Ферма. Чёрная Афродита

Ричмонд, штат Вирджиния, США

22 августа 1995 года

Энке вошёл в переговорную (не путать с допросной!) и – во второй раз с момента прибытия в Вирджинию – потерял дар речи. Ибо перед ним стояла уже вторая по счёту самая настоящая богиня. Только африканская - Чёрная Афродита.

Тридцать лет или около того; среднего (для женщины) роста; тёмно-кофейная, почти чёрная бархатная кожа; глубокие загадочные карие глаза, в которых можно утонуть как в озере Танганьика; чёрные как смоль волосы (правда, прямые – африканки обычно кудрявые); широкая кость; длинные ноги (любая манекенщица обзавидуется) …

На удивление узкое лицо, тонкие губы, узкий, почти европейский нос (видимо, северянка – на мулатку она была решительно непохожа); по-европейски мягкие и женственные черты лица.

Грациозная, элегантная, стильная, аристократичная, спортивная, с телом легкоатлетки и (или) пловчихи, она обладала мистической колдовской притягательностью, которой так славятся африканские женщины.

Облачена богиня была в безупречный (и явно недешёвый) светло-серый костюм (традиционный цвет ФБР для женской одежды); белоснежную блузку; юбку ниже колена (явно не полевой агент - те носят исключительно брюки) и чёрные элегантные туфли на низком каблуке. На шее изысканное золотое распятие на цепочке - видимо, католичка (редкость для афроамериканцев в Вирджинии).

«Я агент Джонсон» - неожиданно низким голосом представилась Афродита. И улыбнулась: «Амара Брианна Джонсон – если полностью».

Не без труда восстановив самообладание (второй такой шок за три дня было многовато даже для него), Энке улыбнулся в ответ:

«Благодать бессмертия – прекрасное имя…»

Просто идеальное для её неизбежной судьбы после раскрытия дела Линбарка.

«Вы знаете суахили?» - удивилась агент Джонсон. Энке покачал головой: «Нет… просто я однажды несколько месяцев прожил в Африке… вот и нахватался…»

И осведомился: «Почему Брианна… хотя и это имя Вам очень идёт?»

В переводе с ирландского гэльского это имя означает сильная и аристократичная… что соответствовало на все сто. Амара вздохнула:

«Мама ревностная католичка; без ума от Ирландии…»

«Понятно» - улыбнулся Энке. И осведомился: «Ваш отец поменял фамилию в честь президента США Линдона Джонсона?»

От изумления агент Джонсон аж опустилась на стул: «Вы ясновидящий… этого нет в моём личном деле…». Энке покачал головой: «Я в глаза не видел Вашего личного дела – пять минут назад я и не подозревал о Вашем существовании…»

Сделал небольшую паузу – и продолжил: «Вы примерно 1965 года рождения…»

«1966-го» - уточнила она. Энке продолжил:

«Второго июля 1964 года при активном содействии президента Джонсона был принят Закон о гражданских правах, запретивший в США расовую сегрегацию по какому бы то ни было признаку. 6 августа 1965 года был принят Закон об избирательных правах...»

Амара кивнула: «Вы правы. Не могу сказать, что темнокожие американцы повально меняли фамилии в честь Джонсона… но это имело место…»

Ни она, ни Энке не знали, что произошло в Белом доме сразу после рождественских каникул 1963 года, когда Палата представителей Конгресса США приняла Закон о гражданских правах.

Вернувшись в Овальный кабинет, президент Джонсон с изумлением (как ни странно, совершенно не испугавшись), обнаружил в нём человека неопределённого возраста и привлекательной… однако, почему-то совершенно не запоминающейся внешности. Непрошеный гость приветливо улыбнулся:

«Добрый вечер, господин Президент. Моё имя Вам ничего не скажет… да и неважно это. Важно, что я не намерен причинять Вам вред… совсем даже наоборот…». И не так уж чтобы совсем неожиданно, представился:

«Я всего лишь курьер… я всего лишь передаю Вам послание…»

«Существенной частью которого является Ваше появление в Овальном кабинете?» - усмехнулся Линдон Джонсон. Ибо после убийства Джона Кеннеди меры безопасности в Белом доме были радикально усилены.

Незнакомец кивнул: «Не без этого… но это не главное». И – тоже нельзя сказать, что так уж неожиданно продолжил: «Ходит байка… или не байка, я при том не присутствовал… когда в Сенате обсуждалась 19-я поправка к Конституции…»

Девятнадцатая поправка к Конституции США распространила активное избирательное право (право голосовать на выборах) на прекрасный пол. Поправка была принята Конгрессом США 18 августа 1920 года.

«… самый мудрый сенатор… имя его байка не упоминает, почему-то молчал. Когда его спросили, почему он молчит, он спокойно ответил, что не хочет попусту сотрясать воздух. Ибо он точно знает, что поправка будет принята… и что страна из-за этого ещё наплачется…»

«Вас прислали диксикраты?» - осведомился Джонсон. Что было совершенно логичным предположением, ибо это название получили южные консервативные демократы США, создавшие в 1948 году Партию прав штатов, выступавшую за расовую сегрегацию.

