гл. 10 Моховая. ч 3 Театральная

  Фото зрительного зала Учебного театра.

Сначала чуть-чуть о здании на Моховой, 34. Это сейчас учебный корпус бывшего ЛГИМиК, или Театральной Академии или... сколько раз переименовывали, я уже сбилась со счёта. Ну хорошо, пусть будет, как сейчас -  Российский государственный институт сценических искусств или РГИСИ :)
Так вот здание имеет такую длинную историю, что я остановлюсь на не очень далёкой. Просто мне нравятся там интерьеры и...

  В 19 веке здесь был особняк Столыпиных. Будучи родственником здешней хозяйки, Михаил Юрьевич Лермонтов приходил сюда. А Михаил Юрьевич, как бы помягче сказать... Влюбил в себя некую девицу Екатерину Сушкову. Так вот сначала влюбил, а потом, как водится отверг. И в этих интерьерах разворачивалась драма, которая послужила базой для создания пьесы "Маскарад".
В конце того же века особняк получил во владение граф Стенбок-Фермор. Затем его дочь, Надежда Безобразова (супруга генерала Безобразова) решила заняться переустройством дома в стиле модерн. К сожалению были допущены ошибки в расчётах в новых бетонных конструкций, они обрушились. К реконструкции подключился знаменитый архитектор Юлий Бенуа, а архитектор Прокофьев сделал те интерьеры, часть которых мы сегодня видим.
Через 10 лет Безобразовы продают дом в казну и особняк оказывается в ведении канцелярии Совета министров. На первом и втором этажах был офис Совета министров России. А третий этаж – это квартира премьер-министра до 1917 года.
И только в 1928 году это здание отдадут театральному институту.

Ну а напротив учебного корпуса театрального института, через дорогу - Учебный театр.

***

Учебный театр.
Любили мы его.
Во-первых потому что рядом. И с техникумом и с Мухой.
Во-вторых, потому что там играют практически ровесники.
И в третьих -почти даром.
А в четвёртых. Тут наверно надо вернуться в середину ХХ века в СССР.


Театральный институт в конце 1960-х переживал мощнейший подъем. На художественно-постановочном отделении под руководством Николая Акимова учились ставшие потом знаменитыми художники Олег Целков, Евгений Михнов-Войтенко, Михаил Кулаков, Алек Раппопорт. На режиссёрском - Евгений Шифферс, Кама Гинкас, Генриетта Яновская, Борис Гершт, Ефим Падве, главный режиссер театра Муз. комедии Владимир Воробьев. Чуть раньше -в начале 60-х учились Алексей Герман, Лев Додин, Наталья Тенякова.
Написала фамилии и подумала- как они кучковались эти таланты, видно стало особенно теперь.


Прогремели тогда два студенческих спектакля, поставленных выпускным курсом Георгия Товстоногова: "Люди и мыши" по пьесе Джона Стейнбека и "Зримая песня" — 18 небольших этюдов на сюжет песни, подготовленных студентами актерско-режиссерского курса в 1966 году.
Но сейчас в памяти остался только "Зримая песня".
Это было событие!

Надо сказать, что это состоялся крутой эксперимент - впервые Товстоногов объединил актёров и режиссёров в один курс. 
И вот первый выпуск.
Спектакль-концерт "Зримая песня" стал знаковым проектом, настоящей сенсацией и культурным феноменом Ленинграда, выйдя за стены Учебного театра.
Вообще удивительно, что почти не осталось видеозаписей, хотя курс после выпуска гастролировал с ним не только по стране, но и за рубежом! Получал премии... Летом 1966 года спектакль имел огромный успех на международном фестивале в Загребе, где, по оценкам местной прессы, ленинградцы доказали, что "настоящая песня границ не знает".
Спектакль создал новый эстрадно-театральный жанр, повлиявший на развитие советских музыкальных театров.
Нашла всего несколько отрывков. Очень хотелось посмотреть сейчас, через жизнь, на это волшебное действо!

В худ. фильме "Не самый удачный день" по сценарию Юлиана Семёнова используется отрывок из спектакля, в котором исполняется этюд на песню Окуджавы "До свидания, мальчики".


Весь спектакль - сцена без декораций. Цвета почти нет. Никакого грима, никаких намёков на костюмы. Девочки в чёрных платьях и чёрных колготах, мальчики в чёрных брюках и белых рубашках. Минимализм во всём. Сами поют, сами играют на муз. инструментах, сами пластически двигаются.
Но какая игра светом! И тенями!
Две шеренги мальчиков. В руках ничего нет, но они как будто в кулаке зажали лямку от винтовки. Они как бы идут, наклонясь под непосильной тяжестью ноши. Но идут в ногу.
А софиты освещают так, что огромные их тени становятся меньше и меньше и опускаются за горизонт, как бы уходят наши мальчики. Постарайтесь вернуться назад!
На пустой сцене с помощью синхронной пластики, ритма и движений собственных тел актеры создавали точный рисунок смысла композиции.
 
