебе на срочную службу?
   — Дочь, тебе это зачем?
   — Чтобы было, — неопределенно ответила дочь.
   Лариона призвали в армию после окончания института. Половина года учебы, и он — солдат-пограничник. Граница — всегда действующая армия. Пришлось ему лазить по горам. Его часто выручала способность ориентироваться на любой местности. За его спиной постоянно висел некий огнестрельный предмет. По горам часто приходилось передвигаться, используя и руки, и ноги. Климат горный, воздух озоновый, да такой, что голова кружится. Нельзя сказать, что нарушителей в этих местах много, но любителей горных восхождений судьба им посылала. Послала судьба навстречу пограничникам симпатичную девушку, по городским меркам простую, а по местным меркам что надо! Ларион сразу узнал в девушке Татьяну, подругу Катерины. Ларион Аркин сказал напарнику Денису Турину:
   — Денис, я пойду в сельский кинотеатр. Сегодня показывают старый фильм. А воздухом я в нарядах надышался.
   Но сам не ушел.
 Денис и Ларион одновременно подошли к Татьяне. А у нее глаза разбежались: два одинаковых красавца. Ребята повеселели, стали с ней разговаривать. А она вроде на том же языке говорит, а все как-то странно для них. И так она им понравилась, что захотелось им по одному с ней гулять. Застава находилась высоко над уровнем моря. Рядом с Ларионом постоянно находился Денис.
   Еще она им сказала:
   — Ребята, меня дома ругать будут, если увидят в обществе пограничников. Мой отец служит на этой пограничной заставе.
 Ребята они нормальные, но в парней бес вселился. Головы они потеряли из-за Татьяны. Увольнительная быстро прошла. Сговорились парни с девушкой, что если их в следующие выходные отпустят, то они непременно зайдут за ней.
Она согласилась. Не будет ведь она двум солдатам одновременно говорить нет!
Служба у пограничников пошла веселее. Ходят они по горам и о встрече с Татьяной мечтают. Им бы теперь нарушителя границы задержать. Между пограничниками вражда пошла, стали они между собой спорить. Ларион подумал, как это их так быстро Татьяна поссорила. С оружием лазить по горам трудно, но надо. Ноги у солдат налились крепкими мышцами, и сами они окрепли. Заметил Ларион в бинокль, будто кто ползет по горе: зверь или человек, сразу не поймешь. Вскоре темное пятно поднялось на ноги. Стало видно, что человек через границу с той стороны на эту идет. Ларион предупредил Дениса о нарушителе границы. Вдвоем стали ждать. Интересно, что нарушитель их тоже заметил. Белым платком над головой замахал. Ребята стрелять в белый флаг права не имели. Пошли они к нарушителю, следят за руками с белым платком, вдруг обманет и их перестреляет. Осторожно подошли они друг к другу.
   Парень оказался странным, в руках у него не было ничего, только белый платок, а все твердил:
   — Татьяна, Татьяна... — и на себя показывал, что он к Татьяне идет.
   Пограничники поняли, что этот парень и Татьяна через границу разговаривали, а знают они друг друга с детства. Татьяна последнее время перестала показываться на границе, вот парень с той стороны границы и пошел к пограничникам узнать, что с девушкой случилось. Парни поняли и то, что отец девушку не выпускает на улицу.
   "Ой, до чего дело дошло", — подумал с тоской Ларион, служба которого подходила к концу, а вслух он сказал:
   — С Татьяной все нормально. Мы обязаны Вас как нарушителя границы привезти на заставу.
   — Я вас понимаю, но меня дома искать будут, — заныл парень с большим акцентом.
   Парни тоже хотели увидеть Татьяну, но для этого нарушителя надо было отвезти по назначению. Парень сдался: их двое, они вооружены. Передали пограничники парня куда следует.
   А командир заставы им сказал:
   — Задержанный человек мне хорошо знаком: это местный маятник. Он всегда ходит у границы с той стороны. Не знаю, что с ним и делать. Знаю, что он мою дочь Татьяну любит. Ребята, а вы в мою дочь еще не влюбились? Лучше бы не надо, — и командир заставы продолжил говорить: — отведите его туда, где взяли. Мы маятника предупредили в последний раз.
   Молодой человек попросил пограничников отвести его к Татьяне. Он очень хотел посмотреть на нее, сказать ей два слова, а потом уйти совсем. Парни и сами хотели ее увидеть. Пошли они к голубоглазой девушке с русыми волосами до колен. Девушка на выданье как светофор на перекрестке в городе. Татьяна, увидев всех парней вместе, не знала, что и делать: радоваться или нет.
   — Слушай, Мах, будь человеком, перестань рисковать! Убить тебя могут случайно. Не все будут с тобой разбираться! Или совсем оставайся на этой стороне границы.
   — Татьяна, а ты замуж за меня пойдешь? — спросил парень, похоже, не в первый раз.
   — Не хочу я быть десятой женой в твоем гареме, — отмахнулась она от него.
   А счастье было так возможно. После этого случая Ларион вновь обратил внимание на Татьяну. И она это заметила. Ему так не хватало Катерины! А тут, рядом с ним, была ее подруга, в которую влюблялись все, а он рыжим никогда не был. Татьяна и Ларион случайно встретились в горах.
В голове Татьяны звучали слова Катерины о том, что Ларион хороший любовник даже для собственной жены. Зависть требовала реализации! На небольшой ровной площадке, расположенной между скал, стояли девушка и молодой человек в солдатской форме. Они разговаривали. Их глаза светились.
Губы пылали. Молодые организмы требовали объединения. Он коснулся ее волос. Она взяла его руку. Он поцеловал волосы. Она коснулась губами его руки, потом лица. Он обнял ее легко. Она прижалась к нему всем телом. Конвульсии прошли по их телам. Они оба легли на траву между камнями. Их руки проникали под одежду друг друга. Прикосновения делали свое дело…
   Ларион написал письмо Катерине о том, что он домой не вернется, так как у него есть срочное дело в другом городе. У Катерины от такой новости в душе родилась волна пустоты. А ее мать всем знакомым уши прожужжала о зяте, который не вернулся к ее дочери из армии. Он действительно не вернулся, а поехал работать на Алмазный завод. На завод в это время поступил заказ на сотню орденов.
Власть страны решила отметить открытия в науке бриллиантовыми орденами. На завод поступила партия качественных алмазов. Этот завод, как и главный банк страны, в средствах массовой информации не упоминался. В цеха рабочие проходили и выходили в раздетом виде. Новая партия алмазов была так хороша, что у всех, кто с ними работал, появлялось странное желание наградить себя лично за успехи в науке и технике. Головы шальные задумались о том, как бы вынести с завода твердые камни, а между собой товарищи-господа рабочие не договорились.
Каждый думал: "Возьму один бриллиант, никто сразу и не заметит". Но юмор заключался в том, что двадцать человек сразу так подумали. Понятно, что бриллианты охранялись и выдавались по одному. Один бриллиант обработал, сдай и возьми другой.
   И все же появлялась некоторая безответственность в отношении бриллиантовой валюты — не все и не сразу все фиксировалось. В то время не было камер наблюдения на каждом шагу. Люди просто работали над каждой гранью. Алмазы попались твердые. Инструмент приходилось менять, если он приходил в негодность. Обычная производственная ситуация. Люди выносили бриллианты в ушах, в нескромных местах, во рту, в волосах. Порой их элементарно ловили. За особо крупные хищения грозила смертная казнь, но и это мало останавливало отчаянные головы.
     Ларион еще в детстве засовывал косточки из вишни в ноздрю, когда дома делали вишневое вино. Родители пугались, возили его к врачу. Косточку вытаскивали, но вскоре в ноздре оказывался новый предмет. Ларион обладал приличным носом и отчаянным складом характера. В науках он не блистал, но изворотливость ума на нестандартные решения у него была.
Традиционно бриллианты, вынесенные с завода, прятались в простейший пластилин и с помощью пластилина фиксировались в любом месте для временного хранения. Все было продумано на заводе: и как охранять, и как выносить. Те, кто продавал украденные бриллианты, рано или поздно попадались на глаза компетентным органам, за что получали расстрел или решетку.
   Поэтому на заводе постоянно работали только честные люди без вредных привычек. Ларион — яркий мужчина, обладающий прямым и красивым носом, сразу бы попал под наблюдение охраны, и жизнь его была бы короткой. На заводе, после поступления новой партии алмазов для орденов, облавы происходили за облавами, и все же не могли найти вынесенные с завода алмазы. Часть алмазов пропадала без следа. Самые крупные камни оставались на месте, не находили бриллианты размером с вишневую косточку.
   Ларион пришел на завод сразу после армии и обучения на шлифовщика-огранщика алмазных граней. В армии он подружился с Денисом, его отец некогда работал на Алмазном заводе. Полтора года службы на границе сдружили парней. Ларион все, что касается алмазов, выведывал у приятеля.
Еще до прихода на завод он знал про весь криминал, что окружал производство бриллиантов. Он сразу решил, что работать будет хорошо и бриллианты красть не будет. Но он постоянно тренировал ноздри в домашних условиях на ношение вишневых косточек. Алмазы гладкостью не отличались. Они бы ему весь нос повредили. Поэтому в ноздри Ларион засовывал пластилиновые шарики. Шарик крепил на тонкую прочную нить, нить крепилась в ноздре особым клеем к волоскам, а сам шарик уходил в ноздрю достаточно глубоко, чтобы снаружи не было видно.
Тренировки и тренировки изо дня в день, чтобы избежать ненужных рефлексов при вдохе и выдохе с посторонними предметами в носу. Ларион в раннем детстве случайно разбил стеклянный плафон на лампе. Лампу-ночник включали ему в комнате родители, чтобы он их ночью не беспокоил.
Разбитый плафон склеили клеем, и маленький мальчик заметил, что свет по комнате от плафона стал более тревожный. После армии он дома обрабатывал обычное стекло как настоящие бриллианты. Из стеклянных бриллиантов Ларион сделал себе ночник. Его забавляла игра света по комнате. У него появилась мечта: сделать бриллиантовый светильник. Сидела в нем жилка ювелира. И он приступил к осуществлению плана. Бриллианты он выносил с завода в ноздре, дома за нитку доставал их из недр носа и никому ничего не говорил. И склеивал бриллиантовый светильник. Ордена сделали. Несколько бриллиантов исчезло бесследно.
   Ларион вспомнил, как он встретил свою жену и дал ей обещание, что подарит ей бриллианты. Он привез бриллиантовый светильник Катерине для показа, сказав, что сделал светильник из стекла. Она бриллиантовый блеск ощущала физически и от стекла могла отличить. Она дыхнула на бриллиантовые грани, и пар мгновенно испарился с их поверхности. Ночь взаимной любви — и Ларион уехал в Алмазный город, подарив Катерине бриллиантовый комплект: сережки и кольцо.
Размером все три бриллианта были с вишневые косточки. Вскоре о сделанном Катерине подарке Ларион очень пожалел. У него возникло чувство, что зря он подарил бриллианты. Но уж очень хотелось ему выполнить старое обещание.


Глава 9. Холодный город

   Катерина быстро оделась и пошла в агентство.
Детектив Илья Львович организовал маленькое агентство «Треск». Он не особо искал клиентов, точнее он клиентов находил внутренним чутьем и становился им нужным. У него была одна помощница – девушка Зоя.  Если им нечего было делать, то он писал прозу, а Зоя писала стихи и смотрела в окно на осень. У Зои духи стоят без употребления, она боится лишних запахов, как и драгоценностей на себе. Живя в прохладном климате, важнее быстрее одеться и выйти на улицу, и не мерзнуть, и чтобы тяжело не было идти от одежды. А наряды с драгоценностями были тяжелыми, скорее всего не очень чистыми, хранились веками. Зоя не любила дорогие шубы, куртки. Ей бы что легче и теплее, и такое, чтобы можно было заменить.
Зоя сидела в офисе и давила на клавиши ноутбука. Шефа на месте не было. Фантазии в голове разыгрались, она решила описать то, что было в 17 или 18 веках, ей было все равно какой был или шел век. Как тяжело находится в далеком—предалеком прошлом! Зоя вздохнула и перестала печатать. Она решила мысленно летать только в будущее, но куда там, только в свой век она могла вернутся.
Илья Львович выглядел великолепно: блондин, среднего роста, средней упитанности, молодой и задорный. Он сказал, что поможет найти пропавшие ювелирные изделия за определенную плату. Вот в чем великая привилегия частного сыска! Еще великий Шерлок Холмс даром не работал и брал оплату за свой труд. Мало того, бриллиант или черную жемчужину он прятал в своем сейфе просто потому, что их нашел! О том, что Холмс возвращал их хозяину, в книгах не упоминалось.
 Катерине было жаль бриллиантов. Сама еще надеть их не успела, а они уже исчезли! Грусть до зубной боли охватывала все ее существо. Что она расскажет детективу? И сказать нечего. Бриллианты лежали в шкатулке, которая находилась в шкафу вместе с парфюмерией. Почему? В этот шкаф пять раз в неделю Катерина обязательно заглядывала, а два выходных нет, потому что не красилась! Вот в выходные дни, когда она ездила за покупками, кто-то ее и выследил. Украшения имели свою цену, но и мужа Аркина выдавать ей не хотелось. Илья Львович, посмотрев стальными глазами на металлические двери в квартире Катерины, пришел к выводу, что работали профессионально. Все было чисто и на месте. Он попросил показать ключи. Один ключ подделке не подлежал.
   — Катерина, кто приходил к Вам в последнее время? Вы заметили что-нибудь подозрительное, кто из Ваших знакомых мог их взять? — спросил Лис.
   — Грузчики привозили мягкую мебель. Один грузчик выходил из квартиры. Второй грузчик с бритой головой никуда не выходил, пока не установил мебель на место.
   — Катерина, Вы выходили из комнаты? Грузчики исчезали из Вашего поля зрения?
   — Да, я открывала двери первому грузчику, когда он вернулся.
   — А что делал второй грузчик в комнате?
   — Он дернулся при моем появлении от шкафа и сунул руку в карман.
   — Грузчика можно найти в мебельном магазине. — сказал Илья Львович, подходя к двери.
   — Вы уже уходите? — нервно спросила Катерина. — Значит, Вы бриллианты не найдете?
   — Я обещал взять помощницу Зою на одно дело, мне надо за ней заехать, — ответил уклончиво детектив.
   Илья Львович заглянул в мебельный магазин. Он спросил о грузчиках, привозивших мягкую мебель Катерине. Нужные грузчики были на выезде. Продавец мебели ответила, что бритоголовый мужчина по имени Жорж в магазине работает, а его судьба с налетом прегрешений. Он сильный мужик, хорошо работает, поэтому его держат. Он, в свою очередь, обещал не шалить. У Катерины в душе образовалась пустота. Бриллианты были для нее карманным памятником мужу. Прожила она с ним мало. Все больше врозь жили. Родственников мужа она практически не знала. Нельзя сказать, что годы одиночества всегда благодушно влияют на женщину. Женский организм продолжал работать и требовать мужского внимания. Она пересмотрела газеты, в них предлагали женские услуги. Мужчин женщинам не предлагали.
Как-то вечером по телевизору показывали интервью шустрой журналистки с женщиной пожилого возраста. Вопрос журналистки звучал так:
   — Скажите, пожалуйста, что надо делать, чтобы жить долго?
   — Надо любить себя! Повторяю, надо научиться любить себя.   
Катерине запомнился ответ интеллигентной пожилой женщины: "Надо любить себя". Ответ женщины потряс ее. Она долго думала, как его понять? В каком плане любить себя? Но не поняла, если честно, то Катерина ответ не совсем поняла, она положила кольцо и сережки с бриллиантами в золотистую соломенную шкатулку. Жили они с мужем в разных городах: она в столице, а он в Алмазном городе. Она рассказала приятельницам на работе о своих бриллиантах. Женщины рассказали своим мужчинам и знакомым. Не прошло и недели, как соломенная шкатулка с бриллиантами исчезла. Катерина пересмотрела все содержимое шкафа и обнаружила старую газету со своим портретом, на котором она касается губами замороженной ветки рябины. Рядом с газетным портретом лежали сережки с турмалином и старый фотоаппарат Лариона.
   — Татьяна, у меня бриллианты пропали, мне Ларион бриллианты подарил, а они исчезли, — пожаловалась Катерина подруге по телефону.
   — Катерина, я даже не знала, что они у тебя были! Обратись в частный сыск «Треск», он находится рядом с ювелирным магазином "Серебряное копытце". Они найдут твои алмазы. За деньги, разумеется, — ответила Татьяна.
.   Илья Львович встретился с бритоголовым грузчиком Жоржем и спросил у него:
   — Жорж, Вы брали бриллианты у клиентки?
   Жорж помялся и зашуршал в кармане.
   — Покажите содержимое кармана. — сказал решительно Илья Львович.
   Мужик снял куртку, вытряхнул солому из кармана. Бриллиантов в трухе не было.
   — Жорж, а где бриллианты? Кольцо и сережки?! — невольно вскрикнул Илья Львович.
   — Лучше бы я не связывался с этой соломой, — ответил Жорж с печалью в голосе. — Шкатулочка стояла на видном месте, видно хозяйка забыла ее убрать. Я взял соломенную шкатулку в руки, но лапы у меня сильные. В руке солома раскрошилась. А тут хозяйка вернулась из прихожей. Я соломенную труху не стал бросать, положил мусор в карман. А дома обнаружил в трухе кольцо и сережки с бриллиантами.
   — Жорж, где бриллианты? — с надрывом в голосе спросил Илья Львович, сверкая гневно глазами.
   — Бриллианты лежат дома. Что я, их буду с собой на работу носить? Еще потеряю, — пробубнил Жорж.
   — Что будем делать? Едем за бриллиантами немедленно! — повысил голос Илья Львович.
   — Не выдавайте меня в магазине! Уволят. Как я жить буду?! — заныл бритоголовый грузчик.
   — Хорошо. Мы поедем к хозяйке бриллиантов. Вы ей покаетесь, заплатите за сломанную шкатулку, отдадите бриллианты, — после минуты молчания предложил Илья Львович.
   — Ой, как она мне понравилась! — с восторгом воскликнул Жорж. — Хозяйка кольца и сережек мне очень понравилась! Она красивая!
  Илья Львович посмотрел на него с удивлением, но выбор его одобрил.
   К Катерине приехали Илья Львович, Зоя и Жорж.
   — Простите меня, будьте моей женой! — неожиданно для всех выпалил Жорж и протянул Катерине кольцо и сережки.
   В его огромной ладони бриллианты смотрелись маленькими звездочками. Катерина вспыхнула: крутой мужчина ей понравился.
Зоя внимательно смотрела на бриллианты. Илья Львович удивленно смотрел на новую пару. На улице у него зародилось подозрение насчет происхождения бриллиантов Катерины.
  Илья Львович спросил у Зои:
   — Зоя, ты видела бриллианты Катерины? Ты хорошо их разглядела? Что-нибудь странное заметила в сережках или кольце?
   — Да, я хорошо рассмотрела бриллианты, такие редко попадаются. Знаешь, они похожи на самоделки, какие-то они ненастоящие.
   — И я так подумал. В магазинах продают бриллианты не крупнее пшенного зернышка или вообще маковой росинки. А у нее три камня одинакового размера типа вишневых косточек. Подозрительно, где Катерина могла взять такую роскошь? Живет одна. Муж как в армию ушел, так его больше никто не видел. Она, правда, говорила, что он приезжал.
   — Надо проверить мужа Катерины.
   — А нам это надо? — безразлично ответил Илья Львович и с насмешкой взглянул на Зою.
   — Но мы должны знать больше, чем необходимо! — возмутилась Зоя. — Нам могут пригодиться эти знания для оправдания частной деятельности перед государством.
   — Зоя, а ты умная женщина! Хорошо, мы проверим Лариона Аркина. Надо найти его дороги из армии. Что с ним было в армии неизвестно, но из армии он домой не вернулся. Где он был все это время?
   — Хорошо, я попытаюсь поговорить с Катериной. И надо забрать деньги за работу по поиску бриллиантов.
   Дверь Зое в квартиру Катерины открыл Жорж.
   — Я к Катерине. Мне надо взять деньги за работу, — выпалила Зоя, чувствуя, что пришла не вовремя.
   — Зоя, спасибо, Вы мне так помогли! — сказала Катерина с доброжелательной улыбкой, которая у нее с лица не сходила после приезда к ней Жоржа.
   — Катерина, мне надо немного с Вами поговорить, желательно без свидетелей. — сказала Зоя и покосилась на Жоржа.
   — Идемте в другую комнату, там и поговорим, — проговорила Катерина, уводя Зою подальше от мужчины.
   — Можно еще раз взглянуть на бриллианты? Они мне очень понравились, — попросила Зоя и тут же вцепилась мертвой хваткой в бриллианты, как только Катерина открыла красивую расписную шкатулку с сокровищами.
   В руках Зои прозрачные камни казались еще больше и манили своим великолепным блеском граней.
   — Катерина, как бриллианты к Вам попали? Простите, но я тоже хочу такое великолепие! — воскликнула вполне искренне Зоя.
   — Ой, лучше и не спрашивайте! Мне муж еще в день нашего знакомства пообещал подарить бриллианты, но я тогда не поверила его словам, а он взял и подарил целый комплект! Ларион сказал, что бриллианты в магазине "Серебряное копытце" купил.
   — А где сейчас Ваш муж? Кем он работает? Где живет? С кем живет? — Зоя задавала вопросы, словно не надеялась получить ответ.
   — Знала бы, где он живет, так я бы к нему давно съездила, но он мне не говорит. Я не знаю, кем и где он работает. Деньги он мне не высылает, — заныла Катерина в оправдание своей одинокой жизни.
   — Ларион — огранщик. Катерина — обманщик, — заговорил попугай о своем любимом хозяине, сидя в золотистой клетке.
   — Катерина, попугай говорит, что Ларион работает огранщиком, — заметила Зоя.
   — О, предатель! Да, он работал шлифовщиком, однажды сказал слово "огранщик".
   — Огранщиком бриллиантов он работает? — переспросила Зоя.
   — Ой! Он работает огранщиком бриллиантов, а я об этом не подумала, — задумчиво произнесла Катерина.
   — Ларион может сделать такие же бриллианты для меня? У Ваших бриллиантов весьма интересная огранка.
   — Не знаю. Об обработке алмазов у нас речь не шла. Если он сюда еще приедет, тогда я у него спрошу, — пролепетала Катерина. — Да, вот Ваши деньги, извините, что не сразу отдала.
   — До свидания, Катерина! Я надеюсь, что при следующей встрече с мужем Вы вспомните мою просьбу?
   — Я постараюсь Вам помочь, — ответила Катерина, закрывая дверь.
   Зоя вышла на улицу и села в машину.
   — Илья Львович, Вы абсолютно правы. В этом деле с бриллиантами, должно быть, много интересного скрывается. Муж Катерины работает огранщиком бриллиантов, но где — неизвестно.
   — Так надо узнать, где у нас в стране бриллианты обрабатывают! Есть ли алмазные заводы? Всех ювелиров нам не обойти за всю жизнь.
   — Хорошо, я узнаю про заводы, — заверила шефа Зоя.
   Чтобы не страдать от борьбы с собственной совестью, Ларион завел себе развлечение — любование своей внешностью. Принесенные домой бриллианты он собирал для украшений своей собственной персоны. Сделав бриллиантовый светильник, он решил сделать бриллиантовый комплект для себя: крест, обручи на запястье, обруч на голову. Иногда он брал бриллианты меньшего размера. Вечером, плотно закрыв шторами окна, он включал свет в хрустальной люстре, надевал бриллиантовый крест на грудь, бриллиантовые обручи на запястья и совершал некий бриллиантовый танец. На одну стену единственной комнаты он повесил большие зеркала. Музыку предпочитал без слов. Чаще звучала в комнате джазовая музыка.
   Бриллиантовые искры отражались в зеркалах, бриллиантовый светильник излучал великолепный свет. Ему нужен был зритель, ему нужен был молчаливый зритель! Он пошел в общество инвалидов и высмотрел себе девушку, которая не умела и не могла говорить. Он сказал председателю общества, что ему нужна для выполнения домашних работ молчаливая девушка. Девушка была ослеплена блеском бриллиантов и хрусталя, но не могла говорить об этом, она поняла, что это ее работа: смотреть на танцующего мужчину, хлопать в ладоши, убирать в квартире и иногда готовить еду. Работа была несложной, поэтому девушка чувствовала себя вполне спокойно. Она решила, что мужчина совершает танцы шамана, просто очень сверкает при этом.
Ларион был доволен ее спокойствием, которое она проявляла при виде сияющих лучей бриллиантов. Домой к себе он никого не водил. Девушка была первой, кто увидел его бриллиантовый танец.
     На Алмазном заводе терялись в догадках по поводу пропажи бриллиантов размером с вишневую косточку. К поиску пропавших алмазов подключили компетентные органы, проверили всех людей, работающих на заводе. Результатов не было. И вдруг в кабинете директора прозвучал долгожданный звонок:
   — Герман Петрович, с Вами говорит частный детектив Илья Львович. На Вашем заводе не пропадали случайно бриллианты размером с вишневую косточку?
   — Что?! Повторите! Я правильно понял? Вы говорите о бриллиантах размером с вишневую косточку? — радостно воскликнул директор.
   — Да. Я спрашиваю о бриллиантах размером с вишневую косточку!
   — Милый Вы человек! За любые сведения по этому вопросу гарантируем крупную награду! Приезжайте! Немедленно! Вас пропустят, паспорт не забудьте взять с собой!
   — Зоя, надо ехать на Алмазный завод, находящийся в Алмазном городе. Поедем вместе? — обратился Илья Львович к своей напарнице.
   — Нет, я буду вести дела здесь, а Вы поезжайте одни, все и так почти ясно.
 Детектива пропустили на завод и проводили до кабинета директора.
   — Илья Львович, выкладывайте все, что знаете по вопросу бриллиантов размером с вишневую косточку! Не утаивайте от меня свои познания, — попросил директор завода.
   — Герман Петрович! Дело в том, что в нашем городе у одинокой женщины Катерины Аркиной пропали три бриллианта размером с вишневую косточку. Есть вероятность, что ее муж Ларион работает огранщиком.
   — Катерина?! Быть не может! У нас работает Ларион Аркин! Он чист как стеклышко! Ни одного задержания. У него есть жена Катерина, я все данные огранщиков выучил. О, гора с плеч. Но как он выносит бриллианты? Его ни разу не заподозрили! Он нигде не светился! Не продавал! Не участвовал!!!
   — Этого я не знаю. И Катерина о нем мало знает. Она говорила, что в день знакомства он обещал ей бриллианты и подарил.
   — Уточните, когда он ей обещал? — тревожно спросил Герман Петрович.
   — Он ей обещал подарить бриллианты еще до армии, до того, как он у Вас стал работать.
   — Значит, он давно все задумал! Молодец мужик! А мы тут головы ломаем! — проговорил директор и наклонился в сторону местной связи: — Верочка, немедленно вызовите ко мне начальника охраны завода! Есть для него работа!
   — Герман Петрович, я вызову начальника охраны, — послышался женский голос.
   В кабинет директора завода вошел начальник охраны. Директор обратился к нему:
   — Капитан, Илья Львович работает частным сыщиком. Он обнаружил три бриллианта размером с вишневую косточку. Поговори с ним.
  Илья Львович с начальником охраны завода покинули кабинет директора.
   Директор завода положил таблетку под язык, откинулся в кресле, снял галстук.
   — Верочка, открой форточку! — крикнул он, расстегивая ворот рубашки.
   — Герман Петрович, Вам вызвать врача? — с испугом спросила Верочка.
   — Нет, мне уже лучше. Не пускай никого ко мне минут двадцать.
   — Хорошо, Герман Петрович! — сказала секретарша и вышла из кабинета.
   Директор задумался на мгновение и вспомнил, что в детстве его приятель в нос засовывал вишневую косточку. Это была ассоциация с размером алмаза.
   — Верочка, вызови капитана!
   — Они еще не ушли. Сейчас он к Вам зайдет, Герман Петрович.
   — Капитан, Вы в носах бриллианты не искали? — обратился директор к начальнику охраны с шутливой улыбкой, держа руку на левой стороне груди.
   — Нет, Герман Петрович! Что за шутки? Вам плохо? Вызвать врача?
   — Мне хорошо! Подставь огранщика Лариона Аркина! Подбрось ему бриллианты размером с вишневую косточку, поищи их у него в носу!
   — Будет сделано, — улыбнулся капитан и вышел из кабинета.
   О, какая женщина сидела за столом! Серебряная женщина.
Нет, она не была покрыта седыми волосами. Черные волосы волнами огибали уши. На восьми пальцах из десяти мерцали серебряные кольца и перстни. Ему захотелось приподнять ее черные локоны, он был уверен, что в ушах у нее тоже серебро. Божественный запах духов обволакивал серебряную женщину. Духи с запахом свежести! Какой волнующий вкус! Выходить из приемной ему не хотелось. Так бы и сидел в волнующих волнах духов! Но он встал и вышел: дел в приемной директора у него больше не было, его труд оплатили. Свежий ветер затмил запах духов и исчез в пространстве. Илья Львович зашел в магазин, купил серебристого зайца и серебряную цепочку. Он надел цепочку на шею и вернулся к серебряной женщине.
Верочка усмехнулась, взяла в руки зайца. Увидев на зайце приличную серебряную цепочку, она рассмеялась и надела ее себе на шею.
   — Спасибо! Мне понравился Ваш подарок!
   Прошла пара дней.
Капитан пригласил Лариона в парилку после работы. Из пазух ноздрей потек пластилин, а алмазы выпали в ладошку. Других бриллиантов у него не обнаружили. Лариона уволили с завода и сослали на поселение. На Катерину дома опустилось одиночество. Ее мужа Лариона отправили на несколько лет в Холодный город, где алмазы на деревьях не растут. Ситуация сложилась для Ильи Львовича весьма необычная, ему пришлось уехать в Холодный город, где был в ссылке господин Ларион. Далеко. Кто и за что туда попал? Жизнь так решила. Она поспособствовала, чтобы Ларион оказался в Холодном городе на два года, а, чтобы ему не было скучно, отправила туда и Илью Львовича для проверки ситуации.


