И всё-таки метеорит

«Ели, пили, женились, выходили замуж, до того дня, как вошел Ной в ковчег, и пришел потоп и погубил всех. Так же, как было и во дни Лота: ели, пили, покупали, продавали, садили, строили; но в день, в который Лот вышел из Содома, пролился с неба дождь огненный и серный и истребил всех».
Лук.17:27-29

Ученые говорили об угрозе давно. Астероид Апофис — названный в честь древнеегипетского змея Апопа, олицетворяющего хаос и разрушение, — открыли еще в 2004 году. Сначала расчеты показывали вероятность столкновения с Землей примерно в 5%, что для астрономии является крайне высоким показателем. Диаметр астероида оценивается в 325–400 метров, а его масса достигает 50 миллионов тонн. Энергия гипотетического удара была бы сопоставима с сотнями бомб, сброшенных на Хиросиму. Апофис был признан «потенциально опасным» и набрал 4 балла по Туринской шкале, что случается крайне редко.

В 2013 году он впервые пролетел мимо Земли на расстоянии 14,5 миллиона километров, но с каждым кругом расстояние сокращалось. Однако… кто же будет слушать этих ученых? Они уже не раз предсказывали подобные вещи, и каждый раз все заканчивалось благополучно. Динозаврам не повезло, но это было давно, и каждый уверен, что уж на его-то век, благополучной жизни точно хватит. Примерно так рассуждал и ведущий инженер космической программы Георгий Петров, когда в свободную минуту перелистывал новости.

Когда стало очевидно, что метеорит всё же может упасть на Землю, человечество попыталось что-то предпринять. Правительства лихорадочно сооружали подземные бункеры в скальных породах, эвакуировали население из зон, прилегающих к предполагаемому месту падения, и отбирали специалистов, которые должны были быть спасены для восстановления цивилизации. Однако для большинства людей всё оставалось по-прежнему. Мир не остановился: люди так же пили, ели, женились, выходили замуж, покупали, продавали, садили и строили. «Почему же мы так редко соотносим свою жизнь с теми событиями, которые уже происходили?» — задавал Георгий риторические вопросы, шагая по коридорам командного центра.

Его специальность — инженер-системотехник, специалист по жизнеобеспечению замкнутых экосистем — позволяла попасть в число «избранных», тех, кто был необходим для выживания человечества. Последние месяцы выдались суматошными – Георгий вместе с группой разработчиков и строителей дорабатывал модули подземных убежищ, проверял системы фильтрации воздуха и замкнутого цикла воды. Времени на семью совсем не оставалось. Каждый раз, когда он задерживался на работе до поздней ночи, он успокаивал себя мыслью, что работает над спасением человечества, что его дело правое, и что потом, в будущем, когда всё устаканится, у него обязательно будет время поиграть с детьми и поговорить с женой по душам.

В тот день Георгий ушел на работу затемно, еще до того, как проснулись его домашние. Жена, спала, уютно свернувшись калачиком на краю дивана; восьмилетняя дочка тихо сопела в своей комнате, обнимая плюшевого зайца, а двенадцатилетний сын наверняка снова допоздна смотрел научно-популярные фильмы под одеялом. Георгий не стал их будить, лишь на секунду задержался на пороге детской, поправил одеяло дочки и, вздохнув, бесшумно закрыл дверь.

На базе он сразу же включился в рабочий процесс. Он находился у грузового лифта, куда спецтехника грузила на платформы тяжелые модули – контейнеры с семенами и оборудованием для подземных оранжерей. Вдруг небо над горизонтом расчертили огненные всполохи. Кто-то из рабочих закричал, что всё началось гораздо раньше расчетного срока, что опять ученые всё проморгали.

Георгий не слушал криков. Он стоял как вкопанный и смотрел, как с огромной скоростью небо прочерчивают огненные булыжники, и думал лишь о том, что надо было остаться дома. Пусть всего на полчаса подольше, чтобы позавтракать вместе с детьми, обнять их и пожелать хорошего дня. А теперь это уже невозможно…

Кто-то из коллег схватил его за плечо и сильно тряхнул: «Ты что стоишь, Петров? Бежим на платформу — это единственный шанс выжить!» До платформы они добежали. Но спуститься вниз, в шахту, уже не успели. Ближайшее к ним здание ангара взорвалось, словно карточный домик, и ударная волна вперемешку с огненным смерчем накрыла их через мгновение.

Георгий успел лишь пригнуться, рефлекторно закрыв голову руками. В следующее мгновение его ослепил яркий свет, а тело пронзила острая боль, которая, впрочем, длилась одно короткое мгновение. А потом наступила странная, пугающая тишина.

Он плыл в пустоте. Сознание на удивление быстро очистилось от всей привычной шелухи, от тревог и спешки. Георгий больше никуда не спешил, потому что уже «отбегался» и «отсуетился». Время перестало существовать, осталось только бесконечное «сейчас». Ни страх, ни чувство вины больше не имели значения. Его перестало волновать, как на него посмотрят другие, да и что они могли ему сделать — уволить с работы? Это казалось смешным, ведь все земные труды уже были завершены. Все его мечты о собственном доме или книге-бестселлере теперь казались ничтожными и неважными.

В этой тишине не было места дипломам, докторской степени и правительственным наградам. В свете вечности всё это оказалось пустой мишурой. И единственное, о чем глубоко сожалел Георгий в этом море безмятежности, были мелочи, которые он не успел сделать при жизни. О том, что дочка привыкла играть одна в углу комнаты, в то время как он сидел за ноутбуком, и он даже радовался, что она не мешает ему работать; сейчас он отдал бы всё, чтобы построить с ней замок из кубиков или покатать её на плечах. О том, что, когда у сына не получалась математика, он расстраивался и пытался любой ценой вбить в голову мальчика формулы, вместо того чтобы просто пойти с ним на баскетбольную площадку и поиграть в мяч. О том, как он вышел из дома, оставив жену в спальне, и не подошел, не обнял её за плечи, не прошептал на ухо, как сильно любит. Сейчас он был готов слушать её голос бесконечно, слушать о всех её маленьких радостях и тревогах, да только где теперь его уши?

P.S. А что же с Апофисом на самом деле?

По последним данным NASA и других космических агентств, Апофис не представляет угрозы для Земли по крайней мере до 2100 года. Ближайшее сближение: 13 апреля 2029 года. Астероид пролетит на рекордно близком расстоянии — около 31 000–32 000 км от поверхности Земли. Для сравнения: геостационарные спутники летают на высоте около 36 000 км, то есть Апофис пройдет ниже орбит спутников связи. В Восточном полушарии (включая Россию) объект будет виден невооруженным глазом как яркая движущаяся «звезда». Подобное сближение астероида такого размера случается раз в 5 000 лет.