Два миража в бесконечном пути

Двери лифта стремительно закрылись перед самым носом вооруженной охраны. Александр, нажал кнопку подземной парковки. Лифт плавно, но довольно быстро понесся вниз, отсчитывая этажи пентхауса.
В хрустальном бокале, который Александр прижимал к груди, тихо звенели ключи и флешка - его пропуск в совершенно новую, полную риска жизнь.
На тридцать седьмом этаже лифт внезапно вздрогнул и замер. Двери лифта - открылись.
В кабину стремительно вошла женщина. На ней было вечернее изумрудное платье в пол с дерзким разрезом, а в руках она держала... туфли на огромных шпильках.
Ее темные волосы были растрепаны, дыхание сбито, а на правом плече красовалась свежая царапина.
 Она пахла порохом, дорогим шампанским и опасностью.
Вошедшая в лифт,  резко обернулась к Александру, оценивающе окинула взглядом его смокинг, хрустальный бокал в руках и безумный блеск в глазах.
— Живой не сдамся, — выдохнула она, выхватывая из-под подола платья миниатюрный пистолет с глушителем и направляя его прямо Александру в грудь.
Александр даже не моргнул. Внутри все еще бушевал пожар адреналина после игры в казино.
Угроза жизни не испугала его — она показалась ему идеальным продолжением этого сумасшедшего вечера. Александр- посмотрел в ее глубокие, яростные глаза и понял: это она.
Женщина, ради которой можно сжечь целый мир.
— Красивое платье, — спокойно улыбнулся Александр, шагнув прямо на ствол пистолета.
 Но шпильки в качестве оружия ближнего боя были бы надежнее. Я Александр. И за мной прямо сейчас гонится охрана подпольного казино.
Девушка на секунду растерялась, а потом в ее глазах вспыхнул такой же дикий, знакомый Александру огонь. Она опустила пистолет и искренне расхохоталась.
— А я Елена. И я только что взорвала их серверную этажом выше. Приятно познакомиться, Александр.
Лифт доехал до паркинга. Двери открылись, и эхо разнесло по бетонным сводам крики преследователей.
— Куда теперь, ковбой? — Елена лихо передернула затвор, обувая туфли обратно.
— Жить на грани, на волоске, — подмигнул Александр, хватая ее за руку. — Моя машина прямо по курсу.
Они рванули к выходу, готовые разнести любые преграды вместе.