Глава 10. Холодный поворот

У Лариона возникли проблемы.
В годы, когда только появились компьютеры, полиция называлась милиций. В Холодном городе, точнее в его окрестностях, росли такие же ягоды, за которыми дома ходил в лес Ларион. Клюква, брусника, голубика всегда хранят здоровье северных жителей страны. Грибы сушеные, соленые — это белое мясо в зимний день, палочка-выручалочка всех застолий.
Полноводная река — это и удовольствие для катания на моторных лодках, и рыба на столе. Муку, сахар привезут — и жить можно в северной области. Еще бы водку не привозили в эти здоровые места, так и детективы занимались бы другим видом деятельности.
   Газовики и нефтяники, жители Холодного города, часто работали вахтовым методом. Они уезжали на пару недель на новые места работы, потом на две недели возвращались домой.
Рыбалка для мужчин — одно удовольствие.
Для крутых мужчин охота за мясом — удовольствие и добыча пищи. Хотя можно завести домашних животных и не бегать по тайге за животными и птицами. Одно можно сказать: есть чем заняться мужчинам в северной области, чтобы не быть голодными и холодными. Леспромхоз — он как гора Магнитка: если есть деревья нужных пород поблизости, то леспромхоз себя оправдывает. Исчерпали местные запасы — и доходной горы не стало.
Народ не без странностей: одни уезжают из этих мест в города, а из крупных городов люди приезжают отдохнуть в Холодную область, потом еще разок приедут и еще. Смотришь: превращается отдыхающий в местного жителя.
В Холодном городе существовало отделение детектива, а в отдельных деревнях и участковых детективов не было. Илья Львович, работая участковым детективом, фиксировал поселенцев. Ларион ему понравился, поэтому он оставил его работать своим помощником. В отделение милиции приходили письма из разных городов страны от жен добытчиков.
   Вот отрывок из одного письма от женщины: "В ваш город муж уехал отдыхать, да забыл вернуться. Чем его у вас приворожили: грибами-ягодами или рыбой-птицей? Привозил муж раньше от вас клюкву, да домой возвращался, а теперь пропадает у вас месяцами, по полгода дома его не видим".
   В таких случаях пытался Илья Львович отыскать загулявшего ягодного добытчика и находил, а Ларион ему помогал. Но не всегда людей можно было вернуть из этих заповедных мест, привыкали люди и не уезжали домой. Свободу чувствовали, радость от щедрой природы и забывали обо всем на свете.
Холодный город — маленький городок по большим понятиям. В него люди ехали с дарами природы из сел и деревень, из дальних мест. До больших городов далеко, до него ближе. Значит, и деловыми людьми город не был обделен.
   Скупщики даров природы всегда любили приезжать в город, с ними можно было воевать, можно было и не трогать. Скупщики всегда были готовы откупиться. Илья Львович слыл принципиальным детективом, а его уход на пенсию был бы свободой для скупщиков, перекупщиков и еще для многих деловых людей. Однако народ уважал детектива, а его шутки-прибаутки знали наизусть:
   — У реки побыл минутку, раз стрельнул — и тащит утку.
   — В доме клюква и брусника? Проживешь, не зная лиха.
   — В речку удочка нырнула, сразу с рыбкой затонула.
   А так ли на самом деле? Холодная область — водная область, омывается морями-океанами, напичкана реками-озерами. Такой ли райский уголок данный поселок городского типа? Что охранять в таких суровых условиях? Рыбу в реке? Так ее в озерах области много больше, а еще больше в море-океане.
Край лесов и водной стихии, край сосен, елей и берез. Вот сосны и вырубал местный леспромхоз, а березы в северной местности высотой не отличаются. Чтобы жить в поселке, надо иметь скромные запросы. Хотя именно в таких местах бывают тайные миллионеры! Почему нет? Светских вечеров нет, шикарные машины здесь не нужны, тут больше вездеходы уместны. И люди копят деньги.
   Такой был звонок от женщины:
   — Илья Львович, мне охрана нужна, я деньги накопила, помоги машину купить.
   Это не шутка. Работали люди, привыкали к скромной жизни, а жизнь за последние годы в Холодной области стала лучше. Выросла заработная плата у газовщиков и нефтяников, и опять они, как гуси, на юг потянулись — деньги тратить. Дома строят себе в южных городах, чтобы на старости кости греть. Но вот беда: съездят туда как в отпуск — и опять их тянет в морозные водные края и в тайгу.
У детектива появилась новая работа: охрана богатых нищих. Трудно угадать, кто богат, кто беден. Но нет-нет, да и просят его вместе с Ларионом побыть охранниками в домах, не всегда на первый взгляд достойных охраны. Свои принципы он не нарушал и охранял. Можно бы и охранные устройства для сельской местности поставить, и их ставят.
   Перепели — перепили — вызовут детектива — утихомирь. Утихомирит. Народ детектива, находясь в пьяном виде, особенно почитает. Детектив может справиться со многими делами.
Твердый характер, честный взгляд, совесть Холодного города — детектив. Помогать простым людям... Как определить: простой человек или богач? Справедливость искать? В чем? Жизненный опыт подсказывал, что люди, которые постоянно ищут какой-нибудь справедливости, когда ее находят, не знают, что с ней делать. Есть люди, которые постоянно возмущаются по любому поводу, но опыт говорит, что детектив плохому характеру людей жизни не добавит.
   В Холодном городе расцветал малый бизнес. На все нужны лицензии: на отстрел, на рыбную ловлю, на сбор ягод. В Холодном городе особо развитием техники не занимались, все больше нефть, газ, грибы, ягоды, пушнина, рыбка.
Ларион наелся местных ягод на всю оставшуюся жизнь. В холодные края компьютеры добрались, первым делом их в бухгалтерию поставили деньги обсчитывать. А люди тоже хотели на них поиграть-поработать, а было время — в магазинах-то их еще и не было.
Ларион от скуки решил взять себе новую игрушку.  А как компьютер из неволи бухгалтерской забрать, чтобы никто не заметил пропажи и его самого?
Он долго дома перед зеркалом крутился, внешность менял, наряд свой продумывал. Живот втягивал, в профиль себя рассматривал. На телевизор свой поглядывал. Наконец придумал: телевизор вместо монитора у него будет. А еще ему нужна клавиатура да ящик железный. Решил — выполнил.
Покрутился Ларион среди бухгалтеров, да и затаился в какой-то кладовке. Сам понимает: сразу все не унести. Ящик большой и тяжелый, это тот, куда дискетки вставляют. Решил, что дискетки ему не нужны, а платы заморские нужны. Вскрыл он ящик и решил, что возьмет то, что вместо мозгов. Повесил Ларион клавиатуру на спину, взял платы в сумку, повесил на живот. Он решил, что направляющие для плат дома сам сотворит.
   Утром, когда бухгалтерши грим наводили, Ларион прошмыгнул наружу в плаще, слегка располневший. Бухгалтерши не сразу хватились клавиатуры, компьютер-то на месте стоит. Потом смотрят, а системного блока нет. Позвонили детективу.
   — Илья Львович, у нас пропажа странная, часть компьютера исчезла, — пожаловалась женщина, чей компьютер пропал.
  Илья Львович сам еще в ту пору компьютер не освоил, но слышал про него. Почесал свою умную голову да решил, что такой подвох мог сотворить только местный умелец. А золотых рук мастеров по пальцам можно пересчитать. Сделают из консервной банки, хоть корпус для компьютера, хоть прибор любой. И все будет работать, как это ни странно. У женщин из бухгалтерии детектив спросил, не видели ли они странного человека или знакомого. А те в один голос:
   — Нет! Мы посторонних никого не видели!
   Решил Илья Львович обойти местных радиолюбителей. Но дети первыми проболтались. Бегает один парнишка и кричит: "А у нас компьютер есть!" И кому кричал? К Лариону детектив зашел, а тот не успел спрятать краденое, шибко увлекся мастерить направляющие для плат. Детектив заставил его вернуть компьютер в бухгалтерию и попросил больше не совершать краж.
   Ой, а вот и важный звонок из медпункта от фельдшера Зины:
   — Илья Львович, помоги, с молодой женщины золото сняли!
   — Где? Когда? Подробней говори, пожалуйста!
   — Первый случай произошел с девушкой. Шла она с электрички, каблук сломала, ногу подвернула, ей парень у железнодорожного вокзала помог подняться да кольцо незаметно снял с пальца. Она домой приехала, внучка старика Харитоновича.
   — Кто незаметно снял золото?
   — Специалист своего дела.
   — А сейчас что произошло?
   — С последней электрички шла молодая женщина, приехала она в наш городок к твоему помощнику Лариону. Так вот, мужик неопределенной внешности ее догнал, стал рвать с нее сережки, да грубо так, ухо немного надорвал. Катерина разозлилась и стала защищаться, она в светлом пальто была. В грязь они свалились, дрались. Снял он с нее сережки с бриллиантами и кольцо с бриллиантом. Сильный мужик. А пальто стало — комок грязной ткани, хоть выбрасывай. Илья Львович, ты уж подумай, кто так мог поступить, и городок маленький, все всех знают.
   — Зина, ты меня хорошо озадачила. — сказал Илья Львович.
   — Илья Львович, не прибедняйся, у тебя помощник Ларион, да и так ты больше всех все знаешь в нашем крае.

