Анна-Мария сценарий

Владимир Жебин
Валерия Воронина


Сцена 1
Анна в хорошем настроении, немного уставшая после рабочего дня, возвращается домой. Устало прислоняется к двери. Но настроение хорошее. Расстегивает пальто…
Анна – Алиса, сделай мне кофе.
Алиса – устройство говорит, что оно этого не умеет.
Анна – Знаю, знаю, ты не для этого… Ну хоть тапочки мне принеси. Шучу. Шучу. Музыку включи мне, что-нибудь…ну блюз… но, про конец работы.
Алиса включает музыку, исполнитель «Звуки му», текст кажется Анне не совсем подходящим, но ритм заставляет ее шаловливо подтанцовывать. Под музыку Анна скидывает с себя пальто, снимает обувь, в танце проходит на кухню, наливает себе кофе.
Сцена 2
С напитком в руках проходит в спальню, (музыка уходит на второй план) достает домашнюю одежду, кладет ее на кровать, созерцает в окно, делает еще глоток кофе.
Раздается женский голос – ну наконец-то, ты их сделала.
Анна (в изумлении начинает оглядываться) - кого сделала?
Голос: – всех: начальство, подчиненных.
Анна ставит чашку, спрашивая – кто здесь?
Голос: – а кого ты бы хотела?
Анна: – кто…  (несильная, но паническая попытка понять, что происходит)
Голос: – к зеркалу подойди.
Анна подходит к зеркалу, попутно спрашивая, чтоо?
Голос: – Ура! Я не ошиблась, ты видишь меня. Теперь понятно, откуда голос?
Анна: – кто ты, что вообще происходит?!
Голос: – ваши костоломы называют это расщеплением личности. Они ошибаются, я не расщепление, я действительно другая! Я не часть тебя.
Анна опешила, делает шаг в сторону от зеркала, отрицая происходящую ситуацию.
Голос: – не будь ребенком, я все равно здесь.
Анна возвращается к зеркалу, истерично хочет что-то сказать, но не успевает. В двери поворачивается ключ (это муж возвращается с работы)
Муж: – дорогая, я дома.
Другая личность в зеркале (поворачивает вместе с Анной голову в сторону голоса мужа) исчезает, Анна остается смотреть на свое отражение. В это время муж проходит на кухню (слышны шаги мужа).
Муж: – я на секунду, телефон забыл… на обеде, когда… без него, как без рук. Все. Бегу, до вечера. Шеф внизу ждет.
Анна в смятении, хочет рассказать мужу о произошедшем, ей это не удается… муж впопыхах сразу уходит. (Дверь захлопнулась.)
Анна – но мне… вот…блин… рассказать хотела…
Анна смотрит на часы. Быстро проходит по коридору, стараясь не смотреть в зеркало, одевается. Выйдя в подъезд, нажимает кнопку вызова лифта, двери лифта начинают открываться. Анна, едва увидев зеркало в кабине лифта, делает резкий шаг в сторону и быстро спускается по лестнице. На улице девушка все-таки достает карманное зеркальце, но передумывая, быстро захлопывает зеркало.
Сцена 3
Камера показывает, как Анна удаляется, (размытие, идет снег). Анна возвращается с ребенком, он весело ей что-то рассказывает, она в свою очередь почти не реагирует, погруженная в свои мысли. Ребенок берет у мамы ключи от домофона, бежит к подъезду, весело забегает внутрь. Дверь закрывается перед Анной. Анна в недоумении смотрит на дверь, от досады топает ногой, в этот момент дверь открывается. Сын (явно играя в спецназ) сообщает маме, что:
Сын:– все чисто, я проверил.
Анна: – ты ж мой герой!
Сцена 4
Ночь, Анна, лежа в кровати, смотрит на потолок, муж рядом спокойно спит. Анна вертится, ворочается, смотрит на часы. Время без десяти двенадцать, взгляд на потолок, поочередно разглядывает лампы на потолке. Разворачивается к мужу, видит затылок мужа, отворачивается к стене напротив, разглядывает шов на обоях, дотягивается пальцем, пробует разгладить кусочек шва, который топорщится. Снова смотрит на будильник – без семи двенадцать. Отворачивается к мужу, разглядывает его затылок, муж во сне вздрагивает. Анна откидывает одеяло, встает и выходит из комнаты.
Проходит на кухню, заваривает кофе, садится к подоконнику, начинает бесконечно размешивать сахар в кружке.
