Контора Нити судьбы, глава 5

- Таак…
Прищур у Салли вышел что ни на есть ленинский, потому что секретарша, протирая пыль в мини-баре, обнаружила недостачу «Талки»; ребята старательно прятали глаза и изображали, что ужас как устали от битвы с отвратительными радужными клещами, но провести свою «сестру-хозяйку» не получалось еще ни разу.  Кейт без лишних слов расстегнула молнию на любимой хозяйственной сумки, из которой извлекла два – мало одной – «Талки» по ноль семь, с ягодками и без.
- Экспериментаторы вы голоштанные, - припечатала она, - бар разорите, как переговоры вести?
Ной сунулся было посмотреть, но получил по рукам: мал еще, а немецкая педантичность в вопросе о том, что можно, а что нельзя отрокам, давно уже взяла в Салли верх над ирландской раскрепощенной легкомысленностью, хотя она и могла, не пьянея, принять знаменитого вискаря, либо бренди, а то и белорусского самогона «на бульбе». Нет, достойная дама никогда не была алкоголичкой, но справедливо полагала, что в компаниях пить надо умеючи, чтобы разума не терять, а вот мальчишкам везло только, что маги, таких особо не свалишь, как книжных лихолесских эльфов, но те все-таки выдумка.
Лекция о нравственности могла читаться еще долго, если бы в контору не влетел встрепанный мужичок с воплем:
- Парни! Штоф украли! Спасайте – жена убьет!
Салли от неожиданности едва не выпустила сумку из рук, хорошо еще, что содержимое успела на полку поставить; хладнокровный Миша предложил сесть и все изложить по порядку.
Мужичок представился как дядя Вася, а парней сразу начал фамильярно называть по именам – в принципе, имел право, он по возрасту Салли обошел, - и историю он поведал экзотичную настолько, что у ребят челюсти поотпадали. Нет, все маги города знали о старом школьном стадионе (точнее, его останках, которые никак не поймут, чем застроить), но то, что там временами видят зеленоватое свечение и слышат какие-то песни, не знали либо не афишировали. По словам дяди Васи, пошли они туда с корешами получку отмечать, а штоф он жене на юбилей в подарок самолично выдул… да не водку из него, а сам штоф, дядя Вася из цеха стеклодувов. Красивый штоф получился, с объемным рисунком – всякие там птички, цветочки, ягодки-вишенки, веточка с листиками, картина прям целая. Утром хвать-похвать, ан штофа-то и нет! Дуть новый минимум неделя, потому что на работе занят по ушки, а у жены день рождения завтра, а ей пятьдесят, как на такую дату да без подарка? Спасайте, братцы, а он не поскупится, или деньгами, или такие украсы хрустальные надует, точнее, выдует, все клиенты от восторга упадут.
Парни влет договорились на натуру, а то несчастный штоф мужику дороже встанет, Салли же предложила сделать на окна граненые подвески «ловцы солнца», потому что придаст загадочности антуражу и сделает атмосферу в глазах обывателей еще более магической. Затем стали оговаривать детали.
По словам дяди Васи, все безобразия на старом стадионе творились аккурат после получки, когда мужики ее отмечали – наутро трава оказалась вытоптанной кругами, как после визита НЛО («Ежики хороводы водили», - пробурчал под нос Рафик), и именно тогда и свечение возникало, и песни доносились, то веселые, то печальные, но неизменно очень красивыми голосами, такими бы в театре Стаса Намина петь. Миша хмыкал, мысленно перебирая мифы и легенды, энтузиастом которых была секретарша, да и магов заразила, ведь не бывает в нашем мире бесполезной информации. Что-то тут явно было не так, но с общепринятыми легендами, тем не менее. Не вязалось.
Салли молча собрала мальчикам ссобойку, а ответственному Мише выдала «Талку» и стаканы. Маг поднял брови.
- А ты не проассоциировал? – выгнула свою Кейт. – Там явно  из-за возлияний все и происходит. Пошумите – глядишь. И видно будет, что как.
Миша почувствовал себя Иванушкой-дурачком, которого наставляет баба Яга, но опыт подсказывал, что Кейт латентная провидица, и. раз она что-то чувствует, то игнорировать это как раз только дурачок и будет. Он молча принял фраерский набор и пошел к машине, а Рафик потянул за собой дядю Васю как потерпевшего и очевидца.
Машину пришлось бросить во дворах домов рядом с заброшенным стадионом, к объекту пошли пешком, а ребята по дороге надели специальные очки, открывающие незримый мир, ведь лучше не тратить силы, если есть артефакт. Нежити обнаружено не было, искривления пространства никто не заметил тоже, ментальный план был чист и молчалив – словом, ни единого ответа на вопрос.
