Хвост селедки

        В двадцать два года я впервые влюбилась – по-взрослому, по-настоящему. Казалось вот оно – счастье, о котором так мечтала.             
       Молодого человека звали Дмитрием – старше меня на два года,  невысокий, но коренастый блондин с голубыми глазами и романтичной профессией альпиниста-спасателя.
        Я представляла, как проживем всю жизнь: «В болезни и здравии», а когда станем совсем старенькими – начну ворчать на него, да костыльком подгонять.  И умрем в один день…
          Повстречавшись несколько месяцев, по инициативе Дмитрия, знакомлю его с родителями.
          Немного погодя, он вдруг  решает, что нам необходимо расстаться. И доводы при этом приводит довольно сомнительные. С его слов,  друг увидел меня и сказал: «Что ты в ней нашел? Она же некрасивая». «Вот я и призадумался после этого. Да ты еще и в полиции работаешь, что мне никогда не нравилось» – продолжил Дмитрий.
        Разное про себя я слышала, но чтобы назвали некрасивой – это было впервые.
        Расставание далось мне тяжело. Зная рабочий график Дмитрия, в те дни, когда его не было дома, я поднималась на пятый этаж и стояла на лестничной площадке – вдыхала запахи. Казалось, что воздух вокруг пропитан его сигаретами и парфюмом. Иногда даже заходила в гости. Дело в том, что Дмитрий жил со старшим братом и его женой, с которой мы были дружны.
        Она поила меня чаем и отчитывала: «Ты такая девочка замечательная! Ну что ты в нем нашла?  Поверь, он не стоит ни одной твоей слезинки».
         Прошел месяц после расставания, но мысли в голове возникали разные: переехать жить в другой город, сменить место работы.  А потом  вдруг решила: «А выйду-ка я замуж!» Кандидат нашелся быстро – молодой человек, которого и узнать-то толком не успела, но он почему-то показался  простым и надежным.
        И вот уже куплено свадебное платье, фата, туфельки, красивая косметика и украшения. На работе, накануне этого важного события, пообещали дать отпуск.
         Когда до свадьбы осталось ровно три недели, я начала подписывать пригласительные  – большая стопка получилась. Сижу за кухонным столом, смотрю на них и думаю: «Неужели все это происходит со мной в реальности?»
         Размышления прервал скрип калитки и лай собаки. Смотрю в ожидании на входную дверь со словами: "Неужели Миша с работы так рано вернулся?"
          Какого же было мое удивление, когда порог переступил Дмитрий. Пять месяцев – ни слуху, ни духу, как говорится, а  тут: «Здравствуйте и добро пожаловать».
             Еще больше он меня удивил, когда произнес: «Свататься пришел». На что я ответила: «Ты опоздал - через три недели выхожу замуж»". Дмитрий замотал головой – не поверил. Молча показала увесистую стопку пригласительных.
           Он продолжил, пытаясь меня же еще и выставить виноватой, со словами: «Мама умерла, я уезжал на Украину. А ты,...даже не искала меня, а устроила тут такое». А потом говорит: «Давай сбежим! Через несколько дней я уезжаю в горы, заступаю в смену на месяц и могу забрать тебя с собой».
        Предложение было заманчивым, да и сбежать могла себе позволить – документы на отпуск уже были подписаны. Но, то ли я воспитана как-то неверно, или сама по себе такая – не смогла подставить родителей, родственников и самого жениха. Да и поговорку о том, что кто предал один раз, предаст и во-второй, никто не отменял.
         Наступил день свадьбы. Поднимаясь по ступенькам загса и держа за руку будущего мужа, думала: «Что же я делаю? Вот если бы сейчас рядом был Дмитрий, все бы было иначе».
        Примерно через полгода после свадьбы, однажды, поздно вечером раздается стук в дверь. В голове возникает мысль: «Кого могло принести в такое время и в такую погоду? Термометр за окном опустился ниже сорока".            
           Открываю дверь, на пороге стоит Дмитрий. Один видно прийти не рискнул, прихватил друга – высокого и мощного, как шкаф. Оба «под градусом», а в руках бутылка водки и целлофановый пакетик.         
           Спиртное с грохотом было поставлено на стол. И только тут Дмитрий заметил, что пакетик в его руках пуст, а ведь он точно помнил, что совсем недавно в нем была селедка. Видно упаковка на морозе лопнула и рыба выпала где-то по дороге. 
   И тут Дмитрий, набрав в легкие побольше воздуха, глядя на моего мужа, произносит: «Отдай ее мне, я все прощу». 
         Минут десять они втроем сидели у печи, курили в открытую дверцу и разговаривали. О чем именно велась речь, я не слышала, да и не возникло такого желания. Затем гости оделись и вышли.
      Неизвестным осталось и то, нашли ли они на обратном пути селедку или кто-то к тому времени ее уже успел подобрать?  Но мне бы очень хотелось увидеть лицо человека,  который, идя по дороге, увидел на дороге рыбу, потом еще одну, и еще одну.