Снова Ключи

                "Надо как-то сдерживаться..."

    Веники из хрена

Света с Толей встречают меня с автобуса, а на славной улице Сплавной уже топится баня.
Хоть я и свалилась как снег на голову, за три часа объявив о своем приезде, мясо для шашлыка уже замариновано, пиво закуплено, военнослужащие Алёши оба в гости позваны.

Вы когда-нибудь парились вениками из свежих листьев хрена? Вот и я нет. Ноу-хау семейства Калякиных. Ревматизму конец. Особенно если после парения ещё этот веник к больному месту приложить, прижать и потерпеть…
Нет, я не смогла этого больше минуты вытерпеть. А хозяева привыкли и не болеют никогда, видимо, ничем. Прекрасные люди. Определили меня жить в комнату уехавшей внучки, выделили моноблок для писательских нужд.
Остаюсь! До августа.

    В лес да по ягодицы

23 июля, воскресенье
Ездили в лес, искали жимолость. Ягоды мало.
Лес хоть и пролез сквозь пепел, но тяжело ему. Видно, как тяжело. Если кто не знает вдруг, то в апреле 2023 года было извержение Шивелуча и пеплопад, местами до 20 см выпало, потом всё это таяло и текло).
Выглядит сюрреалистично. Под дюймовой корочкой относительно сухой серой пепельной массы — жидкая фракция, выдавливается из-под ноги. Не самое приятное ощущение: непонятно, уйдёт нога по колено или глубже, или нет…
Комаров полно.
Медведи где-то рядом ходят.
У дороги выцветший знак с изображением оленя, расстрелянный из дробовика.
За час набрали несколько горстей — дно прикрыть — и вернулись.

Помогала фарш крутить: в мясорубку пихала кусочки рыб, свиного сала и лук. Яйцо и майонез Света добавила сама.
Затем фарш сорок минут взбивал тестомес. Котлеты после такого получаются нежные, как суфле.

— А когда у вас тестомеса не было, как вы обходились?
— Руками взбивали мужики, сидели — и за разговором месили сорок минут…

Никогда не видела столько рыбного фарша и тестомеса.
Никогда не ела жареных рыбьих печенок и сердец.
Таких вкусных рыбных котлет тоже.

Ждали гостей, нажарили куриных крыльев тазик и сосисок, котлет рыбных два таза, но не дождались.

— Ну это же военные, они все такие.

Шашлыками будем неделю питаться.
Зато про Мильково почитала и написала.
Дорвалась до клавиатуры…

    Кулинарный мастер-класс

24 июля, понедельник
Камчадальские щи — головки чавычи, картошка, квашеная капуста, огородная зелень, соль-перец;
Пельмени с чавычей (фарш — рыба, лук, свиное сало);
Салат — солёный кижуч с луком и растительным маслом;
Пирог с тушёной капустой, луком и солёной лососиной;
Пирог с брусникой; плюшки с сахаром и корицей;
Компот из клубники с яблоком, мятой и мелиссой.

    Писательство и клубника

Пока хозяевам некогда развлекать меня рыбалкой, у них же работа есть вообще-то (гостиница, цветочно-рыболовный магазин и ритуальные услуги), я пишу о том, что вижу; разыскиваю в сети интересующие меня сведения; читаю, осознаю, пересказываю коротенько своими словами; определяю сфотографированные растения — не скучаю, в общем.
Надоест сидеть — надену накомарник и иду клубнику полоть. Пополю, ягод наберу, взмокну, уйду в дом, опять посижу, попишу. Так и день проходит.

    На Большой Хапице

25 июля, вторник
Ехали на моторе целый час вниз по реке Камчатке до её правого притока, реки Большой Хапицы. Это я у яндекс-карты узнала, Толя называл её просто Хапицей. В сети пишут, что её длина 111 км, никогда бы не подумала. Небольшая такая на вид речушка.

Не успела я спросить, часто ли здесь встречали орлана, изображенного на гербе Ключей, как он тут же и возник.

— Вон орлан, — показала Светлана. — На берегу сидит, что-то жрёт.

Толя, конечно, тут же развернул лодку и помчался прямо на него со словами:

— Готовь свой аппарат! — уже привыкли, что я всё подряд фотографирую.

Орлан взлетел, и мы гнались какое-то время за ним, и я снимала позорное видео, на котором видно только, что впереди кто-то размытый летит, и слышно только шум лодочного мотора.

