Мифическая огненная птица 24

Солнышко, утомлённое за день, уже клонится к закату, и я спешу на берег озера — туда, где небо готовится к ежевечернему таинству. Воздух густой и неподвижный, а водная гладь лежит тяжёлым зеркалом, в котором уже начинают проступать первые робкие краски.

И вот начинается сакральная мистерия. Небесный купол вспыхивает, но не привычным золотом, а багрянцем невиданной силы. Словно по мановению незримой руки, из-за кромки дальнего леса показывается стая огненных жар—птиц. Их перья пылают расплавленным металлом, рассыпая вокруг себя снопы искр, что обращаются в рубиновые и янтарные облака. Величественные птицы парят над миром. Их крылья, сотканные из чистого пламени, медленно чертят прощальные узоры на лазурном холсте небес.

Чтобы не спугнуть это дивное видение, боясь шелохнуться, я стою и наблюдаю, как озеро превращается в чашу с тёмным вином, в которой тонет отражение крылатого пожара. Вода жадно впитывает каждый оттенок, каждую каплю закатного огня, становясь то кроваво-красной, то нежно-розовой у самого берега. Кажется, ещё миг — и эти сказочные создания коснутся крыльями водной глади, заставив её вскипеть алым паром.

Но нет, они лишь величаво проплывают над моей головой, оставляя после себя шлейф из сиреневых сумерек. Одна за другой жар—птицы ныряют за горизонт. С  исчезновением каждой из них свет постепенно угасает, уступая место бархатной синеве ночи. Последняя птица бросает на воду прощальный золотой отблеск и скрывается, оставляя мир в благоговейной тишине. Лишь тогда я понимаю, что всё это время дышала через раз, заворожённая красотой мимолётного чуда.