Они влетели на подземную парковку как два урагана. Елена на ходу сбросила туфли — они только мешали — и бежала босиком по холодному бетону, крепко сжимая руку Александра.
Позади них, из дверей лифтового холла, уже высыпали люди в черных тактических бронежилетах. Защелкали затворы автоматов. В замкнутом пространстве паркинга этот звук показался оглушительным.
— Прыгай! — крикнул Александр, нажимая на брелок.
В дальнем ряду хищно моргнул фарами низкий, матово-черный спорткар. Александр и Елена буквально ввалились в салон, захлопнув двери в тот самый миг, когда по обшивке барабанной дробью застучали первые пули. Стекла выдержали — броня была сделана на совесть.
Марк нажал кнопку пуска. Двигатель V8 отозвался яростным, утробным рыком. Передача, газ в пол — спорткар сорвался с места, оставляя на бетоне дымящиеся следы от покрышек. В лобовое стекло ударил яркий свет фар: тяжелый пикап охраны перекрыл выезд со стоянки.
— Держись! — Александр даже не думал тормозить.
— И не думала! — Елена азартно оскалилась. Она перегнулась через сиденье, рванула замок на спортивной сумке, которую Александр бросил назад, и достала оттуда... небольшую круглую мину-липучку.
 Открой люк!
Александр - щелкнул тумблером. Елена наполовину высунулась в открывшуюся панель крыши на бешеной скорости и точным, выверенным движением швырнула магнитный диск под колеса, перекрывающего выезд пикапа.
Через секунду раздался глухой взрыв. Пикап подбросило в воздух, перевернуло и швырнуло набок, освобождая узкий проход. Александр ювелирно вписал спорткар в оставшийся зазор, чиркнув зеркалом по днищу горящей машины, и вылетел на ночные улицы мегаполиса.
Огни ночного города слились в сплошные неоновые полосы. Спидометр стремительно пересек отметку в 230 км/ч.
Елена с облегчением откинулась на кожаное сиденье, тяжело дыша. Ее изумрудное платье было порвано на бедре, лицо испачкано сажей, но она выглядела невероятно счастливой. Она повернулась к Александру и внимательно посмотрела на него.
— Знаешь, Александр... — тихо сказала она, убирая растрепанную прядь волос с лица. — А ведь наша встреча в лифте не была случайностью.
Александр на секунду скосил на нее глаза, не сбавляя скорости.
— Вот как? — улыбнулся он. — Хочешь сказать, ты караулила меня на 37-м этаже с пистолетом в руках?
— Не совсем, — Елена достала из сумочки маленький электронный планшет и развернула его к Александр. На экране светилось досье с его фотографией. — Теневые хозяева «Олимпа» наняли меня, чтобы я ликвидировала финансового аналитика, который слишком глубоко залез в их счета. То есть тебя. Я должна была убрать тебя прямо в VIP-зале. Но когда я увидела, как ты блефуешь с этой флешкой... Как ты смотришь на них — как на пустое место...
Она сделала паузу, и в ее глазах мелькнуло что-то теплое и искреннее.
— Я поняла, что не смогу этого сделать. Ты первый человек за много лет, который живет так же, как я — на грани. И я решила переиграть сценарий. Взорвала их серверную, чтобы поднять тревогу и дать тебе шанс уйти.
Александр рассмеялся — громко, облегченно, ловя безумный кайф от ситуации. Его заказали, его едва не убили, его преследует половина криминального мира города, а рядом сидит профессиональный киллер, которая только что спасла ему жизнь.
— Ну что, наемный убийца Елена, Александр резко крутанул руль, уводя машину на скоростную эстакаду, ведущую к порту. — Куда теперь? У нас есть три миллиона, компромат на министерство обороны и вся ночь впереди.
Елена положила свою ладонь поверх его руки на рычаге переключения передач.
— Туда, где нас никто не найдет, — подмигнула она. — Или туда, где мы устроим еще больший шумиху. Выбирай.
Александр резко ударил по тормозам, уводя спорткар в узкий переулок прямо у высокой кованой ограды Центрального городского парка. Оставлять бронированную машину на открытом шоссе было нельзя — её бы быстро засекли с вертолетов Ворона.
— Сюда! Александр - схватил хрустальный бокал с ключами, Елена подхватила сумку, и они буквально перемахнули через забор, растворяясь в густой зелени.
Они вышли на центральную аллею и замерли. Контраст был оглушительным. Всего три минуты назад вокруг них свистели пули и взрывались машины, а здесь текла ленивая, размеренная воскресная жизнь. Было раннее лето 2026 года. Светило мягкое солнце, пахло сахарной ватой и скошенной травой.
Вокруг гуляли семьи с детьми, влюбленные пары кормили уток у пруда, а на летней эстраде играл джазовый оркестр.
Александр в разорванной рубашке и Елена в порванном изумрудном платье, босиком, с автоматом в сумке, выглядели здесь как пришельцы с другой планеты. Гуляющие начали оборачиваться.
— Нам нужно затеряться, — быстро шепнула Елена, прижимаясь к Александру, чтобы скрыть отсутствие обуви. — Через пять минут люди Ворона будут прочесывать парк.
— Действуем экспромтом, Александр  заметил уличный лоток с сувенирами и одеждой.
Через минуту они уже выглядели совсем иначе. Александр накинул поверх порванной рубашки яркую гавайскую ветровку, а Елена обула купленные за бесценок простые белые кеды и набросила на плечи просторный джинсовый жилет, который полностью скрыл порванное плечо и вечерний вырез.
Сумку с миллионами они замаскировали, завернув в огромный фанатский флаг местной футбольной команды.
Они шли по многолюдной дорожке, держась за руки как обычные влюбленные. Сердце Александра все еще бешено колотилось, адреналин не отпускал, но этот новый вид риска — прятаться на виду у сотен людей — пьянил не меньше, чем безумная гонка.
Вдруг Елена резко остановилась у киоска с мороженым. Ее тело мгновенно напряглось.
— На одиннадцать часов, — тихо сказала она, не поворачивая головы.  Трое в гражданском. Но под пиджаками угадывается оперативка. И они не гуляют. Они ищут.
Люди Ворона уже вошли в парк с противоположного входа и медленно двигались навстречу, внимательно вглядываясь в лица прохожих. Расстояние между ними стремительно сокращалось: сто метров, восемьдесят, пятьдесят... Сзади послышался гул — еще одна группа перекрывала выход, из которого Александр и Елена только что пришли.
Они оказались зажаты посреди бурлящей, ничего не подозревающей толпы отдыхающих. Любое резкое движение или выстрел спровоцировали бы жуткую панику. Проблему снова нужно было решать на раз, в одну минуту.
Александр посмотрел на Елену, затем на лодочную станцию у пруда всего в нескольких шагах от них.
На его лице снова появилась та самая дерзкая улыбка парня, готового идти в пике.