Миша нарочито громко свинтил пробку.
- Наливай, - Рафик поставил стаканы, - чего на нее сычом смотришь?
- Так не пролить бы…
- Мужики, трубы горят, - включился в игру дядя Вася, - чего медлите-то?
- Ну хоть на блок поставь, на весу одни алкаши льют.
Эха тут было предостаточно, но все равно говорили довольно громко и четко, в расчете на то, что их услышат, звенели так, будто пытались привлечь внимание целой палаты лордов на банкете ее королевского величества бабушки всея Европы. Мише пришлось все-таки ювелирно разлить в стаканы живительный напиток, после чего все трое подняли «кубки».
- Ну, вздрогнули! – раздался звон полных стаканов.
Реквизит снова поставили на бетонный блок, а Рафик, подмигнув товарищам, хорошо поставленным голосом запел: «Ну-ка, мечи стаканы на стол…», и это сработало как активатор.
За спинами магов открылся, зеленовато светясь, портал перехода между мирами, из которого вышел белый конь, несущий на себе прекраснейшее создание романтических грез: белокурая женщина в длинном зеленом платье и зеленом же плаще была совершенством, но, увы, сильно разгневанным совершенством.
- Средь бела дня! – завопила она так, что хоть уши затыкай. – Вы что, уже вконец обнаглели?!
Ребята мигом посрывали очки, удивленно уставившись на королеву эльфов, которая, по слухам, увезла на этом самом коне в свою Эльфландию знаменитого Томаса Лермонта. Со сказкой как-то не вязалось, что ныне она сильно гневалась и страшно сквернословила, хотя и имела на это право.
Выяснилось, что каждый месяц работники стекольного завода не просто отмечают получку, а еще и до упада пляшут с эльфами, потому что русский народ щедр, а после первой бутылки любое вылезшее остроухое нечто воспринимается как забавный, но приятный глюк, а даже глюку положено налить – что же он, не человек, что ли? На следующий день дежурные стражники королевы то и дело порываются сходить в мир людей за «лекарством», тянут жалобные песни, и, как следствие, ни к службе, ни, тем более, к бою, ну совершенно не годны. Еще немного, и ее гоблины завоюют от такого безобразия.
Дядя Вася отмер от удивления, а затем выдал:
- Так мы ж, ваше величество, не со зла, мы ж по любви, по дружбе…
- Бэзил, культурно тебя прошу, - поразила всех королева тем, что «завсегдатаев» хорошо знает, - не наливай моей гвардии! И остальных предупреди, пусть, коли хотят, пляшут, но чтоб с утра в норме были!
- Да будет сделано, ваш-листво! – отчеканил, взяв под козырек, стеклодув. – И, того… штофчик себе оставьте, моральная компенсация, так сказать…
- Нет, - покачала головой королева, - ты мне лучше ваз сделай, на торжественные приемы цветы ставить, а штоф возьми, - и она вернула произведение искусства владельцу, - его начальник стражи по пьяни приволок – красота-то красота, но вещь чужая.
- Цветных сделаю! – воодушевился дядя Вася. – С цветочками! Ягодками! Узорчиками! Пять штук!!!
Схватив штоф, мужик от радости дал деру.
Королева сморщила носик, глядя на почти полные стаканы.
- Дайте хоть попробовать, может, я пойму, чего все так с ума сходят…
Рафик галантно протянул королеве стакан, они с Мишей чокнулись с красавицей. Пить пришлось залпом, затем ее величество долго пыталась продышаться, утирая градом струящиеся слезы, после чего просипела: «Клюшница водку делала…», чем повергла парней в шок. По прошествии буквально пяти минут ублаженная красавица вдруг стала близкая и ласковая, зазывая их в свои рыцари, а то, с тех пор, как дочь графа Марча забрала у нее Там Лина, королеве стало до невозможности скучно. Пришлось экстренно водрузить правительницу в седло, а там уже умный конь сам зашел в портал и пропал с глаз. Портал закрылся.
- Отделались, - вытер лоб Миша. – Раф, что думаешь?
- Что надо в ИБМ доложить, - постановил менталист, - а то люди уже в курсе, а маги ушами прохлопали.
- Ты прав. Пошли в офис.
- Пешком? – удивился Рафик.
- Мы приняли, за руль нельзя.
Тяжело вздохнув, Рафик поплелся за товарищем, ведь предстояло возвращаться на автобусе, но, с другой стороны, если пройти дворами, обсуждение можно не откладывать. Единственное, о чем жалели побратимы, что не увидят, как будут снимать с седла прекрасную королеву.