менять сюжет умея своевольно... Пушкину...

однажды колыбельно началась
и продолжалась много лет спустя
твоя строка бессмертная и рифма
исписанным листом кружа над всем...
 
и был соблазн отдать свою во власть
анапестно и ямбово грустя
высокородно-благородным ритмом
о том бедняге что у моря сел
 
седым как лунь несчастным стариком
и звать судьбу и цен не называть
которые платить придется старцу
за прихоть и старушечье «хочу»
 
и думать: чем был более влеком
свиданьем с «НЕЙ» или же страх взывал
ведь мог у моря просто так остаться
не возвращаться в сонмище лачуг…
 
ты был над всем ты говорил со мной
протестовала отменяла сеть
плести сюжет умея своевольно
освобождала от любых оков
 
и сказка начиналась не с конца…
 
как назиданье нелюбви – виной
 
ведь он не шел на море поглазеть
был образцом смиренья стариков…
 
чья рыбка проявляла больший грех
твоя? не противляясь не глумясь
или моя - не говорящая «чего»
«чего ты хочешь старче» - не спросив
 
он не смотрел бы чешуи поверх
и не понес бы золото смеясь
 
и мой анапест был бы речевой:
 
«прости старуха… отпустил … совсем…»