— В хорошую погоду они сидят по всему берегу в огромном количестве, а сегодня погода плохая. Но обещали, что к обеду дождь закончится. Сегодня и сопки закрыты, а вообще, когда ясно, с реки очень красивые виды. В другой раз полюбуемся.

— Почему мы так далеко едем?
— Здесь хорошая рыбалка. На озёрах в истоках нерестилища, а хищный голец не прочь полакомиться икрой и мальками.

Голец — непромысловая лососёвая рыба, его можно ловить и вывозить почти без ограничений. На промысловые виды лососёвых нужна лицензия и сеть — на удочку не поймаешь чавычу, она огромная.
Правила строги и странны. Например, если ты поймал чавычу на семь кило (лицензия на пять), то, если рыбнадзор поймает, два кило придётся отрезать и выбросить в воду, да ещё и заплатить штраф.
Если б я была царица, я бы меряла в хвостах, а не по весу, конечно.

Очень много о биологии и питательной ценности гольца можно найти в интернете, пересказывать не буду. Скажу только, что рыба крайне приятная, без чешуи как будто совсем, чистить её надо только от внутренностей. Мясо красное, диетическое, нежное. Прекрасно в любом виде.

Узнала новое слово и приманку — калтычок.
Сначала надевали на тройник под блесной пластиковую икринку, а когда поймали первых гольцов, перешли на калтычки — кусочки брюшка между жаберными крышками и грудными плавниками.

Впервые ловила на блесну.
Впервые сама меняла блесну. Оказалось, что это совсем легко, ничего перевязывать не нужно.
Говорят, нагрели меня в том году, продав икру гольца по цене икры промысловых рыб, для местных это неприемлемо: рыба сорная, икра мелкая, обычно её просто выбрасывают.
Ах, обмануть меня нетрудно, да. Но всё равно было вкусно.

На обратном пути дождь действительно утих и стала река Камчатка как зеркало гладкой, и отразилось в ней небо.

    Разделка рыбы

Поймать ведро рыбы это полдела, надо же разделать ещё!
Как вспомню, как в детстве лущили чешую, так вздрогну. Особенно окуня. В основном это делал дед Миша, после того как бабушка Оксана возмущенно отказалась чистить нашу рыбу.
Так вот голец в этом плане идеален. Чешуя его настолько мягкая и мелкая, что я узнала о её наличии только из интернета.
Здесь главное — нож острый и длинный взять.
Светлана мне показала на одном, дальше я всё делала сама. Методом проб и ошибок.
Но последнего гольца я разделывала меньше минуты и голову отделила как надо. Надо так, чтобы калтычок и нижние передние плавники остались с рыбой, то есть прямо по жаберной щели, да. Чтобы не отрезать кусок печени. Не залить всё вокруг кровью или желчью. Это мастерство. Рыба скользкая, норовит вырваться из рук. Мелкие головы собакам, крупные в отдельную миску — «потом из них жабры выньмем и уху сварим».

Затем надо нож вставить в анальное отверстие и аккуратно распороть кожу рыбьего брюха, желательно одним движением, не распороть кишки при этом. Рыбе на пятнадцатой до меня дошло, что разрезать кожу удобнее изнутри, а не снаружи. Сначала просто просунуть туда этот нож до самого того места, где была только что голова, а потом потянуть левой рукой за рыбу, а правой за нож. Гениально, я считаю.

Следующее секундное дело — вынуть из брюшины и бросить в тазик с маленькими головами внутренности. Затем надрезаем легким движением заднюю брюшную стенку и столовой ложкой — да-да, столовой ложкой! — от хвоста выскребаем почку — и в таз!

Всё. Помыть и заморозить. Или на сковородку. Впрочем, как мы уже говорили, голец хорош в любом виде. Мы зимой в Москве запекали на праздники гольцов, которых нам Таня Балашевич оставила прошлым летом, улетая с Камчатки в Москву. Мы их заморозили и домой привезли. Очень было хорошо. Очень вкусно. Рекомендую.

Ещё нам попалась одна микижа — «реликтовый эндемик северного побережья Тихого океана и один из интереснейших видов лососёвых рыб, вызывающий непрекращающийся интерес ученых рядом уникальных особенностей».
Сначала микижа и камчатская сёмга были определены как два различных вида лососёвых, но в результате многолетних научных исследований был сделан вывод, что это один вид. Микижа вообще как бы краснокнижная, но второй категории, до десяти килограммов можно добывать.