Вот надо же, недавно писала о фильме "Любить" М. Калика. А сейчас вспомнила, что за два года до "Зримой песни" я посмотрела х.ф. "До свидания мальчики!" этого режиссёра. И у меня конечно ассоциации свои были. Плакать в 18 лет над песней ... вроде как не очень. А я плакала.
Какая там невероятная Наташа Богунова! Какие там юный Стеблов, Николай Досталь и Михаил Кононов! Сколько солнца и бликов этого солнца на море! Сколько света, радости! И первая любовь. А на завтра... случится война.
И музыка М. Таривердиева - еще один  бриллиант в моей коллекции.
И я тогда же прочитала повесть Б. Блантера.
Господи, какие актёры, какие произведения были для нас!
Вот вечно меня на парность тянет. Как то само собой так получается.

А что ещё запомнилось в спектакле? Что умело соединили пафосные песни и шуточные. Например совершенно неожиданно превратив грустную песенку "На закате ходит парень возле дома моего" в шутку. Девочки надели цветные платочки и из гимнастических палок складывали окошки-домики, из которых выглядывали и пели.

"Баллада о Мэки-Ноже" (из "Трехгрошовой оперы" Б. Брехта). Вместо привычного эстрадного исполнения  разыграли жесткий, циничный, полукриминальный зонг, использовав подчеркнуто небрежную, вызывающую пластику. Номер конечно ломал привычные шаблоны советской эстрады. На заднике сцены двигались плоские куклы тени, как в театре теней. Они усугубляли ужас. 
И видимо эта полярность — от трагедии до веселого студенческого капустника — и создавала магнетическую власть "Зримой песни" над зрителем.

Пол века назад перед спектаклями выстраивалась очередь за билетами чуть ли не во всю Моховую...

***
Так как эти записки я начинала писать довольно давно, то я сейчас не могу вспомнить в какую прошлую весну...


В самом начале весны попросила Марину, благо рядом живёт, купить билеты на спектакль "Минотаврия".
 Вот ведь как безумно мне хотелось опять попасть в этот молодёжный театр. Мне просто необходимо было окунуться вновь в эту атмосферу, чтобы написать о "Зримой песне".
Сколько эмоций получила! Какое удивительное чувство … так давно не была в этом театре. Теперь смотреть на юные лица чувствовать их прущую, бьющую фонтаном энергетику -как подпитаться, сунув штекером пальцы в электророзетку.

Два часа без перерыва идёт пантомима. Декорации- как всегда( как помню - минимальные). Главный атрибут — чемодан. Чемоданы носят с собой(как душу запакованную, спрятанную, со всеми страстями,) на чемоданах спят, к ним прикованы. Чемодан огромных размеров служит ложем-постелью. Голова Минотавра спрятана в чемодан с рогами, вместо маски. То есть минимум средств, максимум значений и отсюда впечатлений. Сидели на первом ряду. Близко-близко. Энергетика! Блеск в глазах, кайф от своего лицедейства. Задействован весь курс. И на заднике экран с морем. И всё время шум прибоя Эгейского моря. И только колокольчик в руках молчаливого ведущего иногда перекрывающий звук прибоя. Греческие легенды рассмотренные через призму современного молодого человека.
 
Всё у нас в голове. Или в душе? То есть все рождаются добрыми и хорошими, а монстрами их делают родители, воспитание, окружение? Этика мира в котором живут. Такое вот виденье. Через гиперболу движения и мимику лиц. О! Они же, как и раньше, все без грима! Чем хороши спектакли студентов? Всё через край, и самим смешно там, где надо смеяться, и смущены, если что-то не получилось, но от этого ещё приятней диалог-обмен энергиями контакт с залом.

Молодцы ребятки! Так хотелось восстановить свои ощущения, когда бегали на учебные спектакли... После похода на "Минотаврию" прочитала море литературы о курсе Товстоногова. О том самом эксперименте с введением обучения актеров и режиссёров совместным.
Что удивило и поразило. Так это параллельность заданий Товстоногова и наших преподавателей в Мухе нам художникам. Я помню как звучало одно задание для нас:  "Учитывая закономерности изменения пространства по времени, сделать макет архитектурного объекта на полу которого графическим способом изобразить чувства человека, проходящего через этот объект-пространство."

Сразу скажу, я так обалдела от задания, что срисовала его на бумажку и сунула в книжку своей библиотеки. Как однако хорошо, что он только пожелтел, но ведь сохранился!
 Видимо воздух был пропитан этими идеями. Но и сказалось то, что Товстоногов оказывается стажировался в Польше в то же время, что и наши доценты Павлов-Турин, которые вводили нас на первом курсе в пространство современного искусства.…


 ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...