Анна (сама себе негромко бормочет под нос) - Жила была девочка, выросла, вышла замуж, сошла с ума, попала в дурку и больше ее никто никогда не видел.
Звучит голос:
¬¬Голос: – да не сошла ты с ума!
Анна (механически, без эмоций): – опять? Ты снова в зеркале?
Голос: – да. Поговорим?
Анна проходит в ванну, не выпуская кофе из рук. В отражении снова другая девушка.
Анна: – кто ты, черт возьми?
Голос: – Мария... но лучше спроси, зачем я, то есть для чего?
Анна: – ну и для чего?
Мария: – я не знаю, как я попала в тебя, важно, что вариантов у нас с тобой немного... или ты сможешь меня изгнать, что с твоим характером, вряд ли. Или я заберу твое тело... Либо…  мы можем объединиться... создать новую личность, без всяких раздвоений. Новая жизнь. Новая судьба. Новый человек!
В этот момент стук в дверь. Муж интересуется у Анны все ли в порядке? У Анны падает из рук чашка с кофе и разбивается, муж еще настойчивее стучит в дверь, - э-э.… что там у тебя стряслось!?
Анна открывает дверь, муж окинул взглядом жену, посмотрел на разбитую чашку.
Муж: – это кофе?
Анна: – э-эм...
Муж: – в ванной??
Анна растеряно кивает головой.
Муж: – дорогая... пошли спать.
Анна: – а убра...
Муж: – не волнуйся, я сам уберу, пошли... пошли... надо отдыхать...
Сцена 5
Следующий день. Прихожая. Анна вернулась домой, сняла уличную одежду, приготовила кофе и решительно прошла в спальню. В спальне поставила чашку на подоконник, развернулась к зеркалу и произнесла:
– Мария.
Мария (бодро, энергично): – ну что? Сын у бабули, муж наш в командировке. Можно и…
Анна: – в смысле - наш муж?
Мария: – че искрить-то! было б из-за кого...  А как ты хотела? тело у нас... общее, стало быть и.… то, что ты называешь мужем… Но-о... (примирительные жесты ладонями) может, поговорим о нас?
Анна: – о каких к черту нас!?  Какие нахрен-нас?! Непонятно кто, непонятно откуда, какой-то глюк в моей голове! И появляется когда захочет!!
Мария: – я прихожу, когда получается. Нас двое. Одновременно – для твоего мозга это через-чур, он закипает.
Пауза...
Анна: – и что делать?
Мария: – для начала хлебни кофе. Блин - хочется! И присядь!
Анна: – тогда я буду плохо тебя видеть!
Мария: – у тебя большие подушки, подложи под задницу!
Анна берет подушки, усаживается.
Анна: – ну и.. первое: почему я должна тебе верить? Может ты хочешь…, просто, чтоб я не сопротивлялась? Ну типа объединиться-объединится, а сама возьмешь и избавишься от меня. Вышвырнешь нахрен!
Мария: – хороший вариант… Чертовски хороший! За исключением маленького пустячка: первый мой «самостоятельный» рейд, например в магазин и скорее всего - я в психушке. Это тебе твой мир простой и знакомый! Я уже полгода в тебе и ни хрена его не понимаю! Для меня лучший выход – объединиться.
Анна: – а мне то, с этого что?
Мария: – жизнь изменится! Черт! Да просто - Жить начнешь.
Анна: – а сейчас типа что? Типа не живу?
Мария: – сейчас ты существуешь... так сказать плывешь по течению...
Анна: – по течению?! У меня работа, дом, семья!
Мария: – семья... вот, например твой сын... У вас же с ..
Анна: – да, у него никтофобия – боязнь темноты, мы водим его к психологу.
Мария: – и как? Помогает?
Анна: – представь себе в последнее время...
Мария: – в последнее время было вот что:
Сцена 6
Мария показывает Анне сцену чудовище под кроватью:
Ночь, Мария садится на кровати, слышит приглушенный плач ребенка в соседней комнате, слушает.
Мария (шепотом, озираясь на затылок мужа): – Анна. (Пауза, ждет ответа). – Анна. У тебя сын плачет. 
 Не дождавшись ответа, встает, идет смотреть. Видит: ребенок сидит в кровати, весь завернутый в одеяло. (Одеяло превращено в крепость, берлогу).
Мария: – что случилось?
Сын: – … (ответа нет).
Мария, все прекрасно поняла.