Александр  понял: бежать поздно. Петля затянулась. Трое громил в штатском заметили их и начали ускорять шаг, на ходу расстегивая пиджаки. Сзади напирала вторая группа. Окружающие люди по-прежнему ничего не замечали: смеялись дети, лодочники лениво крутили педали катамаранов, а джаз на сцене доигрывал финальные аккорды.
— Назад дороги нет, — тихо сказал Александр, сбрасывая с плеч гавайскую ветровку.
— И отлично. Терпеть не могу бегать, — Елена хищно улыбнулась. Она не стала доставать пистолет с глушителем, чтобы не поднять панику в толпе. Вместо этого она перехватила спортивную сумку, в которой лежал тяжелый автомат, используя ее как холодное оружие.
Первый преследователь подлетел к ним возле лодочной станции, протягивая руку, чтобы схватить Александра за шиворот. Александр среагировал мгновенно, на чистом драйве. Он уклонился, перехватил запястье громилы и всем телом навалился вперед. Используя инерцию врага, Александр с силой швырнул его через бедро. Мужчина с глухим стуком пробил деревянное ограждение и с брызгами вылетел прямо в пруд, перевернув плывущую мимо пластмассовую утку.
Толпа вокруг ахнула. Музыка на секунду затихла.
Второй и третий оперативники пошли в атаку одновременно. Один из них выхватил нож-бабочку. Но Елена оказалась быстрее. Шаг вперед, резкий разворот — и тяжелая сумка с тремя миллионами долларов и оружием со свистом врезалась мужчине прямо в челюсть. Раздался хруст, и громила рухнул на асфальт, раскидав в стороны сотенные купюры, которые от удара вылетели из приоткрытой молнии.
— Ого, дождь из долларов! — закричал кто-то в толпе. Отдыхающие, решив, что это часть какого-то пранка или съемок фильма, ринулись собирать разлетевшиеся деньги, создавая идеальный хаос и отрезая вторую группу преследователей.

Последний нападавший с ножом попытался полоснуть Александра по горлу. Но  Александр отпрянул, лезвие рассекло воздух в миллиметре от его груди — жизнь снова повисла на волоске. Не давая врагу опомниться, Александр  схватил стоящий рядом тяжелый кованый штатив от уличного зонтика и наотмашь ударил противника по ногам. Мужчина вскрикнул и упал, выронив нож.
— На лодку! Живее! — крикнула Елена.
Они влетели на деревянный пирс лодочной станции. Путь им преградил испуганный смотритель. Александр на ходу залез в хрустальный бокал, который чудом удержал в руке во время драки, достал оттуда связку ключей от выигранного в казино пентхауса и швырнул технику.
— Держи, отец! Это ключи от квартиры в центре! Лодка наша! — крикнул Александр.
Они прыгнули в единственный пришвартованный здесь скоростной спасательный катер с мощным мотором. Елена рванула шнур стартера. Двигатель взревел. Оставшиеся на берегу преследователи Ворона выскочили на пирс и, наплевав на толпу, достали пистолеты. Направленные в их сторону стволы заставили Александра и Елену действовать без секунды промедления.