Главное, пишут, не брать длиннее полуметра, это уже может быть «камчатская сёмга», и её надо немедленно отпустить, минимизируя нанесённые ей повреждения.
Но наша микижа была не больше. Мясо у неё жирное, бело-жёлтое, и вкуснее всего она на горячих бутербродах, говорит Света, и тут же их делает. Берёт батон — именно батон, с другим хлебом не то, мажет сливочным маслом кисточкой, кладёт рыбку, солит, сыплет приправку по вкусу, всё на глаз, сверху лук, загодя смешанный с майонезом.
В духовке душить сорок минут до золотистой корочки (чтобы майонез как следует зарумянился и умерло всё живое).

Для сравнения и наполнения противня — такие же бутеры из красницы (нерки) из морозилки. Нерка посуше, а микижа и голец — таки да, тает во рту. Кроме того, свежая нерка может вызвать сильнейшую аллергию, её обязательно как следует промораживают перед употреблением. Не менее сорока часов.

Такие горячие бутерброды с неркой обязательно закажите на завтрак в гостинице «Светлана», когда приедете в Ключи. Пирожки у Светы тоже прекрасны, мы на фестивале оценили, но бутерброды — просто огнище.

     Где лодки зимуют

26 июля, среда
День прошёл для хозяев в работах и ритуальных заботах, а для меня в писательских, гитарных и огородных упражнениях. В общем, ничего для меня нового не происходило, поговорим поэтому о лодках.

Лодка Калякиных хранится не так, как стояла когда-то лодка моего деда, Михаила Власовича Пучко, приколотая на жёлтом песке железным колышком с цепью у реки Десны, как и все остальные лодки жителей города Новгорода-Северского Черниговской области.
Лодочные принадлежности — мотор, вёсла, бензобак и прочие необходимые на воде предметы — хранились в специальных высоких железных сараях, стоящих в тени дерев на травке, за пределами линии весеннего паводка.
Сейчас подумала, что зимой туда, наверное, и лодки убирали — никогда в детстве не интересовалась этим вопросом. Когда мы летом приходили на берег, чтобы поехать на рыбалку, лодка всегда была уже на воде.

Так вот, хозяйская лодка стоит в большом гараже за воротами участка, там же стоит и ещё чья-то лодка, и машина зимой. Там же находится всё, что обычно бывает у людей в гаражах, если они не только автомобилисты, но и рыбаки. Например, спасжилеты.

В моём детстве никто ими не пользовался на реке Десне, хотя в теории они существовали. Обязательно должен был быть на носу спасательный круг — у деда был такой, тяжеленный, из какого-то жесткого пенопласта. Я всегда думала, что если такой круг на голову утопающему прилетит, то тут ему и конец, утопающему. Теперь уже обязательно, чтобы все пассажиры и водитель лодки были в «спасиках». Не очень удобно, но — дополнительная защита от ветра.

Лодка наша, уже снаряженная мотором и прочими необходимыми на воде предметами, стоит на специальном лодочном прицепе, который, подъехав к реке, пятясь на машине задним ходом, загоняют в воду. С прицепа сталкивают лодку, после чего машина вытягивает его на берег и ждёт, когда рыбаки вернутся.
Впервые здесь увидела, как это происходит, тоже как-то не задумывалась никогда, как сгружают на воду лодки с прицепов. Одному справиться бывает трудно, она же уплыть норовит по течению. А течение на реке Камчатке неслабое. Тут и болотные сапоги пригодятся, и товарищ, который подержит канат. Наверное поэтому редко встретишь в лодке на реке одинокого рыбака — всё больше парами. Многие пары семейные.

     На озеро Накша за икиняшкой

27 июля, четверг
Икинка, икиняшка — малёк лососевых рыб, всех без разбору, размером с ладошку.

Несколько сайтов и даже диссертация Надежды Гермагеновны Олесовой из Ярославского педуниверситета 2006 года на тему «Рыболовецкая лексика в говорах камчадалов» утверждают, что слово это происходит от слова «икринка, икриняшка», и означает только что вылупившегося малька. Но в реальной речи жителей посёлка Ключи малёк и есть малёк, а икиняшка — рыбка с ладошку, самая вкусняшка, если пожарить, можно даже не потрошить, «мы её едим как семечки».
И вот мы едем её ловить на удочку, без катушки, но и без поплавка. На конце лески — малюсенькая блёсенка с одним крючком, на нём оранжевый шарик — искусственная икринка.

То ли ещё слишком рано, то ли что, но ловля не задалась, икиняшка не клевала. Стали ловить, как давеча, на спининги, взяли только шесть средних гольцов на жарёху, двух гольцов покрупнее и одну небольшую микижу на новые бутеры.