Мария: – эй малыш, ну ты что? иди скорей сюда.
Сын: – я боюсь!
Мария: – тебе страшно?
Сын: – да
Мария: – а кого ты боишься?
Сын: – под кроватью.
Мария: – и давно он там?
Сын: – он каждую ночь приходит.
Мария: – ну-ка, ну-ка, дай-ка гляну на него.
Сын: – не! Не лезь… Не лезь… (полушепотом)
Мария подходит к кровати, опускается на колени, на четвереньки, и тут же пропихивает ноги под кровать, изображая, что ее утягивает. (Мария начинает кричать, но кричать шепотом. Она испугана, она сопротивляется. И наконец обращается к сыну.)
Мария: – Витя, помоги! (тоже шепотом)
Витя под одеялом, начинает причитать: – А-а. Мама, мама...
Мария: – Витя, помоги! (тоже шепотом, продолжая играть роль)
Витя в панике, не может сдвинуться с места.
Мария: – Витя, дай мне руку!
Мальчик вытаскивает руку из-под одеяла. Мария всовывает свою руку в его.
Мария: – держи меня! (Борьба с монстром продолжается) – держи крепче!
(Борьба продолжается)
Мария: – он уже не утягивает, но не отпускает. Тяни сильнее! Витя, тяни сильнее!
Мальчик, выскакивает из-под одеяла, не выпуская маминой руки, начинает тянуть, стоя в полный рост. Видит, что получается плохо, соскакивает с кровати, оббегаем маму, начинает ее вытягивать. Мария ему помогает, потихоньку, чтоб мальчик чувствовал свои усилия, выползает из-под кровати. Опираясь на руку, елозя ногами, отодвигается от кровати на добрых два шага ближе к сыну, обнимает его.
Мария продолжает шепотом причитать, охать и ахать. Затем, как-бы успокоившись, наклоняется, издалека заглядывает под кровать.
Мария: – Вить...  А ты знаешь, -
Мария приближается к кровати, делает вид что пристально рассматривает и заканчивает фразу, – а он исчез. Испугался! (Все действие сопровождается шепотом). – Вить, мы победили!
Мария поднимается на ноги, сгребает сына в охапку, делает два оборота вокруг себя.
Мария: – пойдем на кухню, чай пить.
И они выходят из комнаты, дверь закрывается, слышны голоса: – ты с чем чай будешь? С медом или с вареньем? – а тортик остался? Я буду с тортом.
Сцена 7
После увиденного, Анна явно приходит в ужас.
Анна: – ты совсем охренела?! Ты че творишь?! А если б его заклинило?! Если бы он не вышел из этого ступора?! Если бы он в нем остался навсегда?! Ты соображаешь?! Ты вообще хоть что-то соображаешь?! А если…
Мария терпеливо равнодушно слушала и перебивает Анну, подведя итог.
Мария: – Если!
У Анны из носа пошла кровь, она идет на кухню, прикладывает одноразовые салфетки, включает воду.
Анна: - Мария, ты еще здесь?!
Мария: - здесь, здесь.
В это время на кухне, Мария управляя рукой Анны варварски хватая куски порезанного лимона (с блюдца на столе), выжимает на салфетку и прикладывает под нос
Анна: - (испуганно) что…, чего…
Мария: - лимонный сок быстрее останавливает! Пойдем полежим.
Как я и говорила, мозг нас двоих долго не вывозит... походу перерыв, походу я исчезаю...
Анна проваливается в сон.
Сцена 8
Вечер, за окном темно, просыпается не Анна, а Мария.
Мария: - трах-тибидах! Монашку в трюме! Блин! День прошел… темно уже!
Что ж они такие хрупкие-то, сразу нервы, кровь из носа... Черт! Где включатель?
Включается свет. Мария разворачивается к зеркалу, в состоянии – «еще не совсем проснулась». Смотрит на отражение. (И вдруг к ней приходит понимание, что нужно, чтоб в теле была не она),
Мария: – Блин Анна нужна! (Мария зовет Анну).
Мария: – Анна! - слушает, ждет ответа. Окликает еще раз... Ответа нет.
Мария идет на кухню, открывает холодильник, хватает бутылку коньяка, варварски зубами ее откупоривает, выплевывает пробку на пол, уже было подносит ко рту, звонит телефон (видеозвонок от мужа), Мария вопросительно смотрит на телефон, видит две кнопки: красная и зеленая.
Мария: – светофор. Красный - стоять, зеленый - идти.
