Эпизод 12

Природа у нас северная. Да, в Карелии камня и воды больше, но и только – природа таже. Много в Карелии интересных мест, но и у нас их навалом. Вот у Сокирино в Нее Большой омут словно нос, а чуть выше по течению в обеих берегах на одном и том же расстоянии от омута было два небольших круглых, словно ошалевшие глаза, озера, а чуть ниже река так поворачивала своё русло, что оно было бы похоже на улыбку Джоконды,  если бы не лес, казавшийся зелёной бородой.

Молодость есть молодость есть молодость, хотя мне было уже под тридцать, но что это за возраст, когда тебе шестой десяток… лет через тридцать, если доживу, и сегодня покажется молодостью, а что говорить про тогда?

А тогда я думал, что чем дальше, тем лучше, и пошёл к дальнему от деревни озеру.
Ну, сначала пошли, потом поплыли. Хорошо Честеру: ни ружья, ни патронташа, ни вещмешка – плыви да радуйся себе на здоровье. А мне чтобы переплыть Большой омут нужна лодка, да где её взять? Резиновые в ту пору были не только дороги, но и в дефиците, а деревянная не помещалась в машину. Но, слава Богу, Кулибины на Руси не когда не переведутся, впрочем, как и дураки… и вот я, дурак, воспользовался изобретением местных Кулибиных – камерой от лесовоза.

Камера, естественно, была рваная и её сначала надо было залатать при помощи вулканизатора, сырой резины и едрёной матери – в ту пору времена стояли тяжкие… потом приделать сидение и самодельные вёсла.  На всё про всё прорисовался вечер предыдущего дня, чтобы за три минуты переплыть Большой омут. Кто бы знал, чего стоили мне эти три минуты… на другой берег я вышел мокрый от пота. Представляете себе кругляш, который вертится на воде как хочет, да ещё и с разных сторон его крутят то в одну то другую сторону, а ты в нём сидишь, бестолковка уже не понимала к какому берегу грести руками, но сориентировался...  толи Кулибины не докулибили, толи вестибулярный аппарат попался плохой.

Но к дальнему озерку попали до лёта уток. Честер, у которого таких проблем не было, пошёл «осматривать окрестности Онежского озера», а я в место засидки присмотрел куст около озерка.

 Но уток не было.

Уже стемнело так, что зеркало озера не отличалось от берегов, и, значит, лёт закончился – утки не видят кода садиться. Вот тебе и «чем дальше, тем лучше». Но большее разочарование ждало меня на другом берегу, к которому ещё простояло доплыть.

Понятно, что Честер пришёл первым, за что и был обруган – пока я выбрасывал, как оказалось, бесполезную камеру, спаниель бросился ко второму озеру, что в мои планы не входило - он разгонит всех уток, если они есть, прежде чем я успею подойти на выстрел. Кричать нельзя пришлось грозить кулаком… и Честер понял жест правильно, видимо, я грозил убедительно.

И тут случилось чудо. Чудеса в жизни сличаются часто, да только мы их за чудеса не признаём, потому как мелковаты кажутся, а то, что мы их глубину увидеть не состоянии это нам на ум не приходит. Вот и тут: подумаешь, десяток уток на двух квадратных метрах в озерке почти у машины, а мы тащились куда Макар телят не гонял, потому что умный был и телята тоже – знали, на дальнем поле трава всегда кажется гуще, я, дурак, об этом узнал только в тот вечер. Потому и чудо, что дурак поумнел...

Хлопнул я дуплетом все утки на воде и остались. Честер всё видел, но в озерко не полез, а стал копошиться на бережку в траве и как я его не гнал в воду спаниель стоял на своём. И только достав через пару минут подранка, он бросился доставать остальную добычу, а я, дурак, за три минуты поумнел второй раз, потому что надо доверять тем, кто тебя ни разу не подводил.