   Опытному человеку и искать не надо. С Зины у вокзала сорвал кольцо проезжий, его найти трудно, похоже, не местный парень. Кто с ушей Катерины бриллианты срывал и кольцо взял — тут подумать надо.
Кто-нибудь из приезжих, кто приехал за ягодами, а уехать не на что. От отчаянья такие люди идут на все. Нет, чтобы поработали в леспромхозе, деревья бы порубили, на дорогу бы и заработали.
Катерина тоже хороша: чего ночью по поселку бродить в бриллиантах без знакомых провожатых, могла бы и Степану Степановичу сообщить о своем приезде, и пальто бы целое было, и золото с бриллиантами на месте было бы. А вора, если он не уехал уже, он найдет, а уехал — не найдет.
С кем не бывает! Пришла домой — Устин мертвый в прихожей лежит.
   Здоровый мужик. В морге чуток подумали, что написать, чтобы не испортить биографию. Написали вор золото проводнице, и ищи-свищи ветер в поле. Еще звонок:
   — Илья Львович, в реке утопленника нашли. Леску рыбак забросил, а она и зацепилась за что-то, он подумал, что коряга, оказался мужик неизвестный, на мизинце надето женское кольцо золотое.
   "Вот и преступник", — подумал Илья Львович и позвонил фельдшеру Зине.
   — Зина, зови внучку Харитоновича, идем золото опознавать. Само нашлось.
   — Уже нашел, Илья Львович? Вот спасибо-то тебе!
   "Кто мужика в речку сбросил? Неужели сам?" — подумал Илья Львович, хотя знал, что эта задача сложнее будет, но решат просто: виновен сам утопленник. Детектив в Холодном городе как мужчина по вызову: поднять, найти, отдать, утихомирить.
   Звонок по телефону:
   — Илья Львович, мужик в дверь стучит уже два часа, что делать? К Зине мужик ломится, а его не пускают. — сказала ее соседка.
   — А это не он в реке мужика утопил с женским кольцом?
   — Илья Львович, а мы откуда можем знать? Устин сейчас в дверь ломится. Так ты приезжай.
   — Устин? Знаю такого. А сами не разберетесь, без меня? Ладно. Еду.
   Голос Устина из-за двери:
   — Что, детектива вызвали? Зина, ты что, совсем это того? Я сам бывший детектив!
   — Устин, мы вызвали детектива, дверь-то из-за тебя мы уже меняли, а эту дверь ты не пробьешь, а все страшно.
   Крик Устина:
   — Все, я слинял, бывайте!
   — Бабы, сбежал Устин? — спросил сквозь дверь Илья Львович.
   — Сбег, родимый, сбег, — ответила Зина, открывая двери.
   — Подробней рассказывайте: что, почему, где, как?
   — Устин приехал на поезде, выходит на перрон, а навстречу ему в вагон лезет мужик с кольцом, а кольцо ему знакомо, сам покупал, у нас в городе таких колец больше нет. Кольцо-то ему и блеснуло в глаза. Устин не знал, что и думать, может, девушка передарила его подарок. Ох, Устин рассердился! Схватил мужика за шиворот и поволок к реке. На берегу выясняли отношения, выясняли, да приезжий и свалился в воду, а вода холодная, нахлебался, любезный...
   — Так Устин убил приезжего?
   — А кто знает, кто знает?
   — Да, сразу не разберешься. У меня письмо есть, баба мужика своего у нас искала, по всем приметам похож он на утопленника, — заметил Илья Львович.
   — Что делается на белом свете! —  воскликнула соседка.
   Проблема возникла с ушами Катерины. Пальто выкинуть пришлось. Сережки с бриллиантами пропали. Разорванные уши у нее болели. Шишки на них стали расти. Плохо с ушами. Вспомнила она слова матери, что нельзя было уши ей прокалывать...
Сидит, молчит. Уши Катерине зашили в медпункте, а болят сильно. Сидит и думает, что золото с бриллиантами больше не наденет! И такое в ней безразличие появилось ко всему на свете от собственной боли, от испорченных навсегда ушей! На ушах у нее выросли шишки вместо мочек. Страшно смотреть. Волосы обстригла и прикрыла уши.
  Илья Львович нашел письмо, где женщина мужика ищет. Перечитал. А в глазах у него стояли больные уши Катерины. Написал он ей письмо, мол, нашли утопленника, похож на того, кого описали в письме, не написал лишь про то, что он на женщину напал и золото снял.
Похолодало в поселке.
Решили, что труп подождет до приезда женщины. Баба быстро приехала после получения письма. Опознала она утопленника, это был ее муж. На проведении суда женщина не настаивала. Узнав подробности происшествия, сказала, что мужик был задиристый. Попросила помочь его похоронить здесь, где умер, чтобы не возить домой, не поднимать там все дело снова. Чувствовалась, что от мужика этого ей очень доставалось при его жизни. Дело закрыли.
   Устин пришел в себя и сказал детективу, что он невиновен, оба они в реке искупались, да он-то местный, к холодной воде привычный, вот и выплыл. А приезжий быстро отключился от холода, да еще воды нахлебался. Понятно было, что его не откачать, вот и не стал его из воды тянуть. Да и самому холодно.
Городок — спокойный.
Устин умер. И знаете, каким образом? Устин — рубаха-парень, купил в киоске очередную бутылку водки, шел, довольный жизнью, с соседками шутил. Домой пришел, бутылку на стол поставил. Мать ему ужин поставила да пошла в магазин. По дороге заболталась с соседками. умное название про тромб.
А надо сказать, полгода назад гадалка матери нагадала, что с ее Устином что-то произойдет, чтобы она ко всему готова была. Пришлый мужик, похоже, не совсем простым мужиком был. Отомстили за него. Мать Устина поговорила с детективом. Илья Львович и решил, что пришлый был авторитетом в своем городе, жена его шибко боялась, поэтому везти в свой город отказывалась.
Илья Львович обхватил свою голову.
Мать Устина ему поведала:
   — Значит, водка была отравлена, бутылку с водкой дома не обнаружили. О бутылке мне сказала соседка, которая видела Устина с бутылкой водки. Устин водку не покупал. В морге не пишут, что был пьян. Бутылку он вскрыл при мне, я ему ужин подала и ушла.
  Детектива стали донимать вопросы. Что было в отсутствии матери Устина? Кто ее задержал дорогой? Кто пришел к ним в ее отсутствие? Почему Устин лежал перед входной дверью ничком? Можно не поднимать всех вопросов, если смотреть поверхностно: все чисто и гладко, виновных нет, и человека нет. Он вздохнул и пошел в пятиэтажный дом на пятый этаж, к знакомым.
Кто бы знал, как высок пятый этаж относительно маленьких домиков! С пятого этажа, как с телевышки, видно всю округу, весь городок как на ладошке! Если еще и окна на две стороны дома выходят, то вы все знаете, все видите.
Присосались люди к нефтепроводу — вам видно, подрались на берегу реки — и вы в курсе события. Вытащил человек компьютер из бухгалтерии — и вы видели странного человека. И вы молчите. А что говорить! Житья не дадут, коль кто узнает о квартире наблюдательной. "Моя хата с краю, я много вижу, ничего не знаю", — этот принцип никто не отменял. Илья Львович значение пятых этажей знал и при необходимости исподволь уточнял необходимые данные.
   — Харитонович, это я, Илья Львович, открой дверь, поговорить надо.
   — Илья Львович, куда ты идешь? Дай людям отдохнуть!
   — Харитонович, Христом Богом молю, дверь открой! — закричал Илья Львович.
   — А, черт с тобою, заходи! — проворчал Харитонович, открывая дверь.
   Два друга-недруга сели в два старых ободранных кресла. Ларион остался стоять у входной двери.
   — Что надо, спрашивай, — предложил Харитонович.
Илья Львович кратко описал ситуацию с Устином.
   — Знаешь, что я тебе скажу, Илья Львович? Видел я чужака у дома Устина. Сам знаешь, я на пенсии. Ноги плохо ходят, вот смотрю в окно от скуки. Почему его заметил? Чужак шел в дом с пустыми руками, а вышел с бутылкой водки и болтал ею, похоже, она была полупуста. А до него в дом зашел Устин с такой же бутылкой. А на бутылки у меня взгляд вострый.
   — Вот спасибо! А человека совсем не признал?
   — Нет. Не наш, похож издали на пришлого.
   Вот и наблюдательный пункт!
   — Харитонович, водки тебе не дам, а сигареты возьми, ты такие любишь.
  Илья Львович пришел домой, механически проглотил еду и сел в свое любимое кресло. Он был в таком отрешенном состоянии, что к нему никто не подходил. Он вдруг подумал о двух погибших из-за простого золотого кольца мужчинах. Да еще и разорванные уши Катерины были в таком состоянии, что страшно смотреть, и с каждым днем рубцы на ушах увеличивались.
А действительно ли снимали сережки или была просто драка? Или нападение на Катерину было с другой целью? Что произошло?
Интересно, что утонувший в реке чужих вещей раньше никогда не брал, и жена его говорит, что из дома он уехал с большими деньгами. О том, что его надо искать в поселке, и мысли у нее не было, ехал он с деньгами за новой машиной, работал в автосервисе.
Могли его ограбить и посадить в поезд до поселкового тупика. Есть один железнодорожный узел, где пересекались пути его с деньгами и другого пути, где он оказался без денег. Она сказала, что письма писала во многие города по пути следования поезда мужа.
Писала женщина на всякий случай потому, что было еще одно совпадение: в том поезде, где ехал муж: убили мужчину, на него очень похожего. В поселок она написала совершенно случайно, кто-то ее на это письмо натолкнул. Илья Львович подумал про все это и сильно устал от такой нахлынувшей на него информации, и решил, что все, надо отдохнуть.
Нет, спать пора. Ночи достаточно длинные.
   Утром Илья Львович пошел в медпункт. Он сказал, что на тему последних краж и убийств думает постоянно, но выводов еще не делал. Его поразила красота жены утонувшего мужчины. Как такая красавица еще к ним приехала, не побоялась дороги? Странно. Все странно. Илья Львович решил еще раз поговорить с внучкой Харитоновича, из-за нее все произошло: мужчины погибли из-за ее кольца. Девушка пришла в отделение.
   — Ты можешь припомнить еще раз тот страшный вечер? — спросил Илья Львович.
   — Если бы я знала, что произошло! Темно было, шла одна, я всех здесь знаю, меня знают, да идти было недалеко. Ко мне подошли двое мужчин. Тот, который потонул, ко мне не подходил. Подошел мужик задиристый, с короткой стрижкой под кепкой, на нем был надет ватник. И золото ему не нужно было. Первый опешил от резкости второго. Второй набросился на меня! Ему я нужна была, как будто он давно женщин не видел! А у меня же Устин, зачем мне кто-то еще?
   — Выпей водички, спокойней говори. Тот, кто в кепке, рецидивист известный. Его зовут Фритюр. Он в розыске. Ему всегда рабы нужны. Пришлого его дружки ограбили, но не отпустили, решили, что специалист по ремонту машин может пригодиться.
   — На меня этот мужчина в кепке напал. Он целоваться лез, я от него стала вырываться. Он разозлился, мстительный такой мужик. Двумя руками как рванул кольцо, а я еще ногу подвернула, боль адская. Полез после этого он еще раз ко мне, а я от него в слезах в сторону побежала. Он рванул пальто. Я упала. Он на меня упал и сорвал кольцо, потом встал, обозвал меня глупой бабой. Мол, лошадь необъезженная, потом отдал кольцо своему напарнику, а меня отпустил.
   — Все понятно становится. Фритюр уехал с бриллиантовыми сережками и золотым кольцом Катерины, а пришлый с твоим кольцом попался на глаза Фритюру, они вместе, похоже, уезжали. У каждого был свой билет был в виде золота. А пришлый Фритюра и успокоил, — предположил Илья Львович.
   Он подумал, что такое решение проблемы все ставит на свои места. Надо написать той бабе, что ее муж невиновен, он жертва. Вот в таком Холодном городке, богатом на события, и провел Ларион два года ссылки.
Уши у Катерины заросли, но шишки на ушах остались. Поэтому ей было тоскливо. Переутомление и бездействие одинаково плохо на нее действовали. Она в полной мере ощущала отсутствие Ильи Львовича. Она не знала, с кем он плетет интриги, но без него было ощутимо скучно. Голову сжимало сонливое безразличие, надо было выходить из эмоциональной пустоты.


Глава 11. Деревянный стол

В середине декабря поземка крутилась на асфальте вдоль очень длинного стеклянного здания фирмы. Здание своим торцом стояло в ста метрах от монолитного памятника у шоссе, по которому в олимпийские времена часто ездили правительственные кавалькады, из-за этого машины скапливались под окнами здания. Люди высовывали свои любопытные носы в окна, чтобы посмотреть, как проедут черные и большие машины. В этом длинном, длинном здание обитали три фирмы.
   Катерина шла по поземке в демисезонном темно-синем пальто. Ее голову украшала серая вязаная шапка петельками по моде тех времен. Ветер кружил вокруг молодой женщины и слегка подталкивал ее вперед, к проходной средней фирмы. Она зашла в проходную, посмотрела на указатели. Нужная фирма располагалась справа.
   В отделе кадров в стопке бумаг нашли все ее документы. Ее проверили по всем статьям, теперь она могла выходить на работу. КБ находилось в тупике второго этажа. Она вошла в огромное помещение, в котором обитали три лаборатории без видимых перегородок. При входе в помещение сидела женщина и стучала на огромной пишущей машинке. Остальное пространство занимали кульманы, столы, стулья и люди на стульях.
   На Катерине было надето платье серо-голубоватого цвета. Ей достался третий кульман от двери. Подошел шеф Андрей Сергеевич, дал Катерине первую работу — нарисовать педаль для станка—автомата в четырех вариантах. Так и началась конструкторская жизнь Катерины с вариантов конструкций.
   Стоять у кульмана приятно, но прорисовывать удобнее сидя. Посмотрев вокруг себя, она постепенно стала различать людей, сидящих рядом. Руководство на ее счастье сменило кульманы и мебель через месяц после ее выхода на работу.
   Из-за новой мебели все передвинулись в пространстве, а рядом с ней часто останавливался симпатичный Макар. Его вьющиеся волосы были коротко подстрижены, такая повальная мода у остальных мужчин настанет только через тридцать лет. Он приходил на работу в очень красивом джемпере, снимал его и укладывал аккуратно на тумбочку, надевал белый халат, и после этого с ним можно было говорить о работе.
   Макар по совместительству выполнял функции первого "справочного бюро". Если кому-нибудь что-нибудь было непонятно, то спрашивали у него, а если не знал он, то знали другие. Постепенно Катерина поняла, кто из сотрудников и на какие вопросы может ответить.
   Катерине понравился шеф Андрей Сергеевич, но он любил совсем другую женщину, он в ту пору был увлечен экономистом отдела Люсей. В душе Катерины мелькала маленькая ревность, но она про нее быстро забыла. Общению на работе Люся не мешала, этого Катерине было вполне достаточно. У нее своих проблем было выше крыши от жизни с молодым и сильным мужчиной, тогда он работал в этой же фирме, но этажом выше.
   Мужчины это быстро поняли и часто подсмеивались, что стоило с Катериной заговорить, как с третьего этажа прилетал ее молодой человек. Он сделал одну большую глупость — кроме своих прямых обязанностей по работе, его кто-то втянул в общественную работу, а этого делать было нельзя категорически. Он стал пунктуально выполнять свои общественные поручения, то есть проверять фирму на вредность условий труда.
   Аппаратуры было много, и многие установки излучали совсем не нужные человеку лучи и токи высокой частоты, вот он все параметры замерил и согласовал их с СЭС. Руководству фирмы исследования мужчины Катерины не понравились, начались судебные тяжбы. Ему пришлось тяжко на работе, хоть он и был прав и суд подтвердил его правоту. Именно в этой фирме он оформил свои многочисленные заявки на изобретения по работе, но общественная работа нанесла непоправимый урон его основной работе.
   Недалеко от кульмана Катерины находился стол Захара. Он и был вторым "справочным бюро" по непонятным вопросам, но она не злоупотребляла его знаниями. Кроме кульмана у конструктора были и другие инструменты для работы: циркуль, карандаш, ватман, логарифмическая линейка, транспортир, угольник.
   При входе в комнату сидела экономист Люся, потрясающая женщина с белыми волосами, она диктовала поведение в комнате конструкторов, все хозяйственные вопросы решала она. У нее был поклонник — Андрей Сергеевич. Их общеизвестная любовь приятно скрашивала рабочие дни. Дома у них были свои семьи, но на работе, они были семья.
   Вероятно, свое дальнейшее поведение Катерина копировала поведение с экономиста Люси кроме одного — Катерина не умела продавать, чтобы жить лучше, чем не зарплату конструктора. В свое время Люся и ее муж заработали деньги на кооперативную квартиру весьма странным образом. Она работала швеей дома, поскольку была портнихой от Бога, а на работе она была экономистом.
Как-то раз ее муж, работая машинистом, привез ей лоскутков целый мешок, отходы одного швейного производства, которые ему надо было выбросить или, точнее, отвезти на свалку. Муж не выбросил отходы, а привез жене. В то время с купальниками в городе было плохо, а лето выдалось жарким.
   Люся выкроила купальники из лоскутков, сшила и продала. Купальники ее производства покупали очень хорошо. Так и повелось: муж привозил домой мешки с отходами швейного производства, жена шила вечерами купальники, а в воскресенье ходила на рынок и продавала. Худо-бедно накопили они так на кооперативную квартиру, а потом и мебель купили хорошую, на кухню приобрели гарнитур из натурального дуба, или он был сделан из шпона под дуб, что, в общем—то, не имело значения. Вскоре кримплен вышел из моды, его перестали производить, и машинист поезда стал привозить домой меховые обрезки.
На желто-оранжевую листву падали липкие лохмотья снега. Люди вышли из остановившегося экскурсионного автобуса, ехавшего по федеральной трассе. Они смотрели на осеннюю погоду, природу и друг на друга. Природа напоминала Подмосковье в чистом виде. Рядом с Катериной, одетой в красную куртку, на которой висели хвосты длинного темно—синего шарфа, быстро оказался высокий мужчина в темно—синей куртке — Макар. Катерина посмотрела Макара в глаза и перевела взгляд на носки своих блестящих черных сапог.
   Молодой человек что-то говорил, как будто сыпал мокрый снег на душу молодой женщины, которая вырвалась из домашней повседневности, и тут же оказалась в плену чужих желаний. Их поверхностное знакомство ни к чему не обязывало. Вкусы и привязанности Катерины и Макара практически совпадали, их взаимная симпатия замечалась окружающими. Три дня им предстояло провести вместе.
В длинном автобусе со шторами на окнах они сидели рядом. Звучала песня: "Папа, подари мне куклу..." Как из простой симпатии рождается любовь? Оказывается, нужна экскурсия в новые места среди незнакомых людей. На экскурсию едут отдыхать, развеяться и узнать о стране и о себе.
   Остановка автобуса на Валдае оказалась сугубо исторической. Вот где берет начало Древняя Русь! Именно здесь у Катерины возникло огромное и странное ощущение истории! Низкие каменные здания вызывали бурю неподдельных эмоций. Воздух исторического прошлого пропитывал приезжих и сжимал их в дружеских объятиях. Монастыри и церкви покоряли своей естественностью вместе с окружающей средой. Озеро поразило своей прозрачной гладью и большими гальками. Катерина чувствовала, что она находится не в Подмосковье, пронизанном современностью, перед ней простирался Его Величество Валдай!
   Мощь исторического прошлого вызывала восхищение. Старинный маленький музей мог продемонстрировать предметы старины и утвари. Темной отличительной особенностью музея и его гордостью неизменно считались и считаются озерные колокольчики. В ресторане, расположенном в каменном доме, на стол подали маленькие, но вкусные котлеты. Маленькие колокольчики можно было видеть и в музее, и в продаже. Они звонко звонили, и все звонче становились голоса при разговоре, появилась теплота в общении, вместе с теплыми котлетами. Следующая остановка у озера, большого и чистого.
   На катере всю экскурсионную группу переправили в монастырь. Идут двое в толпе, и это приятно, им рассказывают историю этих мест, а они рядом, и эта история становится волшебной. Хорошо! Небо ясное. Снег подтаивает на жухлой траве вокруг стены монастыря. Двое все спокойнее чувствуют себя рядом друг с другом. Просто рядом. Следующая остановка оказалась медовой. Народ ринулся на рынок вблизи Древнего Новгорода, куда не дошли в свое время люди хана. В руках у многих пассажиров автобуса оказался мед в сотах. Катерина впервые видела медовое чудо. Она сходила одна на рынок и купила такой мед.
   Разговор за разговором и автобус подвез людей к месту ночевки. Гостиница находилась рядом со стенами монастыря. Катерина и Макар пошли гулять по берегу озера, окантованного белыми стенами монастыря. Проваливаясь в холодном песке, все ближе прикасался темно—синий шарф к темно—синей куртке. Руки встретились. Губы встретились. Глаза — оттаяли. Макар по природе своей осторожный мужчина, лишнего себе в отношении Катерины он не мог себе позволить. Она именно с этого момента стала писать стихи. Ночь прошла в разных комнатах. Весь следующий день был заполнен экскурсиями. Совершенно верно, что Валдай посетили до Великого Новгорода! Новгород — само историческое совершенство!
   Памятник Тысячелетию Россия завораживает и отпускает на просмотр исторических достопримечательностей города и его окрестностей. Соборы, церкви, колокола не давят своей значимостью, а возвышают туристов. Кованые ворота, церковная утварь не порабощают, а вдохновляют на новые свершения. Раскопки городища, берестяные грамоты приближают к книгам по истории, словно становишься их соавтором, а не учеником жизни. Впечатления от встречи с Древней Русью на фоне желтой листвы — самые положительные!
   Домой Катерина и Макар вернулись в меру влюбленные, с ощущением поцелуя на губах. Макар все свои чувства высказывал необыкновенно красиво, он писал стихи на листочках, вслух много не скажешь, кругом стояли другие кульманы и сидели конструктора. Катерина на память стихи о любви не знала и отвечала своими стихотворными строчками, которые на удивление быстро появлялись в ее голове в ответ на послания Макара. Стихотворная переписка не мешала работать, зато в голове не скапливались ненужные для работы мысли, а сразу реализованные, занимали минуты, а длительные часы были оставлены кульману.
   В КБ, где работали Макар и Катерина, разрабатывали оборудование для получения твердого материала. Чертежи были достаточно большие и сложные. Люся постоянно наблюдала за парой влюбленных и тихо радовалась, что не она на месте Катерины.
   Катерина с Люсей однажды поругалась, и в качестве женской ревности Люся бросила проклятье:
   — Чтоб ты, Катерина, влюбилась!
   С этого момента все в жизни Катерины покрылось новыми чувствами.
   Судьба послала Катерине романтическую встречу на природе. Листья еще желтели, снега не было. Сияло солнце. Надо было конструкторскому отделу подготовить летнюю базу отдыха к зиме. К работе хорошо подготовились: стол ломился от еды и крепких спиртных напитков. На этот раз Катерина пришла в красной куртке, с ней рядом за столом сидел Макар в темно-синей куртке. Осенний холод согрели русской водкой. Костер сверкал огнем. Звучало танго. "Ты промедлил темно-синий..."
   Рядом вновь сияли серые глаза Захара. Она быстро попала в его объятия, в его огромные и крепкие руки под предлогом обычного танца. Красно — синяя пара, покинув танцплощадку у костра, ушла в сторону реки. Берег реки в объятиях желтой листвы деревьев, красная куртка — в сером окружении... Поцелуи вознесли их в серые небеса. Мир оказался оранжевым.
   Макар вернул Катерину на землю, он подошел к ней, они сели у костра. В чем основная разница между Макаром в темно-синей одежде и Захаром, разработчиком в светло-серой одежде?
Макар — интеллектуал, он хорошо разбирался в конструкциях, в поэзии, в живописи. Он был нужен Катерине, как университет многочисленных знаний. Поцелуи на берегу реки быстро не забывались, и появилась потребность писать стихи. В нем была мужская сила. Это был крупный, красивый голубоглазый инженер. Именно он стал для Катерины на многие и многие годы объектом для физического притяжения.
   А что же Захар? Он пригласил Катерину в золотые дни бабьего лета поехать в ближайшую деревню на пикник. Она была в красной, а он в светло-серой одежде. Любовь платоническая у них продолжалась. Иногда он заходил в КБ к Катерине показать, кто здесь хозяин.
   На Новый год сотрудники собрались на квартире у шефа в новой башне. Квартира большая, народу набралось прилично. Катерина не отказалась от приглашения. Она пришла в длинной черной юбке в пол, в белой блузке и с красной ажурной шалью на плечах, а в квартире не оказалось знакомых поклонников, ради которых она вырядилась. Все лица новые, хотя по работе и знакомые. Все снова? Да, в процессе празднования из толпы явно выделился один крупный мужчина, Андрей Сергеевич, ее шеф. Танцы, они и на Новый год танцы, и танго соединило их души. Из квартиры в новой башне Андрей Сергеевич и Катерина ушли вместе.
   Жили они в соседних кварталах, машина в таких случаях не нужна. Как они оказались на мосту, который находился в стороне от домов вообще не понятно! Андрей Сергеевич стоял рядом с Катериной, смотрел на проходящие поезда и все пытался чмокнуть ее в щечку. Шампанское, верный напиток мимолетной влюбленности, стал выветриваться из головы, мысли пришли в норму, и она настояла на дороге по домам. Кончилась ли на этом история? Пожалуй, нет. Бывают супружеские, гражданские браки. У Катерины был брак дружественный. Что это значит? А кто его знает?!
   Летом фирме выделили землю под сады и огороды. Землю делил Андрей Сергеевич, и от его щедрот участок Катерины оказался намного больше, чем у других, но в конце сезона она вернула земельный участок фирме. Случайно или нарочно шеф после новогоднего праздника попал под напряжение тысячи вольт. Его откачали, спасли. Скорая помощь появилась вовремя.
   Яркое, июльское солнце пригревало спины людей, шедших с тяпками по грядкам с маленькими всходами свеклы. Рядом с Катериной шла Люся, которая была старше Катерины. Рядом по своей грядке шел Макар, высокий мужчина с пышной шевелюрой и большими глазами. Эти глаза то обращались к своему соседу по грядке с другой стороны от себя, то постоянно смотрели в сторону Катерины. Судьба их постоянно сводила. Вероятно, начинало действовать любимое проклятье Люси: «Чтоб ты, Катерина, влюбилась!»
   Желтый купальник, надетый на Катерину, очень привлекал внимание Макара, или тело в этом купальнике не давало ему покоя. Люся, половшая свеклу рядом с Катериной, стала вводить ее в курс женских дел конструкторского отделения, она была не из разговорчивых особ и просто решила предостеречь девушку от соседа с другой стороны грядки. Июль грел своим теплом, а мужчина своим взглядом. Люся — охлаждала.
   Грядки закончились. Толпа со всех сторон ринулась одеваться и отправляться по домам. Макар предложил подвести Катерину на машине до ее дома. В его машину со всех сторон сели люди, которых он знал. Люся с тревогой смотрела на молодую женщину, которая села в машину красивого мужчины. Машина проехала по проселочной дороге, потом выехали на знаменитое шоссе, по городу машина развезла всех сотрудников. Хозяин машины даже и не думал даму из машины выпускать. За последним человеком закрылась дверь. Машина на приличной скорости поехала в сторону речки.
   Макар был в своей стихии: скорость, еще раз скорость. Проехали пост автоинспекции достаточно медленно. Свернули с одной дороги на другую дорогу и оказались на берегу речки, которая за последние годы так обмелела, что трудно представить, где это было.
Жизнь к тому времени Катерину научила выживать и с крупными мужчинами в борьбу не вступать, а Макар был высокий. Вылезли они из одежды до купальников и вошли в воду. Охлаждение не было длительным. Вскоре он сидел на берегу и говорил про свою дачу и вишню в саду. Потом они сели в машину и поехали по другой дороге. Машина неожиданно резко свернула в лес.
   Будучи относительно спокойной женщиной, Катерина не ожидала такой внезапной любовной атаки со стороны высокого и красивого человека, с которым уже давно встречалась, и никакой любви между ними особой не было. Между ними возник каскад любовных действий разгоряченных тел, и рук, и губ...
   Натиск был стремительным. Желание возникало мгновенно. Расслабление абсолютное. Видимо, изрядно Макар на Катерину на грядке насмотрелся, он был готов к любви и к любовной игре. И все. Описывать подробно действия каждого смысла не имеет, этого будет мало для воспроизведения событий. Чувство оказалось огромным и быстро прошло. Все, осталось уехать домой, куда ее довольно быстро он отвез... Так у девушки появился любовник. Что дальше? Они вошли в зацепление чувствами. Женщины на работе изо всех сил говорили об опасности, что Катерина у Макара не из первого десятка.
   Цивилизация проникла в страну исподволь, захватив дороги автомобилями, руки телефонами всех систем. Снег падал и ничему не удивлялся. Он много видел на своем веку, переходя из воды в снег, от земли к небу. Он видел хорошие поступки и плохие. Снег падал на крыши дорогих авто, и на крыши машин эконом класс, делая их слегка похожими. У снега было хобби: мир выравнивать в цветовой гамме. Он любил белый свет и белый цвет — он снег, и этим все сказано.
   Катерина любила снег и понимала его. По снегу она могла определить температуру воздуха. Снег всегда разный, он бывает влажный и блестящий, а между этими состояниями можно наблюдать снежные полутона. А еще она любит мартовский снег, который всегда стремится к крупинкам, прежде чем растаять и стать водой. Сегодня снег был легкий, приятный. Ветер дул южный, слабый. Можно было остановиться минут на пять и наблюдать зимние пейзажи.
   Однажды в дверь Катерины постучала соседка по лестничной площадке и предложила шапку из белой нутрии в виде горшка с отворотами и хорошо обработанную шкуру белой нутрии на воротник. Катерина тут же решила, что нутрию надо брать. Шапка имела жесткий каркас и точно подходила ей по размеру. Но где взять пальто, на которое можно пришить шкуру нутрии в виде воротника?
   У нее было демисезонное пальто зеленого цвета с длинным поясом, и с большим воротником. Катерина разрезала шкуру нутрии бритвой, сшила по центру ручным швом и сделала симметричный воротник, после чего пришила его на демисезонное пальто. Наряд получился необыкновенно яркий и жизнерадостный: белый мех на фоне ткани, но долго в такой яркой обнове ходить необыкновенно трудно.
   Катерина после яркого наряда купила себе черное пальто с длинным поясом и капюшоном, на котором по краю уместилась скромная темно—коричневая норка. Этот наряд не раздражал яркостью, но черный драп требовал постоянного ухода, поскольку собирал на себя весь летающий мусор. Постепенно пальто привыкло быть постоянно вывернутым наизнанку, когда его Катерина сдавала в гардероб или оно висело дома, так оно меньше собирало окружающий мусор. Именно в этом черном пальто на стройной фигуре у нее было максимальное число поклонников в виде мужчин—сослуживцев всех мастей. Или у нее был такой возраст, что ей хотелось повесить на себя табличку: "Не влюбляться!"
   Мама Катерины из-за рубежа привезла первые сто долларов в жизни и отдала дочери. Катерина поехала в магазин "Березка" и купила светло—серые замшевые сапоги. Шапка из песца такого цвета у нее уже была. Над светло—серыми сапогами шествовал светло—серый костюм, если снять черное пальто. В светло—сером наряде она являлась в кафе, где обедал необыкновенно красивый мужчина, по его машине она определяла место его нахождения. Рядом с мужчиной она не садилась, но садилась так, что он не мог не оценить ее серый наряд. И мужчина сам нашел ее через пару дней. Это был разработчик цифровой аппаратуры Макар.