Нажимает на зеленую кнопку, на лежащем телефоне появляется муж
Муж: – привет, ты где?
Мария, не поднимая телефон, смотрит на него, на бутылку...
Мария: – отдыхаю, - переворачивает телефон экраном вниз, громко делает пару смачных глотков, ставит бутылку, возвращается в спальню.
Мария: – Блин! Что делать? Как, черт, мне ее...? 
Мария тормошит себя за лицо, сначала слегка похлопывает, в итоге дает себе смачную оплеуху. Увидев в зеркале отпечатки пальцев на щеке, расстраивается-огорчается-пугается, (в ней неожиданно просыпается женщина) бежит в ванную, суматошно пытается свести с себя отпечатки, поглаживая-похлопывая щеку пальцами, смотрит в зеркало - не помогает... замечает баночки и тюбики с кремами. Рассматривает. Все баночки имеют этикетки с иероглифами. Для чего, от чего – не понять. Откручивает одну крышку, нюхает. Закрывает, ставит баночку на место. Берёт другую баночку. Открывает, нюхает. Затем, то же самое повторяет с третьей баночкой. Пожимает плечами и вновь берёт первую баночку. Набирает крем кончиком пальца, растирает меж пальчиков, нюхает. Наконец решается, набирает крем больше и наносит его на щёку. Замирает, прислушивается к ощущениям. Набирает крема ещё больше и наносит на щёку обильно. Смотрит на отражение в зеркале, на банку и со злостью, запускает в банку четыре пальца, зачерпывает крем и наносит его на щёку похлопывая пальцами и сильно растирая. Вновь смотрит в зеркало. Пятно стало ярче и вроде бы даже больше. Хватает с вешалки полотенце и начинает стирать крем с лица, проговорив:
- Анна будет в ужасе! Блин! Вообще перестанет разговаривать…
Отшвыривает полотенце и начинает обильно плескать холодной водой в лицо ладонями. Максимально приближает лицо к струе под кран. Паническая спешка. В итоге закашлялась захлебнувшись. Прокашлявшись, замирает. Растерянно поднимает голову к зеркалу…
Анна – я не поняла… Почему… Ванна…Что происходит…
В зеркале появляется Мария
Мария – Днём ты уснула, а проснулась я… А нам же нужно поговорить! Пыталась вернуть тебя в тело…
Анна: – а-а-а чего так… Щека горячая…
Мария: – старалась, терла сильно, хотела, чтоб ты проснулась!
Анна (увидев открытую баночку) – А мой… А ни хрена себе! А это кто… Ты зачем? Это же Ши Сейдо!!! Это ж… Я думала мне его лет на десять … Ну, хорошо – пять… Да хрен с ним – год!!! А ты…
Мария – В твоём потоке главное – «хрен с ним». Говорю же – я старалась, хотела, чтобы ты проснулась, вернулась… И видишь – помогло… Хороший крем.
Анна выходит из ванны, слышит голос.
Анна: – я не поняла, че, -муж?
Заходит на кухню, видит: телефон и бутылка коньяка рядом.
Анна берет телефон, видит гневно-радостное лицо мужа.
Муж: – наконец-то! Соизволила предстать перед очами!! Осчастливила своим появлением! Мать-перемать!!  Я гляжу веселишься во всю!! Ребенка к маме сплавила и по коньячку, в одно рыло. Праздник тихого алкоголизма?!
Анна: – да, я пью коньяк!, - хватает бутылку, делает смачный глоток, закашливается, переворачивает телефон экраном вниз и уходит в спальню.
 Мария: – что ты там про свою жизнь говорила? – свой дом, дружная семья, любимая работа? Что там еще? Милые бранятся, только тешатся? Как, понравилась потеха?
Анна: – ты на хрена коньяк достала?! Я крепче вина с роду не пила!
Мария: – уверена?
Анна: – абсолютно!
Мария: – ну ладно, ну хлопнула я глоток коньяка. А что, тебе плохо? Или из-за мужа переживаешь?
Анна: – конечно, переживаю, он сейчас черт знает что обо мне думает...
 Мария: – ну и пусть себе думает. Он уже давно черте-что о тебе думает!
Анна: – в смысле уже? Ты что с ним?..
Мария: – да встретились как-то с ним на кухне за коньяком.
