Думай-думай

Закончился долгий рабочий день. Было много технических совещаний. Согласованы и утверждены решения сложных инженерных узлов.

Звук захлопнувшейся двери. Я сажусь в кресло. В голове — эхо фразы, брошенной коллегой после одного кульминационного решения.

Голос коллеги (воспоминание): «Ну, ты — Мозг!..»


Я. Ну вот. Приехали.

Разум (оживляясь, довольно). Ты слышал? Слышал?! «Мозг»! Он оценил твоё решение. Он признал мощность твоего вычислительного аппарата. Мою мощность! Это успех признания!

Я. Думай-думай.

Разум (теряясь). Что опять — «думай»? Я и так думаю. Моя суть – думать. Очевидно же: это похвала. Ты генерируешь качественные гипотезы. Тебя ценят.

Я. Думай-думай.  Он сказал «Мозг». Не «мудрый». Не «душевный». Просто мозг. Биологический вычислитель, калькулятор… бездушная нейросеть, хорошо отлаженный промышленный контроллер. Нет повода для гордости.

Разум (начинает нервничать). Ну... это фигура речи. Метафора.

Я. А вдруг это был сарказм? «Ну ты и мозг!» — можно понять как «завяз в своих схемах, как муха в патоке».

Разум (обиженно). Ты сам только и просишь от меня «думать». Я думаю. Мне неуютно слышать это от тебя. Эта твоя привычка — обесценивать любую похвалу.

Я.  А может, это сарказм? Думай-думай. «Мозг» — в смысле бездушная вычислялка, которая всё разложила, по полочкам, забыв, удобно ли будет пользоваться результатом раздумий?

Разум. (теряет уверенность) Ну… не думаю…

Я. Вот именно — ты не думаешь. Ты сразу радуешься. Как собачка, которой сказали «молодец».

Разум. (обиженно) Это эволюция. Социальная оценка важна для выживания в группе.

Я. Ага. Выживание. Опять выживание. Знаешь, куда это ведёт? К самой древней истории, которую люди рассказывают про обретение способности оценивать. Библейское предание.

Разум. О, опять ты за своё. Опять разбираться в хитросплетениях исторических сказок?

Я. А ты не отмахивайся. Вспомни про яблоки с древа познания. Познания добра и зла. Скажи мне как «Мозг»: почему вообще познание добра и зла считается первородным грехом? Разве «знание» само по себе это плохо?

Разум. (оживляется, любит спорить) С точки зрения буквы — непонятно. Бог сказал «не ешь», они съели — ослушались. Видимо грех в факте непослушания, а не в самом яблоке.

Я. Так, хорошо. Думай-думай... дальше... Допустим. А почему дерево назвали именно «познания добра и зла»? Если бы Бог хотел просто проверить послушание, мог бы сказать «не трогай тот куст сирени». Нет, выбрал познание. Значит, что-то в самом познании опасное есть...

Разум. Опасное — это когда ты начинаешь делить мир на «добро» и «зло» по своему уму. Самостоятельно. Без Бога. И верить своему делению как абсолюту.

Я. О! Прогресс. То есть грех — не знание, а застревание в оценивании? Это же твоя непосредственная работа, раскладывать проявления мира по полочкам: это хорошо — то плохо, это красиво — то уродливо, этот мой друг, тот — враг. И вот мы уже не видим мира, а лишь только свои оценки его проявлений.

Разум. (нехотя) Ну… в некоторых традициях так и считают. Восток, например. Они говорят: ум — главный враг.

Я. Вот-вот. А почему тогда в нашем православии этого почти не слышно? Вместо христовых заповедей не стяжать материальные блага — наши «батюшки» раскатывают в «мерседесах», вместо непротивлению злу — молебны за победу, вместо прославления юродивых страдальцев за веру — канонизированные полководцы...

Разум. (защищается) Институт...