Единственная икиняшка сорвалась с моей удочки, которую я поставила на всякий случай на донку. Зато у Толи сорвался кижуч, настоящий, огромный, вместе с блесной и лески добротным куском.

Прочитала в «Науке и жизни», что на северном берегу озера Накша был ительменский «острожек», построенный не позже XV века, после очередного извержения Шивелуча.
Кроме западин от жилищ и хозяйственных ям, археологи нашли четыре крупных прямоугольных объекта 30х30 и 35х35 метров, окруженных валами и рвами. Сохранились следы ремонта вала около 300 лет назад. Не исключено, что поселение дожило до второй половины XVII века, когда здесь появляются первые русские казаки-колонисты. Тем не менее, в письменных источниках XVIII века о поселении ничего не говорится, — видимо, к этому времени оно уже прекратило существование.
Потом я ещё порылась и нашла первоисточник этой статьи от 2015 года. Так там ещё пишут, что в 1740 году в ста километрах выше по течению реки Камчатки от места работ на озере Накша существовал Накшин острожек на реке Козыревской, где жил тойон Накша, о чём свидетельствовал Крашенинников в своём «Описании земли Камчатки».
Наверняка озёрные жители перебрались от пришельцев подальше.

К статье среди прочих прилагается фото почвенного разреза с дециметровыми светлыми прослойками пепла от извержений, в основном — Шивелуча. Каждой прослойке примерно четыреста лет, между ними примерно столько же тёмной почвы. На медовик похоже.
Такие же объекты ранее были найдены учёными на устье реки Ажабачьей в восьмидесяти километрах ниже по течению Камчатки от озера Накша:
Важно отметить, что первоначальная русская «столица» Камчатки — Нижнекамчатск — с 1703 по 1731 год находилась в Ключах, напротив Накши, а затем была перенесена ниже по течению и располагалась как раз напротив устья реки Ажабачья. Вероятно, не случайна территориальная близость центральных поселений русских колонистов к крупным поселениям аборигенов, включавших описанные выше макрообъекты.
Очевидно же, что на берегах не так уж много мест, пригодных для поселения. Логично, что люди выбирают одни и те же ландшафты для жизни — незатапливаемые паводком плоские возвышенности с выходами подземных источников чистой питьевой воды. Желательна также и близость леса — строительного материала и охотничьих угодий.

    День в кабине вахтовки

28 июля, пятница
Вообще-то я хотела доехать до океана, но мои гостеприимные хозяева навели справки и сказали, что с паромом проблемы, можно там застрять, а им никак нельзя застрять, потому что работа же, а послать-то меня не с кем, а давай на будущий год запланируем поездку в рамках фестиваля, и на рыбзавод экскурсию сделаем. И я согласилась: понятно, на рыбзавод хочу. Но, видимо, расстройства я на лице не утаила. Тут Света вспомнила, что муж Толиной родственницы — водитель вахтовки и всё время кого-то куда-то возит. Позвонили ему. Оказалось, он как раз вчера туристов на Ключевскую возил, но вчера-то не звонили ему.

— А завтра куда поедешь? Да к нам родственница приехала. Да, хотим ее сбагрить куда-нибудь. Да ей все равно, куда-нибудь. Туда пустой, а обратно полный? Найдешь место?

— Та-ань! Поедешь завтра на гору Лызык?
— Ну конечно, поеду! А где это?
— Ну это на север километров триста по бездорожью, поедешь?
— Поеду, а что там?
— Ну там Вова наверное военных с вахты заберет и обратно поедет, туда поедешь в кабине, а обратно в кунге. В шесть подъем. Поедешь?
— Ну конечно поеду!

И мы погнали. Дорогой мы видали трех медведей и двух медвежат, двух зайцев, глухаря и евражку, мелких птиц без счета. Леса каменно-березовые и тополе-ивово-березовые, лиственнично-березовые беломошники и березовые с папоротниками, лесотундры с кедрачами, можжевельниками и курильским чаем, деревца чахлые и в полтора-два обхвата, камчатское крупнотравье с цветущим шеломайником под два метра высотой и болотистую тундру.
Грибов пару мешков глазами набрали.