Глава 12. Кроны деревьев

   Серебристые кроны деревьев. Темное зимнее утро. Липовая аллея. Аллея города. Чудо, какая она хорошая! Серебрятся от инея ветви лип. Голубоватые ели прикрыты пышным снежным покровом. Снег скрипит под ногами. Небо совершенно неопределенного цвета — темное и все, но как прекрасно идти по аллее, когда над головой до горизонта видны кружева серебристых крон деревьев! Спокойно бьется сердце.
   Вместо мучительных мыслей о работе в голове возникают песни.
   И Катерина поет:
   — Висит на заборе, колышется ветром...
   И все прекрасно. Мир светел и чист. Чудеса. И хочется ей в вальсе кружиться и радостно петь. Зачем сердечные капли? Надо только идти пешком на работу, и мир окрашивается в чудесные краски зимнего утра. Кружева серебристых крон удовлетворяют потребность в красоте на рабочий день. И вот она, работа!
   Но нет, мысли с неприятностями опять исподволь выползают из закоулков мозга. Вновь расцветают пышным букетом нервные мысли. Катерина даже решает уволиться! Но видения зимнего утра спасают ее! Незаметно для себя она втягивается в работу и уже с удовольствием читает местный технический перевод с немецкого языка. Мысли ее в работе. Все нормально.
   Спасибо великому актеру Райкину, благодаря его выступлению у фирмы есть Греческий зал в столовой. Чем зал примечателен? Любая очередь быстро и незаметно рассасывалась — это как чудо. Не надо думать о еде, 60 копеек в кассу и за всех все обдумал местный шеф—повар. Катерине оставалось взять обед и сесть за прекрасный стол, достойный украсить любое кафе, а стулья здесь стояли такие тяжелые и добротные, что она согласна иметь их у себя дома.
   А публика? О, что здесь за публика! Это самые здоровые люди с предприятий. Это самые нетерпеливые люди. Это те, которым все надо быстро и сейчас. Какие здесь красивые мужчины и независимые женщины! Сколько здесь знакомых и совсем незнакомых людей! А глаза? Они так и светятся, они так и ищут объект для внимания! А вот и тот, из-за которого этот греческий зал кажется лучшим рестораном в мире! Свет очей, в котором мир преломляется.
   Катерина не видит окружающих людей, они ей совсем не мешают. У нее обед! И не беда, что на подносе разлиты щи, а тефтели под интересным соусом! Все мелочи! Сияющие глаза окупят все. А если нет глаз, которые ей сияют? Надо искать. Вон их сколько, ждущих и вопрошающих! И обед станет чудом!
   Именно в залах общепита происходили свиданья в обед. Катерина ушла уже из двух фирм, люди из которых обедали в этом огромном помещении, в котором было много раздач. Несколько плит—печей варили разную пищу для разных столовых. Мужчины остались в прежних фирмах, но здесь их можно было увидеть при необходимости.
   Высоцкий выступал пару лет назад в двух километрах от этой столовой. Катерина на концерты Высоцкого не ходила. Он приезжал выступать со своими концертами, и был рядом с длинным—длинным зданием. Кто не поленился — его слышали живого. Андрей Сергеевич его слушал лично.
   На фирме дисциплина была железная, работы много, дорога от КБ до цехов на заводе была неблизкой. Катерина некоторое время сидела во втором ряду кульманов, потом пересела в первый ряд у окна. Но и здесь не обошлось без общественных работ. Часть конструкторского отделения как—то отправили с места работы на колхозные грядки для прополки свеклы. В добрые старые времена на колхозные грядки вывозили проветриться и поработать людей любых организаций и рангов.
   Через некоторое время Катерина почувствовала свободу от общения с людьми. Из окон фирмы хорошо просматривалось знаменитое шоссе, но однажды это счастье закончилось. В фирме появился новый директор, он купил вычислительные машины, тогда они были огромными, и выселил конструкторский отдел из длинного—длинного здания. В их комнатах поставили вычислительные машины, которые требовали хорошего помещения и ухода, но они быстро морально состарились.
   Но конструкторы к этому времени были выселены в здание на задворках, к которому приходилось ходить по грязной дороге. В качестве компенсации за неудобства директор в окна конструкторов поставил кондиционер, дующий прямолинейно кому-нибудь в ухо и по этой причине являющийся страшным раздражителем общества. Теперь, чтобы пойти в цех или столовую, надо было одеваться и идти по плохой дороге, все это мало радовало и отвлекало от работы.
   Начальник КБ заставил поставить столы так, что люди смотрели друг на друга, и только повернувшись к кульману, получали уединение в коллективе. Люся, женщина мудрая, в своих руках держала распространение на работе туристических поездок. Она заметила внимание Макара к Катерине, и от ее взгляда не укрылись их разговоры. Женщина решила, что надо закрепить их служебные отношения, дабы ее любимый Андрей Сергеевич не увлекся еще и Катериной. Люся предложила Катерине и Макару две путевки в Древний город. Они согласились...
Фирмы были большие, люди работали, столовые работали, больничные работали. После обвала социализма, наступил реализм частных фирм. Больничные листы еще существуют, но если ты их возьмешь пару раз, то тебя элементарно уволят по любой маленькой причине, выращенной до размеров слона.
   В частных фирмах не любят больничные листы, не любят больных, не любят пропуски в работе. Пропуски в работе неизбежны, человек живет в борьбе с болезнями. А если ты заболел, хоть на один день, то уменьшенная зарплата и наказания, неизбежны. Так и работает Катерина. Для расчета пенсии выбраны годы, когда фирмы сваливались с катушек из-за постоянных финансовых обвалов страны. Катерина работала, но где искать те фирмы, которые перестали существовать не по ее вине? Так, что жизнь прекрасна и удивительна, как солнечный день в первый день календарной весны.
   На Люсю деньги свалились. Она стройная, худенькая женщина от природы, слегка возвышалась над остальными женщинами необыкновенно красивой обувью на каблуках, на ее плечах всегда красовался красивый мех в виде очередной шубки. Своей роскошной одеждой она брала верх за свой рост. Люся к ацтекам отношения не имела, она разведенная, но не брошенная жена бывшего мужа. Люди так разводятся, чтобы быть богаче на одну квартиру. У них есть общий сын (его имя древнее, как сама земля), который часто сопровождал свою маму, одетую в очередную новую шубку из редкого и дорогого меха, до очередной подружки.
   Так вот, чтобы из сына вырос хороший охранник своей мамы и себя самого, его с первого класса возили на модную борьбу и года через четыре—пять у него был пояс весьма почетного цвета. Жить в ожидании новой квартиры крутым людям неимоверно скучно, и, прибедняясь, но не во всем, семья построила себе особнячок из трех этажей.
   Люся в мебельных магазинах покупала спальные гарнитуры в новый дом, самые дорогие и красивые, все остальное соответствовало этим гарнитурам. Но при строительстве дома они выбрали самые модные трубы для сантехники, и вот когда гарнитуры заняли свое место и включили в доме отопление, модные трубы лопнули. Вода с завидной легкостью крутилась у ножек различных спальных мест. Пришлось перекрыть отопление и менять модные трубы на обычные трубы, но проверенные временем и многочисленными домами.
   Но есть и вторая сторона успеха, дома особняки стоят особняком и вдали от общественного транспорта, это заставляет женщин, обеспеченных мужчин садиться за руль собственной машины. Мужчина с большой легкостью покупает своей жене машину, чтобы она от него отцепилась, хоть ненадолго. Люся была вынуждена идти и учиться на права. Естественно, права она получила, но очень скоро врезалась своей новенькой машиной в автомобиль мужа, когда пыталась рядом с его машиной поставить свою машину.
   Автомобили отправили в ремонт. После ремонта автомобилей, муж сам сел за руль и уехал, а Люся ходила кругами вокруг машины, не решалась сесть за руль. Тогда она вызвала такси, и тем самым решила проблему перемещения в пространстве. Большой дом, большая уборка комнат, для нее, это выше ее сил. Пришлось нанимать приходящую домработницу.
Так и живет Люся в роскошной обстановке с мыслями, как бы сбросить с себя очередные заботы, которые из—за роскоши хорошо растут. Переключив все передачи, душа ее остановилась на чемпионате мира. Что ни говори, а крупные спортивные соревнования наполнены здоровой энергетикой. Все спортсмены уникальные, победители — это вообще представители земли, их физическая форма и содержание достойны звания Богов Земли. Люся всегда любила смотреть соревнования по легкой атлетике, почему—то тройные прыжки ей больше всего импонировали. Последний раз она неудачно пробежала по проспекту на эстафете, задохнулась от самой себя, и с тех пор перешла в ранг обычного зрители.
   Совсем недавно она слышала о соревнованиях для любого возраста, но больше трех кругов по стадиону выдержать пока не может. Поэтому прямой эфир с беговой дорожки — это все. Как раз идет эстафета мужчин. Красавцы! Атлеты — высший класс! Торсы. Мышцы. Здоровые люди спортсмены. Приятно, что есть такие великолепные мужчины на чемпионате мира. И зрители молодцы, они пропитаны энергетикой здоровой мощи атлетов из легкой атлетики.
   Воспаленный от ненависти мозг придумывал сказки, спокойный мозг их забывал, и жизнь начиналась сначала в отблесках солнца или в каплях дождя. Люся устала от ненависти, от горьких обид и воспоминаний. На ловца и зверь бежит. Попал в сети ее мужчина неопределенной наружности, неопределенного возраста. У него было хобби: он копил зеленые бумажки с портретами чужого президента. Бумажек этих у него скопилось несколько тысяч, но все они были закрыты его природной жадностью.
   Люси Марковне зеленые бумажки и не улыбнулись. Несколько встреч за ее счет слегка отвлекли, но совместного будущего не обещали. Они расстались и все. И все же у нее появилась некоторая уверенность в себе, а не пришибленность брошенной женщины.
   Очередной мужчина Люси был беден и ездил на большой машине, и на других огромных машинах с шофером. У него было два трехэтажных дома и квартиры в разных местах. Сами понимаете, деньги на маленького сына и его роскошную мать с неба сыпались сильно ограниченно. У него был личный пансионат с озерами, но денег на женщину было мало. Комната была завалена вещами в сумках, но отправка тянулась уже месяц.
   Люся теряла терпенье, это передавалось окружающим. Несколько лет назад верховные силы выделили роскошной женщине квартиру. Дом многоквартирный из кирпича с гаражом и магазинами. Дом появился на обложках журналов. Рядом с домом гаражи, детские площадки, светятся окна магазинов. В дом не прописывали. Жильцам разрешили делать ремонты по своему вкусу, заплатить за свет. Дом завис. Слухи разные, в том числе говорили, что убили хозяина дома и всех его близких родственников. Люди умные стали продавать квартиры, в которых не жили, и покупать в домах более простых. А красивая женщина Люся так и не может въехать в квартиру кирпичного дома, хотя деньги давно в нее вложены. Дом стоит. Магазины работают.

   Деревянный стол был покрыт зеленым сукном, за столом сидел мужчина средних лет в темно—синем костюме и иногда смотрел на конструкторов, сидящих перед ним. Это был начальник КБ, член КП. Его сила управления основывалась на двадцати рублях в квартал, которые на общем собрании торжественно отдавали лучшему ударнику коммунистического труда.
   Были еще способы оплаты, но они исходили от главного инженера НИИ, и заключались в создании бригад для особо важных работ с оплатой в два оклада. Но такие бригады создавались по особо важным заданиям, при создании орбитальной станции, необходимой для накопления топлива, при полетах на Луну. Люди работали по шесть дней в неделю. Работа была напряженная и ответственная. Те, кто был в бригаде, придумали развлечение: собирали больше денег на дни рождения и дарили друг другу хрусталь. Флюиды взаимной влюбленности не обошли Люсю стороной.
   Осенью все выходили собирать картошку с грядок на колхозном поле. И политика начальника КБ резко менялась, он забывал про работу, в голове у него вертелась одна мысль, которая в разных вариантах, выражала один смысл: Будь моей женщиной. Разговоры были все настойчивее, его опека окружала ее со всех сторон. Вода камень точит.
   Однажды летом, когда у начальника КБ, то есть у Щукина, не было дома домашних, а его машина стояла у дома, в квартире Люси раздался звонок:
   — Приезжай, ко мне! — И он сообщил ей свой адрес.
   Домашние дела у нее отошли в сторону. При входе в его квартиру ее поразило антикварное зеркало, все остальное в квартире было просто, чисто и без излишеств. Люди оказывается не только роботы—конструкторы, иногда человеческие чувства появляются и в них. О чем думала она, когда сюда ехала? Неизвестно.
   Работала она вместе с начальником КБ, и мыслей о посторонних отношениях в голове не держала. А тут он как—то быстро превратился из зрелого человека в безрассудного молодого человека. Плохо менять партнеров, и женщина уже обжигалась на этом, но как бабочка прилетела в новую историю. Одним словом, любовь произошла быстро и необыкновенно. В жизни всегда есть место подвигу и ротозейству. От скоротечности неожиданной любви Люся легла и не могла двинуться минут десять.
   Женщина осталась одна, без мужчин. Расплата была самой дорогой: женщина попала в интересное положение по полной программе с первого захода, с мужем у нее были свои средства защиты, а здесь она о любви и не думала. Нервное состояние в таких случаях самое ужасное. Надо было избавиться от этого. Организм, молодой и крепкий, ничего не хотел отдавать, идти к врачам смысла не имело.
   Все было понятно, Люся молчала и никому ничего не говорила. Пила траву за травой, таблетки за таблетками и сорвала беременность. Состояние было ужасное, температура высокая. Вызвала врача. Врач, молодой мужчина, осмотрел ее и назвал заболевание — ангина. Несколько дней отлеживалась дома. Вышла на работу и опять молчит.
   Прошло больше года, и КБ опять послали собирать картошку. Начальник КБ собирал картофель рядом с Люсей. Слово за слово, и она рассказала ему окончание летней, любовной истории. Он притих, стал болеть, ходить в рабочее время по врачам, деревянный стол с зеленым сукном, стал пустовать. Однажды от напряжения внутреннего и большого объема работы у нее свело левую часть тела. Она сидела и оттирала правой рукой левую часть тела. Выпила нитроглицерин, немного пришла в себя.
   Муж Люси всего этого не знал, но не понятно, почему явно показывал свое враждебное отношение к начальнику КБ. Ножку он ему подставил, что ли, но начальник КБ долго хромал по этой земле. Несколько раз Люся встречалась со Щукиным. Интересно, что в душе у нее к нему не было ни любви, ни ненависти. Так, краеугольный камень судьбы.
   По двери кто—то бил кулаком и ногами, шум стоял отчаянный.
   Двое — Люся и Андрей Сергеевич — лежали в уютной постели, и выходить на стук в дверь им явно не хотелось. Кто—то бил в дверь минут десять и ушел. Окна в квартире так расположены, что в окно не видно, кто вышел из подъезда. Женщина встала и пошла на кухню, на глаза попался складной нож приличных размеров на стиральной машине—автомате.
   Жизнь для Люси принимала интересный оборот, вполне возможно, что по двери бил ее законный муж. Она как—то исподволь, но чаще и чаще стала уходить из дома и не куда—то, а в эту квартиру давно знакомого человека. Здесь не было особой радости, но дома с мужем ей было намного хуже. Муж проследил, куда жена ушла в темноте зимнего вечера. Жизнь шла обычным чередом в ее квартире. А в личной квартире Щукина все было чисто, красиво и немного пустынно. Ей немного здесь было прохладно, из—за того, что он курил и открывал для проветривания окна. Не все ей в нем нравилось, но он был ее спасеньем в этот период жизни.
   Люся привыкла к Щукину, но их сердца были свободны от любви, и только небольшие влюбленности омрачали или согревали их души. У них был винный роман. Он любил букет виноградных вин. Она любила его. Она покупала вино, и, заглушив свою совесть, летела к нему. Любовь зависела от качества вина, чем лучше вино, тем лучше любовь.
   Зачем он ей был нужен?
   У Люси был такой период в жизни, когда вокруг звенела пустота от неудовлетворенности жизнью. Мир был полон красок, а в ее душе жила серость его одежды. Вино убивало микробы во рту, и поцелуи становились безопасными, ангины после винных поцелуев не проявляли свою активность, а ей нужны были его поцелуи для получения состояния удовлетворенности жизнью. Люся любила огромное кресло, которое стояло у Макара в комнате, покрытое искусственным мехом под тигра.
   Кресло стояло в центе комнаты, и в нем вполне можно было сидеть и тянуть потихоньку из хрустального бокала виноградное вино. Вино играло в бокале, бокал можно было крутить в руке в лучах люстры из горного хрусталя. Андрей Сергеевич не любил закрывать портьеры, на окнах висела прозрачная легкая ткань с блестками. Количество блесток к низу ткани резко возрастало, и они мирно уживались на красивом рисунке, как танцующие капли вина на дне хрустального бокала. Он мог долго и много говорить, он ждал ее, ему нужна была ее способность слушать, поддакивать и не перебивать ход его мыслей.
  Люся покорно слушала и играла с бокалом вина. Он с вином не играл, он пил вино, как гурман. Он чувствовал вино в бокале и испытывал истинное наслаждение от его вкуса. В доме у него всегда было вино. Ее задача заключалась в том, чтобы купить вино не только из нужного сорта винограда, не только знать страну—производителя вина, но еще не полениться и прочитать, где разлито по бутылкам это вино. О, как Макар следил за всем этим! Изучив все надписи на этикетке бутылки, он смотрел ее на просвет, он замечал даже, как приклеена этикетка и что на ней написано со стороны вина. Если что—то не так, то он начинал ворчать, и до любви дело не доходило.
   У Щукина еще была странная особенность, женщина ему больше нравилась в брюках, чем в юбке. Ему нужны были ее накрашенные глаза и уложенные в прическу волосы, ему нравилось смотреть на ее ухоженное лицо и пить вино. Ему нравился вид преуспевающей женщины сквозь бокал с вином. Ее все устраивало, она ждала финиша винной церемонии — любви. Винная идиллия нарушалась ее длительностью, она начинала от нее уставать. И появилось разнообразие в их отношениях, появился третий нужный человек. Он нашел себе друга, теперь они пили вино втроем.


