О моей книге Воздушный корабль

Книга «Воздушный корабль» – моя первая «настоящая» книга, сборник рассказов и повесть «Об Улитках», вышедшая в твердом переплете, с моими рисунками на обложках в издательстве «Геликон плюс» в 2004 году, больше двадцати лет назад! Главное в ней – конечно, повесть, названная так, потому что в ней рассказывается о работе мультипликационной студии «Троицкий …точнее, «Дворцовый мост»  и мультипликационном фильме «Счастливое семейство», над которым мы когда-то на ней работали.
А этот фильм был про Улиток –  счастливое семейство Улиток из одной маленькой сказки Ганса Христиана Андерсона, которые имели свое, ни с чем не сравнимое,  представление о почестях и славе, и счастье.
Вторая часть этой повести – «Воинство Аполлона»  о работе одной петербургской радиостанции и судьбах ее сотрудников в непростые постперестроечные годы.
Когда я сочиняла эту повесть, мне казалось, что я очень хорошо все обобщаю, не копирую дословно  настоящие истории, из которых она сплетена, и создаю оригинальные образы на основе собственных наблюдений знакомых мне персонажей. Однако время все расставляет на свое место! Теперь все кажется узнаваемым и прозрачным – особенно в том, что касается картины культурной жизни Северной Столицы в 90-ые годы, увиденной и запечатленной во всем ее многоголосии на пленке радиокорреспондентом. Да, в то время интервью записывалось на кассетах…         

Что же касается рассказов – это  истории о девочках, девушках, юность которых пришлась на конец двадцатого века. Истории  не очень «рождественские» в том  смысле, что канонически такие истории должны быть  чудесными как многослойный шоколадный торт со взбитыми сливками и не с одной, а с тысяча и одной вишенкой, на нарядном праздничном столе и завершаться невероятно счастливым финалом,  небывалым торжеством добра и  справедливости. Такие чудесные праздничные истории обязательно нужны, и я тоже люблю в соответствующее время перечитать именно такую историю, что даже если она побудит читателя в какой-то миг залиться слезами от любви, светлой печали и умиления, то и сами слезы будут сладкими. 
          Но написанные мною истории – они не совсем такие. Хотя по-своему тоже сказочные.
В одном из самых первых моих рассказов «Напрасное чудо Франгейта», перед главной героиней в непростую минуту жизни предстает сама Мышиная Королева из сказки «Щелкунчик». Королева и ее мышиное войско под знаменами торжества серой посредственности, лицемерия, тихого предательства и уныния готовы уничтожить макет прекрасного счастливого города, над которым она работает. Но спасает город книга романтика Александра Грина и герой одного из его рассказов, «Ива», наивный и великодушный юноша Франгейт. Этому герою Грин дарит небольшое, но очевидное чудо, подтверждающее силу его любви. Но чудо расцветшего сухого ивового прута приходит в мир напрасно, и не оно, а способность отпустить несбывшееся чувство, терпение и стремление к добру и истинному свету, помогают сохранить свою душу и сердце для нового весеннего цветения  Франгейту. И  значит, поможет справиться с трудностями и тем, кто последует за ним.   
А в рассказе «Рождественский домик» к одинокой художнице Юльке прилетает волшебный маленький гений искусства – «ангелочек сосновых свечек» Александрина, чтобы помочь ей на нелегком творческом пути. 
    Журналистка районного радио Вика, в рассказе «Кошки-мышки» видит как оживают нарисованные на фарфоровой чашке кошки с котятами, красивые и хищные, они становятся символами успешных женщин перестроечного времени, тех у которых есть надежное обеспеченное  будущее. И обеспечено оно теперь не честным и благородным профессиональным трудом, а  богатым «новым русским» мужем, бессовестной беспринципностью, мошенничеством и даже настоящим преступлением перед законами человечности.
    Это уже постперестроечные рассказы, когда мы стали понимать, что события, происходящие в нашей стране несут не свежий ветер перемен к лучшему, как казалось вначале, а оборачиваются беззаконием и унижением для простых и честных людей. Мои героини, как и я сама в то время, не теряют надежды на перемены к лучшему, и несправедливость, с которой они сталкиваются в профессиональном плане (а профессия для них больше чем просто работа, она значимая составляющая того, что входит в понятие  «смысла жизни»), представляется им временным явлением, которое можно преодолеть упорным созидательным трудом и верой в поддержку друзей и единомышленников. Впрочем, я и сейчас во многом этому верю.       

               А  вот в рассказах «Счастье бюргеров» и «Воздушный корабль» совсем нет еще никакой социальной несправедливости и никакого магического волшебства, если не считать волшебством саму юность. Юность в которой очень много отдано овладению наукой и искусством.  И в этих рассказах много несбывшейся любви, и печали, наверное, столько, сколько и бывает их в юности. И эта та печаль, которая и спустя годы отзывается в сердце, она чистая и светлая, как хрустальная живая вода из волшебного источника, который не замерзает и подо льдом, одно воспоминание о которой придает силы.
И еще есть много прекрасного – наш город Петербург, парадная Большая Морская улица с ее особняками, залы Эрмитажа,  осенний павловский парк с его многочисленными античными памятниками и веселыми и бойкими рыжими белками и далекий южный берег  с теплым морем и вечерним звездным сиянием светлячков. И вместо традиционного счастливого финала – есть только обещание, что счастье и любовь обязательно будут.
Но надежда и стремление к чему-то хорошему, это уже само по себе счастье, особенно в молодые годы. Ведь и в празднике едва ли не самое приятное – это его ожидание.