Белуха 7

                Глава VII.

   Ужинал Олег за одним столом с хозяином. Илияс заговаривал его застольной беседой, далёкой от добродушного гостеприимства:
   - Ты почему так мало кушаешь? Как завтра работать будешь? Знаешь пословицу: «как полопаешь, так и потопаешь». Ваша, русская. Я знаю. А мне после земляки скажут, что я тебя голодным на работы гоню.
   - Я не могу есть по многу, - оправдывался Олег.
   - Работника узнают за столом, - настаивал на своём Илияс. – У вас тоже есть такой обычай? Сегодня ты отработал хорошо. Как завтра будешь шевелиться? Или тебе наша пища не нравится? Скажи, что тебе хочется, моя женщина тебе по заказу обед приготовит.
   - Нравится, - признался Олег. – Вкусно, спасибо. Не могу я много есть! Переедать не приучен. Тут дело такое, - перевёл разговор на другое. – У меня к тебе просьба небольшая нашлась.
   - Просьбы не принимаю. Будешь делать то, что говорю! Я тебя кормлю, я твой хозяин.
   - Я должен отблагодарить Рахмена, – настоял на своём Олег. – Если потребуется, могу помочь ему по хозяйству.
   - Желание хорошее, правильное, - похвалил Илияс и примолк, задумавшись. Олег ясно услышал мысли своего хозяина, которые ничего хорошего в себе не несли.
   «Что могу я взять с земляков за аренду своего раба? – подсчитывал Илияс. – Деньги я ему не плачу, работает он за питание. И соседи будут расплачиваться так же – кормить его просто. Взять с них будет нечего. Разве что уважения во мне прибавится… Порой и к ним обращаться за помощью понадобится. Ладно. Попросят, буду посылать его ненадолго. От меня не убудет».
   - Пошлю тебя к Рахмену как-нибудь, - решил Илияс. – Тебе надо знать наших дехкан. Познакомишься с нами поближе.

   К знакомству с местными работать Олегу у них не пришлось, они сами подходили к нему заинтересовавшись необычным «потеряшкой». Что удивляло, все казахи владели русским языком, приветствовали Олега традиционным «здравствуй». Свои знания казахского Олег от встречных скрывал, ограничивался ответным «салеметсиз бе». Мало ли что о нём могут подумать?
   Больше всех остальных Олег сблизился с Иваном. Местный русский приживала каждый день подходил к Олегу, помогал ему в работе без всякого согласования с хозяином Илиясом. Олег всегда делился с помощником своим пайком, которым его снабжала жена хозяина, Латифа – добрая молчаливая женщина. Не повадно казашкам заговаривать с посторонними.
   Сблизила мужичков, как это не странно, водочка. Спиртное у русских завсегда считалось поводом к дружбе.
   Олег в тот день собирал в стога прокошенную им траву и случайно обнаружил брошенную Иваном бутылку со зловонной жидкостью. При встрече попытался вернуть обладателю его ядовитое зелье. Алкоголикам без спиртного жизнь не в жизнь. Иван от находки отказался:
   - Пить больше не буду. Перетерплю. Похмелье прошло без лечебных возлияний. Пройдёт и тяга. Хочется пожить как люди, без вмешательства «галлюков».
   - Верное решение, - одобрил Олег. – Спиртное разрушает организм и мозги. Жизнь нам дана для земного обитания, а не на то, чтоб мы витали в облаках. Хотя мечтать не вредно. Мечты приходят сами, без постороннего вливания. Ты бы рассказал о себе, Вань.
   - А что рассказывать… Родился я здесь. Отец в правлении работал, мать – в школе учительницей. Тут раньше школа была. Брат с сестрой пошли по стезе родителей: Васька экономический закончил, Катька – педагогический. Я не ахти как в школе учился. Уехал в город, на заводе работал.
   После развала брат и сестра в Россию перебрались. Дом родительский заброшенным стоял. Я с завода уволился, домой вернулся. На заводе всё равно зарплату задерживали, не выжить. Попробовал подняться в родных пенатах. Не вышло. Не приняли меня местные. Один я здесь остался – инородец.
   - А что в Россию не переедешь? – посочувствовал Олег.
   - А там я кому буду нужен? Родственники от меня отказались. Никак с ними не общаюсь, не нужен я им. В России я никому не буду нужен. Нигде… Здесь меня родные места держат, горы. Здесь я научился жить, там не смогу.
   Я с Каримом сработался. Он в Россию переправляет водку и сигареты. Я ему с погрузкой помогаю. У Карима в России завязки налажены. Россияне его дешёвый товар тотчас раскупают, ему остаётся пайда на откаты и прибыль. Вот как в России взвинтили цены на запретный продукт. Со мной он водочкой рассчитывался. Как теперь будет благодарить, не знаю. То ли другую работу искать? Я ведь и токарь, и фрезеровщик. Только станков тут нет…
   - Выберешься, - заверил Олег друга. – Главное, пить ты бросил. Дороги к жизни всегда открыты.
   Заверил и сам себе не поверил. Знал Олег по себе об этих жизненных дорогах – платных, не проходимых.
   Как удалось ему убедить Ивана отказаться от спиртного? Олег ли это повлиял? А кто же ещё?