Глава 13. Хризантемы в снегу

   Другу Щукина Люся очень нравилась. Он этим обстоятельством был очень доволен. Он издевался над ними. Люся ушла в ванную комнату, встала под душ, и сама стала как бокал вина с капельками вина на стенках. Она появилась сияющая из ванной комнаты в рубиновом ожерелье. Андрей Сергеевич пошел с Люсей в другую комнату, оставив третьего человека с бокалом виноградного вина. Ой, как ему нравилось солить третьему, чтобы тот завидовал их любви! Он любил любить при слушателях его любви, его успеха, его мужской возможности.
   О! Чувство победы.
   Молодые люди отметили полноценной влюбленностью свою случайную встречу. После любви мужчина исчез в снежной пелене жизни. Попытки Люси вернуть Щукина успехом. Нельзя сказать, что она его раньше не знала. Они были знакомы больше года. Они встречались по работе в официальной обстановке. Но знала она его плохо.
   Катерина хорошо знала Люсю, эта женщина могла быть бедной и богатой одновременно. Деньги она могла делать из воздуха, неприятности черпать из отношений с мужчинами. Работала она странно, но ее никогда не увольняли. Страшное чувство возникало тогда, когда Анна испытывала страх в присутствии мужа, и такое чувство редкостью для нее не являлось. Она прятала ножи, она боялась сказать ему слово поперек, она выполняла все его прихоти, терпела его любовь. А любовь бывает приятной и садистской в исполнении одного и того же человека. На протяжении совместной жизни каскад страха и унижений менялся.
   Любовь воспринималась как адское наказание, в таких случаях самое большое ее желание — прекратить садистскую любовь. И самое большое желание — остаться одной. Помните святые слова из песни: "Женщине из высшего общества трудно избежать одиночества"? Чем выше женщина стоит на социальной ступени, тем большей свободой она обладает. Есть редкие супружеские пары, в которых жизнь гармонична и не содержит садизма. Но в таких парах есть чья—то мудрая хитрость, которая все держит в рамках приличия. В период революции и после нее существовал анекдот: "Белые придут — грабят, красные придут — грабят".
   У женщины, когда она в расцвете лет, бывает такое: один придет — любит, второй придет — любит. Не отбиваться же от каждого физически? А мужики лезут. У Люси в таких случаях появлялся страх загнанности: кого больше бояться? По поводу социальной ступени. Что это такое? Она не определяется структурой государства. Это не значит, если Люся замужем, то стоит на самой высокой социальной ступени. А если муж — садист в любви, высокомерен в отношениях и просто подвластен другой женщине? Очень тонкий момент. Тогда принцессы и прочие дамы существовали в затравленном состоянии.
   Так что тогда высшее общество? Это точно не там, где большие деньги. Где очень большие деньги, там большие страсти и криминал неизбежен. Ревность — страшная штука в таких местах. Где ступенька для женщины, на которой ей ничего не грозит? Быть сотой в очередь на любовь в гареме? Старость? Нет, и она не спасает ни от любви, ни от социальных проблем, ни от насилия. Где женский рай? На небесах? Об этом не стоит говорить.
   Люся стала рассуждать, чем знаменит Бонд. Он всегда побеждал, он всегда положительный герой, совершающий отрицательные поступки. А муж — Бонд наизнанку. Он уходит от погони, он наказывает тех, кто ему мешает. Почему он попадает в переделки? У него нет терпения, и его благоразумие носит относительный характер. Люсю интересовала жизнь на земле, но безопасная для женщины. Как трудно быть женщиной! Сказать по секрету, где хорошо? Мужчины обидятся. Хорошо после развода, как после грозы, но остается чувство потаенной обиды. И это не панацея.
   Солнце светило. Золотая осень за окном. Погода плюс два градуса. В длинном здании на шестом этаже находилось конструкторское бюро. Оно занимало длинное помещение, в котором в три ряда стояли обыкновенные деревянные кульманы. Окна здания огромные, мало того, они могли открываться, чем непременно производили много врагов выяснениями: кому и куда дует ветер. В этом зале находились три лаборатории и кабинет начальника отдела.
   В этот кабинет и приехал молодой и шустрый заместитель главного инженера большого завода. Звали его Николай, рост 180, стройный, волосы тонкие, темные, голова небольшая, но умная. Он был одет в костюм и черную рубашку. Вопрос шел о разъемах, точнее прямоугольных соединителях. Николай постоянно добывал золото для контактов, а его не давали. Катерина и Николай участвовали в одной разработке, разрабатывали одни изделия, третьими были инженеры с республики, где есть необычное радио юмора.
   Общая работа связывала три страны, аналоги прямоугольных соединителей гуляли по свету, но изготовить свое изделие всегда не просто, даже если кто-то в какой-то стране на это потратил десятилетия. Соединители чертили, изготавливали и испытывали три организации. И люди, сопровождающие эти процессы, ездили по свету и иногда по пути заезжали в фирму. Так получалось, что все пытались с Катериной заигрывать, хотя это мало кому удавалось, но Николай превзошел всех, его волновала одна мысль: почему Катерина нравится всем мужчинам? Он решил всех обойти.
   Первая его просьба была простая для многих, но не для нее:
   — Катерина, пойдем в ресторан "Темный лес". И они пошли, но не в ресторан, а на прогулку в лес. За рестораном погуляли среди снежных елей, поговорили.
   Следующий приезд Николая огласился звонками на весь отдел: он просил ее приехать в столицу, в великолепную гостиницу с шикарным номером, где он ее ждал, так как приехал на съезд великих людей. Лето было за окном. Она оделась при полном параде: юбка, изящная обувь на высоком каблуке. Фигура в норме. Едет Катерина по нейтральной дороге до развилки дорог: одна дорога на работу, другая дорога в гостиницу к Николаю. Рядом как из—под земли появился Макар, ему уже напели про звонки Николая.
   Понятно, Катерина с Макаром поехали в свою фирму, хоть и разные у них были отделы к этому времени, но это спасло ее на этот раз. Звонки гремели по отделу из телефона в телефон, а она сидела за своим кульманом и чертила свои вечные чертежи, Катерина работала инженером—конструктором первой категории нестандартного оборудования.
   На следующий день Николай вновь был в отделе, но Катерину в сторону гостиницы не сдвинул, разговоры были по работе. Общая работа потихоньку подходила к завершению. Все участники разработки прямоугольных соединителей должны были зимой встретиться в маленьком городе, где Николай не был маленьким человеком. Для приемки изделий была создана комиссия.
   Катерину назначили председателем приемной комиссии по изделиям, а их было достаточно много. В маленький город съехались участники разработки соединителей. Первая задача Катерины была выкрутиться от председательства, бразды правления она передала второму представителю своего города. Катерина обошла завод Николая и была изумлена сочетанием автоматизированных цехов с цехами без намека на автоматизацию, труд ручной на сто процентов. Стояли столы, вокруг них сидели женщины, которые металлические контакты забрасывали в соединители вручную. Для членов комиссии сделали экскурсию в партизанские землянки. "Шумел сурово... лес".
   Землянка была огромных размеров, чуть меньше конструкторского бюро, а лес здесь был в два раза больше подмосковных лесов по высоте и обхвату стволов. Естественно, соединители были одобрены и запущены в серию. А что было с ней? Умный Николай вписал Катерину в две гостиницы, и когда вечером она пришла в свой номер, ее вещей там не было, он их перенес в другой номер. Ничего не подозревая, она закрыла дверь и легла спать.
   Вдруг в полной зимней темноте повернулся ключ в замочной скважине, в комнату вошел Николай и сказал любимую фразу:
   — Я хотел узнать, почему ты всем мужчинам нравишься.
   Свет он так и не включил, но сказал:
   — Если закричишь, завтра об этом все узнают, у меня здесь все люди свои.
   Оказалась Катерина на полу в своей комбинации, темно—синей, с огромными кружевами. Бои и на полу различные бывают.
Слова Николая:
   — Катерина, какая у тебя фигура! Ясно, почему мужчины к тебе неравнодушны.
   Одним словом, нарушение всех норм морали было налицо. На следующий день участники мероприятия отбыли в свои края. Насилие не сразу излечилось, долго оставалось физической и моральной травмой у Катерины. Разве она изменяла? Она выживала в трудных ситуациях.
   Макар оставался рядом, но об этой истории не узнал, а у нее язык не поворачивался сказать, что с ней было в далеком городе. Катерина попала под избыток шампанского. Ресторан в маленьком городе, в зале одна компания по приемке темы. На столе коньяк и шампанское и много всякого мяса. Компания чисто мужская, а у Катерины в тот момент не работал стоп-кран под названием рюмка — вечер. Ей наливали шампанское, она его пила, и бокал заполнялся под каждый новый тост. Мужчины пили коньяк и ели пять разновидностей мясных блюд.
   А теперь представьте, что все они с Катериной захотели танцевать! Ладно бы танцевали, так стали отбирать друг у друга.
   Один не выдержал и сказал:
   — Ну, я теперь знаю, почему мужчины любят женщин!
   И убежал из ресторана, так как Катерина ему досталась всего на один танец. О, она впервые поняла, как женщина переходит из рук в руки согласно должности мужчин! Естественно, в танце, но все так прозрачно в середине января!
   — Есть серьезное задание: создать секретное оружие под названием "Астра". Прибор стреляет магнитными лучами в металлические предметы на человеке. С таким прибором легко можно обезвредить любого человека с оружием в руках, — проговорил Андрей Сергеевич.
   — А почему "Астра"?
   — На кончике прибора находится шарик с отверстиями, из которых могут выйти лучи, то есть получается цветок типа астры или хризантемы.
   — Чем отличается астра от хризантемы? — спросил насмешливо Захар.
   — Принципиальное отличие состоит в том, что хризантема — потомок астры. Хризантема самая одомашненная культура для срезанных букетов, а астра — уличный цветок, который расцветает поздно, когда наступает осень. Общая черта — множество лепестков весьма похожей формы. Люби не люби. Так почему нельзя хризантему астрой назвать? Астра на улице цветет, хризантема в квартире в вазе стоит до трех недель. Могут друг на друга смотреть в окно, могут дать название приборам, — высказал свои суждения начальник КБ.
   Николай стоял под окнами любимой женщины с букетом белых хризантем. Катерина вышла из здания с Захаром и прошла мимо белого букета. Николай посмотрел ей вслед и опустил букет в сугроб. Катерина обернулась, посмотрела на цветы в сугробе.
   — Николай, ты почему стоишь у проходной? Здесь тьма людей проходит, меня многие знают.
   — Катерина, я люблю тебя! Влюбился я, понимаешь? Хожу за тобой, а ты мимо меня с разными мужиками проходишь.
   — Я иду с работы! На работе я в основном работаю с мужчинами, поскольку работа носит технический характер. С ними иногда выхожу из здания.
   — Почему мимо меня прошла?
   — Мы разговаривали, надо было фразу закончить. Бери букет из сугроба. Идем со мной. У меня есть полчаса времени.
   — В ресторан пойдем на часок?
   — Николай, я в рестораны не хожу, — раздраженно проговорила Катерина.
   — Хорошо, просто пройдем по улице.
   Снег поблескивал в вечерних лучах уличных фонарей. Николай пытался взять Катерину за руку или под руку, но она выдергивала свою руку из его плена.
   — Здесь люди, неудобно идти за руку.
   — Ты хоть цветы возьми, — проговорил Николай недовольным голосом.
   Катерина взяла букет цветов из рук Николая и понесла их цветами вниз. Она знала все тропки и дорожки, ведущие в сторону дома. Ей ничего не оставалось, как часть дороги пройти по людному кварталу. Вместе со спутником она свернула в сторону лесопарка. Николай остановился, пройдя десять метров среди сосен и елей.
   — Катерина, постой немного! — взмолился он.
   Молодая женщина остановилась по велению мужчины. Он схватил ее руку, потом обнял. Из ее рук хризантемы плавно опустились в очередной сугроб, вслед за букетом в сугроб опустилась и женская сумочка. Николай поцеловал губы Катерины, если бы они были из металла, то он бы к ним примерз, но теплые губы женщины после краткого и неожиданного поцелуя дернулись и отвернулись.
   — Ой, Николай! Не надо! Ты хотел поговорить, так говори!
   — А что с тобой разговаривать! Ты все молчишь и на все предложения говоришь "нет"!
   — Пройдем немного по дорожке. — сказала Катерина, достала цветы и сумку из сугроба.
   Николай шел рядом с Катериной, но недолго. Он остановился и вновь попытался приблизиться к женщине, но женщина отгородилась от него букетом и сумкой.
   — Катерина, ты как собака, но не на сене, а на снегу. Нас здесь никто не видит!
   После его слов в конце лесной аллеи показались парень с девушкой. Девушка бросила сумку в сугроб, и они обнялись.
   — Посмотри, ты говоришь, что нас никто не видит, да нас уже копируют! На месте моей сумки в сугробе лежит сумка девушки, и они целуются!
   — Пойдем, Катерина, в ресторан!
   — Не пойду, ты чего от меня хотел?
   — Дай свой домашний телефон и адрес.
   — Николай, хватит тебе и моего рабочего телефона.
   — Катерина, тогда ты ко мне приезжай в командировку. Мы тему закрываем, изделие в серию пойдет.
   Алюминиевые профили были новинкой, достойной внимания руководства фирмы. Группа конструкторов разрабатывала алюминиевые профили, используя большой опыт мудрых стран. Что интересно, в одной восточной стране делали такой прочный алюминий, что его инструменты перепилить не могли, а химики при всем своем оплаченном желании не могли полностью понять химический состав алюминиевого сплава.
   Шеф сидел на своем рабочем месте, у него была изумительная окладистая борода, и он любил повторять, как его встретили в городе Горном, где запускали в серию алюминиевые профили:
   — Катерина, приехал я в город, а навстречу мне идет мужик и говорит: "Ой, Карла Маркса идет!"
   В командировку в город Горный Катерина поехала летом, скорее не приехала, а залетела с восточным ветром на самолете в столицу Медных гор, а потом на автобусе доехала до города Горного. Ночь в чужом городе. В час ночи Катерина оказалась в гостинице при вокзале города, куда взяли ее по командировочному удостоверению. Николай о приезде Катерины в город не знал.
   Утром Катерина с технической документацией поехала на завод. Город полукругом был окружен крупными заводами. В один из них надо было попасть Катерине. Она села в автобусе близко к кабине шофера. Ее профиль отражался в темном стекле кабины. Автобус столкнулся с машиной, которая резко затормозила перед автобусом. Вмятина в автобусе была с той стороны, где она сидела. Шофер только успел открыть дверь, как Катерина выбежала из автобуса одной из первых. Потом она пошла на ближайшую остановку и опять села в автобус.
   В задачу Катерины входила встреча с главным инженером завода. Заводоуправление размещалось в старом двухэтажном здании. На втором этаже находился кабинет директора и главного инженера. Директор был на месте, и из его кабинета иногда доносились слова, если кто-нибудь дверь открывал.
   Судя по всему, темной задачей директора на тот момент было... разведение свиней для заводской столовой. Главный инженер, красивый высокий пожилой мужчина, спокойно встретил Катерину, они подписали нужные бумаги. Завод брал на себя выпуск алюминиевых профилей, но далеко не всех. Остальные заказы позже поместили на других заводах. Катерина вышла из заводоуправления.
   С букетом астр ее встретил Николай. Он тоже был в командировке.
   — С приездом, Катерина!
   Катерина взяла астры, она любила эти поздние цветы лета, но не знала, как ей отреагировать на внимание Николая.
   — Привет! Я сегодня же уезжаю.
   — Хорошо, что мне сообщили о твоем приезде, а то бы совсем не увидел.
   — У нас есть время на прогулку.
   — Ресторан не предлагаю, я на работе. Пройдем по территории завода.
   Николай, заместитель главного инженера, на чужой территории вел себя весьма официально. Катерина достаточно быстро оказалась одна, она поехала в гостиницу, чтобы забрать свои вещи, потом села на электричку, которая доставила ее в столицу гор. В городе Горном ее поразили люди, они в основном были невысокого роста, и только когда стали подъезжать к столице гор, в электричку стали заходить высокие парни.
   О положительных результатах командировки Катерина доложила заместителю главного инженера фирмы, который руководил работами по разработке, изготовлению и внедрению алюминиевых профилей. На доске почета завода висел профиль Катерины — всю конструкторскую группу сняли — за последние достижения в разработке и использовании алюминиевых профилей, изготовленных в горах.
   Макар приходил в КБ, вставал рядом с кульманом и смотрел на Катерину. Он был веткой сирени на асфальте. Напряженная работа Катерины всегда сопровождалась влюбленными мужскими глазами. Из алюминиевых профилей в течение одного месяца сделали сто шкафов для контрольно-измерительной аппаратуры. Сборочный участок работал необыкновенно быстро. Шкафы не сваривали, как это было со стальными шкафами, их просто свинчивали.
   Катерине предстояло за месяц разработать несущие конструкции семи блоков для одного из этих ста шкафов. Семь блоков за месяц — это много. Подобные задачи получили еще двое мужчин—конструкторов. Когда на сборочном участке собирали три шкафа с контрольно-измерительной аппаратурой, народу набежало необыкновенно много. Кто-то сказал, что при сборке шкафа Катерины были допущены ошибки, на что рабочие сборщики ответили, что у нее было меньше ошибок, чем у других конструкторов.
   Макар всегда появлялся бесшумно, и еще он умел ждать. Если Николай был командировочным человеком, то Макар был свой, с того же отделения НИИ, где работала Катерина. Его можно сравнить с веткой сирени. Рядом с Катериной, слева от нее, сидела Арина, молодая женщина с волнистыми волосами, которая сменила несколько фирм и вновь вернулась в КБ Катерины. Арина приходила утром на работу, садилась за стол, снимала кольца, смазывала руки кремом, надевала кольца и поворачивалась к кульману, словно исчезала из поля зрения Катерины. Она была явно неравнодушна к Захару.
   И Катерина иногда не могла понять, на кого он больше смотрит: на нее или на Арину. Арина была изящней Катерины, ходила стремительно на высоких каблуках, пользовалась хорошими духами. Арина показала в магазине духи Катерине, которыми она пользуется. Катерина купила эти духи.
И Захар потерял ориентацию окончательно между ними. Вероятно, с этого момента он стал смотреть на Катерину, или он приходил вдыхать знакомый аромат? Весна влетала в окна, а на кульман Катерины кто—то положил ветку сирени. Она увидела уходящий силуэт Николая.
   Захар предложил Катерине разработать каталог алюминиевых профилей, но сказал, чтобы эту работу выполнила она сама. Он был вхож к руководству фирмы. Сам он часто к Катерине не подходил, но дополнительно оплачиваемая работа к ней поступала не без его участия.
   Молнии не дремлют и над зонтиками. Женщина шла мимо здания под зонтом. Молния ударила в зонт. Женщина погибла. Николай и Захар разговаривали о грозовых трагедиях, когда мимо проходила Катерина. Николай, как всегда, приехал в командировку, но на этот раз к Захару, у них была общая работа, но пропустить Катерину мимо себя они не могли. Николай менял города, где жил и работал, но не менял место своей постоянной командировки.
   На Коле была черная рубашка, на Захаре рубашка была ярких осенних цветов в полоску. Катерина удивленно посмотрела на рубашки, она слышала их тему разговора, но прошла мимо них без лишних слов. Одно к одному. К Катерине подошла Арина и стала рассказывать, что ее кузину убило молнией через розетку, но это произошло в другой стране. Катерина удивленно посмотрела на Арину, что это все сегодня о молниях говорят?
   А что могла добавить в эту тему Катерина? Что один ее родственник был убит шаровой молнией, которая влетела в открытое окно. Николай подошел к Катерине, его интересовали каталоги о каркасах. Каталог был уже почти готов. Техника по изготовлению каталогов была на таком уровне: пишущая машинка, клей, калька и тушь. Катерина писала текст, делала чертежи, копировщицы копировали чертежи, машинистки набирали текст, корректор — руководила работами.
   Каталог был выпущен в количестве 500 штук и разошелся по фирмам. Через некоторое время выпустили еще столько же каталогов, которые взял с собой Николай в один из своих визитов. Черная рубашка Николая стояла перед глазами Катерины, но говорили они только о работе. Удивительное было время: постоянно менялось руководство страны или города, каждому руководителю от фирмы полагался подарок в виде очередной технической новинки. Несущую конструкцию любого подарка выполняло КБ. Работа считалась почетной, за нее немножко доплачивали. Может, поэтому так быстро менялось в те годы руководство страны, чтобы Катерине перепал лишний червонец?
   Самым большим развлечением для сотрудников фирмы был сбор картофеля или сахарной свеклы. Все отделение выезжало на поле. Погода бывает доброй. Если работать в здании, то дождь не помеха, если собирать картофель под проливным дождем, надев на голову мешки для сбора картошки, то это уже развлечение не для слабых здоровьем людей.
   Мешки намокают быстро, куртки от дождя длительное время не спасают, зонт не раскроешь. Но осень на осень не приходится, и бывает осень ослепительно золотой и теплой. Бабье лето. Макар после того, как собрали картофель со своих грядок, подошел к Катерине, и они ушли с поля через зелено—золотой лес. Листва слабо шуршала под ногами, трава еще зеленела, они шли по проселочной дороге и разговаривали. Макар говорил и говорил. Катерина слушала его необыкновенно красивый тембр голоса.
   До чего он был красив! Огромные, просто огромные глаза! Тонкий нос. Крупные губы. Чистый лоб. Форма лица такая, что нет такого актера, который мог бы его сыграть, ну разве что один американский актер, который играл с Мадонной. У них еще была любовь у перевернутого дивана. У Макара и Катерины не было совместного дивана, даже перевернутого. Был лес в первой стадии осени. Волшебный лес. Они вышли на маленькую поляну. Он сбросил с себя плащ—палатку, которую брал на случай дождя, но день был безоблачный и теплый.
   И почему Макар любил Катерину? Но он ее любил в безумном порыве наслаждения. Любовь на природе у них вообще хорошо получалась. Казалось бы, они устали от сбора картофеля с колхозных грядок, но усталости не было. Была радость обладания друг другом среди первозданного леса.
   Безбрежное небо просвечивало сквозь еще почти не упавшую листву. Серые глаза Катерины лишь иногда смотрели в бездонные глаза Макара. Они целовались! О, как он мог целовать! Казалось, весь рот до последней клеточки участвует в этом великом наслаждении! Язык, его язык совершал чудеса в маленьком рту женщины.
   Господи! Так никто не мог целовать! Два рта объединялись в танце щек, губ, языков. Проникновение друг в друга с помощью эротического поцелуя, сильнейшее чувство! Под прикрытием поцелуя руки совершили обряд обнажения. Еще не холодно, еще бабье лето! Катерине нравилось его тело! Его приятно было коснуться, в него хотелось вцепиться, впиться всеми частями своего тела. И она извивалась в танце лежа. Они лежали на плащ—палатке.
   Макар умел любить, и он мог любить! С ним блаженство Катерина испытывала в полной мере, все ее внутренности стремились ему навстречу. Они любили друг друга, каждой клеточкой своих организмов... Макар за выполнение секретной работы получил столько денег, что ему хватило на новую отечественную машину. Редкость такой удачи по тем временам не комментируется.

