Ночь в нашем дома

Ночью дом становился другим.

Днём в нём можно было жить, убирать, разговаривать, делать вид, что всё нормально. Но ночью всё становилось слышнее — даже то, что днём будто не существовало.

Я лежала и не спала.

Где-то в доме были взрослые. И это уже само по себе не означало безопасность.

Сначала всё было тихо. Потом начинались голоса. Слова становились резче, громче, и в них появлялось то, от чего хотелось спрятаться глубже под одеяло.

Я делала вид, что сплю.

Так было проще — если ты спишь, тебя как будто нет.

Голоса нарастали. Иногда это были крики. Иногда — короткие, злые фразы. Иногда — тишина, от которой становилось ещё страшнее, чем от слов.

Я не вставала. Я просто лежала и слушала.

Иногда казалось, что сейчас что-то сломается — не вещь, а что-то между людьми.

И тогда я старалась думать о другом. О школе. О дневном свете. О том, как утром всё снова станет обычным.

Утро всегда было как спасение.

С первыми звуками дня дом снова становился домом. Люди начинали говорить спокойнее, двигаться привычно, будто ночью ничего не было.

И я тоже делала вид, что ничего не было.

Так было проще.

Потому что в детстве ты не можешь выйти из дома, если тебе страшно. Ты просто остаёшься и учишься жить внутри этого страха.

И только потом понимаешь, что это тоже было частью твоего детства.