Мария показывает Анне сцену на подоконнике ночью:
Кухня. Ночь. Горит настенный светильник, свет приглушённый. На табурете, за кухонной столешницей сидит муж. Перед ним: бутылка водки, чайная чашка, на разделочной доске кусочки хлеба, колбасы и порезанный огурец. Муж задумчиво смотрит в пространство кухни. Заходит Анна, то есть бодрствующая сейчас Мария. Смотрит на мужа.
Мария – Что? Любовницы, жена, семья – жизнь пеньковая петля?
Муж удивлённо смотрит на жену.
Муж – Да – нет… Как-то работы за глаза… Там… В общем…
Мария – Жопа…
Муж – Ну, да. Она.
Мария молча дошла до стола, завинчивает крышку на бутылке и относит её в холодильник. Муж обречённо, смирившись смотрит за действиями жены. Мария достаёт из холодильника бутылку коньяка. Муж наблюдает с растущим удивлением. Мария открывает бутылку, собирается налить содержимое в чашку.
Муж – Дорогая. Это… Ну, как бы на праздник, там гости, торжество там…
Мария - Жопа сейчас у гостей? Или у тебя?
Муж – Ну, тогда, - муж пытается встать, протянув руку к верхнему шкафу, где через стекло видны фужеры, бокалы.
Мария опускает руку на плечо мужа, мягко, но властно удерживает его на месте и наливает почти полную чашку коньяка. Ставит бутылку, берёт чашку и не сводя глаз с мужа, двумя медленными глотками выпивает. Ставит чашку на столешницу. Муж пытается, что-то произнести, но не успевает, Мария вновь наливает коньяк в чашку и подвигает её мужу, не сводя с него пристального взгляда. На лице мужа проскальзывает реакция растерянности и даже загнанности, что надо выпить не хуже и не опозориться… Берёт чашку, пьёт в несколько глотков, с усилием. Выпив, закашлялся, утыкается носом в руку, второй рукой потянулся к огурцу. Мария, продолжая пристально смотреть в лицо мужа, плавным движением руки сдвигает разделочную доску, и та вместе с закуской соскальзывает в мойку. Мария вновь наполняет чашку и изящно поднеся к губам, чуть запрокинув голову заливает содержимое одним движением, без видимых усилий гортани. Коньяк просто залился внутрь, не задерживаясь в полости рта. Мария поставила чашку, промокнула губы пальчиками. Произнесла – А, - и вновь наполнив чашку, придвигает её мужу. Муж чашку берёт решительней, выпивает уверенней, чем первую, но также закашливается в конце и так же уткнувшись носом в руку, шумно выдыхая. Мария наливает третью чашку, выпивает тем же способом, что и во второй раз. Вновь наливает мужу. Тот делает один глоток, отставляет, закашливается, отставляет чашку. По нему видно, что у него всё плывёт перед глазами. Мария отходит к окну, распахивает обе створки, передёргивает плечами, почувствовав ночную свежесть. Не оборачиваясь:
Мария – Алиса. Включи что- то восточное, энергичное.
Муж (вяло) – Али… Ночь… Соседи.
Мария (обернувшись) – Алиса, не очень громко. Витю не разбудить.
Звучит музыка группы «Dead Can Dance» (произносится: Дэд кэн дэнс). Мария начинает танцевать танец живота. Танцует красиво, уверенно… Танец из красивых, сильных, дразнящих движений. При исполнении наиболее дразнящего жеста, она приближается к мужу. Тот пытается протянуть к ней руку. Мария ускользает в сторону окна. Муж так и остаётся сидеть, чуть наклонённый, с протянутой рукой. Мария, лёгким движением, вскакивает на подоконник и продолжает танец, нисколько не смущаясь раскинувшейся внизу улицей. Схватившись за межстворочную перегородку, она в полуприседе делает оборот вокруг перегородки, над улицей. Неуловимым движением, возвращает себя обратно в комнату. Выпрямляется в полный рост и жестом руки зовёт к себе мужа. Мужу поплохело, он, прижимая руки ко рту поспешно выбегает из кухни, в сторону ванны. Мария, спрыгивает с подоконника, закрывает створки окна.
Мария – Алиса, выключай музыку. Убирает коньяк в холодильник. Подходит к дверям, выключает свет.

Мария: – теперь понятно?! Не было у меня ничего с твоим мужем в постели... ни разу...
Анна: – … он так на тебя смотрел!.. …я не помню, что бы он на меня вот так вообще смотрел…
Мария: – стоп, стоп, стоп! Он на тебя… это ж ты!
