Пролей слёзы на душу мне

Хочу заплакать, но не можется, увы,
Как будто сердце сковано в тиши.
Не льются слёзы, горькие, живые,
А в груди лишь холод, мрак глуши.

«Господи, — шепчу, — пролей слёзы на душу мне,
Раз мои очи высохли в борьбе.
Я, видно, вовсе не человек уже,
Состоя из строгости и жестокости везде».

О, как мне тяжко без живой слезы,
Без той печали, что врачует боль!
В себе я слышу отзвуки грозы,
Но путь ей преграждён, стоит немой заслон.

Я строг к другим, суров в своём пути,
Надел доспех, чтоб не было потерь.
Но кто же знал, что в этой строгости
Запрячется столь тяжкая дверь?

Хочу заплакать — нет, не для других,
А чтоб очиститься, чтоб душу исцелить,
Чтоб смыть с неё налёт холодных лих,
Чтоб снова чувствовать, а не лишь жить.

Господи, дай мне слёзы, не за плату,
Не за грехи, а чтоб вернуть мне суть.
Пролей их тихо, нежно, без возврата,
Верни мне сердце, в нём живая грусть.

Пусть льются слёзы — медленны, чисты,
Как дождь весенний над землёй родной.
Тогда пойму: я всё ещё живой,
И в строгости моей есть свет живой.