   Илияс был недоволен присутствием Ивана на своём участке. А был ли он когда доволен? Самый злой казах, он был готов на всё, чтобы смести доброе и светлое. Заработал себе авторитет на зверствах, боялись его и уважали за то. На злых помыслах легче всего достичь ожидаемого результата – частного, для себя одного.
   Особо озлоблен был Илияс после разговора с Айдаром. Олег этого разговора не слышал, но отчётливо «видел» его результат, засевший в голове хозяина. Айдар на встрече с Илиясом поведал ему о своих опасениях:
   - Это дело может перерасти в межнациональный конфликт. Мы уруса закабалили! Представляешь, что может быть?
   - Никто не узнает, - усомнился Илияс. – Этот урус никто, и звать его никак. Кем он нам представляется, того уже успели потерять. Никому не нужный Олег – вот он кто есть.
   - О нём знает весь аул, - не согласился Айдар. – Сегодня у многих есть интернет. История Олега вмиг по миру распространится.
   - Я тебя понял, - догадался Илияс. – Ты хочешь больше манатов за него получить. Что ж, я подумаю. Олег отличный работник, каких поискать. И кушает мало.
   - Денег много не бывает, - просветил земляка Айдар. – Но и лишние деньги тебе комом выйдут, если алчность мозги затмевает. Завтра же сообщу наверх об Олеге.
   - Подожди неделю, - попросил Илияс. – Я придумаю, как с ним быть. Он нам здесь пригодится.