Катер с ревом вылетел из паркового пруда в узкую систему городских каналов. Елена уверенно заложила крутой вираж, уходя от выстрелов с берега. Вода за кормой вскипала белой пеной, а бетонные стены каналов отражали оглушительный рокот форсированного мотора.
Александр сидел рядом, тяжело дыша. Адреналин постепенно спадал, уступая место странному, кристально чистому осознанию. Он посмотрел на хрустальный бокал в своих руках, на рассыпающиеся по полу катера ключи, на флешку государственного значения и на сумку с миллионами. Вокруг этого богатства уже громоздились трупы, взорванные машины и сожженные мосты. Вся эта безумная гонка за свободой вела лишь к одному — к бесконечному бегу от смерти.

— Елена! — крикнул Александр, перекрывая гул мотора. — Разворачивайся!
— Что?! — она удивленно вскинула брови, не отрывая взгляда от водной глади перед собой.
Нас там ждут все ищейки города!
— Они ждут, что мы будем бежать дальше! До границы, до портов, до океана! Но мы вернемся туда, где всё началось. К исходной точке.
Елена на секунду задумалась, а затем на ее лице снова расцвела та самая дерзкая, опасная улыбка.
Визг тормозящих турбин прорезал воздух — катер занесло, развернуло на сто восемьдесят градусов и понесло обратно, в сторону делового центра.
Час спустя они стояли на подземной парковке небоскреба «Олимп». Здание было оцеплено полицией и спецслужбами из-за взорванной серверной, но Александр и Елена знали все слепые зоны. На них снова была гражданская одежда, скрывающая раны.
Они поднялись на лифте на тридцатый этаж. VIP-зал подпольного казино был пуст и разгромлен, на полу все еще валялись игральные карты. Марк подошел к массивному столу из мореного дуба, за которым всего несколько часов назад он поставил на кон свою жизнь.
Он аккуратно поставил хрустальный бокал точно в центр стола. Рядом Елена положила сумку с тремя миллионами долларов. На самый верх Марк положил ту самую невзрачную флешку минобороны.
Дверь зала с грохотом распахнулась. В помещение ворвался Ворон в окружении десятка выживших бойцов. Его лицо было бледным от ярости, стволы автоматов мгновенно уставились на беглецов.
— Вы пришли сами? — Ворон хрипло рассмеялся, хотя в его глазах читалось замешательство. — Думаете, это сохранит вам жизнь?
Александр спокойно оперся руками о край стола и посмотрел Ворону прямо в глаза. Внутри Александра больше не было страха. Он вернулся в исходную точку не для того, чтобы сдаться, а чтобы диктовать свои условия.
— Здесь всё, Ворон, — тихо, но отчетливо сказал Александр. — Твои деньги, твои документы на бизнес и флешка, из-за которой тебя сотрут в порошок три министерства, если она попадет в сеть. Электронный замок на отправку данных привязан к моему пульсу. Если в этой комнате прозвучит хоть один выстрел — вы все покойники еще до того, как остынут наши тела.
В зале повисла мертвая, звенящая тишина. Бойцы Ворона нерешительно переглянулись. Главарь медленно опустил пистолет, понимая, что этот парень снова обыграл его, пойдя в абсолютное, смертельное пике.
— Что ты хочешь? — процедил Ворон.
— Мы забираем свободу, — Александр взял Елену за руку, и они медленно пошли к выходу сквозь строй вооруженных людей. Ни один ствол больше не поднялся в их сторону. — Мы чисты перед тобой, а ты — перед нами. Игра окончена.
Они вышли на крышу небоскреба, где дул прохладный вечерний ветер. Город внизу горел миллионами неоновых огней. Путы были порваны окончательно. Они вернулись в начало, чтобы обнулить всё и начать совершенно новую историю — на своих условиях.