А также консервативная фракция в Демократической партии США, поддерживавшая расовую сегрегацию и расовые законы Джима Кроу, послужившие примером для Нюрнбергских законов в Третьем рейхе.

Незваный гость покачал головой: «Те, кто попросил меня передать Вам сообщение, не имеют никакого отношения к диксикратам… вообще никакого отношения к политическим партиям в США…»

Сделал небольшую паузу – и продолжил: «Они просили Вам передать, что борцунов за гражданские права негров права негров вообще не интересуют… как суфражисток вообще не интересовали права женщин…»

«Очень интересно…» - удивлённо произнёс Джонсон. «А что же их интересует?»

«Власть» - спокойно ответил незнакомец. «Права человека… как и сами человеки, для них не более, чем инструмент достижения власти – как и для Сталина и вообще для большевиков…»

«Вы считаете суфражисток и борцов за права цветных коммунистами?» - осведомился президент. Ему было известно, что такого мнения придерживался директор ФБР Гувер… но сам Джонсон так не считал.

Незваный гость покачал головой: «Эта публика гораздо хуже, чем коммунисты… Вы знаете, что все без исключения основательницы движения феминисток и суфражисток вполне открыто поклонялись Дьяволу? И объявили его Великим Освободителем женщин?».

Для умеренно религиозного техасского протестанта Джонсона это было весьма неприятным открытием (он почему-то не сомневался, что незнакомец говорит правду). Поэтому он осведомился:

«Вы считаете, что доктор Кинг и другие лидеры движения за гражданские права цветного населения США дьяволопоклонники?». Незваный гость рассмеялся:

«Да нет, конечно». И неожиданно мрачно продолжил: «Они просто полезные идиоты, которыми умело манипулируют самые настоящие дьяволопоклонники»

«Полезные Дьяволу?» - неожиданно даже для самого себя не столько спросил, сколько констатировал президент. Незнакомец кивнул – и продолжил:

«Они не остановятся после достижения равноправия цветных… как до того не остановились после достижения равноправия женщин. Будут добиваться равноправия гомосеков, трансгендеров, педофилов, зоофилов, открытых границ для иммигрантов самого низкого пошиба, пока не разрушат США до основания»

Сделал паузу – и продолжил: «… точнее, пока не обрушат страну в настолько чудовищный хаос, что США быстро превратятся в самый настоящий Ад на Земле… именно этого Дьявол и добивается с незапамятных времён…»

«Вы хотите, чтобы я заблокировал принятие Закона о гражданских правах?» - осведомился Линдон Джонсон. Неизвестный покачал головой: «Это уже не в Ваших силах… мы просто хотим, чтобы Вы знали правду… и не слишком усердствовали на этой чрезвычайно опасной ниве…»

И неожиданно резко сменил тему, осведомившись: «Вы ведь общаетесь с Робертом Кеннеди… несмотря на не самые лучшие отношения?»

Джонсон пожал плечами: «Разумеется – он же Генеральный прокурор США…»

Он же министр юстиции… впрочем, в Вашингтоне все знали, что это ненадолго.

Незнакомец… да, практически приказал: «Передайте ему при следующей встрече, чтобы, когда он станет сенатором и будет баллотироваться на пост Президента США, он не пытался выяснить, как был убит его брат. Это опасно для жизни…»

«Вы знаете, как был убит Джон Кеннеди?» - изумлённо-заинтересованно спросил Линдон Джонсон. Незнакомец спокойно ответил:

«Бедолага Освальд был не при делах – его грамотно подставили. Работали два стрелка – три выстрела из окна здания на Дили Плаза – и два с зелёного холма… один из них смертельный. На плёнке Запрудера только три выстрела – с холма стреляли из винтовки с глушителем…»

Сделал многозначительную паузу – и осведомился: «Вы же не верите, что Джек Руби убил Освальда по своей инициативе, чтобы отомстить за президента…»

«Нет» - честно ответил Джонсон. Незнакомец кивнул – и продолжил: «Передайте Роберту Кеннеди, чтобы он подумал… серьёзно подумал, на что способны те, кто организовал и само убийство Джона, и операцию прикрытия… и превратил Руби в покорный инструмент решения важнейшей проблемы… Вы же понимаете, что дело Освальда даже до суда не дошло бы из-за недостаточности улик…»

Линдон Джонсон кивнул. Незваный гость повернулся и быстрым шагом покинул Овальный кабинет. Впоследствии Джонсон осторожно навёл справки… но никто не видел этого человека в Белом доме – ни охрана, ни другие обитатели Белого дома, ни обслуга… никто.

Закон о гражданских правах был принят Сенатом США 19 июня 1964 года с некоторыми поправками, затем был принят обеими палатами Конгресса и подписан президентом Джонсоном в июле 1964 года. Шестого августа 1965 года Джонсон подписал принятый Конгрессом Закон об избирательных правах… ну, а дальнейшие события полностью подтвердили правоту незваного гостя.

Энке улыбнулся: «Расскажите мне о себе, агент Джонсон…»