   Илияс злился недолго. Уже на следующий день стал с Олегом приветливее и просил его не перетруждаться особо:
   - Ты такими темпами долго не выдержишь. Отдыхай больше. Всё успеем сделать.
   Олег напомнил хозяину о своей просьбе отблагодарить Рахмена. Илияс согласился, отправил работника к соседу уже на следующий день.
   Рахмен принял Олега со всем восточным гостеприимством, работал рядом, делился казахскими тайнами по обработке земли. У каждого народа свои традиционные рабочие навыки, неповторимый опыт, свой инструмент, который станет инородцу не по рукам. Русские окучивают картошку тяпками. У казаха на то имеется инструмент на все случаи – кетмень.
   - Не спеши, - тормозил Рахмен Олега, подкапывающего картофельные кусты. – Быстро закончим, женщины нас плохо накормят: «мало сделали» скажут (улыбнулся вылетевшей шутке).
   За обеденным столом Олег, почувствовав расположение Рахмена, расслабился и без утайки рассказывал о себе, отвечая на нескончаемые вопросы хозяина. Открылся Олег доброму собеседнику и сам не заметил, как вылетел с него неуместный вопрос, тревоживший его последнее время:
   - А почему вы так русских не любите?
   Рахмен не понял вопроса, примолк, задумчиво рассматривая русского гостя. Переспросил, в конце концов:
   - Ты откуда взял это?
   - Как откуда? Вторую неделю у вас обитаю, Илияса наслушался. Ладно, меня вы ни во что не ставите. Я – никто, потеряшка. Вы Ивана, своего земляка, опустили ниже плинтуса, и никто не поможет ему подняться.
   - Нельзя судить народ по первому встречному, - оправдал Рахмен свою нацию. – Мы помним всё хорошее, что сделала для нас Россия. Нет ничего хуже межнациональной вражды. Чужие традиции достойны уважения. Не стоит судить инородца по первому встречному. Как тебе это лучше объяснить? – задумался ненадолго.
   Знаешь, мой дед участник Отечественной. Так вот, рассказал он как-то о разговоре с однополчанином в окопе. Его рассказ стал назиданием не только для меня, я после в кино такое же видел – точь в точь.
   Так вот… Сидят в окопе бойцы, готовятся отбить очередной немецкий штурм.
   - Русские не сдаются! – выпалил казах на взводе.
   Русский боец удивлённо взглянул на товарища:
   - Ты же не русский, казах…
   - Знаешь, сегодня я защищаю русскую землю, значит я русский. Завтра ты рядом со мной Казахстан защитишь, будешь казахом.

   На следующий день Олега забрал к себе Илияс. Это его работник, и делиться собственностью никакой хозяин не обязан. Помог соседу по надобности, уважения к себе пополнил. Соседи должны помогать друг другу – кому инструмент понадобился, а кому работник в помощь. Сегодня ты помог, завтра тебе не откажут.
   Вечером после работы Илияс усадил Олега за стол и подал ему тетрадку с ручкой, заставил писать под диктовку:
   - Пиши! Я – такой-то, какой ты. Прошу выдать мне гражданство. Хочу жить в Казахстане. Написал?
   Илияс выдернул из-под Олеговой руки листок и начал проверять написанное, постепенно багровея: «Русский должен жить в России, а никак не на чужбине».
   - Это что!? Я это заставил тебя написать?
   Хозяин скомкал листок и кинул в лицо сочинителя пасквилей. Злость в нём кипела нешуточная. Он достал с сапога хлыст и затряс им, зажатым, перед Олегом:
   - Урус! Шайтан! Акымак! Кашкын (беглец)!
   Разъярённый хозяин замахнулся на своевольного батрака, высвободив хлыст с ладони, но ударить так и не посмел. Щёлкнул по полу, развернулся к выходу и притопнул каблуком в ярости.

   «Как можно приравнивать разных людей к одним завещанным достоинствам? – мучился Олег сомнениями, вертясь на корпе (матрас). – Человеку предначертано отличаться характером, не только лицом. У каждого своё «я», которым он дорожит. Кто к добру тянется, старается понравиться людям и быть полезным. Другой считает себя выше всех, держит в кулаке свою правду, которая «в силе».
   Нет. Не просто так одарили меня сверхспособностями. Я просто обязан направлять людей на путь истинный. Люди меняются со временем, и при должном обращении с подопечными у меня всё должно получиться».

   Об объявившемся на территории Казахстана заблудившемся русском Айдар доложил на следующий день. С отправкой Олега на родину откладывать не стали. Провожали безотказного работника всем аулом, желали ему найти себя, там, в далёкой от Казахстана стране.
   Подошёл к Олегу и Илияс, обнял своего освободившегося батрака за плечо:
   - Не помни о плохом. Приезжай. Я тебе бешбармак на костре сготовлю. На охоту сходим. Ты так и не увидел наших мест, не полюбил казахский Алтай. А надо…

Начало http://proza.ru/2026/04/24/1157