До Шивелуча ехали по пеплу и сели, а потом эта стремная няша внезапно закончилась и пошла нормальная дорога, даже с бурными дорожными работами — говорят, каждый год отсыпают грунтовку заново, ведет-то она к золотым месторождениям, на что и указатель имеется.
Только на самой горе Лызык началось относительное бездорожье, но буквально на несколько десятков метров. Так что я даже клевала носом периодически, благо водитель, вопреки предсказаниям Светланы, почти всю дорогу молчал.
На вершине небольшой одинокой сопки посреди болотистого плато, известного, как полигон Кура, мы загрузили полную вахтовку военных и ученых и поехали обратно. Я осталась в кабине, но меня уплотнили самым тощим солдатиком.

В какой-то момент я проснулась и увидела, что перед машиной по дороге бежит медведь. Бежал он довольно долго, но пока я искала в кармане телефон, пока включала, зверь под Володин возглас «Обосрался, козел!» свернул в лес.
Так же примерно поступил с нами и глухарь. И евражка.

Шивелуч тоже был, и с двух сторон, и даже из него что-то немного извергалось, но был он, как здесь говорят, «в дымке», хорошо снять не вышло.

     Неспортивная рыбалка

30 июля, воскресенье
Света предложила ещё раз съездить на Хапицу за гольцом:

— Так хорошо отдохнула в прошлый раз, прямо все заметили на работе. Как же хорошо, что ты приехала, сами бы мы не выбрались с огорода.

Погода задалась и открылись все сопки.
Шивелуч из-за облаков, похожих на башенки, выглядел как индийский дворец.
Нам повстречались два орлана и два гнезда орланов, но на фотографиях остались только гнезда. Зато неплохо вышли рыбы и чайки.
Ещё на берег выходила лиса, её снять не успели, быстро проехали мимо.

Хапица кипела от гольца, нагло пожирающего мальков, и мы с несколькими ещё семейными парами на лодках спасали малышей, как могли, и остановились, когда некуда стало складывать хищников, подлых вредителей рыбного промысла.

Приезжал катер рыбинспекции, посмотрел на это всё и уехал. Из полусотни попыток снять рыбу в мутной воде удалась более-менее одна. Очень захотелось подводную камеру купить.

В два раза больше времени мы всё это обрабатывали — с пяти до одиннадцати вечера. Пока я доблестно сражалась с головами и кишками, Света сразу пластовала — делала филе, потому что мало места в морозильной камере.
Пока я побеждала одну рыбу, Света разделывала пять. Ну конечно, они же всю жизнь этим тут занимаются, а я только учусь.
К девяти я сдохла и легла разбирать фотографии. Стопицот фотографий реки и вулканов, рыб и чаек. Оставила сто пятьдесят. Пока не могу расстаться, такое всё красивое. Удалила мутное, непонятное и с пальцем.

Звонили знакомым односельчанам, предлагали взять рыбы, но все наловили сами уже и никому не надо. Две продавщицы из цветочного магазина взяли немного. Один из пяти тазиков.

Фарш будем крутить, котлеты делать.
Клубнику опять собирать, комаров радовать.
Комаров в этом году очень много, теперь ещё и мошка.
А там и мокрец появится.

— Нет, не каждый год так много, в этом особенно.

Послезавтра в Эссо меня повезём. Всем моим новым знакомым достанется теперь на уху от меня по килограмму голых голов голых гольцов, чем мог — помог.
Есть план грибов по дороге набрать и искупаться на «47 км» в радоновой воде.

    День котлет и клубники

31 июля, понедельник
Толя крутил фарш, я собирала клубнику. Всю собрала.
Света, которая в шесть утра сходила поработала — накормила завтраком жителей своей гостиницы — и вернулась отдохнуть, проснулась, нажарила котлет и клубнику с сахаром перекрутила.
Два таза котлет опять. Заморозили всё.

    Возвращение в Эссо

1 августа, вторник
Автопробег Ключи–Эссо. По дороге трижды выходили по грибы, да нашли от силы на сковородочку — давно не было дождей.
Брусника на опушках зарделась стороной, обращённой к солнцу, а в лесу зелена. Жимолость осыпается, созрела лесная малина.

Искупались на «47 км».
По-прежнему 200 рублей с человека, 100 рублей за въезд.
По-прежнему ковры-иконы в часовне.
Бутылка с дырочкой в радоновой ванне — это, оказывается, часы (чтоб не пересидеть), но войти в эту воду по-прежнему не представляется возможным. Обливалась из «часов». По-прежнему.

Супруги Калякины с собой мне собрали три коробки разнообразной замороженной рыбной продукции и недоеденные пироги, украшенные мною.
Выгрузили, поцокали языком на квартиру, сколько ремонта предстоит, и умчались обратно в Ключи. Даже чаю не попили.