Дерьмо стекает в ботинки Андропова

     - Вы болван, Штюбинг, - металлическим голосом произнёс красавец Кадочников, - но пославшие меня сюда - ещё тупее.
     Штюбинг, нисколько не обидевшись на резкость засланного казачка, улыбнулся и попросил продолжать.
     - Надо быть идиотом, - продолжил Кадочников, нервно сминая картонный мундштук русской папиросы пальцами, - чтобы нелегалов засылать наобум. Знаете, как меня раскололи в первый же день ?
     Штюбинг знал, но не мешал каяться Кадочникову.
     - Я не знал причёсок немецкой молодёжи в лагерях трудовой повинности, - засмеялся Кадочников, вспомнив свой блистательный провал, и приведший его в кабинет Штюбинга, - мне говорили в Союзе, что их коротко стригли, как и полагается солдатам или бойцам полувоенизированных формирований, но я и представить себе не мог многообразие коротких стрижек.
    - Выучить наизусть песню Хорста Весселя, - заметил Штюбинг, разливая шнапс по миниатюрным рюмочкам, - совсем не значит маршировать рядом с ним по улицам и площадям германских городов.
    - Именно, - согласился Кадочников, манерно принимая рюмку и неторопливо отхлёбывая напиток мелкими глотками, - вот так вот пить меня обучили, а сказать прямо, что ефрейтор с блондинкой для берлинца дело святое, забыли.
    - Наши конкуренты, - сказал Штюбинг, выпивая шнапс по - русски, залпом, - даже не заморачиваются подготовкой диверсантов, закидывают в ваш тыл всякий сброд, первых попавшихся. Времени нет, говорят.
    - Его действительно нет, - подтвердил Кадочников, - наши полугодичные курсы курам на смех, ваши ускоренные выпуски из той же оперы. Выродилось искусство разведки в угоду спешке и массовости.
    - И так во всём, - подал голос сидевший за пределами очерченного абажуром лампы Николаи, - любой вид человеческой деятельности неизбежно деградирует, а штучный товар слишком дорог.
    Николаи встал и неприятно навис над сидевшим в удобном кресле Кадочниковым.
    - Ну и зачем он вам сдался ? - поинтересовался он у Штюбинга.
    - Не нам, - засмеялся Штюбинг, - нам его французы передали.
    - Вы не так поняли, - поморщился Вальтер Николаи, возвращаясь в свой тёмный угол, - сдался в смысле зачем он вам нужен. Хотите использовать его как одноразового ковбоя ?
    - А это мысль, - оживился Штюбинг. - Раз уж сам Скорцени засылал не говорящих на английском, не говоря о диалекте американцев, в тыл Арденнской группировки союзников, то мы можем направить этого сразу за океан.
    - Редактором журналов для мужчин, - предложил хитроумный Николаи, - пусть культивирует нацистов в окружении полуголых девушек.
    - Мы поступим коварнее, - рассмеялся Шелленберг, - заставим сменить пол, дадим документы некоей Лиозновой и вот тогда - то все советские унтерменши обалдеют, впервые увидев на экране красивых и умных наци.
    - Идеологицкая диверсия, - принял решение внимательно слушавший своих сотрудников Гейдрих. - Так тому и быть.