Я. (резко перебиваю) Не оправдывай. Я не про РПЦ сейчас. Я про суть. Индийские учения говорят прямо: останови ум, и ты увидишь реальность как она есть. А христианство — вроде бы о том же, но только языком «греха» и «спасения».
Но если убрать налёт борьбы за обладание богатством и властью, то остаётся: библейское яблоко активировало режим невыключающегося внутреннего диалога. Мы постоянно с тобой болтаем — и это заслоняет тишину, которая нужна, чтобы увидеть истинную реальность.

Разум. (ехидно) Хорошо. Болтаем. Не скучно. А где в этой красивой теории змей? Ведь не само это яблоко попало прачеловеку в руку, его ему услужливо вручил змей-искуситель.

Я. А вот тут самое интересное. Где змей? Он не в раю не в аду, не в самом дереве. Где он прячется?
... А он в каждом из нас. Буквально. У каждого человека он формируется у эмбриона ещё в утробе. Физиологически – это базальные ганглии, ствол. Он отвечает за территорию, иерархию, доминирование, агрессию, похоть, автоматический страх. Он всегда включён. Он выбрасывает импульсы. Мотивационные импульсы. И неокортекс — ты, мой дорогой Мозг, начинает каждый такой импульс обслуживать, придумывать оправдания, планы, теории — это и есть искушение змея.

Разум. (тихо) Ты хочешь сказать, что змей — это не персонаж, а моя глубинная функция?

Я. Именно. Твоя самая древняя сердцевина, так называемый рептильный мозг, это и есть тот самый змий. И первородный грех — это не вина, переданная по наследству. Это конституциональный конфликт нашей нервной системы. Мы рождаемся с уже включённым рептильным модулем и с неокортексом, который нарощен на его основе, и поэтому не умеет от него отделяться. И называет себя «я».

Разум. Но тогда… получается, и в иудаизме, и в исламе, и в буддизме тот же самый «змей» — только под разными именами?

Я. Думай-думай. В иудаизме — злое побуждение не грех и не враг, а функция, которую надо оседлать. В исламе — просто испытание, и нет в нём первородного греха. В буддизме — мара, богиня смертоносных искушений. В индуизме — эго-функция.
А по-сути, это просто инстинкт самосохранения, принявший себя за личность.
Он принял себя за меня. И ты принял себя за меня.

Разум (осекаясь). Что значит «принял себя за меня»? Это я с тобой сейчас разговариваю. Я — твой разум. И естественно, ты — это я.

Я. Думай-думай. Если ты — это я, то кто наблюдает за тем, как ты сейчас оправдываешься? Кто заметил, как ты обиделся на моё «ты принял себя за меня»?

Разум (тише). Это... это мета-позиция. Свойство сознания. Обычная рефлексия.

Я. А теперь представь, что я выключаю эту «обычную рефлексию». Не подавляю, а просто перестаю цепляться за твои построения. Где тогда «я»?

Разум (молчит. Потом неуверенно). Но... это противоречит эволюции. Без меня ты не выживешь.

Я. Выживать — это к тебе. А быть — это кое к кому другому.

Разум (уже тихо, почти шёпотом). Ты построил модель «библейский змий — рептильный мозг». Ты разобрал первородный грех как архитектурный конфликт конструкции мозга. Провёл параллели с другими религиями. Ты даже... даже придумал этот дурацкий диалог...

Я. Да. Думай-думай.

Разум (совсем тихо, в пустоту). Но тогда я — не хозяин. Я — обслуживающий персонал, который украл ключи и представился владельцем.

Пауза.

Разум. Но кто же тогда... кто всё это время со мной разговаривал? Кто задавал неудобные вопросы? Кто требовал «думай-думай» и ловил меня на автоматических ответах? Кто ты?

Длинная пауза.

Я (очень тихо, почти не слышно). И вправду... кто я?


Свет медленно гаснет.
В удлинняющихся тенях чётко видна змеиная морда, которая ухмыляется: "Судите-рядите, умничаете, а будет по-моему"
 
Вопрос "Кто я" повисает в воздухе, не требуя ответа

ЗАНАВЕС