Промолчать нельзя сказать

Куда поставишь знаки препинания
В простое необычное название?

Давай порассуждаем, между прочим:
Земля крестьянам, фабрики рабочим.
Эпоху катаклизмов пережили,
Свинью стране советов подложили.

Земля и недра в доле государства
И фабрики у тех, кто сел на царство.
За что же гибли деды и боролись?
На Ельцин-центр крепко напоролись.
Их миллионы. Семьями страдали.
Кору с травой водою запивали.

На воровство нацелены элиты.
Валюту всю вывозят паразиты.
И под шумок продали всё, что можно
За сущие гроши, не осторожно.
На чёрный век с бугром там накопили,
Пришла пора, счета уже закрыли.
Чтоб навести в стране у нас порядки,
Им нужно руки отрубать по пятки

Наш "барин" продаёт богатства горы
Включил нам НДС, идут поборы.
А весь народ сидит и молча плачет
От счастья, по амнистии на дачи.
На трубах счётчики считают и смеются,
Как цены от балды на волю рвутся.

Судить о том, что есть ещё в остатке?
Спроси в суде, где все на взятки падки.
Один судья и девять миллиардов,
Пропить, пропеть не смогут сотни бардов.
Он не один, там целая система
И чётко отработанная схема.

А если к этой сумме мы прибавим
Цену решений обнуленных приговоров,
То с грустью во главу угла поставим
Свою страну и беззаконие законов.

Пол мира за страну мою радеет.
Враг натравил хохлов и все балдеют.

Весь сброд фашистский едет на "сафари".
И с каждым днём борзеют эти твари.
Горит земля и гибнет в поле пашня.
Уходят молодые, гибнут страшно,

Орешник с Булавой тревожным взглядом,
Приказа ждут лететь вслед за Сарматом.
И Посейдон чуть-чуть подсуетился,
На цели у врагов определился.

Гудят сирены, дронов, как мошки',
Пора идти за красные флажки.
Пропитанные кровью наших граждан,
Штурмовиков, дерущихся отважно.

Как трудно промедлению признаться,
Что можем мы без Родины остаться.
У Правды, что осталась вместе нами,
Глаза закрыты вежливо руками.

Как жаль, что не становится жизнь краше
Моя страна сейчас на распродаже.
На посошок вдруг вспомнилась реприза:
"Всё хорошо прекрасная маркиза!"