   Арина и Макар жили в одной кирпичной башне, но на разных этажах. У них были крошечные однокомнатные квартиры. Арина в своей квартире смотрелась естественно, она была худощавой женщиной. Катерина несколько раз была в квартире Арины, но к Макару домой она никогда не заходила, ее только волновал вопрос: как он спит в такой маленькой комнате, если его человеческая высота почти равна длине комнаты? Макар стал подвозить Арину до работы на своей машине.
   Отношения между Катериной и Ариной несколько натянулись. Арина привыкла к машине Макара и утром специально ждала, когда он выйдет из дома, чтобы с ним поехать. Любвеобильный Макар не мог пропустить Арину мимо себя, если она постоянно у него под боком: или живет, или сидит в машине. Катерина на рабочем месте скорчилась от сильной боли. С каждой минутой ей становилось хуже. Не принято было в то время уходить с работы во время рабочего дня, надо было подписать не одну бумажку на разных этажах огромного здания.
   Боль у Катерины становилась нестерпимо острой. Работу покидать нельзя, но, если боль за пределами человеческого терпения? Из последних сил она написала заявление, подписала его на этаже руководства и, сгибаясь в три погибели, отдала его, только после этого поехала домой. Дома боль превзошла все ожидания. Состояние жуткое — держать в своей ладони создание, которое не выжило в борьбе за производственные успехи. Ощущение страшного момента позже преследовало годами. Интересно то, что все стареет.
   Фирма в последние свои годы стала снижать дисциплину, появилась возможность прийти на работу чуть раньше или позже, но и уйти с работы со сдвигом во времени. Естественно, Арина первой узнала, что у Катерины был выкидыш, довольно поздний по сроку беременности. Она посочувствовала в первую минуту, а во вторую спросила то, что больше всего ее интересовало:
   — Катерина, а чей это был ребенок?
   — Чей? Лесного лешего в плащ—палатке.
   — Но плащ—палатка есть только у Макара. Он отец ребенка?
   — Да! Арина, а у тебя тоже был выкидыш, но ты в этом не призналась. Мы сами догадались.
   — Раз он отец твоего ребенка, так он отец и моего ребенка, чего тут рассказывать?
   — Понятно, обе влюбились, а дети не получились. А ты не в курсе, у Макара вообще есть дети или одни выкидыши?
   Женщины помолчали и разошлись к своим кульманам. Одинаковые духи разошлись по местам работы. Работа поглотила их полностью до следующего перерыва. Катерина врачам о случившемся выкидыше ни слова не сказала, да и мужу она ничего не сказала. Это только вездесущая Арина узнала, а если она узнала, то узнал и Макар, но не Макар. Макар сочень расстроился, но не из—за Катерины, а из—за себя, оказывается, такое происходит со всеми его женщинами: они его детей не донашивают. Вот тебе и любовь.


Глава 14. Обратная дорога

    Несколько разработок Катерины попали на выставку ВДНХ, так тогда назывался лучший выставочный комплекс. На выставку Катерина поехала с Колей. Посмотрели они на свои изделия и пошли смотреть, а что интересного есть в других павильонах. Приятно с приятным человеком ходить по выставке: тут посмотришь, там поешь, здесь погуляешь, а то и проедешь на местном транспорте. Выставка такое место: все равно знакомые растворятся в общей толпе, и ты там никому не нужен. Но мир тесен.
   На обратной дороге проходили Катерина и Николай мимо павильона со своими изделиями и столкнулись с Макаром и Ариной. Перестрелка четырех глаз закончилась тем, что все сели в машину Макара и поехали домой, а Николай, как всегда, в гостиницу. Фирма в период своего расцвета была огромной. Чтобы управлять большим числом очень умных людей, работающих на вершине науки и техники, была введена суровая дисциплина. Рабочий день на всех этажах начинался одновременно в восемь часов утра. Инфаркт у проходной был нормой, а не исключением из правил.
   Напряженная работа, связанная с разработкой контрольной измерительной аппаратуры, необходимой для контроля изделий, даром не прошла. Совершенно случайно Катерина узнала, за что Макар получил такую большую премию. Его подразделение разработало секретное оружие: магнитный луч попадал в металлическую часть на одежде человека и пронзал его насквозь, человек погибал мгновенно.
   Катерина задумалась: так, значит, а то и значит, что свою первую жену Макар сам и убил из своего секретного оружия, ведь она погибла напротив его окон, именно там находится его подразделение! А сделал он это во время грозы. Умный мужик. Так, а не мог ли он быть той самой молнией, которая достала сына Николая? Нет, здесь все серьезней. Мысль Катерины оборвалась. Страх пронзил ее насквозь: и она его любила? Любила.
   На следующий день Катерина услышала о смерти еще одного человека. Люди сказали, что у него произошел инфаркт рядом с проходной. Катерина поняла сразу, кто стрелял в длинный зонтик, который был у погибшего человека. Зонт он всегда носил с собой, даже если не было дождя. Окна Макара недалеко от проходной, просто они на два этажа выше. Катерина посмотрела на себя в поиске металлических частей, увидела сережки... Но не в сережки ведь он будет стрелять? Жутко. Просто жутко стало девушке. Она поднесла магнит к сережкам, но они не магнитили, и она успокоилась.
   Охранники никогда не переходили проходную, в здании царили свои законы и своя охрана. Смерти у проходной были столь естественны, что родственники уголовных дел не возбуждали и расследований никто не проводил. Смерть от магнитного луча больше всего напоминала инфаркт.
   Макар позвал Катерину в кафе, ему надо было сказать ей, что у него скоро будет хорошая иномарка. Она сразу подумала, что Макар опять что-нибудь придумал. Вся любовь в ней к нему умерла, она больше не стремилась с ним к близости, ее задача была одна: выжить, не говорить ему того, что ему неприятно: опасно! Катерину вновь загрузили новой работой, целую серию блоков она разрабатывала, потом унифицировала, дел было много. Катерина отошла на второй план Макара. Арина заметила, что Макар ее больше не возит на своей машине.
   Как-то Макар ждал Катерину в машине с открытой дверцей. Когда она проходила мимо, он так вытянул вперед ногу, что она вполне могла споткнуться. Женщина села в машину как в ловушку. Ловушка—легковушка... Машина сразу тронулась с места и повезла Катерину на новую квартиру Макара. Теперь у него была двухкомнатная квартира.
   В квартире сидел вечный командировочный — Николай. Катерина поздоровалась с ним, и ей тут же предложили приготовить ужин. Она ушла на кухню. Мужчины беседовали. За столом они открыли ей страшную тайну, о которой частично она уже знала. Катерине предлагали разработать дизайн нового оружия. Практически оно работало, но внешний вид у него был неприглядный.
   Николай выступал в роли поставщика металла для оружия. В качестве аналога ей дали пистолет, который мог бы лежать на ее рабочем месте, для всех это просто игрушка, но новое оружие не должно напоминать внешне пистолет. Из нового оружия пуля не вылетала, из него выходил магнитный луч, вызывающий инфаркт человека. Луч прекращал работу сердца. Он работал как тромб. Внешних повреждений на человеке не было.
   Катерина согласилась работать над новым оружием. На этот раз мужчины ее пальцем не тронули: ее ум им был важнее ее тела. Как—то Катерина на работе забылась, взяла в руки пистолет и пошла к Макару, показать новые прорисовки. Люди давали ей дорогу. Она не сразу сообразила, что другие в пистолете видят пистолет, а не образец, которому и надо, и не надо следовать.
   Арину в подробности новой работы Катерины никто не посвящал. Катерина вышла из конструкторского зала за водой. Вода находилась в титане, это такая нержавеющая конструкция вместо самовара. Арина взяла пистолет со стола Катерины и прицелилась в кульман, потом повернулась и выстрелила.
   Грянул выстрел.
   Выстрелом Арина разбила чайник, который несла Катерина. Кипяток разлился. В руках Катерины осталась ручка от чайника.
   — Катерина, я думала это игрушка у тебя на столе лежит!
   — Арина, это аналог конструкции нового прибора.
   На выстрел из—за всех кульманов высунулись лица людей, посмотрели, что все живы, и уткнули носы в свою работу. Новое оружие назвали "Астра". Зачем нужно было это название? Для того чтобы в разговорах звучало название цветка, о приборе в явном виде говорить было нельзя. Внешне прибор напоминал фотоаппарат с выдвинутым вперед объективом, необходим он был для защиты власти от демонстрантов.
   В стране нарастал кризис, расстрел демонстрантов дело негуманное, но иногда необходимое. Фотоаппаратом убирали наиболее ярых поборников демократии и лозунгов. Фотоаппарат направлялся на кричащего человека или несущего неправильный лозунг, человек умирал сразу или через день, все зависело от его здоровья. "Астра в действии", — передавали информацию друг другу люди в штатском.
   Катерина после выполнения задания тут же была загружена другой работой. Ее не пускали на демонстрации, ей мало давали выходных. Она работала. Она никому ничего не говорила. Макар купил себе иномарку, которую хотел. Катерине таких денег не платили, ей платили больше других, но меньше избранных. Мужчины держались от нее подальше.
   Через три дня после демонстрации в конструкторский зал в гневе ворвался Макар и закричал так, что все конструкторы вздрогнули и на него посмотрели:
   — Катерина, ты что, издеваешься?! Ты подсунула фотоаппараты вместо "Астры"!
   — Успокойся, Макар! Я действительно отдала пару фотоаппаратов.
   — А я, глупец, не проверил. Я тебе верил! Где "Астра"?
   — Слушай, в этой демонстрации участвовал отец Арины. Он написал ужасный лозунг, его бы одним из первых сняли "Астрой"!
   — Что ты мне про отца Арины говоришь! Мне нужна "Астра"!
   — Сядь, все готово! Первый образец "Астры" сегодня можно испытать. У тебя дома мышки нет?
   — Нет, только две мухи залетели в окно, а больше никого нет. Ты мне столько вариантов "Астры" показала, что я даже не представляю, как сейчас выглядит моя разработка!
   — И правильно, варианты есть, но мне больше понравился вариант, выполненный в виде приборчика с антенной. На маленьком жидкокристаллическом экране видна цель. Антенна служит дулом, она полая внутри, через нее луч проходит и попадает в цель. Если сделать "Астру" в виде пистолета, то все сразу поймут, что в руках у тебя оружие, а так прибор больше похож на портативный приемник. Прибор с магнитным лучом готов.
   — Нас за обман по головке не погладят!
   — Победителей не судят! А мы победим! По этажам кошки бегают, возьми одну. Пойдем в подземелье, пока гражданская оборона отдыхает, воспользуемся стрельбищем. Надо взять с собой представителей заказчика.
   Катерине по ее заказу сшили летнее платье. Подол платья был выполнен волнами, обшитыми тесьмой. Стройная женщина с новым оружием в руках и в новом платье спускалась в подземелье. Макар шел следом в сопровождении суровых мужчин в костюмах. При виде облегающего платья с уникальным подолом мужчины закрыли рты и ничего Катерине не сказали по поводу ее обмана с фотоаппаратами, сами виноваты. Мужчины в штатском принесли с собой клетку с мышами. На мышах торчали различные металлические предметы: ошейник, антенна, монетка.
   С первого взгляда могло показаться, что луч от металлического предмета оттолкнется и вернется в того, кто стреляет, то есть луч будет являться бумерангом, но в этом был весь юмор изобретательного Макара. Металлический предмет, даже если он не магнитный, притягивал странный луч, в области воздействия луча возникало странное поле, которое воздействовало на сосуды человека, и они перекрывались мгновенно. Первый выстрел сделал Макар, чтобы показать и доказать, что для него оружие не опасно.
   Мышка бежала, хвостиком вильнула. Антенна на ней качнулась. Мышка дернулась и упала. Люди в костюмах заулыбались и встали в очередь пострелять. Мышки бежали, но все упали. Звука выстрела не было слышно, испытания проходили бесшумно. Катерину и Макара поздравили с большим успехом и сказали, чтобы даже слово "Астра" лишний раз они не произносили. В серию изделие запустят в другом месте.
   Довольно часто в шахтах всех стран происходят неприятные события, человеческие жизни из-за загазованности подземелий висят на волоске от бытия. Катерина приехала посмотреть шахту, на которой произошли трагические события: выход метана погубил шахтеров.
   Смелая женщина не спустилась в шахту. Она с ужасом посмотрела на шахту, на черный лифт, или его еще клетью называют, на все снаряжение шахтера. Она решила, что лучше разработать прибор, удобный для каждого шахтера, и поместить его рядом с фонариком на каску, пусть он пронзительно пищит в случае обнаружения малейшей дозы метана. Важно, чтобы прибор не был дорогим, иначе его не дадут каждому шахтеру.
   Разработчик для такого прибора нашелся, он стал лучшим другом Катерины на время разработки. Датчики обнаружения метана были разработаны, существовали разного типа пищалки. Предстояло объединить электронику, датчик, пищалку и поместить во взрывозащищенный корпус, который бы мало весил и был на голове шахтера, то есть на его каске. Женщина разговорилась с симпатичным шахтером, оказалось, что ему для отдыха после шахты нужны рыбки в аквариуме. Дома он держал огромные аквариумы с разными хитростями и большое число рыбок, очень любил смотреть на водоросли.
     Новый прибор, призванный защитить любителя аквариумов, назвали "Хризантема". Первый образец прибора попал на западную выставку. Прибором заказчики остались довольны, но Катерине предстояло подготовить серию этих приборов, чем она и занималась, успев влюбиться в разработчика "Хризантемы". Стройный мужчина с небольшой сединой приятно действовал на впечатлительную женщину. С ним хорошо работалось, изделие получалось высшего класса! Вот в чем беда Катерины: она вместе с мужчинами разрабатывала изделия, и эти изделия становились ее детищем!
   У разработанных приборов оставалась одна проблема, как бы удачно они ни получались, каждому шахтеру их никто не выдавал. Приборы засекретили. Слово "Хризантема" запретили. До любви с разработчиком дело не дошло. Катерину срочно перевели работать в другое место.
   На новом месте Катерине предложили разработать очень серьезный прибор, до нее его уже разрабатывали, но главный разработчик погиб и прибор завис. Прибор в семь раз был сложнее "Хризантемы". Задача Катерины: сделать то, чего другие сделать не смогли. К работе приступила группа разработчиков. Один мужчина частенько подходил к Катерине не только на работе, но и на улице. Как—то шел и улыбался, до Катерины оставалось метров пять, но мужчина странно завалился на глазах женщины.
   Она заметила быстро уходящего мужчину в костюме, который ловко сел в машину и уехал. "Астра", — подумала она и прошла мимо влюбленного в нее мужчины. Она не могла остановиться рядом с ним, только мельком посмотрела на пожелтевшее лицо. Отсутствие рядом явной соперницы вдохнуло в Арину адреналин. Работа конструктора приносила ей относительный доход, одна ее приятельница занялась помимо основной работы продажей бижутерии из стекла и камня, Арина стала с ней подрабатывать.
   На новый имидж денег Арина наскребла. И они решили с Макаром ни много ни мало пойти под венец, благо церковь к ним ближе, чем загс. По телефону Арина сообщила Катерине, что она теперь венчанная жена Макара, что теперь их союз на всю оставшуюся жизнь. Катерина не особо поверила новости Арины. Через пару месяцев Катерина сообщила, что Макар от нее ушел в свою двухкомнатную квартиру, а ее с собой не взял. Оказывается, Макар тоже подрабатывал эти два месяца: он сдавал свою квартиру Коле.
   Катерина закончила секретную и срочную работу, но богаче от этого она не стала, просто дальнейшая работа была более привычной и не сопровождалась набегами проверяющих комиссий. Родители Арины старели на ее глазах, и она не молодела. Николай словно услышал зов ее сердца и приехал к ней домой наперекор всем и вся. Она, зная, что Макар, ее венчанный супруг, неравнодушен к Катерине, приняла человека должным образом, не оглядываясь на слова своих родителей.
   Отец Арины некогда был главным разработчиком отечественных магнитофонов, и так получилось, что квартира в данный момент у них была четырехкомнатная. Брат и сестра ее выросли, обросли семьями и уехали из квартиры. О большой квартире Арины Николай услышал от Катерины, она бывала у нее дома. Николай решил, что такая квартира не должна пропасть, он не просто снимал квартиру у Макара, он опутывал сетями Арину, в которые она и попалась.
  Николай надоумил Макара пойти под венец с Ариной и объединить свои квартиры. Цель была достигнута! Макар охладел к ней. Николай был в квартире Арины! Ее родители жили в одной комнате. Оставалось еще три комнаты! Николай искренне пел любовные рулады Арине, подкрепленные жилищными условиями. Женщина не устояла, да и что стоять — годы бегут.
   Одна комната Арины была зимним садом. В центре комнаты стоял диван нараспашку, больше ничего не было, кроме светильников и многочисленных цветов, которые росли по периметру комнаты и свисали с потолка. В эту комнату и привела женщина мужчину. Любовь среди домашнего леса — это что—то! Ситуация напоминала любовь с Макаром на плащ—палатке в настоящем лесу.
   Николай оценил любовные условия, вожделенные комнаты окружали его, а цена их была рядом — любовь к Катерине и желательно до загса. В качестве любовника он проявил три свойства: хвастливый, суетливый, верткий. Поцелуи Николая были переспелыми, чувственность в них явно была утеряна. Арине хотелось встать и уйти от него подальше, и она ушла в ванную. Струи воды успокоили, и женщина вернулась на место.
   Предложение руки и сердца последовало незамедлительно. Смешно, но Арина согласилась. Она поняла одно, что такой муж ее не будет допекать, а в качестве мужа без претензий он ей подходил. Николай оказался разведенным мужчиной, все документы у него были с собой. Путь к законным отношениям был открыт. Родители не возражали.
   Законная супружеская жизнь началась со слов Николая, что у него аллергия на цветущие домашние цветы. Арина любила цветы всеми фибрами своей души, и они разошлись спать по разным комнатам. Так бы они и вымерли, но у отца наступил юбилей, все его дети и внуки съехались в квартиру Арины. Николай вынужден был вновь стать супругом: одну комнату заняли родственники брата, вторую — родственники сестры, и в результате Арина и Николай оказались вместе в комнате без домашней растительности.
   На празднование юбилея пришли их друзья: Макар и Катерина. В доме появились журналисты, вспомнили про первые серийные отечественные фоны, отец Арины не вынес популярности, через день после юбилея его не стало. Публика еще и разъехаться не успела, и юбилей перешел в похороны, газета посмертно опубликовала о нем статью о магнитофонах. У матери Арины на почве таких проблем произошел срыв в головном мозге. Она осталась жива, но ее сообразительность сильно ограничилась.
   Семьи брата и сестры захотели получить свой кусок наследства, но этого мать уже не понимала, зато всю ситуацию понял Николай. Он поговорил по телефону со своей очередной женой, объяснил, что происходит в семье Арины. Его жена развелась с ним формально из—за этой квартиры, а теперь кусок наследства становился таким малым, что не за что было и бороться. У мужчины была еще и дочь, он решил вернуться в свой дом, благо прописка у Арины у него была временная, на постоянную прописку не дали свое согласие ее родители, пока были в полной памяти.
   Собрал Николай свои вещи и уехал, оставив Арину среди ее родственников и наследников. Квартиру решено было разделить на четыре финансовые части, две части доставались тому, кто брал на себя уход за больной матерью. Как из-под земли в самую трудную минуту перед Ариной появился Макар.
   — Арина, я знаю все о твоей ситуации, есть предложение: бери на себя уход за матерью.
   — Она и так со мной остается.
   — Объединим усилия, я знаю, что Николай сбежал от тебя, моя квартира пойдет на погашения наследства твоим родственникам, а я остаюсь в твоей квартире на правах мужа. Да я люблю тебя!
   — Ты уверен? А если ты только мечтаешь о повторении того, чего давно нет?
   — А мы повторим!
   Родственники разъехались. Макар перешел в дом Арины. У него не было аллергии на домашнюю растительность. Квартирные дела и разводы за год каким—то образом, но были решены. Макар жил с Ариной на круглой кровати посреди домашних цветущих цветов. Мать ее вышла из кризиса и мыслила вполне адекватно.
   Арина каким-то образом взяла в свое время пистолет со стола Катерины, когда еще разрабатывали "Астру", пистолет поискали, не нашли и забыли. А Арина стала ездить по выходным одна в лес и стрелять по нарисованным мишеням, которые она с собой привозила. В ней затаилась злоба против Катерины и Захара, но внешне вида она не подавала. Счастливые улыбки пары, которые она случайно заметила, оскоминой сводили ее челюсти.
   На проходной большие сумки часто просматривали до дна, маленькие сумочки не проверяли. Арина стала ходить с маленькой кожаной сумкой, в сумке она носила пистолет. Захар носил с собой "Астру" во внутреннем кармане пиджака. Один образец под предлогом усовершенствования оставили разработчику нового оружия "магнитный луч".
   Арина знала привычки Захара и решила пугнуть его пистолетом. Утром, когда он первым приходит на рабочие место, она не могла простить ему улыбку, адресованную Катерине. Позвонила она ему по внутреннему телефону, который точно не записывается нигде, и пошла в его служебное помещение.
   Захар, словно что почуял по голосу Арины и достал "Астру", положив приборчик рядом с собой. Арина хоть и работала рядом с Катериной, но конструкцию и назначение "Астры" так и не знала. Катерина умела разговаривать с людьми, держа в секрете свою работу. Надо сказать, что она вернулась на свое рабочее место после выполнения срочного и секретного задания на другой фирме.
   Арина зашла в комнату Захара, села против него на стул, слегка отодвинулась от стола, внимательно посмотрела на него, достала из кармана белого халата пистолет. В это время Захар взял в руки "Астру".
   — Арина! Спрячь пистолет или верни мне! Это я его дал Катерине! Он у нее пропал!
   — Опять Катерина! Молись, я стреляю на счет три!
   Захар, видя разъяренное лицо брошенной и любимой им женщины, не знал, что и делать! У него было время ее убить, но убивать ему не хотелось. Тут Арина еще раз подняла на него пистолет. Захар, не поднимая "Астру" нажал на ней кнопочку, луч вылетел на пистолет Арины.
   Рука женщины лежала на курке, но нажать не успела, так с пистолетом ее рука и опустилась. Она вся обмякла и грохнулась на пол, как мешок картошки на поле при сборе урожая под дождем. Захар убрал в карман "Астру". В это время в помещение подразделения зашли две его сотрудницы. Они увидели, лежащую с пистолетом в руке Арину, посмотрели на бледное лицо Захара.
   — Захар, что случилось?
   — Она хотела выстрелить в меня, подняла на меня пистолет, да, видимо, сердце не выдержало, она только что упала.
   Одна из женщин подошла к Арине.
   — Она мертва. Что будем делать?
   — Вам виднее, мне надо подышать.
   — Идите, конечно, идите, вызовем кого надо.
   На следующий день в проходной появился траурный портрет Арины с надписью, что она скончалось от сердечного приступа. На столике перед портретом стояли астры в вазе. Катерина поняла почти все, когда вечером Захар пришел к ней, тогда она достала прибор из его кармана, пока он был в ванной, посмотрела на счетчик лучей в "Астре". Счетчик показывал, что прибором пользовались, на нем стояло время убийства Арины. Катерина ничего не сказала Захару, она вообще чаще молчала.
   Захар заметил все и сказал:
   — Знаю, ты залезла мне в карман и посмотрела на счетчик магнитных лучей, не оправдывайся, я знаю, что ты знаешь про убийство Арины. Иди ко мне работать!
   — Опять пистолет в "Астре" или "Хризантеме"?
   — Умница! Надо "Астру" модифицировать. Прицел должен находиться на экране. Без тебя дело плохо идет.