Анна: – нет... это была ты... и смотрел он на тебя. Что ты там говорила о слиянии?
Мария: – ну... слушай!!
Анна: – секундочку!, - Анна выбегает из комнаты, возвращается с чашкой, с коньяком, усаживается на подушки, наливает в чашку коньяк, ставит бутылку рядом с кроватью на пол, делает выдох, опрокидывает коньяк, журится, морщится, занюхивает рукавом. В это время в зеркале Мария явно кайфуя, зажмурив глаза от удовольствия, поднимает голову к верху, делает шумный вдох носом...
Мария: – спасибо!! Хорошо пошла!!
Анна: – так что? Какой у нас план?
Мария: – все очень просто и все очень сложно... объединится нам не дает мозг. Уговаривать его бесполезно, его можно только заставить. То есть напугать.
Анна: – на фильм ужасов сходить? Или ночью гулять по кладбищу?
Мария: – ночью кладбище – самое тихое место, во всяком случае в мои времена. Напугать надо реально, по-настоящему, чтоб у него не было выбора, чтоб он обратился к опыту нас обеих! - пауза, обе смотрят друг на друга, -Мы угоним яхту!
Анна: – яхту?! А че не банк ограбить?
Мария: – банки я грабить не умею!
Анна: – (язвительно) а яхты водить умеешь!?
Мария: – умею! Вообще-то я капитан! Командовала эскадрой! Маленькой, но эскадрой. Я мужиков водила, на дело... О парусах я знаю все!!
Анна: – В смысле на дело?, - Анна поднимает бутылку и пальцем вопросительно указывает на нарисованный корабль. Мария кивает в ответ.
Мария: – только корабли у нас были немного другие... Поменьше, легче и быстроходнее! Наши лодки были легкими, с косыми парусами, догнать нас в море было просто нереально, Мария поворачивает голову к Анне, : - че, не веришь?!
Анна: – ну... в общем, как-то... как ты вообще могла попасть на корабль? Да еще и капитаном?
Мария: – по началу, ни о каком «капитанстве» речи и не шло, мы даже не были матросами. Мы - восемь девиц, изображали разбитных, ну скажем жриц любви, по доступной цене. (Картинка на бутылке начинает оживать перед взором Анны, история «оживает») Подплывали к купцу, в смысле к кораблю, начинали торг, а с другого борта, под видом рыбацких лодок, приближались остальные. Расслабившаяся матросня, раскатав губу, в ожидании удовольствий, по веревочной лестнице поднимали нас на борт. А мы сбрасывали, спрятанные под юбками канаты нашим и начинался стремительный абордаж! Дело процветало.
Но, долго так продолжаться не могло. Против нас применили туже тактику. Боевой корабль замаскировали под «купца». Нас, девок, подняли на корабль. А остальных наших расстреляли из корабельных орудий. Из всей эскадры спаслось одно судно. Иранда, моя подруга, успела крикнуть мне, и я прям с лестницы сиганула в воду. Долго вплавь добиралась до берега, среди обломков. Потом украла лошадь и разыскала оставшихся наших. В гробовом молчании зарезала атамана. Сходу, ничего не объясняя, ничего не спрашивала. И ни одна падла мне ничего не возразила. Я спросила: - кто со мной? Выручать девок? К «охотнику» мы подплыли лишь на следующую ночь. Мы опоздали. Всех моих подруг казнили. Мы вырезали ночную вахту.
Особое удовольствие доставило – вытащить из постели капитана.: оглушили, заткнули рот кляпом и сгрузили в лодку, вместе с убитыми девчонками. Протянули запальные фитили с палубы до погреба с порохом, подожгли и отчалили. Когда мы были у берега, корабль взорвался. И капитан это видел! Его избили. Били долго. Потом облили водой, чтоб он пришел в себя, привязали камень к ногам, длинную веревку и закинули эту тварь в море. Девушек похоронили, установили какой-никакой крест и только после этого достали труп капитана. Парни приволокли огромный валун гранита и установили на могильный холм (прямо по верх капитана), среди нас был один, грамотный, навигатор, он нашел какой-то камень, который оставлял след на граните и перечислил имена всех девушек, приписал эпитафию «Спите с миром. Вы отмщены.» И зачитал вслух подпись – капитан Мария.
Мария замолчала.
Анна: – и че дальше?
