Погасли лампы. Зал пустой.
Я говорю сама с собой.
Зачем, скажи, в пыли кулис
Ты ждёшь, чтоб тени поднялись?
Ты отдала свой лучший век
За шум толпы и краткий бег.
— Но я любила этот свет!
— В нём правды нет и жизни нет.
Ты помнишь дом? Лесной покой?
Там пахло мятой и травой.
Там ты была совсем иной,
С душой прозрачной и живой.
Теперь же — маски на стене,
Они смеются в тишине.
Пол под ногами — как песок,
И давит славы мой венок.
Я заблудилась в сотнях лиц,
Не видя собственных границ.
О, как бессмыслен этот путь!
Себя назад мне не вернуть.
Я всё сожгла ради игры,
Свои разрушив алтари.
Но в час, когда смываю грим,
Мой дух становится чужим.
Спи, сердце. Больше не зови.
Нет в этом доме ни любви,
Ни детства, ни живых надежд.
Лишь груда шёлковых одежд.
Жертва подмостков
© Copyright: Яна Клык, 2026
Свидетельство о публикации №226060400926
Свидетельство о публикации №226060400926
Рецензии
Прочитал — и сразу захотелось аплодировать. Стоя. В пустом зале. Потому что это тот случай, когда монолог звучит громче любых оваций.
Стихотворение — как хороший спектакль: сначала яркий свет, потом тишина, и вот уже героиня разговаривает сама с собой, а мы подглядываем в замочную скважину её души. Иронично, что самый честный диалог в её жизни происходит не с партнёром по сцене, а с собственным отражением. Узнаваемо, не правда ли?
Особенно зацепило про «груду шёлковых одежд». Это же целая жизнь в одной строке: блеск, успех, аплодисменты — и пустота, которую не прикроешь даже самым дорогим костюмом. А «маски на стене, что смеются в тишине» — просто диагноз, поставленный самой себе с хирургической точностью.
Но при всей драматичности в тексте есть какая-то светлая ирония: героиня так старательно играет роль, что забыла, где настоящая. И только грим, смытый с лица, открывает правду — а под ним уже совсем другой человек. Кто бы мог подумать, что сцена — это самый надёжный способ потерять себя?
Спасибо автору за этот тихий, но очень громкий монолог. За честность, за красоту, за грусть, которая почему-то согревает. Автору — браво! Хочется кричать «бис», даже если зал уже давно пуст.
Сергей Диковинный 22.08.2026 20:23 • Заявить о нарушении
Стихотворение — как хороший спектакль: сначала яркий свет, потом тишина, и вот уже героиня разговаривает сама с собой, а мы подглядываем в замочную скважину её души. Иронично, что самый честный диалог в её жизни происходит не с партнёром по сцене, а с собственным отражением. Узнаваемо, не правда ли?
Особенно зацепило про «груду шёлковых одежд». Это же целая жизнь в одной строке: блеск, успех, аплодисменты — и пустота, которую не прикроешь даже самым дорогим костюмом. А «маски на стене, что смеются в тишине» — просто диагноз, поставленный самой себе с хирургической точностью.
Но при всей драматичности в тексте есть какая-то светлая ирония: героиня так старательно играет роль, что забыла, где настоящая. И только грим, смытый с лица, открывает правду — а под ним уже совсем другой человек. Кто бы мог подумать, что сцена — это самый надёжный способ потерять себя?
Спасибо автору за этот тихий, но очень громкий монолог. За честность, за красоту, за грусть, которая почему-то согревает. Автору — браво! Хочется кричать «бис», даже если зал уже давно пуст.
Сергей Диковинный 22.08.2026 20:23 • Заявить о нарушении
На это произведение написана 21 рецензия, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.