Катерине за труды праведные предложили поехать в обычный санаторий, на обдумывание этого вопроса дали десять минут, и она согласилась поехать дней на десять. Ее посадили за столик в углу огромной столовой санатория, за этим столиком уже сидел седой, очень крупный мужчина, в его внешности было нечто иностранное.
   Окно слева, окно прямо, и прямо перед ней сидел необыкновенный представитель мужского пола.
Породистое лицо, неспешные движения, импортная одежда. Весил он явно больше 130 килограммов, но на нем они достаточно равномерно распределились. Он занимал один квартиру в элитном домике, приходил в столовую, потом шел пешком по одному маршруту. Однажды ее вынесло на его дорогу. Пройдя с ним, Катерина узнала, что он приехал из западной страны, но бывший житель ее страны. Пенсию он складывал на книжку и раз в год на пенсионные деньги приобретал путевку в санаторий.
   Санаторий был некогда номенклатурный, но и сейчас в нем было весьма неплохо. Мужчина шел по своему маршруту с одной скоростью, его возраст... ему уже 80 лет, но Катерина и предположить не могла, что так мужчина может выглядеть в 80 лет. В прогулках он потерял три килограмма, что на нем заметить просто невозможно. Его дети уехали в западную страну, он не знает местного языка, его внуки почти не знают своего языка.
   А Катерина, зная в свое время немецкий язык, так им и не пользовалась, но из этого мужчины, не хочется его называть просто дедом, иногда вылетали знакомые слова. Надо сказать, что одна одноклассница вышла замуж за иностранца и уехала в западную страну, и она у нее была перед отъездом. Они и здесь жили явно хорошо, Катерина ее помнила по школе, но и в школе она бедной не была.
   В свое время у них почти в один день родились сыновья, вместе лежали в больнице, но ехать в другую страну она не очень стремилась. Квартира у одноклассницы была большая и отделана, как музей, но муж ее уезжал, и она, возможно, с ним уехала. Это была крупная женщина, дочка заводского начальства. Еще у Катерины был учитель по немецкому языку той же национальности. Маленький худой мужчина, полная противоположность тому человеку, которого она встретила в столовой.
   Немецкий язык он, похоже, хорошо преподавал, потому что в институте особых проблем с языком у нее не было. В институте немецкий язык преподавала строгая женщина в коричневом платье, той же национальности, и в ее подгруппе было пять западных студентов. Немецкий язык они знали просто хорошо, с ними легко было учиться. Таковы скудные непосредственные знания.
   Прошли годы. Город всерьез взялся за облик своих домов. Дома покрылись новыми стенами, которые сдерживали холод и не пускали мороз в дом. В домах появились новые трубы, окна, двери. Кафель украсил пол. Город обновился за несколько лет. И только три дома стояли без ремонта и новой облицовки.
   Огромная, вытянутая по земному шару страна решила помечтать. И захотела страна обновить железную дорогу, сделать всего одну дорогу, но вдоль всей страны. Конечно, эта дорога была на карте, по ней ходили поезда. Но ливни, оползни, ветра и постоянная нещадная эксплуатация привели дорогу в убогое зрелище.
   И появилась в мечтах страны дорога в несколько рельсовых полос, вдоль которой стоят хорошие дома, ветхость которых не надо прятать за пластиком изгородей. Дорога – хорошо, еще лучше, чтобы железную дорогу длинной в страну, делали под руководством одного человека, который не построит себе личный город на доход с этой дороги. Надо просто сделать летнюю олимпиаду на Дальнем Востоке и дороги сами построятся. Без стимула, трудно совершать подвиги.
Вспомнила Катерина историю…
   В семидесятых годах двадцатого столетия в стране, как грибы после дождя, росли НИИ. Их было много, на них работало огромное количество людей до конца восьмидесятых годов. Девяностые годы обрушили НИИ первой волной забвения, потом следовали волна за волной, и в 21 веке НИИ превратились в островки частной собственности, которые добивали постоянные налоговые проверки. Вопрос у налоговых инспекторов один: "Почему фирма платит мало налогов?" И, чем чаще приходила налоговая инспекция на фирму, тем меньше платила фирма налогов, уменьшаясь в своем количестве и качестве, пока не разорялась окончательно.
   Всегда найдутся крепкие ребята, которые из небытия создадут маленькую фирму по изготовлению того, что сами знают. Но маленькой фирме не создать миниатюрную микросхему, эта маленькая пигалица требует капитальных вложений в ее разработку и изготовление. Поэтому в СМИ появляются заметки о НИИ, в котором миллионные долги по зарплате и кошек спасают от голода волонтеры. А в прошлом веке это НИИ процветало.
   Но ничто так быстро не устаревает, как микросхема. Резисторы, конденсаторы — маленькие, крепенькие и достаточно постоянные элементы, которые паяют автоматами. Есть и микросхемы, но эти коварные дамы с золотыми ножками контактов, как жены миллиардеров, любят менять свою внешность и содержание, чего не могут обеспечить НИИ, они на это просто не способны без социальной поддержки. Так в чем суть проблемы? В импортном замещении в самой умной сфере науки.
   Ах, нано технологии! Но эти нано технологии разрабатывают все те же люди, которые выросли в микроэлектронике. Мосты мостами, но маленькие микросхемы — это ум страны в миниатюре.
  Катерина привыкает говорить с маленьким ноутбуком, планшета у нее нет, она к клавишам привыкла. Волосы у нее отрастают, концы волос пушистые от последней химии, стрижка последняя была удачная, так и растут, и талия уменьшается. Талия тоньше, волосы длиннее, возраст старше, одежды одевает больше, спит вволю. Ест, что приготовит, в квартире чисто — она одна.
   Все влюбленности и увлечения в далеком прошлом, новые невозможны, на многие грабли она уже наступала, пора жить тихо. Тихо в двойне — это без Сети, без общений. Общение на лавочке — все, что у нее есть, но на улице холодает, и это общение долгим быть не может.
         

          Глава 15. Лед под снегом

     Через три часа после ухода Катерина пришла на большой завод. Позвонила с проходной по местному телефону, услышала красивый мужской голос, потом знакомый женский голос, ее узнали по ее разработкам. Осталось оформить документы. Катерина Ивановна без перерыва вышла на другое место работы. Начальником отдела был необыкновенно красивый и умный мужчина, работать с ним было хорошо, но его быстро повысили и дали целый завод в подчинение, но в области.
     Катерина пришла на большой завод. Позвонила с проходной по местному телефону, услышала красивый мужской голос, потом знакомый женский голос, ее узнали по словарям — переводчикам. Осталось оформить документы. В тот же день она вышла на другое место работы. Начальником отдела был необыкновенно красивый и умный мужчина, работать с ним было хорошо, но его быстро повысили и дали целый завод в подчинение, но в области.
     Попала Катерина в женский коллектив. Комната вся в цветах, картинах и кульманах. Пять женщин. Работа более чем интересная и достаточно сложная. Женщины-конструкторы — это особый клан, они работают с мужчинами. Зубы у всех женщин белые и ровные, фигуры стройные, характеры — мужские. Но пять женщин в одной узкой и длинной комнате — это очень серьезно. Через четыре месяца Катерина пересела в холодный зал без цветов и людей, здесь раньше было много конструкторов, но из—за холода в помещении и холода в экономике страны конструкторы исчезли, как мамонты, или разбрелись по работающим еще организациям.
     Окна КБ выходили на север, солнце сюда не заглядывало, ель перед глазами за окном — это ее единственное развлечение. Через пару месяцев в этом помещении появились конструкторы—мужчины, пришли сразу четыре человека, но сели от Катерины в отдалении на более теплом пяточке. Жизнь забурлила и бурлила года два, потом опять все стали уходить по другим фирмам. Все зависит от условий труда и зарплаты. Эта фирма настолько большая, что неповоротливость ее в новой экономике сказочно на людях не сказывалась.
     Станочный парк отменный, а все остальное в плане оргтехники не сразу появилось. На столе Катерина заметила знакомые детали, посмотрела, как их изготовили, и медленно ушла на свое место, за свой деревянный кульман. Только она села, взяла карандаш, как подошел разработчик. С ним она просмотрела еще раз устройство прибора и соответствие ему корпуса, который уже обрабатывался на фрезерном станке. Разработчик — красивый и умный мужчина, с любой точки зрения разработчики — просто умнейшие из умнейших людей. Катерина в них влюблялась с первой их умной фразы, с первого блеска глаз.
     Она любила с ними говорить о работе, и в очередной паре рождался очередной новый прибор. К Катерине подошел Андрей Сергеевич Щукин и недовольно глянул на разработчика, но руку ему пожал. Разработчик ушел. Щукин добавил пару фраз в технические требования чертежа, сказал, что зайдет за Катериной в конце рабочего дня, и ушел. Спокойно чертить Катерине не дали, подошел умный заместитель главного технолога. У него появился заказ на уникальное изделие, они начали на кульмане прорисовывать габариты изделия и говорить о том, как его можно обработать и вообще сделать. Тут же подошла женщина из ОНС и сообщила об изменениях. Святое дело, изменения надо вносить в чертежи.
     Все же наступает момент, когда Катерина чертит на кульмане очередной чертеж. Час чертит. Два чертит. Затачивает карандаш, проводит тонкие и толстые линии. Циркуль делает в дереве дырочки. Все нормально.
     Санаторий, принадлежащий заводу, где Катерина в это время работала, состоял из двухэтажных домиков застройки шестидесятых домов. Лечебный корпус встретил ее просторным холлом и велюровыми темными креслами. Медицинский администратор проверила санаторную карту и дала номер в лучшем корпусе. Большая комната ее вполне устраивала. Она приехали на 24 дня отдыхать и лечиться, ей надо было разогнать острые боли в спине, наследие конструкторской работы.
   Ноябрь в первых числах месяца снегом не баловал. Трава зеленела. Часть листьев еще висела на деревьях. Лечение выбрали минимальное, основное развлечение — бассейн через дорогу от корпуса обитания. День в санатории заполнен с утра до вечера, самое темное занятие — постоянно одеваться и раздеваться, сапоги снимать и надевать. Завтрак — оделась и пошла в столовую. Еды много. Потом надо одеться и идти в лечебный корпус, там пару раз раздеться до последней или предпоследней степени. Потом бежать в свой корпус, взять все для бассейна и опять раздеваться и одеваться.
     Из бассейна отнести в свою комнату вещи, повесить сушить полотенца и купальники, переодеться — и пора на обед. Перед обедом минут двадцать все прохаживались перед столовой. Собаки и коты занимали места у лестницы в столовую. Обед — замечательная еда, много и сытно, но все съесть — трудно. Фрукты часто берут в руки и выходят на свободу. В это время Катерина брала пустые пластмассовые бутылки и поливала в огромном холле столовой цветы. Зимний сад требовал ухода, но, видимо, штатной единицы для этого не было.
     И затем личное время: спи, отдыхай. Чаще в это время она занималась стихами, работала над ними. После тихого часа постепенно люди приходили в холл столовой, именно там стояли два теннисных стола, огромные шахматы и шашки. Катерину притягивал теннис. Скучно не было. Вечерами можно было в красивом холле смотреть телевизор, или кино в клубе, или приезжих артистов рассматривать из прохладного зала.
    Однажды Катерина упала на спрятанный под снежок лед. Она не просто упала, она засмотрелась на Мирона, который приехал ее навестить.
  Правую руку Катерины пронзила страшная боль в месте сгиба кисти и руки, там тьма мелких жилок, и связок, и косточек. К врачу Катерина пошла не сразу, не верилось, что боль такая сильная после падения. Руку разминала с мазями, а потом пришла к врачу дежурному, ей наложили шину и сказали, что завтра на скорой помощи увезут в город делать снимок. Где это видано, что она поедет делать снимок?
     Нет, конечно, через день она сама сняла шину, размяла руку и стала играть в теннис. Партнеры — сильные. Рука заболела так, что пришлось бросить эту милую игру, которая украшалась партнерами. Она пошла в бассейн. Здесь резвились общие знакомые. Плавать с забинтованной рукой очень больно, но выйти из бассейна, поднимаясь по лестнице и держась за поручни, просто нереально.
     Но Катерина вышла из такой ситуации. Руку вечерами и в свободное время мяла и разминала с мазями для спины вопреки всем канонам гипса, потом заматывала бинтами. Рука болела достаточно долго, но на работу после санатория она вышла. Повреждена была правая рука, и чертить на кульмане надо правой рукой, а линии требовали яркие и четкие, а чертежи шкафов — большие. Больно, но руку забинтовывала и чертила.
     Катерина работала инженером-конструктором на фирме. Наступило джинсовое лето. День осветился солнечной прохладой. Нормальное лето. Ничего необычного и интересного. Катерина с модельной стрижкой чувствовала себя уверенной, и жизнь стала спокойней. Она вышла из отрицательного состояния. Сейчас она была близка к полнейшему безразличию к происходящим вокруг нее событиям. Реальность, а если в ней сейчас странная полоса, то естественно, хочется уйти в зеркало искаженной действительности.
     Свое отражение в зеркале ее почти устраивает. Ее не устраивает отсутствие высоких материй без новых технологий. Нужно маленькое чудо. Пусть квартира сама придет в божеский вид, а то пыль мешает приятному состоянию. Но зеркало тут не поможет и надо действовать ручками или нанимать постороннего человека для домашнего труда.
   Проще. Погодите. Надо стереть зеленую пыль цветущих деревьев со всех поверхностей зеркала искаженной действительности... Катерина, сменив пару фирм, вернулась на свою любимую фирму.
    Он работал. Жизнь шла по накатанным рельсам существования.
На работе Кир Леонидович и Катерина встречались часто, потому что их комнаты были смежные, а работа была общая. Макар почувствовал их притяжение, он как метеор стал приходить к Катерине и уходить, он работал на одной из кафедр института. Да, это была кафедра учебного института, все взаимные притяжения сотрудников и преподавателей не поощрялись. Так получилось, что кафедру разбили на две части. Кира Леонидовича и Катерину развели по разным кафедрам. Их пути стали уходить друг от друга.
   Лет семь они видели друг друга от случая к случаю, одни дороги были в красном кирпичном здании, не было общих работ. Времена менялись, менялся общественный строй в государстве. С работой происходили вещи странные, люди исчезали, кафедры таяли. Надо было искать работу и деньги. Катерина нашла все это на одной из частных фирм города. Захар Иванович исчезал из ее жизни и вновь появлялся. Находил и возвращал он ее дважды.
   За окном желтая листва билась в стекла. Катерина работала в здании на втором этаже. Дверь в помещение, где работала Катерина, открылась. Вошел директор фирмы, следом за ним появился Захар Иванович. Как Катерина ему обрадовалась! А директор предложил Катерине поехать вместе с ним на выставку. Красный, низкий, покатый лимузин ехал по московским улицам, не замечая огромных потоков машин, он сливался с этими потоками и ловко менял свое русло среди машин.
   Так получилось, что Катерина с директором посетила выставки, где было выставлено оборудование, которое они изготавливали. Приятно смотреть на дело чужих рук, но на собственные изделия смотреть приятней вдвойне. Впервые свои изделия Катерина видела на выставке. И вот теперь ее изделий на выставке было просто много, и они разбрелись по стендам разных фирм, но с выставки Катерина сбежала от директора и ушла одна. Прошла парк, где она бывала много раз, купила себе на торговых прилавках разные необходимые мелочи: зонт, кепку, перчатки и исчезла в пасти метро.
   В силу сложившихся обстоятельств Катерине пришлось перейти на крупную промышленную фирму. Изделия были сложные, и если получался удачный экземпляр, то он попадал не на московские выставки, а на зарубежные, да еще в страны, которые раньше назывались капиталистическими. Работа была интересная, фирма гигантская, все было замечательно.
Но однажды позвонил Захар Иванович, сказал, что он теперь директор фирмы, и он очень хочет, чтобы Катерина к нему перешла работать. Да он просто увез ее с гигантской фирмы в свою фирму на девятом этаже огромного здания, где его жена была рядом. Выставки исчезли, все шло к покупателям продукции. Золотая осень была, как на ладошке.