 Прошел ровно год.
Маленький прибрежный городок на юге Франции утопал в закатных лучах. На открытой террасе уютного кафе у самой воды сидел мужчина в простой белой льняной рубашке. Он неторопливо пил кофе, лениво листая местную газету. В этом спокойном, уверенном человеке трудно было узнать Александра — нервного финансового аналитика, который когда-то высчитывал чужие миллионы в душном мегаполисе.
К столику подошла женщина. На ней был легкий летний сарафан, а в руках она держала связку свежих багетов и охапку полевых цветов. Елена. Ее темные волосы выгорели на солнце, а на лице больше не было того хищного, напряженного выражения, с которым она год назад ворвалась в кабину лифта.
— Месье, вы снова забыли купить сыр, — с улыбкой сказала она на безупречном французском, присаживаясь напротив и целуя его в щеку.
— Я просто ждал тебя, Александр улыбнулся в ответ и отложил газету.
Они жили здесь под другими именами, в небольшом каменном доме с видом на залив. Ворон сдержал слово: после той ночи в пентхаусе их никто не искал. Да и сам Ворон, судя по новостям, вскоре отошел от дел, предпочтя не связываться с людьми, способными на такое безумие.
Александр и Елена больше не убегали, не взрывали серверные и не угоняли катера. Они вели самую обычную, тихую жизнь, о которой многие мечтают.
Но если бы случайный прохожий заглянул в этот момент в их глаза, он бы увидел там нечто странное.
На самом дне их зрачков все еще горел тот самый дикий, неукротимый огонь. Они не стали «правильными» и скучными. Они просто научились управлять своей бурей.
Елена перевела взгляд на дорогу. Мимо кафе, поднимая пыль и оглушительно рыча мотором, пронесся потрепанный, но мощный темно-синий маслкар. За его рулем сидел мужчина в темных очках с едва заметным шрамом на щеке, а на пассажирском сиденье лежала простая спортивная сумка. Водитель на секунду повернул голову, встретился взглядом с Александром, понимающе и дерзко улыбнулся, а затем утопил педаль газа в пол, уходя на горный серпантин.
Александр и Елена переглянулись.
— Похоже, кто-то прямо сейчас идет в пике, — тихо сказал Александр.
— Каждому свое, — Елена накрыла его ладонь своей ручкой. — Наш волосок оказался достаточно прочным.
Они допили кофе и пошли к своему дому вдоль берега, точно зная: если завтра мир снова попытается связать их путами, они порвут их, не задумываясь ни на секунду.

Их история не завершалась, а продолжалась  как нити в корабельном канате. Они понимали друг друга и от этого  им становилось всегда спокойно  и уютно.
 
Мы рвали путы, рвались в пике,
Забыв про страх, покой и роли,
И жизнь держали на волоске,
Познав безумный вкус свободы.
Но драйв и риск — хмельной дурман,
В огне погони не спастись.
Не строй из хаоса капкан:
Вернись к началу. Оглянись.
Свобода — это не побег
От обязательств и судов.
Свободен только человек,
Что сам внутри себя готов
Найти баланс в пылу страстей,
Умерить бурю, сбавить ход,
И стать сильнее и мудрей,
Встречая тихий свой рассвет.






Три года промчались как быстрый поток,
В кофейне за столиком первый глоток.
Твой взгляд отразился в прозрачном стекле,
Ты стала единственным светом во мгле.

Два миража в бесконечном пути,
Лучше тебя никого не найти.

Два попутчика, два миража,
Разделившие временно жар.
Не отдельные и не вдвоём
Среди; моря тьмы мы живём.
Без тебя; жизнь — это просто туман,
Самый красивый и нежный роман.

Мы делим тепло, разделяя тот жар,
Судьбы; удивительный, редкий подарок.
Пусть тени ложатся на наш горизонт,
Ты мой спасательный, преданный зонт.

Я не представлю и дня без тебя;,
Всё отдаю;, бесконечно любя;.

Два попутчика, два миража;,
Разделившие временно жар.
Не отдельные и не вдвоём
Среди моря тьмы мы живём.
Без тебя; жизнь — это просто туман,
Самый красивый и нежный роман.

Два миража...