Снова Мильково

                "Оставим здесь свою тень…"
                Вероника Долина
Песни и пляски

В Милькове меня встретил на машине Володя, обнял, погрузил, привёз, донёс.
Лариса, загружая «привет из Ключей» в морозильник размером с холодильник, спросила, надо ли сохранить рыбу до моего возвращения, но я велела съесть:

— Нечего размораживать-замораживать по сто раз, не довезу, испортится, ешьте сами.

О-о-о, котлеты из мяса, как я давно не ела мяса, вчерашняя начинка из половины пирожка не считается!

Хозяева ушли на работу, велели к трём явиться на запись. Помылась, подсохла, повалялась, пошла.

Бывший детский сад «Василёк», где работают Калашниковы, видно от подъезда, надо только пройти наискосок буквально пятьдесят метров, но я иду пять минут, потому что фотографирую артефакты советского периода. Вообще Мильково больше всего напоминает мне Новый Оскол — количеством солнца, цветов и вот этого всего наследия во дворах.

Записываем без дублей новые песенки, начиная с «Лорелеи» и несколько ключевых арий из фолк-оперы «Совесть и пороки», рассказываю историю создания «оперы», написания отдельных песен, веселимся. Один дубль пришлось всё же сделать, Лариса не сдержалась, хохотнула-таки на песне о грызунах.

Гитару предоставил приятный молодой человек по имени Ваня, остался послушать, ещё одна женщина знакомая забежала и осталась, такой получился у нас мини-концерт под запись. Мини — потому что публики четыре человека. А пою-то я полтора часа, по полной, можно сказать, программе.
Даже устала немного.

Потом мы едем на велосипедах с километр вдаль по улице поглощать ничейную малину, а к лошадкам после этого не едем, потому как у Ларисы начинает стучать цепь, или подшипник, или что там ещё может стучать? Я предполагаю, что на малине была магическая защита.

— Ну нет, я же ела её вчера.
— Ну, может, она от двух человек и больше…

Малина пыльная, выползла за забор к дороге.
Но спелая и вкусная. Но пыльная.

В шесть репетиция ансамбля «Мильковские зори» в ДК, где завтра открытие бардовского фестиваля. На полу в холле лежит фестивальный реквизит: палатки, спальники, котлы, баннеры, указатели и — манекен женщины в тельняшке с голубыми губами утопленницы. Внезапно. Нет, она не поедет с нами, я уточнила.
На сцене — репетиция «под запись» танца ко Дню села, который будет через неделю. Я думала, поснимаю, но Лариса просит меня встать поплясать за отсутствующую участницу по фамилии Дудник, а ей покажут видео. Ещё один новый опыт. Задудник.
После репетиции опять едим, хозяева меня оставляют отдыхать, а сами опять уходят на работу. Эти люди так любят свою работу, что ходят на неё в любое свободное время.
Никогда такого не видела. Только в монастыре.

Кони и Пуля

11 августа, пятница
Проснулась, новости записала, устала, дошла до «Василька», где ребята с раннего утра опять трудятся, сидят за компьютерами и мои вчерашние записи улучшают. Ну нет, наверное, не только мои, а свои какие-то тоже. Владимир Владимирович в наушниках и Лариса Александровна без.
На обед ключевские котлеты из гольца в дело пошли, ещё раз супругов Калякиных добрым словом помянули, их дом гостеприимный и неутомимый тестомес.

После обеда они собрались в зимний лес зачеркнуто поехали смотреть и кормить-поить лошадок и лайку Пулю. Тех самых лошадей из Эссо. Теперь они принадлежат человеку по имени Василий. Их новый хозяин заготавливает и продаёт сено, такой у него бизнес, а теперь ещё и конский навоз. Лариса говорит, что за год он окупил покупку животных, просто продав их навоз.
Когда я внезапно разбогатею, куплю, пожалуй, коней.
И конька-горбунка, конечно.
И конюха найму Ивана.
И жароптицево перо.

Лошадки стоят в загоне возле коровника в окраинном районе Милькова, который называется «Мелиорация». Минут десять на велосипеде ехать от центра. Когда-то там что-то осушали. Чтобы узнать для меня подробности, Лариса останавливает встречного велосипедиста и беседует с ним, пока я медленно еду вперед до ближайшей развилки на велосипеде Лены из Лазо. Лена тоже скоро приедет сюда жить и работать, потому что в Лазо работать негде, вот и велосипед уже купила. Пока её нет, мне дали погонять, и это прекрасно, потому как пешком долго, не успели бы везде.
Мильково это вам не Эссо, это город почти. Весь центр многоэтажный. Но вот дома заканчиваются, начинается сельское хозяйство: поля, луга и фермы разной степени запущенности.

Лариса поит коней внутри коровника, пока коровы всё лето пасутся в поле, а я, крадучись, перемещаюсь туда-сюда по хлеву в попытках настигнуть и резко сфотографировать овцу. Овца ждёт, когда я подползу поближе, и отбегает на безопасное расстояние. Потом выясняется, что в темноте скрывается ещё одна овца, чёрная, она убегает тоже, вообще не желает позировать, боязливая тварь.

Очень мне нравятся все эти живописные сельхозобъекты. Но надо ещё успеть посетить музей, пока не начался фестиваль.

Мильковский музей

В 2018 году он был закрыт, когда мы проезжали мимо.
Тогда мы осмотрели деревянные части макета острога в парке — сторожевую башню и кусок частокола. На самом деле, как мы помним, Верхнекамчатский острог располагался не здесь, а верстах в четырнадцати отсюда.

Музей небольшой, но тоже с большой любовью сделан, являясь, по сути, филиалом музея в П-К. Оно даже и видно, одной рукой буквы начерчены, один как будто художник работал.
Входной билет 100 рублей, столько же стоит фотосъемка.

Хоть мы и не заказали экскурсию, приятная сотрудница ходит за нами, всё рассказывает и музыку в разных залах подобающую включает, то на патефоне, то на радиоле — это особенно трогательно.
Обязательно надо будет вернуться, все буквы неторопливо прочитать и всё сфотографировать.

Гости фестиваля из Южно-Сахалинска уже побывали здесь с утра, на концерт женщин уже пригласили. Концерт в ДК в шесть, и музей до шести. Вряд ли они придут. Но я обещаю про них написать в книге и на будущий год привезти обе — новую и старую, переизданную.