Внезапно Макар остановил медленную карусель экрана. Его привлекло женское лицо. Да это Катерина! За окном шел снег, а Катерина шла по мраморным плитам фойе гостиницы в босоножках. Все люди были одеты с ног до головы и медленно раздевались. А она шла в ярких плетеных босоножках, и ее ноги светились в чулках у всех на виду. Макар заметил ее. Он не мог ее не заметить, хоть и был признанным любимцем женщин. Но она женщин вокруг себя не видела! Это они ее видели! Они видели ее превращение из серого существа в хилое подобие страуса. Будущего у них быть не могло, но любовь вполне могла получиться.
   Зачем ей он был нужен?!
   Снег за окном осыпал ели, а женщины Катерину осыпали насмешками. Они язвили. Они намекали. Они издевались над ней. А она была вновь влюблена в страуса Макара. А он? Ей иногда казалось, что он путал ее с другими женщинами и страшно удивлялся, когда перед ним появлялась именно она — Катерина. Он пятился назад. А может, Макар был рак, а не страус? А ей хоть бы что!
   Она покупала сапоги на высоком каблуке, чтобы нравиться ему на улице. Она приобретала новые пальто, чтобы появляться перед ним неожиданно. Она постоянно укладывала волосы, и они излучали сияние. Она меняла платья, но не могла сменить или изменить свою жизнь, которая давно размеренно шла рядом с другим человеком, скорпионом по гороскопу и по своей сущности. Страус и скорпион были немного похожи прическами и цветом глаз.
   Макар смотрел на Катерину с одной мыслью: чтобы она заговорила первой, он стеснялся сам себя. Он боялся неадекватной женской реакции, боялся быть назойливым. Он думал, что есть люди, получающие любовь любым способом, а ему нужна была именно эта женщина, меняющая ежедневно внешний облик и одежду. Он был страус по своей сути, ей оставалось оседлать его, поскольку она его тяжесть вряд ли бы выдержала.
   Любовь между ними вновь вспыхнула под Новый год после застольного мероприятия. Боже, сколько людей родилось по этой причине! А они обошлись без детей, но большими проявлениями чувств. Чувства легко появляются после игристых напитков, да и все люди перед Новым годом необыкновенно красивые, и чувства у них приподнятые. И всеобщее ликование добавляет свою каплю чувственности.
   Катерина в Макара вновь влюбилась, когда за окнами шел снег. Макар был до безумия красивый. Они поднимались с ним по мраморной лестнице. Его черные брюки из дорогого материала мелькали перед ней, и она не отставала от его длинных ног. Он был самый настоящий страус! Его огромные черные глаза казались бездонными. Она в них тонула от внутреннего напряжения чувств. Любого его взгляда в ее сторону было достаточно для того, чтобы она его безумно любила в ближайшую неделю, но мысленно.
   Так, наверное, любят кумиров из среды певцов и артистов. Но он был реальностью! Она его видела и ощущала его флюиды каждой клеточкой своего организма. Катерине очень хотелось нацепить на себя нечто блестящее, например, новые часы надеть на руку поверх черного свитера. Или она надевала красивые босоножки на длинном и тонком каблуке!
     А, если человек каждый день вынужден ездить на электричке? Кошмар на электричке постоянный и изнурительный для пассажиров. Уснуть и то невозможно, разбудят и в ухо споют или продекламируют рекламу на мизерную продукцию, которую постоянный пассажир не купит. Макар любил качественные товары, он покупал их в магазинах, вот и ездил иногда в столицу по привычке.
     Но мелкая продажа так его изводила, что он готов был покупать на ближайшем рынке, лишь бы не слышать соловьиное пение под баян, гармошку и гитару. Макар заметил Катерину, он видел ее боковым зрение, но делал вид, что не видит. С ней он хорошо знаком, конечно, он ее узнал. Они ехали в одной электричке, по одному делу, изображая чужих друг другу людей.
     Макар редко водил машину, поскольку все деньги всю жизнь переводил в добротные вещи для себя любимого. Качество для мужчин редкое, но обсуждению оно не поддавалось. Кому чего, он любил Столицу, она с каждым годом становилось добротней со всех сторон. Этого было то, что ему было нужно всегда. Добротность отделки домов, качество асфальта, хорошая отделка салонов поездов в метро и автобусов.
     Магазины становились похожими на дворцы, все вместе его притягивало постоянно. Он ехал в Столицу с удовольствием, кроме электричек, кроме этой мелкой продажи, у него зубы свело, когда стали продавать мороженое хриплым голосом.
Кто про что, а у Катерины Макар из головы не выходил больше, чем вопрос об откате, к которому она не имеет отношения. Это они живут в тех трех домах, которые не ремонтируют.
Это у их начальницы ЖКХ была хватка кондора, после такой хватки у нее оказался в личном пользовании целый этаж, а у остальных — серые дома без ремонта. У страны есть конституция, оговаривающая права и обязанности людей, а в семье нет ни одной бумажки, в которой бы были расписаны права и обязанности членов семьи. У нее был полный шок от приключений героев своего сериала расследования. Катерина ее просто удивила своей способностью влюбляться…
Рабочий день вошел в свою колею. Никаких чудес, одни будни и конец рабочей недели. Женщина, сидящая позади них, не вымолвила и слова. Она приходила на работу первой, заливала воду в огромный чайник, включала его и только после этого садилась на свое место. Чайник – термос нагревал воду до определенной температуры и сохранял ее до тех пор, пока кто-нибудь не включал его еще три раза, чтобы он закипел, чтобы из него появился пар. К чайнику подходили редко, в основном в обеденное время, но к концу дня он выпивался ежедневно.
В офисе традиционно царила тишина. Здесь никогда не звучала музыка. Разговоры, не связанные со служебными обязанностями, были царственно запрещены начальником.  Каждый занимался своим делом, а с отчетами, о проделанной работе, ходили в другой офис. Моральный кодекс соблюдался всеми неукоснительно вплоть до гражданских браков. Основная масса сотрудников состояла в законном браке. Мало того брак почти у всех был единственным.
    У Катерины однажды вышел весть запас прочности. На операции она попала в ситуацию, при которой некоторое время летела внутри розоватой трубы. Свет и скорость возрастали. Труба имела достаточно равномерный диаметр. Полет сопровождался свистящими звуками. Розоватый свет сменился на два белых пятна и человеческие голоса. Сквозь тяжелое состояние веки приподнялись, и она увидела, что на стене светят две лампы. Соседки по палате негромко обсуждали ее состояние и пытались с ней говорить. Она вновь заснула.
   Катерина однажды прочитала, что рай земной находится в созвездии Сириус. Судя по всему, на Сириусе-1 рая нет. Вероятно, рай бы мог быть на Сириусе-2. Но планета эта маленькая, на ней для каждого умершего землянина не найти райский сад и ангелов в достаточном количестве. Или Сириус-2 собрала души умерших землян, и потому ее плотность необыкновенно велика? А может, за Сириусом-1 и Сириусом-2 спряталась Сириус-3, и на этой планете уместился земной рай? В принципе, рай с Земли в телескоп найти трудно, вероятно, так же трудно, как обнаружить Сириус-3 за ярким сиянием Сириуса-1?
   Значит, душа Катерины некоторое время летела к Сириусу-3 по дороге, указанной розоватым светом Сириуса-1?! То есть если есть черные дыры, то могут быть и розоватые дыры для души человека? И сквозь эту розоватую трубу душа человека летит в рай Сириуса-3? Если Сириус-1 дает света и тепла больше, чем Солнце, то на Сириусе-3 всегда тепло, значит, там находится райский сад с яблоками?
   Катерина проснулась. Она посмотрела на снег за окном и поняла, что все еще находится на Земле, и позвонила начальнику Щепкину. Спустя годы сотрудничества они лучше понимали друг друга. Ему она рассказала про идею нахождения земного рая. Другой бы покрутил у виска, а Щепкин занялся осуществлением идеи Катерины.
   Люди стремятся в рай на Земле, а это всего лишь узкая полоска суши на побережье моря. Море изо всех своих сил поедает узкую полоску суши у подножья гор. На этой полоске земли проложили железную дорогу. От железной дороги до моря по наклонной плоскости всего один вагон. Люди привозят гравий и засыпают его тоннами, чтобы уберечь дорогу от моря, но им в голову не приходит добавить смолы в гравий.
   Море любит смолу. Волны бы ласкали ровную поверхность смолы, и может быть, из нее сделали бы янтарь. В другом месте побережья розоватая глина восьмиметровой толщиной накрыла на пляже отдыхающих, а могли бы из нее сделать глиняные горшки. Не боги горшки обжигали, а люди. И люди иногда сдвигают массы земли с места, или это Божье дело?
   С каждым часом облака за окном Катерины темнели и все больше сплачивались над землей, уменьшая потоки солнечного света. Прохладная погода продолжалась даже в райских местах на побережье моря, и что уж тут говорить о погоде в Клюквенном крае?
   У Щепкина из головы не выходила умная мысль: снабдить космический корабль солнечными батареями. Для ее осуществления необходимо изменить контур космического объекта, батареи должны быть установлены на обшивке корабля, они должны быть стационарными. Солнечные батареи — это не крылья бабочки, это встроенные плоскости, и они изготовлены из стекла, пропускающего свет.
   Если лететь на Сириус—3, то солнечные батареи будут очень нужны. Щепкин занялся разработкой космического полета на Сириус—3. Он решил, что рай надо исследовать при жизни. Церковные сферы общества решено было не тревожить, но социальные сферы Большой страны поддержали мысль о полете. Астрономы не обещали легкого полета, они только предполагали наличие абсурдной планеты Сириус—3. Если есть звезда Сириус—1, то должна быть и планета Сириус—3. Кому-то светит Сириус—1? Так пусть освещает Сириус—3.
   Траекторию полета можно было спланировать весьма отвлеченно, известен путь до созвездия Сириус, а потом надо облететь созвездие со стороны Сириуса—2, чтобы не потерять ориентир. Есть предположение, что, облетев этот звездный объект, можно будет увидеть Сириус—3 обетованный, или иначе рай земной.
   Для запуска космического корабля с солнечными батареями вместо топлива была создана отдельная космическая площадка. Для взлета с Земли было решено использовать обычное топливо. Первая ступень должна будет после выхода на космическую орбиту покинуть корабль. Дальше корабль будет лететь на солнечных батареях.
   Команду для полета подбирали из числа одержимых подобными идеями и целью нахождения предполагаемого рая Земли. Они же был спонсорами программы. Космический корабль, выполненный внутри с комфортом, был готов за короткое время. Питание для членов экипажа использовали космическое, плюс добавили возможность приготовления обычных продуктов раз в неделю из замороженных полуфабрикатов. Телеэкран был установлен в комнате отдыха с прикрученными креслами и диванами для создания земной иллюзии существования. В комнате разгрузки можно было крутить и вертеть тренажеры, при этом смотреть на экран с земными новостями.
   Катерина особо не светилась перед экипажем корабля, о ее существовании знали единицы. В качестве генерального конструктора представляли мужчину-конструктора приятной наружности, с внешностью, которую трудно запомнить из-за отсутствия особых примет — Щепкина. Он официально возглавлял поиски земного рая в созвездии Сириус. С ним при необходимости разговаривали члены экипажа.
   Полет выполнял две задачи: первая — использование при полете солнечных батарей, вторая — поиск неизвестной планеты Сириус—3. Обе задачи весьма проблематичны, по этой причине полет сильно не рекламировали. Для любопытных существовал простой ответ: полет за пределы Солнечной системы. В состав экипажа вошли три человека. Женщина по имени Лера. Два мужчины. Инженер-исследователь и командир корабля Макар. Экипаж, проверенный на совместимость в реальных условиях.
   Важно было подобрать людей, которые могут долго находиться в одном помещении и не мешать друг другу. Лера отвечала за питание команды, была внештатной медсестрой, выращивала зелень. Командир корабля — виртуоз, он разбирался во всех системах корабля, как говорят с закрытыми глазами. Захар отвечал за все виды ремонта. Он мог при необходимости привести в рабочее состояние все приборы на борту корабля. Он был штурманом корабля.
   Запуск корабля прошел нормально. Средства массовой информации молчали, так как все прошло благополучно. Вовремя отошли ступени с топливом. Корабль вышел в открытый космос, радиосигналы стали слабее. Пока корабль летел по Солнечной системе, команда постоянно отправляла сообщения на командный пункт. Пройдя Солнечную систему, космический корабль попал в черную дыру, главное было удержаться в русле черной дыры и держать корабль по ее курсу.
   Космический корабль вынырнул в созвездии Сириус. Сириус—2 светил ярко и радостно приветствовал космический корабль с Земли.
Солнечные батареи собирали в себя энергию Сириуса—2, так как они поиздержались в черной дыре. Растительность на корабле резко выросла. Экипаж с удовольствием ел свежую зелень. Командир корабля искал Сириус—3. Малая сверхтяжелая звезда была обнаружена через сутки после появления в созвездии Сириус.
   Корабль облетел малую звезду и к своей неуемной радости обнаружил планету Сириус—3, которая слегка светилась. Облака нежно окутывали планету полупрозрачной оболочкой. Притяжение Сириуса—3 было соизмеримо с притяжением на Земле. Корабль радостно взревел моторами. Из него с двух сторон вышли два крыла, и межзвездный корабль приземлился на Сириусе—3. Корабль встал на твердом поле. Экипаж с любопытством смотрел в окно.
Со всех сторон поле окружали сады с яркой зеленой зеленью. Виднелись легкие тени маленьких людей в светлых туниках. Они слегка парили в воздухе, как эльфы. Но ни один эльф головы не повернул в сторону прилетевшего корабля. Экипаж забеспокоился, но ненадолго. Они решили, что души людей не могут видеть живых людей, что есть некое магнитное поле, окружающее корабль и делающее его невидимым.
   Приборы показывали наличие воздуха и температуру 27 градусов. Можно было выходить без скафандров, но командир предположил, что могут быть в воздухе опасные вещества и лучше всем, кто будет выходить, надеть легкие скафандры. Земной ландшафт убаюкивал взгляды. Слышно было пенье птиц, но и они не обращали внимания на людей. Захар понял, почему здесь земной рай — из-за черной дыры, которая связывает Солнечную систему с созвездием Сириус и делает путь наиболее коротким. Внешнее благополучие планеты Сириус—3 вполне пригодно для земного рая.
   Самое интересное, что Захару не хотелось выходить из космического корабля. Солнечные батареи себя оправдали полностью, они вновь были заряжены. Щепкин предложил команде вернуться на Землю. Задание они выполнили: Рай земной нашли. Команда с командиром согласилась и отбыла к планете Земля. За благое дело их всевышние власти не наказали, и они благополучно вернулись на Землю.
   Щепкин был рад возвращению космического корабля с его вариантом исполнения солнечных батарей. А Катерина, выдумщица этого полета, выздоровела. У нее была странная мысль, что космическая черная дыра имеет отношение к черному шару жизни. Но ее в руку не возьмешь. Катерина пришла к выводу, что ее умершие родители находятся на Сириусе—3. А ее чертежи, которые она чертила на кульмане, это ее картины. Кто пишет картины маслом, а Катерина чертила чертежи — грифелем из графита, тогда компьютеров не было... Она сама была по природе графитовая графиня, нет, проще – графитовая фея, ну не эльф же с Сириуса-3!
         Летающие блестящие снежинки — бальзам на душу и настроение. По краю асфальта под легким снегопадом Катерина могла идти и идти без всякой конкуренции: люди предпочитали ехать в машинах и в автобусах. Пусть едут. А она проходила по краю снегопада — пока она шла, аура очищалась, она возрождалась, набиралась астральных сил без всякого человеческого обмена энергиями. Сейчас модно искать крайнего в изъятии внутренней энергии, так вот, Катерина энергию брала из космоса летающих снежинок.
   А вчера она встретила долгий и продолжительный взгляд любимых глаз Макара. Дал ли этот взгляд дополнительную энергию? Неизвестно, но нечто человеческое — дал, остатки любви или начало новых отношений между ними. Кто бы знал, как она не хотела его любви в свое время, но потом привыкла, и он оказался снежным бальзамом ее души.
   Часть дороги весьма пустынна, хотя шоссе от ее дороги недалеко находилось. Однако в одном месте своего снежного пути Катерине всегда было жутко: из-за этой внутренней жути ей иногда идти не хотелось по этому пути. У дороги находился выход теплоцентрали, точнее, выход колодца больших размеров, прикрытого решеткой. Сквозь решетку дул теплый воздух, поэтому на решетке часто лежал человек в драповом пальто. Остановка автобуса от его лежанки находилось метрах в двадцати, но этот человек всегда внушал ей ужас.
   В душе леденело, когда она по кромке дороги обходила лежбище этого человека. Недалеко от этого страшного места стояла фирма, ухоженная, украшенная, но до нее еще надо было дойти... Струйка крови ярко выделялась на белом фоне выпавшего снега. Катерина готова была пробежать бегом мимо страшного колодца, но краем глаза она увидела, что на решетке сидит не конь в драповом пальто. На решетке сидел Фомич, рабочий с ее фирмы! Это был он! Катерина остановилась как вкопанная, с ужасом взирая на кровь.
   — Катерина, остановись, я ранен! — сказал Фомич, держа руками ногу ниже колена.
   — Фомич, какими судьбы ты здесь, да еще весь в крови, такси вызвать? — спросила Катерина, не зная, что делать в такой ситуации. — Кто тебя ранил?
   — Не поверишь, но я увидел тебя из автобуса одну среди снега, выскочил на остановке, решил подождать, сел на решетку, и в ногу мне вонзился острый предмет. Я вытащил из ноги металлическую шпильку, заточенную с двух сторон, одной стороной она была вставлена в этот колодец, а другой торчала, но сквозь снег я ее не заметил и напоролся.
   Фомич показал Катерине острую шпильку в крови. По телу Катерины прошла дрожь. Совсем недавно она встречала такие острые черные шурупы, и эта шпилька была того же качества: острая и жесткая. Буквально два дня назад она, не думая о помощи, сама вбивала такой шуруп молотком в стену. Она била по шурупу с размахом, со всей силы, с ожесточением. Шурупы требовали вкручивания, но на это сил у нее не хватало. Шуруп вылетел из уголка с закрепленными на них лесками для сушки белья. Вылетел примитивный, жирный и мягкий шуруп, а вбила она вот такой острый, черный...
   Почему она испытывала ужас, но не испытывала жалости к мужчине? Ей не было его жалко, вероятно потому, что еще живо его пренебрежительное отношение к ней. Остаточная деформация его унижений. Катерина пошла на свое рабочее место на заводе. Кто любит запахи парфюмерии, а она любила запахи механического цеха, запах станков, масла и стружки. Любила тихий гул работающих станков, любила рабочих за станками и технологов, их опекающих. Любила чертежи.
   Она шла мимо цехов, смотрела на станки, дышала заводскими запахами и насыщалась астральной энергией производства. Здесь производили новейшую технику. В эпицентре производства отличная аура. Ее рабочее место находилось дальше механического цеха, она поднималась на второй этаж, проходила длинный переход, соединяющий два здания, и оказывалась в здании, выполненном из листов неизвестно чего, но всегда холодном.
   Окна по периметру излучали холодный воздух из всех щелей. Здесь и сидели технологи и конструкторы, они — морозоустойчивые. Катерина не вынесла холода и в обед стала скатывать газеты в плоские трубки и втыкать их во все явные щели. Потеплело. Ее любимой прической стал парик, она его держала в тумбочке стола. Она приходила на работу, снимала шапку, надевала парик и работала. На работу лучше всего было приходить в пальто, в нем можно работать и даже чертить. Зато было всегда приятно от собственных ошибок или проблем на производстве.
   Можно было снять с себя пальто, надеть халат и идти в цех по вызову технолога. Во всех цехах значительно теплее, потому что установки и станки хорошо работают при определенной температуре. Шла Катерина в белом халате по переходу, а навстречу ей шел Фомич, прихрамывая. Он посмотрел на нее и прошел мимо. Он вновь работает на основном производстве, и у него свои задачи. В данный момент они по работе не пересеклись. Катерина шла по вызову технолога механического цеха.
   На фрезерном станке последнего поколения обрабатывали корпус для сложного изделия, который ей был необходим в ее работе. Он был такой сложный и прихотливый, что фрезеровщик от гордости из себя выходил, так он был доволен поставленными допусками на чертеже. Чем меньше допуск, тем дороже изделие, что фрезеровщику выгодно.
   Фрезеровщик — элита в области оплаты, поэтому он получит в два-три раза больше Катерины. Но Катерине не обидно, ее отец был рабочим и получал всегда по верхней планке. А она конструктор, у нее оклад. Фрезеровщик Катерине улыбнулся, в душе он был доволен изделием и своей работой. Как он любил свой станок! Не пересказать.
   Катерина подозвала к себе технолога, и они пошли на второй этаж разбираться с чертежами. Здесь стояла пара деревянных кульманов, на которых делали чертежи для доработок изделий. Технологи всегда держали себя важно и с большим достоинством, а Катерина ничего, она с ними соглашалась с небольшими уступками в допусках, размерах или материалах изделий. Катерина спустилась с пристройки второго этажа, ее перехватил другой технолог и с великой гордостью показал новый гигантский станок, познакомил с его особенностями, чтобы она в чертежах их учитывала, чтобы станок не простаивал.
Пяти звездная осень царила на земле. Клены высотой в шесть этажей были покрыты чистыми светло — желтыми листьями, такие же изумительные по красоте листья кружились в воздухе и падали на влажную и прохладную землю. Несколько дней красота была неземная, а золотистая и на земле, и на кленах. Но сегодня опустился туман, прошел осенний дождь, подул не совсем легкий ветер, и красота постепенно стала покидать божественную кленовую поляну. Кленовые листья, как раскрытые ладошки лежали на земле и понемногу теряли свою первозданную, нежную желтизну. Клены стали принимать растрепанный вид.
   В жизни бывают такие чистые и солнечные дни, а потом происходят события не совсем радующие, или здоровье подцепит где-нибудь осенний вирус, или компьютер случайно зависнет. Вероятно, в такую звездную осень хозяйка медной горы и встретила Данилу мастера, влюбленного в малахит. Малахитовые цвета исчезают осенью из природы, долго кустарник остается зеленым, а малахит он вечнозеленый камень с разводами. Создать зеленый малахитовый каменный цветок, было делом чести мастера Данилы. Сейчас этот цветок создали бы с помощью специального инструмента, который бы кружился над малахитом с приличной скоростью и жужжал сильнее мухи. И нет романтики медной горы, и незачем прятать Данилу во владениях хозяйки медной горы.
   На высоте девятого этажа расположен офис и цеха фирмы, где сидят мастера своего дела, а хозяин и хозяйка управляют производством. Где-то далеко, внизу на земле, видны волны красной, желтой и зеленой листвы. Небо затянуто туманом. Девятый этаж — это вполне приличная гора, начиненная людьми и аппаратурой. Что связывает фирмы с медной горой? Медные провода являются постоянной принадлежность многочисленных фирм и производств. Долгое время в стране не поощрялась семейственность в руководстве, а это влекло за собой печальные проблемы неверности.
   Ведь Хозяйка Медной горы то же разрушала пару Данилы и его девушки на земле. И только после того, как появились частные фирмы, появилось и парное руководство. Хозяин фирмы, сын военного командира, был потрясающе воспитан. Лет пятнадцать назад, когда он был моложе, и вся его душа воспринимала флюиды окружающих женщин, он и тогда не воспринимал их, как партнеров, только как партнеров по работе.
   Осень была в последней фазе золотистого оперения, когда ее новый шеф Андрей Сергеевич и Катерина шли по Столице на выставку. День был теплый для этого времени года и в автобус, который везет от метро до выставки, садиться им не хотелось. Шли быстро, дорога до выставки была им хорошо знакома. Раз в год сюда приезжали обязательно. Выставки менялись, задания на работе то же менялись. Андрей шел рядом с Катериной, но не близко и рассказывал о своем отце, о том, что его отец родом с Медных гор. Этого можно и не говорить, если посмотреть на Андрей внимательнее: крупный молодой мужчина, русоволосый, голубоглазый.
   А Катерина? И Катерина оказалась родом с Медных гор, но с более южной его части. Вот так в центре Столице шли и знакомились по дороге два человека, родом с Медных гор. И Катерина была русоволосая, голубоглазая и рослая молодая женщина. В ее памяти остались только красивые машины с выставки, тогда еще их так много не было на улицах Столицы. А янтарь у нее еще был? Был, но из магазина и в очень маленьких в сережках, которые она сняла совсем недавно.
Различные истории преследовали Катерину долго и упорно. Романтические приключения имели свои корни или некую закономерность. Она пыталась жить обычно, а получалось, что жизнь ее состояла из фантастических элементов, которых в обычной жизни быть не могло, но они были. Дерево кульманов уходило в недалекое прошлое.