Мария: – ходили в рейды... грабили... А однажды вышли на очередную охоту, и я не помню, чем она закончилась. Я очнулась... в пустоте. Потом, не знаю через сколько, мир проступил, но меня в нем словно не было. Меня никто не видел, никто не слышал, я не могла ни к чему прикоснуться (руки проходили сквозь, да и сама я могла пройти сквозь что угодно).  Так я и проваливалась: то в пустоту, то в мир. Пока однажды я не попала в приморский, но не знакомый мне город. Случайно я услышала одну сделку: какой-то мужчина, предлагал какой-то баснословно богатой старухе чудесный эликсир, который вернет ей не просто молодость, а даст ей новое тело. Для процесса нужна была молодая девица. Два пузырька, один для девицы, другой для старухи. Разумеется, я была в ту ночь в доме этой старухи. В молодую пузырек влили насильно, старуха выпила сама. И меня тут же выкинуло в пустоту, а утром я проснулась в теле старухи. Вокруг меня творилась неимоверная суета: спрашивали про какие-то товары, какие-то караваны, какие-то сделки. Назывались неимоверные суммы. А я молчала. Через пару дней этой суеты я оказалась в дурке. Упекли. Родственничкам нужно было наследство. В теле старухи было больно. Больно сидеть, больно дышать. Что-то кололо, что-то жгло. Ну и лечение: какая-то непонятная отрава. Закончилось все ожидаемо: однажды мне влили лекарство слишком много. Было невыносимо больно: тело как будто подожгли. В глазах померкло и я вновь оказалась в пустоте.
Потом, уж не знаю сколько прошло времени, я оказалась в теле молоденькой девчушки. Ужас был в том, что ее выдавали замуж за очень богатого, влиятельного старика. И когда во время знакомства нас с ним оставили на едине, он тут же полез лапать. Тело девчушки конечно слабенькое, но у меня то опыт. Я вырубила этого вельможу с одного удара. Какой поднялся визг. Меня скрутили и оттащили в верхнюю комнату какой-то башни. Отец девчушки на меня орал и даже замахнулся, чтоб ударить, но натолкнулся на мой взгляд. И я увидела, как он испугался. Уходя, сказал: - «если не одумаешься, на брачное ложе тебя понесут связанную». И я испугалась. Я четко понимала, что сил девочки не хватит сопротивляться. И если я и дальше буду бодрствовать, то насиловать будут не девчонку, а меня.
Я ходила из угла в угол, я металась по комнате, понимала, что выхода нет. Кроме окна, которое было без решетки, потому что слишком высоко. Стыд, страх отчаяние, достигли такого… Я развернулась и побежала в окно. И я не помню было падение не было. Я просто снова оказалась в пустоте. Тогда-то я и поняла, если мозг сильно напугать, можно вырваться из его власти.
С тех пор я можно сказать «путешествовала» то по миру, то по пустоте. А однажды я увидела тебя. Я понятия не имею как... это происходит... но однажды я проснулась в тебе. Твой мир настолько не похож ни на что виденное мной… Мне очень долго было страшно делать хоть что-то твоим телом в этом мире. Я наблюдала. Я даже пыталась смотреть ваш телевизор. Ты можешь смеяться, но более-менее внятная «картинка» сложилась лишь после того, как я пролистала детскую книжку твоего сына «все обо всем». Это через какую же чертову тучу времени меня перенесло?..
Анна: – так вон чего он ко мне все приставал чтоб я рассказала историю про пирата Корсуэлло.
Мария: – а ну, да… после чая он попросил, чтоб я почитала чуть-чуть. И дал какую-то книжку, я посмотрела на обложку: какой-то дурацкий рисунок пирата. Я хотела отказаться, я читать не умею… А потом до меня дошло, Витя-то тоже не умеет. Ну и делая вид, что читаю, рассказала ему про свою жизнь, заменив имя. Не волнуйся, у нас не все было страшно. Хочешь верь, хочешь нет, мы не то, что убивали, мы даже дрались редко. В основном работал страх. Всем хотелось жить, купцам тоже. И знаешь… мне понравилось рассказывать Вите. Я даже уснула у него в кровати.
Анна: – это я помню… Проснулась то я.  Не согнуться, не разогнуться. Ноги затекли спина болит. И восхищенные глаза сына. Это я помню.
Возникла пауза... Посидели, помолчали.
Мария: – ну че, наливай...! девушки выпили. – теперь ты понимаешь весь мой интерес. Твой ход.
Анна: – всмыс... че я?
Мария: – че, че? Долго тянуть будем? Уже давно пора.
