Близкие люди

Светлану Игоревну бросил муж. Оказалось, что он влюбился и у него нет сил противостоять новым чувствам.
- Да я и не хочу, - заявил он. – Она дает мне ощущения.
Светлана Игоревна хотела заехать ему по роже, но сдержалась. Она была женщиной сдержанной, держащей все внутри, и даже слезы свои она лила осторожно, так чтобы никто не видел.
Тем временем муж совсем распоясался, он стал ночевать у этой бабищи, а потом и вовсе переехал к ней жить.
- Не могу без нее, - признался он и чуть ли не зарыдал.
Светлана Игоревна помогла ему собрать вещи и даже сложила банку варенья и только что испеченные блины.
- Знай, - сказал муж, стоя уже в дверях. – Мы с тобой всегда будем близкими, родными людьми.
Он поцеловал ее в лоб и зашел в лифт. Светлана Игоревна посмотрела на него из окна, потом выпила сто пятьдесят граммов водки и заплакала.
Она поняла, что теперь они чужие далекие люди, живущие в разных квартирах и более того, спящие на разных кроватях.
Причем, она спит одна, а он нет.
- Тебе нужен любовник, - сказали подруги. – Молодой и горячий.
Светлана Игоревна покраснела, а она даже не могла помыслить, что у нее, у взрослой женщины, закрашивающей седину, может быть какая-то связь. 
Тем временем муж веселился, он звонил ей и рассказывал о том, что они с Лёлей полетели на Кипр, что он счастлив и к нему снова вернулась молодость.
- Да-да! – смеялся он. – Мне будто бы двадцать четыре!
Светлана Игоревна знала, что ему пятьдесят. И что у него больная спина и отдышка и малярные мешки под глазами.
Ей хотелось  сказать, кого ты обманываешь? Но вместо этого она пожелала ему хорошего отдыха и ярких незабываемых впечатлений.
- Ну, какой же козел! – возмутились подруги. – С тобой он почему-то летал в Туапсе!
- Ему снова двадцать четыре, - вздохнула Светлана Игоревна. – Пусть!
Через две недели муж возвратился и стал рассказывать ей о том, как шикарно они отдохнули и Лёля великолепна, а какая у нее фигура, а ноги, а как она хорошо плавает и энергично танцует.
-А как поет! – восхищался муж. – В общем, я счастлив! – подытожил он и, взяв несколько чистых рубашек, поехал на работу.
Светлана Игоревна собрала все его вещи и выкинула с балкона. Потом она написала ему, чтобы он больше не смел ступать на порог ее дома, и она не желает его больше видеть.
Ты меня удивляешь, написал муж. Между нами родственная связь, которой больше никогда и ни с кем не будет!На что Светлана Игоревна написала коротко и лаконично: иди в жопу.
Но вечером муж явился с чемоданом и, глядя на неё сквозь слезы, сказал, что Лёля нашла другого.
- Он моложе меня, - отчаивался муж. – У него борода, волосы, зубы, представь себе! Они уже в Париже! – он повалился на кровать и, закрыв лицо руками, начал трястись в рыданиях. – Как же я был наивен, - выкрикивал он. – Боже! Как же я был смешон!
Светлана Игоревна ушла на кухню и слышала, как он ругает себя за то, что превратился в слепца, в нелепого глухого слепца, в глупца, в посмешище!
- И из-за кого? – выкрикивал он. – Боже!
Наоравшись он пришел к ней на кухню и, встав на колени начал каяться и взывать к ее милосердию.
- Прости, - говорил он и чуть ли не ударялся головою об пол. – Прости меня! Это безрассудство, обман, обольщение. Похоть! – выкрикнул он. – И как я мог поддаться? На что?
Светлана Игоревна смотрела на его красное распухшее лицо, на редеющие белёсые волосы, на дрожащие руки и ей хотелось его обнять. Обнять и сказать, что все в прошлом, что она на него не злиться.
- Это было наваждение, - говорил муж и прижимал ее ладони к своему лицу. – Мне так стыдно, Господи! Какой же я был дурак.… Как я мог?
- А где ты собираешься жить? – Светлана Игоревна подошла к духовке и достала из неё запеченную курицу.
- У тебя кто-то есть? – удивился муж.
Светлана Игоревна покраснела, как будто бы ее застали врасплох.   
- Не ожидал, - муж встал с колен. – И давно?
Он оторвал от курицы  ножку и стал жадно ее жевать.
- Невероятно! – он посмотрел на  жену, всё еще не веря, что она опустилась до такого бесстыдства.  – И кто же он?   
Светлана Игоревна смутилась и стала засыпать заварку в заварочный чайник. 
- Нет, ты мне скажи! – муж оторвал от курицы вторую ножку. – Я-то думал ты честная женщина, порядочная, высоконравственная!  - он впился зубами в сочное мясо. – А ты?
Светлана Игоревна опустила глаза и стала заваривать чай, тем временем муж говорил, что она коварная, подлая, пошлая, что она потеряла свое женское достоинство, свою честь и что в её возрасте и с её то давлением это крайне опасно и совершенно бессмысленно.
- Ему, наверное, двадцать восемь? – усмехнулся он. – Молодой, пылкий, с каменным прессом и густой бородой?
Светлана Игоревна ушла от него в комнату, но он пришел за ней следом и не мог поверить, что она настолько неустойчива, настолько вульгарна и скорее всего, у нее всегда были мысли о грязном, грубом, разнузданном сексе где-нибудь на полу в уборной. 
- И где же вы предавались этому циничному, истощающему разврату? – муж вдруг остановился и показал рукой на кровать. – Здесь?
Светлана Игоревна отвела взгляд и почувствовала себя виновной, как будто бы она и впрямь совершила нечто недостойное  и страшное.
- Не могу поверить, - муж закрыл руками лицо. – Это же надо! На нашей с тобой кровати, где я был нагим, беззащитным, открытым, доверчивым, как дитя… 
Он схватил  чемодан и проследовал в коридор.
- А твой любовник, - выкрикнул он, - обычный аферист! Он непременно тебя обманет, а потом бросит! Где у нас ложка?
Светлана Игоревна вышла его проводить, она смотрела, как муж ищет ложку, а потом надевает ботинки, неловко, как-то ссутулившись, стесняясь своего живота.   
- Или ты думаешь, он на тебе женится? – муж окинул ее презренным взглядом. 
- Не знаю, - ответила она. – Но мы с тобой всегда будем близкими, родными людьми…
- Да конечно! – муж рассмеялся и выйдя в подъезд,  пошел вниз по лестнице. –  Никогда! – крикнул он. - Слышишь? Никогда!