Коротыши

***
Я стоял и смотрел на белые пятна, покрывающие небосвод.
Переплетаясь и кружась в медленном плавном танце, они вычерчивали едва уловимые взгляду узоры, испещряя окружающее пространство удивительными линиями дорог, машин, маленьких человечков и белоснежных городов. Часть из них оседала на моем лице, отдаваясь пушистым холодом в каждой клеточке моего тела.

Мне предстояло принять самое главное решение в своей жизни. Все предыдущие события, происходившие со мной, были лишь подготовкой к этому испытанию. Мне предстояло принять решение, от которого зависела моя дальнейшая судьба.

Впрочем, это была лишь иллюзия. Я уже знал наперед, что у меня нет выбора. Как бы в дальнейшем не сложились обстоятельства, как бы я не боялся предстоящего, я не мог поступить иначе. Я шел к этому всю свою сознательную жизнь.

“Кирилл, ну тебя долго ждать?”, - раздраженный выкрик вернул меня в реальность.

Я вздохнул, взял санки и отправился покорять ледяную горку.


Камень

Годы он лежал на одном месте. Когда-то, сокрытый темной мрачной бездной, он все больше и больше открывался солнцу, пока лишь изредка его покой не стали ласкать переливающиеся голубые волны. Потом исчезли и они, уступив место грубой, еще только народившейся земле. Хлестаемый ветрами, полный жара извергающихся вулканов, сотрясаемый разломами тектонических плит, он, тем не менее, продолжал оставаться в той самой своей первоначальной точке. Со временем он утонул в буйстве изумрудной травы, сменяющимся спокойствием холодного забвения. Поучаствовал в охоте на мамонта, был попран копытами Буцефала и внес свою лепту в строительство мощеных римских дорог. Заложен в основание при строительстве церкви, оплавлен в очередной войне и покрывался выхлопными газами проезжавших мимо автомобилей. Обдувался потоками воздуха садящихся воздушных аппаратов и озарялся светом двигателей стартующих космических кораблей.
"Ах, вот оно в чем дело", - сказал он однажды, встал, стряхнул пыль умирающего мира и пошел.
"Но ведь камни не разговаривают и тем более не ходят", - недоверчиво перебьешь меня ты.
Я посмотрю на лежащий в ладони найденный нами в Туапсе потрескавшийся булыжник.
"Конечно, не разговаривают и уж, тем более, не ходят", - соглашусь я, бережно опуская его на землю, - "ты только ему об этом не рассказывай".


Кошка

Так о чем же думают кошки
Лежа на теплом окошке
Свесив пушистые ножки
Зевая не понарошку

Мечтают о дальних ли странах
И голубых океанах.
О птицах, поющих в ненастье
И солнечном запахе счастья.

А может мечтают о звездах
О Ночи, Луне и о грозах.
О Мире за нашим окошком,
Лежат на котором кошки.

"Не верю", - послушав немножко
Воскликнешь, притопнув ножкой.
"Не могут мечтать эти кошки,
Живут они понарошку!"

Ничего не ответит кошка,
Лишь улыбнётся немножко
Несильно прищурит глазки.
И снова взглянет в окошко.

Так о чем же думают кошки
Лежа на теплом окошке
Свесив пушистые ножки
Зевая не понарошку