Анна: – ладно, хорошо, что нужно делать? как мы, ну это, вообще?
Мария: – как, как? Едем на море. Выбираем яхту. Готовимся. Захват. И отчаливаем.
Анна: – ну ни хрена себе! Это же преступление! А если ничего не выйдет? А если нас поймают? А если посадят?
Мария: – слишком много если! Я же сказала – готовимся. То есть не с дуру, ни с бухты-барахты... Именно вот, чтобы не было всех этих твоих если. Потому я и предлагаю дело, которое я знаю от и до.
Анна: – все равно вопросов меньше не становится! На что будем жить, пока готовимся? Какие-то припасы, опять деньги нужны. На все нужны деньги, деньги, деньги. Где мы их возьмем?
Мария: – Сначала нужно определиться – ты согласна или нет? А вот после этого начнем думать: что нужно, что можно сделать и как мы все добудем. Не дрейфь! Не подготовленные, никуда не рванем.
Анна: – Я понимаю... но все же!
Мария: – что?
Пауза. Девушки смотрят друг на друга. Долго.
Анна: – Мария. А у тебя там... в той жизни... был... свой ребенок?
Мария погружается глубоко в свои мысли .. исчезает.. Анна смотрит в пустое зеркало, где нет отражения ни Марии, ни ее самой.
 Выждав какое-то время, нащупывает выключатель, выключает свет в комнате. Звук будильника, Анна открывает глаза, комната залита утренним светом. Видно, что Анна спала не раздеваясь. Анна встает, выходит из комнаты, умылась, привела себя в порядок, вернулась в комнату, подошла к зеркалу.
Анна: – Мария., -ответа не последовало. Анна оделась, пошла на работу. Вечером вернулась домой. Телефонный звонок: (звонит мама) – дорогая, выходные закончились, завтра ребенка забираешь ты.
Анна: – я помню, мама. …
После разговора Анна вновь перед зеркалом.
Анна: – Мария. Поговорим? ,- Вновь без ответа.
Утро. Анна звонит своей коллеге, напоминает, что у нее есть отгул и она сегодня его берет, типа очень нужно. Анна в очередной раз смотрит в зеркало. Целенаправленно и деловито начинает ходить по комнатам, собирая ценные вещи, украшения и документы. Рассматривает все, перед ней лист бумаги, карандаш, Анна делает перечень того, что у нее есть. Достает банковскую карту, звонит в банк. (Ведет дежурный разговор с банковским работником.) Отложила телефон, оценила список, достала новый лист. Расположила перед собой, взяла ручку, начинает писать:
– Дорогой, наши отношения явно зашли в тупик. Мне нужно время побыть одной. Сколько, не знаю. Если любишь – дождешься. Если нет –черт с тобой.
Анна-Мария.
На телефон Анны приходит звуковое сообщение. От мужа:
– Милая, наши отношения явно зашли в тупик. Виноват в этом может я, может ты, я не знаю. Мне нужно время разобраться. Помнишь Гарика? Когда-то мы с ним были не разлей вода. А потом он уехал, пропал. Сейчас он большая шишка в туризме. Позвал меня в экспедицию на Эльбрус. Я согласился. В общем... Я уже на пути туда. Потом созвонимся. Надеюсь, что созвонимся…
Анна: – Алиса! Эльбрус… Это... блин. Это опасно?
Алиса: – статистическая справка о трагических восхождениях.
(Анна со злостью комкает свое письмо, ударяя кулаком по столу)
(какие-то кадры, показывающие, что идет время)
На телефон приходит смс. В верхней строке видно уведомление из родительского чата. Анна в спешке собирается и убегает за ребенком в садик.
Анна снова с пакетами, идет с сыном домой.
Анна: – Так. Я всю дорогу жду, пока ты мне объяснишь, что за драка в группе?
Витя: – к нам в группу пришла новая девочка.
Анна: – ага: она тебе понравилась.
Витя: – ну, главное, что я ей понравился. Ну, она меня поцеловала…, при всех. Мальчишки начались дразниться. Она кинулась их бить, ну а я, что, в стороне стоять буду?
Анна: – офигеть! Какие страсти. Серьёзный подход.
Витя: – да, она сказала, что, когда мы вырастем, она выйдет за меня замуж.
Анна: – ладно. Ну и как зовут нашу невесту?
Витя: – Мария.
Анна ошеломленно, недоуменно смотрит на сына. Немая сцена.