Шаман

За тёмной горою, где сон и дурман
Владеют таёжной страною,
Диковинный танец танцует шаман
Под бубен, под полной луною.
Гортанные звуки неведомых струн
Звучат одиноко и страстно,
Взывает он к Духам, уже много лун,
Но Духи молчат безучастно.
Умчался испуганной птицею день,
Во след за небесным круженьем,
Вдруг видит шаман, что камлается тень
Не в такт с его диким движеньем.
Он, как неофит, как простой ученик.
Попал с тенью в ритм и мгновенно проник
Из нашей, в другую реальность.
Всё это увидел один старожил,
За деревом, что притаился,
Глядел, как шаман по поляне кружил
И вдруг, словно дым растворился.
От страха весь замер, быть может, мираж?
Лишь сердце трепещет живое…
Шаман же узрел необычный пейзаж,
Всё вроде своё, но чужое.
Должно быть, отсюда являются сны
И смотрит – откуда б, к примеру?
И видит на небе четыре луны,
А в скалах напротив пещеру.
Заходит в пещеру, по виду, как грот,
На стенах чудные разводы,
А сверху, в свечении матовом свод,
В стене, что напротив – проходы.
И тянет оттуда сквозной ветерок,
Доносится шорох и шёпот,
Такой, что шаман за минуту промок
От пота, вот слышится топот,
Затем тишина и опять перезвон,
И снова, какие-то звуки,
Ну, полно стоять, и отправился он
Вперёд, в темень, вытянув руки.
Уж очень извилистый выбран проход
Шаман, то ползёт, то ступает,
Опять повернул, быстро глянул вперёд –
Сквозь щель в скале, свет проступает:
Он видит подножье знакомой горы,
Расселину с речкою звонкой,
С ней рядом, в снующей гурьбе детворы
Себя босоногим мальчонкой.
И там же увидел, умершую мать,
Та черпает вёдрами воду.
Шаман, обезумев, попятился вспять
И кинулся птицей ко входу.
У входа в пещеру кисейный туман
Густой и колючий, как иней,
Увидел на нём, оробевший шаман
Живой взгляд, пронзительно синий.
Вдруг, голос послышался низкий, густой,
От стен, отразившись стократно:
"Ты, встречи, так жаждал, немного постой,
Зачем торопиться обратно?
Нельзя человеку, без страшных утрат
Пресечь меж мирами границу,
Коль к людям захочешь вернуться назад,
То вырвешь из жизни страницу,
Жизнь выберешь здесь – для людей же, умрёшь,
Но то, не великая плата,
Взамен ты, бессмертие тут обретёшь".
И смолк, заклубившись, как вата.
Смятение, страх и горячечный бред,
Ах, это всё тусклые краски!
Чтоб вам, показать, как давался ответ
Шаману, от жуткой подсказки.
"Я к людям, обратно вернуться хочу,
Где близко всё так и знакомо.
Откуда туннель?! Я куда-то лечу?!"…
Очнулся шаман уже дома.
Привстал потихоньку, как будто живой,
В душе ни печали, ни злости,
Лишь только немного трясёт головой,
Да ноют, так странно, все кости.
Он к зеркалу страждущим взором приник
В последней и зыбкой надежде,
Оттуда глядит незнакомый старик
В до боли знакомой одежде.
"Зачем же, так Духи карают меня,
Поставив на жизни зарубку?!".
Сидит неподвижно шаман у огня
И курит старинную трубку.
Не в правилах предков на Духов роптать,
Молчать же – дойдёшь до безумья,
Вновь с тенью стремиться шаман станцевать
И с трепетом ждёт полнолунья…